Внимание

– Нуу-у.. Скажи же, – Словно только что очутившись в комнате, громко завел Дарк, тыкая парня в висок. – Где ты был, пока меня пытался отделать тот поганый мирок? Избранный еле слышно выдохнул, уже в пятый раз пробегаясь глазами по одному и тому же предложению. Всё только началось, а его уже этот тон раздражает. – Не переживай, – Усмехается красный. – Если ты сделал хотя бы парочку скринов со мной, я не обижусь. Долгая пауза. Лорд фыркает в привычной ему манере, легонько царапая кожу напарника, который на днях, к слову, вообще им не ощущался, и досадливо раскидывается на кровати. Поглядывает на скромно читающего книгу Избранного. Раздражает. У Дарка остаётся все меньше "гуманных", если их можно так назвать, идей того, как ему добиться своего. Какой прок быть сильнейшим и известнейшим созданием в интернете, если внимание Чоузена ему все равно не достается!? Он такого не заслужил. – Тот сайт был таким противным, жестоким, красным, – Продолжает театрально драматизировать Лорд, с усмешкой подавив прилагательное "горячим". Этот прикол он для себя оставит. – Оно подломило мое ощущение индивидуальности. Те белые громадные страшилища, они, представляешь, тоже атаковали меня огненными шарами! Возмутительно! Но я им задал, также как и всем тем гнилым свинотам. Чоузен притворяться умел, и сейчас он притворялся, что не слушает чужое нытье. С каждым словом Дарка брови ползли все выше: Это таким его друг видел то спокойное, мирное и светлое местечко? Големов и свиней? Лорд с Избранным были настолько разными, что порой казалось – и вовсе говорили о разных мирах. – И я так устал. Они все на меня набросились, все на одного! Подонки вообще слышали о чести!? Позеры... Оставаться без ответа уже входило в привычку. Как, в общем то, и разговаривать с самим собой, свернувшись у Чоузена под боком. Дарка бесит, когда тиканье часов подкрадывается и начинает бить по ушам – в последнее время особенно сильно. Обнажилась вонючая тоска. – И всё таки... – Дарк немного мнется, вязко смакуя слова, и, наконец, спрашивает. – Ты в это время где был то? Избранный замечает, что проникается жалобным, на-редкость тихим, скулящим тоном, но пока запрещает себе откладывать книгу – Молчит. Знает же – Красного не волнует, как напарник провел свой день. Его заботит лишь то, как он провел свой собственный, и почему в нём не было Чоузена, чтобы имелось на кого возложить свои прихоти – физические и эмоциональные. Это то, как у них всегда было. Не обида. Избранный использует этот факт о партнёре, когда сам не хочет отвечать на вопрос по своим причинам. В этот раз ею была лень. И, может, немного, стеснение. – На закат смотрел. Ты же видел. – Дарк еле сдержался, чтобы не завизжать от самодовольства. Тактика сработала. Разговорил. – Да-а? Весь день смотрел на заход солнца? Врешь же. А может ты с кем-то ещё развлекался, пока меня не было? – От робости не осталось и следа. – Нового любимца нашел, а? Поэтому со мной больше ничего не громишь, с ним веселее? Избранный отмахнулся от потянувшихся к нему рук, наконец устало склонив голову к напарнику и удостоив его взглядом. Сдержать кривую улыбку в этот раз не вышло. – Где я таких как ты найду? Лорд в момент уселся на кровати, по началу возмущённо скрестив руки на груди. Наверное, это комплимент? Или нет. – Сарказм тебе не идёт, Чоуз, но, так и быть, ответ засчитан. Избранный щёлкнул языком, мол, "ещё и нос воротит". Дарк был ребёнком. Нет, тело его, не подумайте, рельефное, крепкое, мощнее которого только мозги, наравне с интуицией и реакцией, да и живёт он далеко не первый цифровой год. И, несмотря на это, всё таки ребенок. Которому попробуй, не дай игрушку, – он разгромит половину планеты, проплюется самыми гадкими словами, что услышал в кинце, и показательно соберёт вещи, не переставая кричать, что уходит далеко и надолго, туда, где "тебя, подонок, разве что на поля пахать пустили бы". Чоузена такой подход утомлял, но никуда деваться не приходилось. Не то чтобы глупые кричалки Лорда были правдивыми – этим Избранный никогда не интересовался – но своей жизни он без чучела попросту не представлял. Может быть, что-то в его памяти оставило след, решив, что если ты без Дарка – то на вечном поле битвы, или в плену. А значит, лучше держаться ближе, что тоже порой обжигало, причем буквально. Парню не понравилось что-то в коротком "Ладно", отвешенном в ответ на провокацию, так что он вскочил, и, перед тем как показательно хлопнуть дверью, швырнул в Чоузена заряженный снаряд энергии. Благо, мимо. Просечь, когда беседа превратилась в ссору, никто не успел. Избранный озадаченно вслушивается в звон в ушах, не понимая, что он на этот раз сделал не так. От "Гордости и Предубеждения" в его руках остались лишь тлеющие угольки. Пожалуй, они оба в чем-то были как дети.