Beginnings

      Пятница оповестила Тони о подозрительной активности в Гринвич-Виллидж, и он облачился в свой костюм, когда она упомянула о возможных магических аномалиях. Тони не был поклонником магии с тех пор, как Ванда решила поиграть с его разумом, но он обязан был проверить. Пятница привела его к таунхаусу, который выглядел вполне обычно, но приземлившись перед дверью и подняв руку, чтобы постучать, он внезапно оказался внутри. А внутри было то, чего он точно не ожидал увидеть. Помещение больше напоминало музей.              И его любопытный разум велел ему потрогать. Потрогать всё. Хотя Тони сумел воздержаться, потому что то, что спустилось по лестнице, чтобы поприветствовать его, успешно завладело всем его вниманием. А точнее, самый красивый мужчина, которого он когда-либо видел. До тех пор пока этот мужчина не открыл рот.              − Тони Старк. Что же привело тебя из твоей башни? − его голос словно музыка для ушей инженера.              − Тебе не кажется немного грубым то, что ты знаешь моё имя, а я твоё нет? Родители тебя не учили элементарной вежливости? − огрызнулся Тони и ухмыльнулся, когда бровь мужчины дёрнулась в раздражении.              − Доктор Стивен Стрэндж. Мастер мистических искусств и хранитель этого храма.              − Язык сломаешь. Так ты типо волшебник? − Тони вертел в руках какой-то острый артефакт, пока плащ Стивена не поднялся и не выбил предмет из его рук. − ...Ладно, спущу, на первый раз.              Стивен фыркнул:              − Зачем ты здесь, Старк?              − Получил небольшой сигнал на свой радар «Этому-здесь-не-место». Пришёл посмотреть, что это было, и нахожу волшебника и его музей, − очень горячего волшебника, но Тони оставил это при себе.              − Чародея, − поправил Стивен. − Как видишь, здесь тебе не во что совать свой нос не в своё дело.              Этот высокомерный ублюдок, подумал Тони. Они едва успели перекинуться парой слов, а этот мужчина уже ответил на колкость Тони своей, и инженеру это чертовски понравилось. Остальные просто закатывали глаза, игнорировали его или называли придурком. Но Стивен? Он отвечал ему тем же, парируя его шутки своими.              Тони ушёл в приподнятом настроении после того, как они обменялись ещё несколькими нелепыми оскорблениями и колкими замечаниями, и ему хотелось ещё. Никто прежде не мог сравниться с ним в остроумии. Это было освежающе. Стивен, очевидно, был умён, и, вернувшись домой, Тони немного покопался в его прошлом. Ничего слишком личного, но достаточного, чтобы узнать, что тот был нейрохирургом, пока автокатастрофа не изуродовала его руки и, соответственно, его карьеру, после чего он, казалось, исчез с лица земли.              После этого он часто навещал Стивена. Обычно под постоянным предлогом, что хочет узнать, с кем ему, возможно, придётся работать, если для победы над будущим врагом потребуется маг. Поначалу Стивен язвил, но со временем просто смирился с тем, что Тони уйдёт только на своих условиях, и вёл себя так, будто миллиардера рядом нет. У них были короткие разговоры, в основном о том, что случилось после аварии, и иногда Стивен снисходил до ответа... а иногда нет.              Однажды Тони посетил Санктум и сразу же понял, что с бывшим нейрохирургом что-то не так. Тот выглядел уставшим, его руки сильно тряслись и вид у него был болезненный.              − Эй, док...              − Не сегодня, Старк. Пожалуйста, − тихое прерывание заставило Тони подойти к дивану и с беспокойством посмотреть на Стивена.              − У тебя кровь, − констатировал инженер, когда заметил кровоточащую рану на виске мужчины, и отправился на поиски аптечки, которую видел, как Стивен доставал в прошлом.              Когда он вернулся и занялся небольшой раной (после некоторых препирательств со Стивеном), чародей посмотрел на него с недоумением. Взгляд только усилился, когда Тони осторожно взял одну из его дрожащих рук и мягко помассировал, убирая боль. Тони был невероятно нежен, а Стивен был слишком ошеломлён, чтобы отдёрнуть руку или хотя бы отпустить какую-нибудь колкость. Вероятно, это было потому, что массаж помогал ему справиться с болью, а также из-за того, что у Тони было сердце. Он знал, что может быть трудным, но он действительно заботился о своих друзьях и тех, кого считал своей семьёй.              Закончив, Тони отправил Стивена в постель под предлогом, что тот не сможет защитить Санктум, если не позаботиться о себе.              С этого момента их необычные отношения начали перерастать во что-то большее. Тони приносил им еду на вынос всякий раз, когда навещал по вечерам, а их колкие разговоры становились всё реже. Они, конечно, не исчезли совсем, но было весело обмениваться подколами. Разговоры были приятными и уютными. Дошло даже до того, что Тони мог болтать о проделанной работе с костюмами, а Стивен засыпал, прижавшись к его плечу. Поначалу Тони обижался, но чародей признался, что слушать инженера было успокаивающе.              − Нравится звук моего голоса, Стефани? − поддразнил Тони.              − Заткнись, Тони, − Стивен положил голову на колени Тони и уснул.              Инженер впервые видел его таким расслабленным. Тогда же он обнаружил, что Стивену нравятся прикосновения. Тони провёл пальцами по его волосам, и, услышав в ответ довольный вздох, улыбнулся. С тех пор это стало обычным делом.              И вот однажды Стивен посетил башню. Правда, до смерти напугав при этом Тони, который был увлечён сваркой, но чародей лишь ухмыльнулся. Тони удивился, что Стивен в этот раз пришёл к нему, но ничего не сказал, и остаток дня они провели за просмотром фильмов и поеданием китайской еды на вынос. Тогда они впервые поцеловались. Они спорили о какой-то ерунде, произошедшей в фильме, и Тони так засмотрелся на губы Стивена, что притянул младшего к себе и поцеловал, даже не осознавая этого. И поскольку это были они, поцелуй не был нежным. Он быстро перерос в страстным, с прикусыванием губ, поцелуй, от которого у обоих в конце перехватило дыхание.              Когда же они добрались до секса, то это было просто потрясающе. Тони был приятно удивлён, узнав, что Стивен может быть зверем в постели, будучи пассивом, но он не имел ничего против и нежного занятия любовью, когда у чародея был тяжёлый день. В такие дни Тони заботился о нём. И после одного из таких разов, Тони, прижавшись к спящему доктору, осознал, насколько для него был важен Стивен.              Он даже готов был сказать, что любит его. Поэтому, убедившись, что Стивен спит, он прошептал слова любви ему на ухо перед тем, как заснуть, совершенно не подозревая, что Стивен находился в астральной проекции. Тот услышал... и ответил тем же, зная, что даже если бы Тони бодрствовал, то услышать не смог бы.              Затем Стивен встретил Питера. Парень проводил время в лаборатории, вместе с Тони работая над апгрейдами, когда чародей вошёл в комнату через портал. Питер вскрикнул от удивления, но Тони просто улыбнулся и представил подростка Стивену. Колдун, казалось, был готов развернуться и вернуться обратно в храм, но тут Питер начал восторженно говорить о работе Стивена как нейрохирурга, и это решило дело. Тони сказал, что упомянул чародея мимоходом, и Питер, должно быть, провёл собственное исследование, потому что инженер никогда ничего не говорил о его работе.              Затем, когда Стивен был в башне, Питер задал вопрос, который заставил Тони и Стивена замереть на месте. Тони и Питер работали над костюмами, а Стивен сидел на диване неподалёку, читая одну из своих книг, когда подросток остановился и посмотрел на Тони.              − Мистер Старк?              Тони даже не поднял взгляд от детали костюма, с которой возился.              − Что такое, карапуз?              − Вы и доктор Стрэндж встречаетесь?              Это привлекло внимание миллиардера, и он взглянул на Стивена, который странно на него посмотрел, прежде чем перевести взгляд на Питера.              − Почему ты спрашиваешь?              − Вы с ним - живое воплощение эмодзи с сердечками в глазах.              Неожиданная аналогия заставила Тони смеяться минут пять, а когда он наконец успокоился и посмотрел на Стивена, то увидел в его глазах слабый проблеск надежды. Настолько слабый, что если бы Тони не узнал Стивена поближе, то наверняка упустил бы его.              − Да, парень. Думаю, мы встречаемся, − наконец сказал Тони, и Питер уставился на него.              − Что значит «думаю»?!              − Не обращай внимания.              Питер фыркнул и снова опустил взгляд на свои веб-шутеры.              − Что ж... Я рад, что вы снова счастливы, мистер Старк. Вы заслуживаете это.              Тони улыбнулся, вернувшись к своему проекту. Счастлив? Да. Определённо.              Чувства Тони к Стивену стали ещё сильнее, когда тот начал уделять Питеру внимание. Он всегда следил за тем, чтобы подросток был накормлен, когда тот приходил в башню (Тони не очень-то удачно следил за тем, чтобы Питер ел, так как оба слишком увлекались своими проектами в лаборатории), залечивал его раны, которые Питер получал на патруле, и без конца слушал, как тот болтает обо всём на свете. Питер был важен для Тони, так что то, что они со Стивеном поладили, имело огромное значение.              Потом Мэй не стало... и Стивен поддерживал их обоих в это трудное время. Питера - с его утратой, а Тони - со сложностями, связанными с усыновлением, чтобы парень не попал в систему. Питер был его ребёнком... и когда он вернулся домой и увидел своего парня и сына, крепко спящих в обнимку на диване...              Жизнь Тони наконец-то стала полноценной.