Проклятие.

Тучи сгрудились так, что не было видно и краешка Солнца. Да что там солнца? Вообще никакого света не было! Парень стоял около выхода из деревни с красками, кистями и прочими художественными принадлежностями в руках. Люди, что стояли вдалеке кричали, тыкали пальцем, бранились и выражали своё недовольство в сторону брюнета. Некоторые старушки или дамочки закрывали своим детям глазки и ушки, чтобы никто не видел этого "уродца". Пошел сильный ливень. Жила была на свете женщина. Она полюбила мужчину и они поженились. Они завели ребенка, да только через день после его рождения — отец умер в лесу. Говорят, что его убил вампир живший там. Мать впала в отчаяние. Она осталась одна, с грудным ребенком на руках. Она смогла его вырастить, но когда тому исполнилось 10.. Они пошли в лес. Мать загрызли волки, Хуа Чэн был близок к этой же учести, но его спас красивый юноша.. Однако правый глаз не удалось спасти.. Для Хуа Чэна, это всё, естественно стало ударом по психике. Он остался один. Мальчишку приютили в один из домов, старенькая женщина. Она то и растила Хуа Чэна ещё несколько лет. Но вот однажды, в деревню пришёл неизвестный мужчина. Каштановые волосы струились по плечам, величественные шаги будто бы сгущали тучи и заставляли дрожать землю. Все разбежались, кроме 14 летнего Хуа Чэна. Мужчина грозно взглянул на него, а потом присел на колено и взял за подбородок. — Бедный, бедный мальчик. — Голос звучал так, будто бы две железяки скребутся друг о друга. — Сколько боли в этих глазах.. То есть в глазу. Ты потерял мать и отца, да? Остался сиротой? Тебе не приносит радости абсолютно ничего? Мальчик бы замотал головой, да только не получалось. А мужчина продолжал. — Ты, наверное, всех ненавидишь? Я тебя так понимаю. Я даю тебе волшебный дар. Мужчина взял кинжал, порезал свою руку и прислонил ко рту брюнета. — Выпей это и ты сможешь избавиться ото всех обидчиков. Ничего не понимая, Хуа Чэн зажмурился, сглотнул кровь, а когда открыл глаза.. Все было как обычно. Ясное небо, поющие птички на деревьях, сидящие на лавочках и щёлкающие семечки бабушки, детвора, что бегала босыми ногами на зелёной травке, проходящие мимо женщины с ведрами.. Но в руках у мальчишки лежали две кисточки, что-то на подобии красок и кусок бумаги. Хуа, естественно обрадовался и побежал домой. Он нарисовал свою "бабушку", поспешил показать ей рисунок и.. Когда она его увидела — её глаза стали пустыми. Она медленно упала на пол. Тело стало холодное, оно перестало дышать. Сердце прекратило стучать, а значит и гонять кровь было некому. Некогда тёплые руки, что гладили Чэна по голове были ледяными. Некогда яркие, полные любви глаза, что смотрели на Хуа Чэна, теперь были пусты и обезжизненны. Мальчик свалился на пол и со слезами пытался разбудить бабушку, да только без толку. Она уже не дышала. Хуа Чэн положил голову на живот старушке и тихо заскулил от боли, от печали.. —«Это из-за моего рисунка?.. Но я ведь так старался... Бабушка, бабушка! Очнись, умоляю, открой глаза! » — Думал Хуа Чэн, но толку от его мыслей? Правильно, никакого. Немного очухавшись, он побежал к местной "сумасшедшей". — Тётушка! Тётушка! — Что такое, Чэн-эр? И Хуа Чэн рассказал женщине о мужчине, о рисунке, о бабушке.. Глаза той ли увеличивались и после рассказа она осталась в шоке.. Однако быстро отошла. — Этот мужчина, что повстречался тебе, был никем иным как Несущим Беду в Белых Одеяниях. Он блуждает по миру без особой цели, но если встречает кого-то кто ему понравился — проклинает его, чтобы он стал таким же бедствием. —Но.. Но почему-то я? Чем я ему понравился? —Мне то почем знать? Ладно, или отсюда. Линвэнь вытолкнула ребенка из жилища и закрылась, продолжая работать. Почему её называли сумасшедшей? Якобы она слишком много знала и вечно сидела и кипятилась над древними свитками. Она верила во всякие "нелепицы" и "слухи", как мог сказать народ, однако в каждой из нелепиц или в каждом из слухов есть и доля правды. Линвэнь, что повидала многое на своем пути, знала больше всего, чем вся деревня вместе взятые. Хуа Чэн пошёл обратно в деревню, но никого не было на улице. Почти все собрались около его дома, а двое мужчин осматривали тело бабушки. Когда мальчик подошёл, женщина, что была матерью его друга, приобняла ребенка. —Бедный Малыш.. Сначала отец, потом мать, а теперь и бабушка.. Пускай бабушка была ему не родная, вся деревня признала, что ближе людей нету. Так что больше никого не заботили кровные связи. На следующий день, было пасмурно и шёл дождь. В глубокую яму опускали белый гроб, ни на одном лице не было улыбки, лишь скорбь.. Грусть.. Печаль.. И отчаяние. Эта старушка была очень доброй, всегда помогала детям и взрослым, сидела с малышами, пока родители были заняты, читала малышам книжки. А маленькому Чэн-эру она была ещё больше важна, чем другим. Когда толпа рассосалась, Хуа все еще стоял у гроба. Точнее у уже засыпанной мокрой землёй ямки. Взрослые смастерили деревянный крест, а местный художник нарисовал на нём портрет бабушки. Хуа Чэн упал на колени и закрыл лицо ладонями. В его голове была каша, он ничего не понимал. Он снова остался один. По своей вине. Мальчику хотелось отрубить свои руки, вырвать второй глаз, перерезать себе в конце концов глотку. Но он не мог. Внезапно, на его плечо положили руку. Это был его друг детсва — Хэ Сюань. Этот мальчик любил покушать, но оставался худым. Как и всегда, сейчас он кушал лапшу, которую приготовила ему мать. —Ты голоден? Одноглазый недоверчиво посмотрел на собеседника, но затем отвернулся. —Отстань. Не до тебя сейчас. Хэ Сюань пожал плечами и пошел к матери, которая уже обыскалась его. Чтож. Прошло несколько лет.. И почти сразу, как Хуа Чэну исполнилось 18, жители сослали его прочь. Его друг смотрел на него холодным взглядом, как и всегда. Казалось, что тот вовсе не находится тут. В самом далеке, в конце толпы, стояла Линвэнь. Она сочувственно смотрела на юношу, но потом развернулась и ушла. В конце концов, в Хуа Чэна начали кидаться камнями и ему пришлось уйти от туда. Толку было оставаться? Слушать его никто не хотел, все считали его уродом и проклятым ребенком, хотя второе правда.. Но обидно. Брюнет зашел в гущу леса. Было темно, холодно. Страшно. Если подумать, то ведь в этом месте умер его отец и от этой мысли пробирали мурашки.. Блуждая так еще час, замерзнув, потеряв любую надежду на жизнь, Хуа Чэн лёг на ближайший камень и уснул.