Цветы гортензий

      — И, представляешь, этот маразматик мне говорит, мол я… — Оливер осекся и остановился, наблюдая за уходящей вдаль сестрой. — Ви!       Оливия замерла, понимая, что снова ушла в свои мысли. А как быть иначе, когда рядом с Гедеоном Хитклифом снова трется какая-то девчонка! Причем не абы какая, а очень даже симпатичная… Она что-то ему говорит, он отвечает и, даже, улыбается. Оливия готова лопнуть от зависти.       — Ты в порядке? — Оливер оказывается рядом быстрее, чем сестра успевает сломать карандаш.       — Да, все отлично. — процеживает она сквозь зубы. — Просто замечательно.       Оливер недоумённо смотрит то вперед, то назад, оценивая ситуацию. Видимо, мозги у него начинают работать, раз брат молча кивает себе и говорит:       — Меня там Леон с Готье ждут.       — Удачи вам там. — все еще не отвлекаясь от цели, отвечает Оливия, оставаясь одна на тропинке.       Гедеон все ещё мило беседует с этой девушкой. Она громко говорит и смеется, а он лишь изредка приподнимает уголок губ. Почему он разговаривает с ней, а не с Оливией? Разве она хуже? Конечно нет! Это исключено. За ней столько парней бегают, что отбоя нет! И как её угораздило влюбиться именно в самого недоступного ей?       Она сама не заметила, как объект её обожания оказался ближе. Да и как он разошёлся с той девушкой, честно говоря, тоже. Мысли путались между собой. Пришла в себя она в тот момент, когда Гедеон обратился к ней:       — Здравствуй, Оливия. Ты в порядке?       Гедеон Хитклиф обратился к ней. Оливия вздрогнула и пригладила волосы. Боже, наверное, она выглядит дурочкой! Стоит тут, что-то разглядывает… А вдруг он понял, что она смотрела на него? Вдруг посчитает, что она следит за ним? Или еще что-нибудь в этом духе? Как же она влипла!       — Привет! Да, все отлично, жду ребят. А у тебя? — боже, зачем спросила? Хоть в руки себя взяла, уже не плохо… А вдруг решит, что это она нервничает так?       — Тоже. — Гедеон легко кивает. Его кудри слегка уходят вперед, от этого движения. Как же это завораживает… Он такой невозможно красивый. Его выражение лица меняется, когда неподалёку слышится всплеск. — Оливия, — как невероятно он произносит её имя! — Они там. — рукой он указывает назад. Девушка не понимает, о чем говорит Хитклиф, но быстро приходит в себя и оборачивается. Оливер прыгает в фонтане, плескаясь во всех водой. Рядом, в том же фонтане, сидит шокированный Готье, которого, судя по всему, туда затащили силой.       Гедеон хмурится и тут же проходится пальцами между бровей, разглаживая незаметные морщинки. Оливия удивленно смотрит то на него, то на ребят, после чего тяжело вздыхает. Вот обязательно было именно сейчас так позорить её?       — Все еще не понимаю, как ты выносишь эту компанию…       — У меня стальные нервы.       Гедеон улыбнулся ей. Он улыбнулся ей!       — Ты молодец, правильный настрой.       — Спасибо. — Оливия смутилась комплименту. Какой же Гедеон… — Послушай, а ты не мог бы дать мне совет?       Хитклиф удивленно (ей ведь не показалось, да?) взглянул на неё. Оливия закусила губу, но тут же взяла себя в руки и продолжила.       — Я думаю выбрать ещё язык для изучения, ты же учишь арабский, как тебе? Стоит ли его выбирать?       — Зависит от того, какая у тебя расположенность к языкам, память и готова ли ты учить кучу различных символов. На самом деле, это интересно и полезно, но все ведь индивидуально.       — Как ты пришел к тому, что хочешь учить именно этот язык?       Гедеон задумался. Оливия с интересом уставилась на него. Она правда хотела взять ещё язык, но не знала какой, да и стоит ли. Это не только возможность поговорить с Хитклифом, но и возможность определиться.       — Честно, моя мама любила этот язык, наверное, из-за этого. — он стал серьезнее, словно закрылся. Так вот оно, слабое место Гедеона Хитклифа… Конечно, не трудно догадаться, Готье тоже до сих пор скорбит по матери, сама Оливия и представить не могла какую боль они испытывали.       — Прости…       — Что ты, я рад, что ты интересуешься и просишь совет. — Оливия улыбнулась уголками губ. Гедеон ответил лёгкой полуулыбкой. Показалось, будто они стали чуть ближе. Хотелось завизжать и одновременно провалиться под землю.

***

      — Она взяла и поцеловала его при всех!       — Он её оттолкнул…       — Айви, она поцеловала его при всех. — Оливия была зла. Как эта девчонка вообще посмела себя так повести? Почему когда Оливия более-менее начала общение с Гедеоном, появилась эта ненормальная, что кинулась на него прямо на глазах у всех!       — Она просто неадекватная…       — Я не глупая! Знаю.       Она все же записалась на арабский. Он оказался таким сложным, что девушка не вывозила программу. Пришлось искать кого-нибудь из старших, кто может помочь. Её наставница сама не учила язык, но настойчиво предлагала попросить Гедеона Хитклифа помочь, утверждая, что Оливии он не откажет, хотя бы потому что она дружит с его братом. Гедеон действительно не отказал. Даже и не думал, наверное, ведь дошло до того, что Оливия расплакалась поздно вечером в библиотеке, когда снова не получалось перевести и слова.       В этот момент Гедеон правда был принцем. Услышал, как она плачет, дал ей салфетки, протереть лицо и высморкаться, успокоил и спокойно все объяснил. Тогда Оливия поняла, что дело не в ней, а в педагоге, который был не способен адекватно донести информацию. И вот, они начали заниматься.       А потом появилась эта девчонка!       Вдох, выдох. Айви права. Он ведь её оттолкнул. Все хорошо, чего она нервничает?       — Я ушла.       — В библиотеку?       — Да. — и Оливия скрылась за дверью, под громкое «удачи» от подруги.       Дойдя до библиотеки, она поняла: сегодня Гедеон не один. Люмьер Уолдин сидел рядом и что-то ему говорил, как Хитклиф держался было не ясно, ведь взгляд у него был настолько злобный, что, казалось, он испепелит Уолдина.       — Оливия. — облегченно выдохнул он, как только девушка подошла ближе. Видимо, теперь она его спасение.       — Привет. — дружелюбно поздоровался Люмьер, Оливия приветливо улыбнулась ему. — Оставляю вас наедине, — он взглянул на Гедеона, словно думая добивать или нет. — Голубки. — видимо, все же второе. Он скрылся из виду быстрее, чем кто-то из них среагировал.       — Прости эти его шутки, он не в себе. — закатил глаза Гедеон, устало потирая межбровье. — Какая сегодня была тема? Что на дом задали?       Оливия смущенно вытащила книгу и тетрадь из сумки. Хотя, ощущала она больше раздражение.       — Та же тема. Выучить слова и написать небольшой рассказ о себе из тех слов, что знаем.       — Как-то рано он вам дал рассказы, вы слов то толком не знаете.       — Я пыталась намекнуть профессору на это, но ничего не получилось.       — В его стиле. — Оливия кивнула, соглашаясь. Гедеон раскрыл книгу на месте закладки. Она устроилась на стуле рядом. Вообще, фокусировать свое внимание рядом с Гедеоном не на нём, оказалось возможно, что было даже удивительно. Хотя, она всегда держала себя в руках. Этим она смело могла хвастаться, в отличие от брата.       Когда Хитклиф только хотел начать их занятие, ему позвонили. Оливия успела увидеть имя «Габриэлла», перед тем, как Гедеон, извинившись, взял трубку.       — Не так быстро.       Девочка что-то тараторить брату в трубку. Почему-то Оливия решила, что сегодня они уже не позанимаются.       — Извини, Габриэлла звонила и просит срочно приехать домой.       — Я понимаю. —улыбнулась Оливия и они разошлись.       

***

      Сегодня раздражало все. От дождя, что испортил укладку, до Оливера, что снова что-то мелит про Скэриэла.       — Потом. — сухо перебила его сестра и ушла прочь. Прямо на входе она врезалась в кого-то.       — Смотри куда… — она заметила, что этот человек выше неё. О боже. Это был Гедеон. Волшебно просто.       — Не ушиблась?       — Нет, все хорошо. — она поспешила скрыться от него.

***

      Так не может продолжаться дальше. Это была первая мысль у Оливии, когда только она проснулась. Сколько она уже влюблена в Гедеона? Долго ей ещё страдать? Не легче ли просто признаться и будь, что будет?       Да, он откажет (может быть нет), но ведь она хотя бы это услышит и поймет, что все, надо это заканчивать.       Но больше всего на свете Оливии не хотелось быть одной из отверженных фанаток Гедеона Хитклифа, не хотелось быть глупышкой, что повелась на внешность, не хотелось быть отвергнутой. По-другому не будет. Лучше услышать этот отказ, ведь так? Чем думать о вечном «а может быть».       На этом и решила. Как раз сегодня с ним занятие. Оливия ещё издалека заметила, что Гедеон нервный, но не одной ей страдать ведь.       — Нам нужно поговорить. — твердо отчеканила она.       — Да. — он знает?       — Я первая. Ты мне очень нравишься. — увидев растерянность на его лице, Оливия продолжила.— Я не хочу выглядеть, как очередная глупая девочка, что признаётся тебе в любви, поэтому объясню почему. Итак, во-первых, ты умный и эрудированный человек. Я такое очень ценю в людях, ведь с тобой есть о чем поговорить, от тебя можно узнать много нового. Во-вторых, ты воспитанный. У парней такое нынче редко встретишь. В-третьих, мне нравится твой стиль и манера общения. И я готова принять любой твой ответ, совершенно спокойно, кстати. Истерики я и сама не люблю, да и не могу ж я заставить тебя, в случае отказа, влюбиться в себя. Я закончила, спасибо.       Хитклиф молчал. Просто таращился на неё во все глаза и нервировал этим. Неужели нельзя ответить быстрее? Или она так хорошо это скрывала, что он пребывает в шоке?       — Оливия, ты не знаешь меня настоящего. — аккуратно начал Гедеон. — Честно говоря, мне не хочется тебе отказывать… — теперь пришла её очередь стоять с широкораскрытыми глазами. — Ты мне симпатична, но я понимаю, что тоже толком тебя не знаю, да и я буду постарше.       — Ты хочешь что-то предложить?       — Именно. Давай мы начнем общаться вне учебы, то есть, как бы дружить. Там посмотрим, нравимся мы друг другу действительно или это все было к придуманному нами образу, хорошо?       — А если окажется, что действительно нравишься?       — То подождем до твоих девятнадцати. — он легко улыбнулся, и Оливия улыбнулась в ответ. Неужели это то самое признание, которого она так боялась? — Договорились?       — Значит, мы теперь друзья?       — Стремимся к ним, верно.       — Тогда договорились. — улыбнулась девушка. Что-ж, интересно, что из этого выйдет.

***

      — Как ты узнал, что мои цветы завяли? — они ждали девятнадцатилетия Оливии, чтобы начать встречаться, но уже сейчас Гедеон начал красиво ухаживать за ней. В прошлый раз он подарил ей букет роз и коробку любимых конфет. Теперь стоит перед ней с ещё одним огромным букетом.       — Секрет.       — Да тут явно тайная магия… А откуда узнал о моих любимых цветах?       — Связи.       Оливия рассмеялась, принимая огромный букет гортензий голубого, розового и молочного цветов. Она успела сосчитать их, количество — двадцать семь. Букет был огромным от пышности цветов. В нём лежала записочка, которую она тут же открыла.       «Девушке, собравшей в себе лучшие качества, что олицетворяют эти цветы»       — Ты смотрел, что они означают?       — Возможно. — Оливия позволила себе обнять его. Гедеон осторожно приобнял в ответ. Пожалуй, ещё никто не относился к ней и тому, что ей нравится так трепетно и нежно.       С этих цветов началась их дорога. Букет невесты, спустя несколько лет, тоже был выбран женихом. Конечно, это был букет гортензий.