Молитва, услышанная тобой

Глубокая ночь. По окну мотеля барабанит дождь. В номере темно, луну заволокло тучами, и свет никак не проникает в помещение. На полу холодно. Номер не протапливается. Дин сидит на коленях перед окном, склонив голову вниз. Его глаза закрыты, а руки сложены в молитвенном жесте. Кажется, что он спит, хотя, на деле, не может уснуть уже третий час. Его немного трясёт. Он ждёт. Ждёт который час. Который день. А, может, и неделю. А, может, и месяц… Ему не важно, сколько прошло. Он молится, он надеется, он верит. Он просто хочет. Хочет, чтобы один единственный ангел услышал его. Раньше Дин не верил, он никогда не молился ни Богу, ни ангелам, ни кому-либо ещё. Но сейчас ему нужен Кастиэль. Он не приходит уже долгое время, не отвечает на просьбы. Как не старался бы Дин, ангел не откликается. Охотник пытался жить обычной жизнью, но все его дни проходят как в тумане. Мысли о Касе не дают покоя: жив ли он? Просто занят? Всё ли хорошо? Ноги онемели, но Дин всё ещё продолжает сидеть на твёрдом и холодном полу, не обращая на это внимание. Тишину комнаты нарушают только ударяющиеся об стекло капли дождя и тихое дыхание Дина. Он знает, что одинокая фигура, стоящая на коленях около окна выглядит жалко. Но сейчас он не хочет быть сильным, не хочет быть хорошим охотником и правильным братом, не хочет быть борцом. Он хочет чувствовать рядом с собой божественную силу ангела. Губы Дина еле шевелятся, практически беззвучно выговаривая в пустоту комнаты такие искренние слова, обращённые к одному единственному важному сейчас Дину существу: — Кас, ты нужен мне. Я… скучаю по тебе. За окном гремит очередной раскат грома. На секунду комнату озаряет яркий свет, но Дин не открывает глаза. Из-за второго раската грома, Дин не слышит шороха за спиной. Он лишь думает о том, как ему хотелось бы, чтобы этот яркий свет был божественным. Повисшую после звуков грозы тишину в комнате прерывает отчаянный шёпот Дина: — Я люблю тебя… Эти слова сами вырываются из груди Дина. Он не думает, он только чувствует. Чувствует касание. Осторожное касание ладоней к его поникшим плечам. Дин резко оборачивается назад, падая на бок от затёкших ног. Он не может встать, лишь смотрит в бесконечные голубые глаза ангела. У Кастиэля разбита губа и видны синяки на руках. Тренч порван в нескольких местах. Волосы лохматые и грязные. Он выглядит побито. В горле Дина образовывается ком, и слова никак не могут протолкнуться сквозь него наружу. Человек смотрит и не может понять, начались ли у него галлюцинации или всё реально. Тут Кастиэль падает на колени прямо перед Дином и хватает того за плечи. Резко притягивает к себе и крепко обнимает. Дин слышит тяжёлое, загнанное дыхание ангела. Его руки сами находят предплечья Кастиэля и крепко сжимают. Он не хочет, чтобы ангел уходил. Но Кастиэль и не собирается. Он наклоняет голову и их лбы соприкасаются. Кастиэль смотрит на человека из под опущенных ресниц, пытаясь что-то сказать. Он открывает и закрывает рот, не находя нужных слов. Поэтому он вздыхает и быстро приближается к лицу Дина, осторожно касаясь своими губами чужых холодных губ. Поцелуй такой глубокий, но нежный. Такой важный, но неожиданный сейчас. Такой чувственный… Кастиэль подхватывает Дина под руки, а затем под колени и без труда поднимает. Тепло тела ангела ощущается так хорошо. Его грязный и порванный плащ как будто пропах войной, но этот запах не отталкивает. Он кажется очень родным. Дин видит кровоподтёки, видит разбитую губу, видит уставшие голубые глаза, которые сейчас смотрят с такой теплотой в его собственные зелёные. Он чувствует себя хорошо впервые за долгое время. Он, наконец, чувствует себя в безопасности. Ангел аккуратно кладёт Дина на кровать. Его уставшее после долгого стояния на коленях тело просто бессильно падает. Кастиэль смотрит в зелёные глаза его любимого человека и гладит Дина по волосам. Затем по лицу, по плечам, по рукам. Ангельское тепло согревает и успокаивает Дина. Человек смотрит на нависшего над ним ангела и протягивает руку к его лицу. Он стирает маленькую красную капельку под губой и осторожно притягивает Кастиэля для поцелуя. Уже второго за эту ночь. Всё кажется немного нереальным, но Дин не хочет думать об этом. Он нежно целует, а затем медленно отстраняется. Снова стирает появившуюся на губе ангела алую капельку крови и снова целует. Это похоже на сладкую пытку. — Дин… Кастиэль не выдерживает этих мучений, поэтому сам начинает целовать и покусывать губы Дина. Он медленно смещается ниже, кусая слегка щетинистую челюсть и переходит к шее. — Я скучал по тебе, Дин. Теперь я рядом. Кастиэль не собирается останавливаться, а Дин не верит, что всё взаправду. Видимо, его молитвы были услышаны. Ангел расстёгивает клетчатую рубашку Дина и легко стягивает её с плеч. Темноволосая голова снова оказывается на уровне шеи, и Дин чувствует эти мокрые приятные поцелуи, затем его осторожно кусают в плечо и ключицы, коротко лижут впадинку между ними. Ангел ненадолго останавливается. Взгляд зелёных глаз просит о большем. Кас наклоняется и еле дотрагивается кончиком языка до его соска. Дин выгибается навстречу, и Кастиэль решает не мучать мужчину. Он по очереди играет с затвердевшими тёмно-розовыми сосками, переходя от одного к другому. Лижет, прикусывает, оттягивает зубами и продолжает вылизывать…Дин тихо стонет и хрипло протягивает: — Ка-а-ас… Сильные руки хватают ангела за плечи и судорожно пытаются снять тренч. Кастиэль помогает и сбрасывает с себя плащ и рубашку, оставаясь в одних брюках. Зелёные глаза внимательно осматривают пострадавшее тело. На руках, груди, боках любимого ангела виднеются синяки, а иногда и шрамы. Дина это не останавливает и он хватает Кастиэля за волосы и тянет на себя. Очередной поцелуй заставляет Дина почувствовать во рту привкус металла. Из разбитой губы снова начинает течь кровь, но уже возбуждённые мужчины не обращают на это внимание. Руки Дина исследуют чужое тело, проходя по плечам и спине. Ангел прерывает поцелуй и совершенно неожиданно произносит слова, от которых у Дина перехватывает дыхание. — Прости, что меня так долго не было. Теперь никакая война не в силах будет заставить меня остановиться. По телу Дина проходит дрожь. Кастиэль расстёгивает ширинку мужчины и опускает ладонь прямо на выпирающий бугорок. Винчестер тихо стонет и царапает ангела за уже пострадавшие ранее плечи. Кас проводит рукой по уже немного вставшему члену и довольно улыбается, когда слышит хриплое: — Я ни за что не отпущу тебя, — эти слова сопровождаются глубоким вдохом, когда хватка сильных пальцев на члене становиться всё крепче. — Не смей останавливаться. Кастиэль начинает плавно водить рукой, Дин выгибается дугой, дышит через раз, ёрзает и даже не пытается сдерживаться. Он может только выговорить: — Сильнее! Прошу… Ангел наклоняется к его лицу и страстно целует. Одной рукой он упирается в кровать рядом с головой Дина, а второй продолжает удовлетворять его. Собственное дыхание Кастиэля сбивается, когда мужчина под ним одновременно хватает его за горло, сжимая, и едва ощутимо касается ширинки на брюках. Кастиэль немного отстраняется и хрипло выдыхает прямо в губы: — Нет, Дин, не так. Руки ангела уверенно стягивают джинсы и боксеры с человека. Дин делает тоже самое, окончательно снимая с Кастиэля оставшуюся одежду. Дин видит красивый возбуждённый член Кастиэля, но не успевает дотронуться, как сильные руки с лёгкостью переворачивают его на живот. Дин, хотя и пытается это скрыть, немного нервничает. Он мнёт пальцами простыни и прислушивается к звукам за спиной. Кастиэль медлит, рассматривая красивого мужчину под собой. Дин дёргается, когда чувствует, как чужие пальцы прикасаются к его промежности и начинают массировать колечко мышц. — Блять, — он весь краснеет, но в темноте этот факт остаётся без внимания. Кастиэль обводит взглядом комнату, пытаясь найти что-то похожее на смазку. Он тянется к комоду, и, о чудо, находит её в нижнем ящике. Он растирает лубрикант на пальцах и приставляет указательный к сжатому отверстию. Дин зажимается ещё сильнее, и Кастиэль останавливается. — Тише-тише, всё нормально. Раздвинь, пожалуйста, ноги и расслабься, — Кастиэль мнёт упругие ягодицы и ждёт, пока Дин выполнит все указания. Винчестер ложится поудобнее и разводит свои ноги, немного выгибаясь. Кастиэль одобрительно улыбается, смотря на эти действия. В узкое отверстие мужчины проникает один палец, аккуратно массируя стенки. Из под подушки доносится приглушённый стон боли, вырвавшийся из груди неподготовленного Дина. — Потерпи немного, ладно? Будет больно, но я стараюсь делать всё осторожно, — Кастиэль хочет доставить Дину удовольствие, но знает, как бывает неприятно в первый раз. — Конечно, я понимаю. Кас вытаскивает палец и плавно вставляет уже два, сразу останавливаясь. Он даёт привыкнуть к ощущениям, и продолжает только после того, как Дин расслабляется. Указательный и средний пальцы начинают не спеша двигаться, растягивая тугое отверстие. — Кас! — мужчина стонет, когда Кастиэль задевает простату, и от этого звука у ангела внутри всё сжимается. Дина трясёт, а член то и дело проскальзывает по простыням, распаляя ещё больше. — Пожалуйста, быстрее! Кастиэль вынимает пальцы и вставляет снова, добавляя третий. Он то и дело попадает по простате, от чего Дин сильно выгибается и его едва не подбрасывает на постели. Он громко стонет, сжимая мышцы. Кас прислушивается к просьбе и начинает двигаться ещё быстрее, а затем замедляется, разводит пальцы и тихо рычит, смотря, как припухшие стенки плотно обхватывают пальцы. В тёмном номере не видно ничего, лишь слышен дождь, всё ещё барабанящий в окно, и хриплые стоны двух мужчин, сопровождающиеся хлюпающими пошлыми звуками. Пальцы легко выходят из горячего влажного тела, и Дин всхлипывает, ощущая теперь какую-то непривычную пустоту и холод. Он слышит за спиной шелест фольги упаковки презерватива и характерный треск латекса, раскатываемого по члену. Дин впивается ногтями в подушку, чувствуя, как головка несколько раз проходится по его промежности, будто дразнясь, а затем настойчиво проникает внутрь. — Боже, Дин, — тихо хрипит Кас, и это напрочь сносит крышу. — Глубже, прошу! — стонет Дин и раздвигает ноги ещё шире, выгибаясь сильнее. Кастиэль рычит, тянет мужчину под собой за волосы и за пару толчков входит по самое основание. Винчестер воет в подушку и весь дрожит. Прямо сейчас он готов поклясться, что никогда раньше у него не было такого секса, и никакая девчонка не сможет сравниться с его ангелом, который всё быстрее двигает бёдрами, втрахивая мужчину в кровать. Член то полностью выскальзывает из его дырочки, то резко входит снова, заставляя мужчину снизу задыхаться от собственных ощущений. — Ахх, Кас, — протяжно стонет Дин сквозь подушку. Кастиэль выходит, останавливается и просит: — Перевернись на спину. Дин ложится на спину и сразу же обхватывает ангела ногами, и тот, привстав немного на коленях, притягивает тело мужчины, начав трахать ещё быстрее, чем раньше. Одна рука Кастиэля ложится на грудь Дина, щиплет за выпирающий тёмно-розовый сосок, а вторая опускается на живот, медленно двигаясь ниже. Головка с бешеной скоростью бьёт по простате, и Дин думает, что сходит с ума. Сильная рука военного ангела сжимает и начинает двигаться по члену мужчины, от чего тот громко стонет, и, наконец, резко выгнувшись кончает. Кастиэль чувствует, как пульсирующие стенки сжимаются вокруг его члена, причиняя небольшой дискомфорт, и с хриплым рыком кончает следом. Он плавно выходит из дрожащего тела и, стянув презерватив, завязывает его и бросает куда-то в сторону мусорки. Кас падает к расслабившемуся на кровати Дину. Они лежат рядом, и Кас, отдышавшись, поворачивается на бок, смотря на своего любимого человека, и говорит: — Я больше не уйду. Я слышал каждую твою отчаянную молитву, и они медленно убивали меня. Теперь я всегда буду рядом, — голубые глаза ангела смотрят прямо в душу. — И, Дин… — Кастиэль вздыхает, и искренне произносит: — Я тоже люблю тебя. За окном всё также бушует погода, гремит гром и дождь барабанит по крышам. А в номере мотеля по прежнему темно и холодно. Но Дину теперь тепло. Он теперь ни о чём не переживает, он спокоен. Теперь он счастлив.