Calor brasileiro

— Да-а-а, сынок, неплохо тебя отметелили. — проговорил мужчина.  Ханагаки Матэус был мужчиной лет сорока. Хотя, на самом деле, ему было тридцать пять. Он выглядел старше своего возраста, ведь большую часть своей жизни проводил в работе и большом стрессе. Его семья никогда не могла похвастаться богатством, отец преподавал философию в местном колледже, а мать работала в школе, учителем языка и литературы. Профессии уважаемые, а люди образованные, мудрые и знающие свое дело, но платили мало. Из-за этого мужчине пришлось с ранних лет познать самостоятельность, зарабатывая на свои хотелки. Просить у родителей было стыдно, и так не разгуляешься. Сейчас мужчина смог удачно перебраться из родной страны в Японию, устроиться на высокооплачиваемую работу и жениться на хорошей девушке, которая родила здорового, красивого сына. Ханагаки Такемичи хоть и не передалось высокого роста и крепкого телосложения отца, зато он унаследовал его внешность. Вьющиеся светлые локоны и глубокие, льдисто-голубые глаза. Было видно, что мальчик является метисом, но с первого взгляда так и не скажешь, что он наполовину японец, наполовину бразилец. Всегда нужно уточнять.  Правда, характером он пошел не пойми в кого. Отец с матерью были похожи, оба спокойные, сдержанные и довольно тихие, чего не скажешь о сыне. Активный, веселый и довольно взбалмошный ребенок, который любил влезать в разного рода передряги. Такемичи всегда вступал в драки, даже в заведомо проигранные для него, с более сильными противниками. Его не волновал исход и количество синяков на чуть смуглой коже, главное отстоять свои принципы и защитить того, кто в этом нуждается.  Так и жила семья в довольно светлом и просторном двухэтажном доме. Но, судя по тому, что скоро терпение отца закончится, обстановка в семье сменится. А кому понравится наблюдать, как на твоем любимом ребенке появляются новые синяки и гематомы, когда еще старые не сошли? Правильно, никому.  — Прости, папа, но те мальчики обижали котенка! Я не мог пройти мимо… — пробубнил ребенок, терпя небольшую боль, пока отец обрабатывал его раны.  — Ты все сделал правильно, не подумай, что я на тебя злюсь. Ты очень силен духом. Но, все же, пора уже что-то менять. Мне не нравится постоянно наблюдать на тебе бинты и пластыри. — проговорил мужчина, не отрываясь от своего дела.  Когда отец семейства закончил, они вместе с сыном сели за стол, попивая чай. Матэус был глубоко погружен в свои мысли, не обращая внимания на окружение.  Такемичи своим телосложением явно пошел в мать. Хоть мальчику и было всего десять лет, мужчина уже мог видеть, что в огромного бугая, как он сам, сын не вырастет. Так и может остаться довольно низким и худым парнем. Из-за этого, рано или поздно, влезая в очередную потасовку, он может уже и не оправиться. Умрет или останется инвалидом. Кто знает, какие еще противники встретятся ему на пути.  Следуя этим мыслям, отец пытался найти решение проблемы. Раз силой сын брать не сможет, пусть будет это делать ловкостью, проворностью и пластикой. Есть много способов выиграть драку без грубой силы. Изматывание соперника, пока тот не лишится сил, чтобы нанести удар. Простые подсечки, подножки, чтобы противник оказался на земле. Или же можно наносить пару точных ударов в чувствительные места, против которых даже огромные амбалы не устоят.  «Есть у меня на примете один такой вид спорта…» — пришла мысль мужчине в голову.  Осталось только спросить самого Такемичи и уговорить его жену на небольшое путешествие.                                     *** — Слушай, сынок, ты же знаешь, откуда я родом? — задумчиво спросил отец.  Такемичи поднял голову и посмотрел на мужчину.  — Что за вопрос, папа? Конечно знаю, ты из Бразилии, даже языку меня учил. Почему ты спрашиваешь? — поинтересовался Такемичи. Мальчику было любопытно, к чему же в итоге пришел отец в своих размышлениях.  — Да, ты прав. Знаешь, я давно не был в родных краях. Как тебе идея слетать в Рио-де-Жанейро всей семьей на некоторое время? — немного нервничая, спросил отец. Все же, мальчик мог не согласится, боясь выходить из зоны комфорта.  — Идея просто класс! Я с радостью! Очень хочу увидеть те места, о которых ты рассказывал. — со звездами в глазах чуть ли не кричал мальчик.  — Я очень рад твоему рвению. Но, знаешь, в большей степени я хочу туда слетать с тобой по иной причине, нежели моя ностальгия по родным краям.  — Что за причина? — Такемичи наклонил голову влево.  — Ты, сынок. Силы духа тебе не занимать, но ты слаб физически. Такая у тебя генетика, что ты не вырастишь, как я. В драках тебе нужно брать не силой. И есть у меня на уме подходящий для тебя вид спорта.  — Что это?  — Капоэйра. Это традиционное бразильское единоборство, которое тебе идеально подходит. Твое телосложение как будто для этого и создано. В Бразилии у меня есть один друг, который занимается этим. Он тебе обязательно поможет. — мужчина посмотрел на своего сына, ожидая реакции.  — Я только за. Буду рад учиться у твоего друга и становится сильнее! — мальчик аж спрыгнул со стула, настолько был воодушевлен.  — Осталось только уговорить маму. Поможешь?  — Конечно!                                    ***  Рио-де-Жанейро встретило семью жарой и шумом. Этот город никогда не стоял на месте, всегда встречая прибывших своей необычной атмосферой. А ведь только самая середина дня, ночью будет еще круче.  — Точно уверен, Такемичи? Все еще не передумал? — спросил с улыбкой отец.  — Уверен полностью, думаю, что эта поездка пойдет мне на пользу. — говорит Такемичи.                                     ***  — Ах, Матэус! Рад тебя видеть! Честно, думал, ты пошутил, когда услышал, что скоро прилетишь!  Карлос Лима выглядел как человек, который много повидал. Нет, он не выглядел усталым, потерявшим надежду или разочаровавшимся в жизни. Карлос таким и не был. Его жизненный опыт виден в глазах, в которых светился некий огонек. Можно заметить, что взгляд полон мудрости и, в какой-то мере, строгости.  Определенно, интересный человек.  — Привет, Карлос, давно не виделись! Помнишь наш последний диалог?  — И сразу к делу, ты не меняешься, друг. Ну-ка, покажи мне этого юнца!  Из-за спины отца вышел мальчик лет десяти, со светлыми волосами, голубыми, как лед на озере, глазами и чуть смуглой кожей. Выглядел он одновременно смущенно и решительно.  Карлос внимательно осматривал фигуру мальчика, думая о чем-то своем.  — Да, работы предстоит много, раз ты говоришь, что никакого опыта в спорте у него не было. Хэй, а как же этого garoto зовут? — спросил мужчина у самого ребенка, присаживаясь перед ним на корточки.  — Такемичи Ханагаки, senhor! — уверенно и с неким задором ответил мальчик.  — Хо-хо, вижу, Матэус, португальскому языку ты сына учил, молодчина, он не должен забывать и игнорировать свои корни! А скажи мне, Такемичи, с какой целью ты хочешь изучать такое единоборство, как капоэйра? — поинтересовался Карлос, внимательно глядя на мальчика с интересом.  Такемичи ненадолго задумался и решительно ответил:  — Я хочу стать сильным, чтобы защищать тех, кто в этом нуждается! На мгновение воцарилась тишина.  Карлос, кажется, услышал именно то, что и хотел. Он поднялся, положил мальчику руку на волосы и взъерошил светлые локоны.  — Я вижу сильный дух. Думаю, наши занятия смогут сполна окупиться. — с улыбкой сказал Карлос.  Да, действительно, смогут окупиться.                                     *** Льдисто-голубые глаза как будто источали холод, внимательно наблюдая за разворачивающимся действием.  Его друзья, кажется, опять влипли в неприятности, а ему не сказали. М-да, печально.  Такемичи Ханагаки затерялся в толпе громко кричащих болельщиков и внимательно смотрел.  Бои со ставками, видимо.  Его друг, Такуя, сейчас стоял в самом низу, напротив черноволосого подростка и готовился драться. Толпа громко кричала и требовала хлеба и зрелищ. Видимо, им нравится предвкушать то избиение, даже не драку, которое может произойти.  Спустя буквально пару минут Такуя уже валился с ног, из его носа, рассеченной брови и губы текла кровь, под правым глазом образовывался синяк. Тело тоже было усыпано гематомами, которые не видно под белой рубашкой.  В какой-то момент, Такемичи надоело наблюдать за такой сценой и он спустился вниз, становясь перед громилой.  — Эй, найди себе достойного соперника. — с ничего не выражающим лицом сказал Такемичи.  — Такемичи… — Такуя, кажется, задохнулся от удивления, недоумевая, что же его друг тут делает.  — А ты еще что за черт? — гневно проговорил подросток, на его лице медленно вырисовывался гнев.  — Разве вам нравится наблюдать за избиением? Не лучше ли будет зрелищный бой? Давай, сразись со мной, так явно интересней! — прокричал Ханагаки сначала толпе, а потом своему сопернику.  — Такемичи, не надо… — собирался уже было протестовать Такуя, но его прервали.  — Ха-ха, что ж, раз ты сам нарываешься, то давай! — улыбаясь, проговорил подросток.  — Такемичи…  — Замолчи, Такуя, и иди к ребятам. Мы еще поболтаем и обсудим, какие секреты у вас от меня есть. — Ханагаки обернулся и наградил друга взглядом, от которого стало невероятно холодно, как будто лед в его глазах медленно поглощает тебя.  Толпа ликовала и радовалась более интересному продолжению данного мероприятия. Люди скандировали: — Давай, Киемаса, набей ему ебальник!  — Ставлю на Киемасу 100 000 йен!  «Так вот, как его зовут…» — подумал Такемичи.  Парни встали друг на против друга в стойки и наблюдали, ожидая, кто же первый нанесет удар.  Такемичи медлить не стал. Быстро упав и облокотившись на правую руку, он сделал небольшой кувырок и одним точным ударом левой ноги попал Киемасе прямо в верхнюю часть челюсти под ухом, ломая ее. Парень моментально рухнул, точно мешок с картошкой. Он был без сознания.  Воцарилась гробовая тишина.  Несколько минут толпа только и делала, что огромными глазами смотрела на стоящего над вырубившимся Киемасой парня. У кого-то, кажется, челюсть упала.  Так бы и продолжалось, если бы тишину не разрушили чьи-то шаги.  — Кенчик, у меня тайаки закончился!  — А что здесь происходит?                                    *** Что ж, а вот такого Такемичи ну никак не ожидал. Вот вообще нет. Вернувшись из горячей и солнечной Бразилии в Японию, он планировал спокойно жить не тужить и иногда вступаться за людей на улице, которые подверглись чьим-то нападкам. Но вот это он никак не планировал.   Сейчас он сидел вместе с Майки и Доракеном у себя дома. Они решили посмотреть вместе какой-нибудь фильм и просто подурачиться. На столе лежало множество закусок и пустых тарелок. Такемичи действительно превосходно готовил, Майки с Доракеном моментально все съели.  — Слушай, Такемучи, а можно задать вопрос? — поинтересовался Манджиро, неотрывно смотря на Ханагаки своими черными глазами.  — Почему спрашиваешь, Манджиро? Задавай, конечно. — с улыбкой ответил Такемичи.  — Кто ты по национальности?  — Что?  — Ты не выглядишь чистокровным японцем.  — Кстати, да, Такемучи. Колись, откуда ты у нас? — Доракен был в ровно такой же степени заинтересован.  Действительно.  Такемичи Ханагаки и близко не был похож на японца. Светлые, пронзающие и обжигающие голубые глаза, словно самый холодный лед в Антарктиде. Блондинистые волосы, которые плавно закручивались волнами. Чуть смуглая кожа со следами загара от майки. Эти светлые полосы, однако, Ханагаки безумно шли. Весь он был горячим, словно солнце. Пылкий, жаркий и жгучий, явно не из Японии. Такемичи словно прибыл оттуда, где вечный праздник, яркое солнце, горячий песок и океан. Он был олицетворением свободы, веселья и тепла, граничащего с ожогом. Так и тянуло прикоснуться к пламенной коже и заглянуть в такие контрастные льдины глаз.   Майки с первой встречи был заворожен. Такемичи выглядел таким… нереальным. Неземным. Сильный и невозмутимый, он смотрел на поверженного соперника с руками в карманах. Словно воин, повидавший не одно сражение, готовый бороться в любых условиях, и в огне, и в холоде. От него прямо исходил настоящий жар. Но стоило только встретиться с ним взглядом, как тебя тут же сковывает лед. Это сбивало с толку и не давало даже возможности отвести от этого бога глаз. Жгучий голубой, который издалека может показаться вообще белым, как будто у Такемичи отсутствует радужка. Этот взгляд… Манджиро просто не мог подобрать слов.  Видно, бой его вообще не напрягал. Вкупе с его внешностью, Майки точно был сражен наповал. Весь этот образ манил к себе, желая стоять рядом с этим человеком и наслаждаться его теплом.  Доракен явно был с ним согласен. Сам в тот момент встал, чуть ли не по стойке смирно, и рот открыл. Таких людей он еще не видел. Таких, которые одним своим присутствием дают тебе ощутить целый спектр эмоций. В тот момент, как только он его встретил и еще не знал, что он из себя представляет, Доракен сравнил Такемичи с драконом. Такой же могущественный, завораживающей своей скрытой силой и до ужаса горячий. Он одним своим видом давал понять, что лучше с плохими намерениями не подходить, сожжет дотла. Но стоило только узнать его поближе, как чувство скрытой угрозы и настороженности сменилось блаженной и успокаивающей безопасностью. Словно рядом с Ханагаки не видано бед, не существует страха и тревожности. Есть только тепло, уют и крайне яркий свет. Такой, что способен разогнать и забить в уголок любую тьму. Таких людей ни в коем случае нельзя упускать, ведь найти этот бриллиант среди груды камней либо огромная удача, либо благословение, которое дается за твой ранее пройденный тяжелый жизненный путь.  — Что ж, могу понять, меня редко кто принимал за азиата. — Ханагаки с улыбкой хмыкнул. — Я, как можно заметить, метис.  — Метис? — произнесли парни в унисон. Майки не отрывал взгляда.  — Ага. Наполовину японец, а наполовину… бразилец.  — Чего-чего?! — оба парня подпрыгнули, во все глаза смотря на улыбающегося парня.  — Ну да. Чего это вы так удивлены? Что, не похож?  — Да ладно, Такемучи, и ты молчал?! Бразилец, вот это да! — Доракен, кажется, был в восторге.  — А ты был в Бразилии? А на каком языке там говорят? Ты его знаешь? А там вкусная кухня? А там красиво? — Манджиро все напирал и напирал, подвигаясь ближе к Такемичи. Кажется, скоро он на него залезет с руками и ногами.  — Ха-ха, Манджиро, спокойней, — Такемичи улыбнулся и приподнял руки, — да, в Бразилии я был, даже жил там пять лет, с десяти и до недавнего момента. Я вернулся буквально три месяца назад. Говорят там на португальском, я его, конечно же, знаю. Нельзя забывать свои корни. Кухня там очень вкусная, по крайней мере, мне нравится. И да, там безумно красиво. Рио-де-Жанейро одно из самых прекрасных мест, где я был. — Такемичи ностальгически улыбнулся и посмотрел на Майки веселыми глазами. — Я удовлетворил ваше любопытство?  — Очень даже. — Доракен, видимо, все еще находился под впечатлением. Майки был с ним солидарен.                                      *** Собрание Свастонов является очень шумным мероприятием. Это Такемичи понял еще когда даже не подошел к самому месту встречи. Около ста человек галдели, как один огромный улей, не давая услышать даже собственных мыслей. В прочем, Ханагаки не привыкать. Это его привычный темп жизни, в Рио и не такое видал. Наоборот, ему это даже нравилось.  Внезапно к нему подошло двое подростков явно не с самыми хорошими намерениями.  — Ты еще кто такой и что забыл на собрании Свастонов? — с перекошенным лицом спросил один из них.  — Меня пригласил ваш зам главы. Какие-то проблемы? — выражение лица Ханагаки даже не сменилось, оставаясь таким же безучастным.  — Такемучи? Это же тебя Майки пригласил? — к ним приблизился еще один подросток.  Этот выглядел явно поприятнее, чем те двое. Лиловые, коротко подстриженные волосы и такого же цвета светлые глаза. С первого взгляда видно спокойного и рассудительного человека. Такемичи он сразу понравился.  — Да, все верно, Такемичи Ханагаки, рад знакомству, э-э… — протягивая руку и явно намекая на то, чтобы собеседник назвал свое имя, ответил метис.  — Т-такаши Мицуя, тоже рад встрече. — отвечая на рукопожатие и расширенными глазами смотря на сие творение искусства и само воплощение привлекательности, ответил Мицуя.  Нет, вы не подумайте. Такаши не был простым влюбчивым мальчиком, со слюной у рта реагирующим на всякого красивого человека. Просто… блять, да он же прекрасен.  Являясь человеком, глубоко погруженным в моду и искусство, желающим в будущем стать модельером, он просто не мог отвести от Такемичи Ханагаки взгляд.  Само воплощение красоты. Ходячая эстетика. Афродита с Аполлоном плачут в сторонке.  Нет, правда. Мицуя просто не мог оторвать завороженных глаз, так и застыв на месте.  Первое, на что он обратил внимание, это жуткий контраст ледяных глаз и, Такаши уверен, горячей кожи. После рукопожатия убедился. Ладонь Такемичи чуть ли не обжигающая. Как он умудряется сохранять такое тепло тела? На улице прохладно.  Тут же захотелось бросить все дела, достать блокнот с ручкой и начать записывать свои идеи с иллюстрациями.  Вот уж не думал, что вдохновение появится так резко при одном лишь взгляде на него.  Так бы он и стоял с чуть ли не открытым ртом и сплетенными в рукопожатии руками, если бы Такемичи его не прервал: — С тобой… все в порядке? — с беспокойством поинтересовался Ханагаки.  Мицуя отмер.  Тут же раздался крик Доракена о том, что собрание начинается.  Мицуя, не хотя этого признавать, постеснялся выказать Такемичи свою просьбу. Снять с него мерки и уже после этого начать творить.                                      ***  Вот и приспичило ему в одиннадцать часов вечера сгонять за сигаретами. В Роппонги.  Такемичи не был заядлым курильщиком. Просто иногда любил посидеть чуть ли не ночью где-нибудь в парке с баночкой энергетика и покурить парочку сигарет. Он так и в Бразилии делал. Такое времяпрепровождение дает расслабиться и отпустить все переживания, которые были до этого момента. Тишина, никотин и приятный вкус энергетика хорошо на него воздействовали и не давали сойти с ума от того дурдома, который начал твориться в его жизни. С этими мелкими уголовниками ни минуты покоя.  Ни минуты покоя не было и в Роппонги. Довольно таки интересный и преступный район, где, как он слышал и выведал, можно купить то, что недоступно в его возрасте.  Шел в магазин и шел, никого не трогал. Одним идиотам приспичило тронуть его.  Такемичи затянули в подворотню и окружили пятеро неизвестных явно с недобрыми намерениями. Они чуть ли не скалились в предвкушении избиения.  У Ханагаки были другие планы.  Через две минуты все пятеро дружной кучей валялись у его ног с переломанными еблами и парочкой костей.  Нехуй доебываться.  — Ва-а-ау, ты только посмотри, Рин! Ему понадобилось всего две минуты, я даже считал! — раздался чей-то голос сзади Такемичи.  — Вот это техника… — восхищенно произнес, видимо, Рин.  Такемичи обернулся и увидел двух подозрительно похожих друг на друга парней. Один с косичками, цвет которых менялся по вертикали с черного на обесцвеченный, а другой блондин с голубыми прядями и в очках.  Братья Хайтани.  — Блять, только вас тут не хватало. — устало и с явным раздражением произнес Ханагаки, медленно направляясь к ним и выходя на свет, где братья смогли увидеть его лицо.  Оба, кажется проглотили языки и ногами приклеились к земле.  Лицо Такемичи было усталым, но все таким же красивым. Капли крови добавляли его внешности какую-то хищность и прекрасно сочетались с голубыми глазами. Он выглядел действительно завораживающе.  Хайтани все также молчали с приоткрытыми ртами и не переставали смотреть. Да что там смотреть, натурально пялиться.  «Он бог?» — эта мысль, кажется, объединяла двух братьев.                                      ***  — Да что вам двоим от меня надо?!  Такемичи, кажется, не выдерживает. Ему уже полчаса не дают купить этих блядских сигарет. Сначала те пятеро идиотов, теперь эти. Вот что пристали?  — Ты интересный и очень красивый, а еще никак не можешь сказать свое имя! Это несправедливо! Ты нас знаешь, а мы тебя нет. — Ран уже начинает натурально канючить. Такого парня упускать не хотелось. А вдруг больше не увидятся? — Что это было? Какая у тебя техника, что за вид спорта? Это было безумно красиво! — не отставал от брата Риндо. Он же несколько дней спать не сможет, если не узнает ответы на свои вопросы.  Этот парень не просто победил тех пятерых. Он победил красиво. С изящностью, гибкостью и ловкостью. Как акробат или танцор, в ком присутствует не просто пластичность, но и невероятная сила. Это было не тупое махание кулаками, далеко нет. Риндо восхищенных глаз отвести не мог от этого зрелища.  И вот мы здесь.  Такемичи устало вздохнул. Об этих братьях он очень хорошо наслышан. Весь Роппонги под себя подмяли. Но не думал же Ханагаки, что они будут ошиваться в какой-то богом забытой подворотне, где как раз таки, по несчастливой случайности, ошивался он сам.  Такемичи остановился и посмотрел на них. Не отстанут же.  Хайтани тоже остановились, в их глазах появилась некая надежда. Может, все таки ответит?  — Такемичи Ханагаки. Капоэйра.  С этими словами он, наконец-то, ретировался прямо за дверь магазина.  Братья так и остались стоять, смотря ему вслед.                                     *** Такемичи немного подзаебался.  Они с Доракеном просто решили проехаться по округе и опробовать новый движок в его мотоцикле.  Они никак не ожидали этого.  Такемичи с каким-то странным спокойствием наблюдал за тем, как вокруг них собирается толпа из байкеров.  — Ситуация накаляется. — пробормотал Ханагаки.  Рокухара-Тандай. Сильная группировка, которая стоит наравне с Брахманами и Свастонами-Канто. Не стоит их недооценивать.  К образовавшийся толпе подошла еще одна, только уже в другой форме.  — Брахманы… — с неким облегчением произнес Доракен.  В Саусе Терано Такемичи узнал своего соотечественника. По нему видно было, что он прибыл из Бразилии. Рыбак рыбака видит издалека. А еще Саус, кажется, был одержим идеей завербовать Доракена к себе. Этот громила держал направление как раз к ним.  — Какое личико красивое. Я был бы рад превратить его в месиво! — с безумной улыбкой произносит громила.  Доракен хотел было вступиться за друга, но тот остановил его одним махом руки.  — Разве Доракен не ясно выразился, что он не будет вступать в твою банду? Ты не знал одной простой истины? Люди, которых ты насильно принудил идти за собой, никогда не будут тебе верны. Заруби это себе на носу. — с холодным спокойствием произнес Такемичи.  Сауса это еще больше разозлило. Завязалась небольшая драка.  Саус было поднял кулак, но Такемичи его опередил.  Сделав небольшое колесо без рук, он одним четким ударом ноги попал Терано кончиком кроссовок прямо в висок. Не став останавливаться, буквально через секунду Такемичи сделал своему противнику подсечку и Саусу прилетела новая атака ногой с разворота в лицо.  От первого удара глаза Терано на пару секунд закатились. От подсечки он начал падать, а вторая атака стала завершающей, отправляя Сауса немного поваляться на мокром от дождя асфальте.  Такемичи выпрямился и посмотрел Терано прямо в глаза.  — Você ainda não entendeu? Meu nome é Hanagaki Takemichi. Prazer em conhecê-lo, compatriota. — с улыбкой произнес метис.  Глаза Терано расширились и стали готовы вылететь из орбит. В них прямо таки читались удивление, некая радость, восторг и уважение. Он явно не ожидал встретить здесь бразильца и услышать родную речь.  Саус медленно поднялся и выпрямился, что далось ему с неким трудом. Все таки эти удары были хороши. Он вытянул руку и Такемичи пожал ее.  — Eu realmente não esperava isso. Também estou feliz em conhecê-lo, meu nome é Minami Terano. — с улыбкой пожимая Такемичи руку, произнес Терано.  Вакаса восхищен. Нет, он в крайней степени изумления и восторга.  Когда они шли сюда завербовывать Ханагаки Такемичи он знал, что парень является выдающейся и крайне яркой личностью. А как по другому? Командир нулевого отряда Токийской Свастики, не раз спасавший ее членов и саму банду от смертей и многих плохих событий. Его называли буквально сердцем Свастонов, и отношение к нему было соответствующее. Наследник одиннадцатого поколения Черных Драконов, победивший прошлого главу. А также стоит упомянуть слухи, которые ходили о нем в бандитском мире. А конкретно про его невероятное боевое мастерство, потрясающий стиль сражения и, чего уж греха таить, красоту.  Сейчас Вакаса в этом полностью убедился.  Безумно красивый и сильный Ханагаки приковывал к себе все взгляды, не давая и шанса смотреть на кого-то другого. И Вакаса смотрел. Только на него.  Он еще с первого движения Ханагаки узнал такую привычную и родную капоэйру. И, наблюдая, как Такемичи заставил с двух ударов прилечь такого гиганта, он не мог не восхититься. У Ханагаки просто невероятное владение своим боевым искусством, такого уровня он еще никогда не видел. А услышав, как он понял, португальский язык, Вакаса осознал несколько вещей.  Первое: Такемичи Ханагаки обучался такому единоборству, как капоэйра, на ее законной родине. В Бразилии. Это объясняет его виртуозность и профессионализм. Все таки, Имауши думает, мастера из Бразилии знают свою культуру и уважают данное наследие.  Второе: Такемичи Ханагаки метис. Наполовину японец и, видимо, наполовину бразилец. И как Вакаса сразу не догадался? Эта смуглая кожа, светлые локоны, лед вместо глаз, которые практически светились и жар, исходящий от него. Определенно бразилец. И тот факт, что Такемичи Ханагаки является метисом объясняет его прекрасный шарм и привлекательность. К нему буквально тянуло, хотелось прикоснуться или хотя бы постоять рядом. Вакаса слышал, что метисы — люди особенные, непохожие ни на кого, обладающие своей невероятной красотой. Такемичи Ханагаки только что подтвердил этот факт в его голове.  — Вакаса… — чуть охрипшим голосом тихо окликнула его Сенджу. Если бы он на нее посмотрел, то увидел бы покрасневшие щеки и ярко сверкающие глаза.  Но Имауши лишь хмыкнул, давая понять, что слушает, и не стал отводить взгляд от виновника данного торжества.  — Это же… это… капоэйра? Да? Она самая? — чуть подрагивающим голосом произнесла Сенджу, также, как и он, смотря на Ханагаки.  — Она самая. Настоящая, профессиональная капоэйра. На высшем уровне. — ответил Вакаса.  Они немного помолчали.  — Он должен присоединиться к нам. Хочу его.  Имауши не стал комментировать двусмысленность данной фразы.  Он тоже, что неудивительно, хотел его.