I won't get out anymore

Вокруг пахнет дымом, в голове белый шум безболезненно заполняет ее, вытесняя все мысли. Медленное, будто неуверенное касание до холодного автомата, и через пару секунд дуло уже упирается в горло. 3.2.1. — Стойте! Ноыль вздрагивает, автомат из ее рук был выбит чужой пулей. Руки инстинктивно взвываются вверх, когда она видит перед собой вооруженного мужчину. Он был один, без какой либо подмоги, да и явно не похож на кого-то из их организации. Смахивал на детектива. Пытаясь отдышаться, мысли постепенно становятся на место. Минутная слабость, которая могла стоить ей сейчас жизни. Девушка быстро отходила, тем более от чего-то эмоционального, поэтому пару секунд затупив взгляд, она вмешивается: — Вам сюда нельзя! — с поднятыми руками говорит Кан Ноыль, пока на нее направлено чье-то оружие. — Вам сюда тоже. Это комната распорядителя, — говорит он с такой уверенностью, будто откуда-то все это знает, — Остров скоро взорвется, все работники уже должны были эвакуироваться, — дуло подносится еще ближе к женскому лицу, — Вас заставили охранять что-то особенное? Ноыль чувствует, что ее голос начинает садиться, и с небольшим колебанием, она отвечает: — Нет, я пыталась идти против, — влажные темные глаза бегают где-то на уровне пола, — Я помогла, кому хотела и решила…остаться здесь. Мужчина с влажными волосами и в бронежилете задумывается, на мгновение уводя взгляд от девушки-охранницы. Вдруг боль в боку пронзает насквозь и Ноыль прижимает руки к месту ранения. — Вы ранена? — тот наконец отпускает оружие, бросая его куда-то на пол, и опускается напротив. Он не знает, чего от нее можно ожидать, возможно, у нее в кармане спрятана катана, которая через пару мгновений разделит его на части, но этот человек…он почему-то не видит в ней угрозы. — Вы не с острова, верно? — шипя от боли находит в себе силы спросить Ноыль. Бровь детектива дергается, и он молча кивает, будто подавляя внутреннюю боль. Ей это было знакомо. — Пойдем, надо выбираться, — дрожащим голосом говорит незнакомец, пытаясь перекинуть ее руку через плечо, но Ноыль одергивается. — Я уже не выберусь, — холодно, однотонно утверждает охранница, пока ни один мускул на ее лице не дрогнул, — Машины были собраны, осталось меньше 15-ти минут, а… с этим, — Ноыль вновь съеживается от боли, дотрагиваясь до окровавленного левого бока, — Я одна даже не успею дойти вниз до лодок. Кан Ноыль спокойно и совершенно обречено откидывается на спинку мягкого дивана начальника. Неплохие условия, чтоб здесь умереть. Она была даже и не против. — Я помогу, — уверенно, но будто самому себе это говорит детектив, протягивая ей руку. Внутри Ноыль что-то с громким треском ломается. Влажный взгляд с неверием поднимается, и она смотрит ему прямо в глаза. В нем читается сожаление, призраки прошлого и жажда искупления в виде помощи ей. Он протягивает руку не Ноыль, а кому-то другому. Лицо остается почти невозмутимым, пока хрустальная слеза бежит по щеке, задевая кровавые ранки и немного щиплет. Девушка кладет руку в мужскую ладонь, и опираясь на его плечо она двигается чуть быстрее, чем двигалась бы без помощи. Всю дорогу Ноыль поглядывала на темноволосого высокого парня, ее губы неестественно дрожали, а когда тот посадил ее в лодку, и затем сам сел впереди за управление, она и вовсе беззвучно зарыдала, пытаясь справиться со всем, что накопилась у нее за день. Шум моря и мотора перебивал ее всхлипы, и поэтому ее слезы так и остались никому не видимы.