My forest's prince

11.11

      Как же всё изменилось! Сегодня на рассвете он прошёл обряд инициации. И это было так волнительно! Ликс забыл все слова чёртовой клятвы, которую учил. Ведь накануне она отскакивала от зубов. До сих пор не понимал, как ему удалось создать щит необходимого размера и крепости. Потому что из-за нервного напряжение тряслось всё тело.       Но сейчас его проводили в покои и оставили в одиночестве. Он сам снял с себя красивый костюм из белоснежной ткани с золотой вышивкой, принял душ и переоделся в простую, но тёплую одежду. Для него это всё теперь серьёзно. Он подтвердил свой статус наследника, принял полномочия. Назад дороги нет. Больше он не просто мальчик из приюта, а наследник эльфийского двора. Нагрузка увеличилась втрое. Уроки управления, тонкости политики, основная учёба и тренировки. Каждый день. Без выходных. Вечером он иногда только-только дотаскивал уставшее тело до постели, как сразу же засыпал.       Катастрофически не хватало энергии. Даже несмотря на усилители, Феликс всё равно чувствовал себя опустошённым. Он тосковал по одному очень конкретному следопыту, но даже сам себе долгое время не мог в этом признаться. Пока его не раскусил Джисон. Но и он посоветовал поскорее выкинуть из головы опасные мысли и найти другой маяк. Но какой?

25.12

      Прошло ещё пять или шесть недель, но всё вокруг совсем перестало радовать. И вроде всё в порядке. Вокруг семья, которая поддерживает. Маленький племянник, что просто заражает своим оптимизмом. Рядом его подопечные, которое просто молятся на его возвращение ко двору. Но в душе пустота. Там будто всё застыло в тот самый момент, когда любимый альфа покинул страну. И это было на самом деле невероятно плохо! Будто часть его самого оторвали и отослали подальше.       Новый год встретил у того самого фонтана, укутанный в плащ альфы, который тот однажды оставил у него после тренировки, укрывая от прохлады. До утра просидел на том самом месте, где они с Хёнджином когда-то проводили время вместе.       Сил было всё меньше. В какой-то момент Ликс понял, что заставляет себя вставать и идти. На какой-то короткий период попросил отдохнуть от активных тренировок. Но к февралю снова возобновил их. И стало ещё тяжелее. Но… вроде отвлёкся и даже приготовил красивый подарок на трёхлетие единственного племянника. С удовольствием узнал о повторной беременности Джисона.       А потом, словно гром среди ясного неба, произошло то, чего не ожидал никто, тем более так скоро. И сам Феликс думал, что у него будет время хотя бы до следующего лета. Он не успел. Обжигающая новость застигла его прямо во время тренировки. Молодой омега потерял сознание, а очнулся уже в своей постели. И сразу кинулся на этаж выше в покои единственного, недавно обретённого родителя. Но его там уже не было. Только слабый запах сгнившей розы. Так бывает, когда умирает эльф? Папа… Он потерял папу… Что теперь будет? С ним… со всеми вокруг…       Тёплые руки и смешанный с нежной лилией запах шалфея, который уже успел стать родным. Феликс кричал и вырывался, не давая себя увести. Первый раз в жизни с ним приключилась форменная истерика. Его трясло так сильно, что зуб на зуб не попадал. Он отгородился от всех щитом, который не смогли снять даже старшие. Целители беспокоились за молодого монарха. И успокоил только голос Джисона, пришедшего на следующее утро. Ликс снял щит, позволил себя накормить и увести на прогулку. Впереди предстояли похороны и коронация. И всё это в один день… Как он справиться должен? Как остаться в себе, если новости такие шокирующие? Но то, что сказал ему Джисон на прогулке, просто повергло в шок! ______________________________

16.02

      — Хван, эй, слышишь?       Хёнджин грациозно спустился с дерева, спрыгнув с последней ветки, и приземлился точно около Минки. Этот альфа был таким же высоким и обладал похожим строением тела. Они очень сдружились за эти три месяца, что Джин находился под его опекой. Минки был лишь на пару лет его старше, но уже опытный командир. И здесь, в юго-восточном пригороде Пекина, проявил себя просто великолепно. Он раньше был тёмным, но перешёл на светлую сторону, когда влюбился в одного из младших целителей при дворе.       — Что случилось, хён? — обеспокоенно уточнил Хёнджин, оценив нервный вид капитана.       — Нас с тобой срочно отзывают домой! За старшего останется Юнхо. Беги собирайся. Уезжаем буквально через десять минут. Через пять часов мы обязаны быть на церемонии, — скороговоркой выдал Минки.       — На какой церемонии?       — Наш правитель отправился на небеса. Через пять часов начнётся церемония прощания, которая, как и положено, закончится коронацией. Меньше слов!       Джин стремглав бросился к домику. Мысли ураганом взвились в голове. Пока спешно переодевался и собирал сумку — думал о всяком. Вот он триумф Феликса! Теперь этот маленький, юный эльф станет его правителем, что ещё больше отдалит их друг от друга. Омега станет почти недосягаем, как луна, как звёзды. Может, стоит задуматься о семье? Вышибить клин клином? Альфа навсегда отдал своё сердце Ликсу, но вместе им быть не суждено никогда. И теперь главное — это не подвести его на церемонии прощания.       Через десять минут они оба с Минки уже сидели на заднем сиденье джипа, который вёз их к аэропорту. Вылет в половину седьмого. По прилёту бегом на вторую регистрацию, и в девять они уже взлетали, направляясь на остров. И только сейчас Хван задался вполне логичным вопросом. Поэтому развернулся к старшему.       — Хён, а почему вызвали меня? Тебя, как командира, понятно по какой причине. Но что я забыл при дворе? Я же специально сбежал оттуда! — воскликнул Хёнджин.       — Личным распоряжением Ли Минхо, — усмехнулся Минки. — Удивляюсь только, почему он тебе лично ничего не сказал. Вы же вроде друзья?       — Друзья… Он, наверное, сейчас занят…       — В любом случае тебя снова возвращают. Теперь ты останешься при дворе. А я через два дня уеду к группе.       Больше они не разговаривали до самого приезда ко двору. А здесь был просто кошмар! Все бегали, суетились, делая последние приготовления. Вся резиденция была окутана в траур. Хёнджин спешно удалился к себе и только успел наскоро переодеться в приготовленные для него вещи, как его тут же позвали обратно. Уже в строю альфа здоровался с остальными. Они тихо переговаривались. Одетые все одинаково в парадную форму, они стояли в ожидании начала. И вот, наконец, вынесли гроб, красиво украшенный цветами и травами. На ступенях появились члены правящей династии. И Феликс… Он стоял такой прекрасный и невероятно грустный, даже опустошённый, отрешённый. Бедный мальчишка! Только обрёл семью и почти сразу часть её потерял. Прошло всего лишь три с половиной месяца с тех пор, как Джин впервые доставил его на эти самые ступени. А теперь стоял в тридцати метрах и мог позволить себе лишь любоваться красотой юного правителя.       Джин переживёт. В конце концов просто забудет его. Когда-нибудь. Просто нужно стараться быть подальше. Но как, если Минхо вновь вернул его, хотя доподлинно знал о причинах побега? Может, это решение Феликса? В этом нет никакой логики. Тем более что омега лично ему обещал, что больше не будет беспокоить.       Взгляд опять споткнулся о хрупкую фигурку. Началась церемония. Феликс вышел на середину. Ему подали лук и зажжённую стрелу. Заговором он увеличил её пламя, превратив в белое, как и всё вокруг, затем прицелился. Руки подростка дрожали так сильно, что того и гляди стрела выпадет из рук. Но он справился! Умница! Выстрелил и попал точно в центр конструкции. Гроб вспыхнул в считанные секунды. И вот уже белый костёр полыхал посреди толпы. И в это время со стороны хора лилась грустная песня, прощальная и ужасно тоскливая. После сожжения по старинному обычаю, которому насчитывается уже несколько столетий, Феликс сам собрал прах папы в мерцающую сферу и поместил её в красивую фарфоровую урну, запечатывая заклинанием и своей кровью.       Какой же красивый! Потрясающий в своей скорби. Он один из немногих здесь собравшихся, кто действительно искренен в своих эмоциях. Ликс переживает потерю и теперь нескоро оправится.       Вскоре церемония продолжилась. Принесли венец, вышел старейшина. Феликс опустился на одно колено, опираясь руками о другое. Пока венец держали над его головой — омега произносил клятву, обращаясь к своему народу. Он запнулся всего однажды, но нашёл в себе силы и продолжил. После того, как юноша закончил, венец надели ему на голову, коронуя новоиспечённого правителя. Толпа приветствовала его, выказывая уважение и почтение. Хёнджин видел, как его трясло. Видел, как младший нервничает. Вероятнее всего, именно поэтому его увели, стоило только вкусить хлеб с общего стола.       А Хёнджина тут же вызвали на личный разговор. К тому самому фонтану. Поэтому альфа сразу направился туда, не снимая парадную форму. Не только любопытство гнало его вперёд, но и беспокойство. Догадки подтвердились: его не просто так вернули ко двору. Значит, произошло что-то, выходящее за границы. Хван увидел друга стоящим у кромки фонтана. Тот сосредоточенно смотрел куда-то вдаль, но сразу обернулся, почуяв запах.       — Минхо, позволь мне лично выразить свои соболезнования! Безумно жаль… — протянул Джин, опуская взгляд.       — Спасибо, Джинни! Ты настоящий друг! — Ли обнял его и несколько минут они просто стояли в тишине. Но потом Минхо отстранился и посмотрел ему в глаза. — Догадываешься, по какой причине я вернул тебя?       — Не знаю. Я в чём-то провинился? Что-то сделал не так? Я приму любое наказание!       — При дворе есть омега в положении… от тебя. Беременности уже несколько месяцев. Надеюсь, ты примешь ответственность?       В горле тут же образовался ком! Он со многими здесь спал, пока был на службе. Мозг лихорадочно стал припоминать все случаи проявления его страсти в течение последних нескольких месяцев. Скорее всего, это тот маленький рыжеволосый целитель! Ведь они вместе провели всю его течку, не выходя из спальни целых три дня. Ёнсон!       — Конечно приму! Минхо, ты знаешь меня лучше остальных! Я никогда не бежал от ответственности и сейчас не стану! — решительно заявил Хёнджин. — Разрешишь ли ты сегодня же просить его руки?       — Завтра на рассвете вас обвенчают в часовне, как и положено! — друг вдруг стал таким серьёзным и строгим. — Как вообще мог так поступить? Как мог оставить после этого? Он же такой юный ещё! Ему и так не сладко пришлось! А ещё и тренировки!       — Прости!       — Не у меня должен прощения просить, а перед ним на коленях вымаливать! Завтра на рассвете мы будем ждать тебя в парадной форме. И не смей опоздать! А после совершеннолетия вступите в брак ещё и по закону страны! Ступай, Хёнджин!       Последние слова друга немного озадачили. Хван развернулся и зашагал обратно к резиденции. Ёнсон утверждал, что ему девятнадцать, когда затащил его в постель. Или это не целитель?       Остаток дня прошёл сумбурно. Он начищал обувь, потом тренировался. Много думал. И принял решение: кто бы не был тот омега, Хёнджин вступит в брак. Если переспали, значит, есть химия. А остальное приложится. И в этом всём был огромный плюс. Можно будет завести семью и выкинуть Феликса из своей жизни. Не думать о нём как о сладком омеге. С завтрашнего дня он останется только как правитель. Ничего большего между ними никогда не будет!       Лёг спать рано, не забывая поставить будильник за час до предполагаемого рассвета. Нужно было выспаться перед важным днём, который ознаменует начало новой жизни не только для него, но ещё и для омеги с его малышом под сердцем. И это так прекрасно! Почему-то приснился беременный… Феликс в прекрасном подвенечном костюме. Поэтому Хёнджин проснулся совершенно разбитый. Он не выспался, потому что пытался догнать своё видение, но у него не получалось.       Увидев, как за окном только начал сереть рассвет, Хёнджин помчался в душ. Сегодня день его свадьбы. Вот так внезапно. И уже ничего не исправить. Он больше не вернётся к прежней жизни, а начнёт новую. Быстренько надел парадную форму, которую вчера сам лично отдавал в чистку и забирал оттуда. Причесался и уложил волосы назад, убрав за уши. А ещё он накануне был у папы. Сухён благословил его и отдал кольцо, которое ему когда-то передал дедушка. Оно было поистине великолепно: белое золото было заряжено энергией эльфов и украшено изумрудами.       С первыми лучами рассветного солнца он уже стоял перед святым отцом. На первых рядах сидела правящая семья. Все… кроме Феликса. Если Джин всё ещё нравится младшему, то его отсутствие понятно. Наконец, ввели будущего супруга. Как и положено по обычаю, омега был укутан в непроницаемую, богато украшенную накидку, которая закрывала его по самые кисти рук. Хёнджин глубоко вздохнул и опустил взгляд. Это галлюцинация или действительно пахнет чайной розой?