Близкий конец

В мире нет ничего хуже, чем проживать каждый блядский день одинаково. Жизнь Эдварда стала циклична, как время. Повседневная жизнь состоит из уроков, издевательств над отбросами вроде своих одноклассников и из ежеминутных рассказов Оливера о своей "прекрасной и нежной" принцессе. Это не совсем та жизнь, о которой мечтал парень. Он думал, что если у него выпал шанс попасть в группу бунтовщиков, то каждый день должен был быть неповторимым, играть яркими красками и бешеными эмоциями, что на самом деле — совсем не так. Из плюсов быть частью группы "буллеров" оставалось лишь лоялное отношение учителей, стабильные оценки и отсутствие угрозы быть следующим ужином ∆лисы, ведь своих, на удивление, она не трогает. Зип и Оливер уже давно отдалились от парня. Нет, они не перестали общаться с ним, звать на прогулки и прочие вещи, которые они обычно делали вместе, но Эдвард чувствовал, как между их компанией начало расти расстояние, с каждым разговором это ощущалось все сильнее и сильнее. От этого сердце парня сжималось обидой и растерянностью, ведь с такими чувствами он бороться не умел, да и не особо хотел. Эдвард считал, что все нормально и ему нужно попросту прожить этот период. Он сильно ошибался, думая, что плохое состояние пройдет само по себе, однако с каждым днём испытывать радость было все сложнее и сложнее.. Хуже того, он не мог рассказать об этом кому-то, у него элементарно не было людей, кому он мог бы излить душу и быть честным, без своей обычной маски "хулигана". И так каждый день. Уроки, издевательства над слабыми, дорога домой и сон. Все повторялось вновь и вновь. Эдвард не питал надежды, что скоро все должно стать лучше, он не ждал чуда и лишь смиренно принимал свою реальность. Долго ли это длилось? Несомненно долго. ——————————————————— Урок подходил к концу, лист с тестом и давно написанными на нем ответами лежал перед Эдвардом на парте. Он даже не старался отвечать правильно, вопросы были легче некуда, что-то вроде "как правильно пишется слово яблоко?". И это было неспроста, Мисс Тавель знала, что с близкими сообщниками Алисы связываться не стоит, так что для Оливера, Зип и Эдварда задания были составлены по-другому, с более примитивными вопросами. Практически все учителя придерживались этой стратегии, почти все. А те, кто высказывал что-то против или вставлял палки в колеса, становились новым мясом для "темной принцессы". Наконец, прозвенел звонок, большинство студентов немедля сдали свои работы и покинули класс — за исключением пары ребят. Эбби, неудачник и плакса, усердно дописывал последнее задание, Энждел, он уже сдал тест, но ждал свою ненаглядную подружку. И Клэр, та самая подружка. Светловолосая хорошистка, добрая и храбрая.. хотя насчёт храброй Эдвард бы поспорил. Недавно они уже пересекались между собой, когда Зип подсунула Клэр мертвую птицу в рюкзак и облила его водой. На такой акт унижения девушка ответила покорным молчанием, хотя за своих друзей готова и в драку влезть, и в глотки впиваться. Смотреть на такое было забавно: на вид сильная девочка не может и слова в сторону обидчика сказать, но в то же время это сильно сбивало с толку. И почему-то, Эдвард все чаще стал задумываться над этим. То ли от скуки, то ли от интереса. Даже сейчас он задержался в классе и смотрел в сторону парты Клэр, наблюдая за немного паникующими движениями девушки. Мисс Тавель уже шла к ее парте с целью забрать тест, Клэр же писала быстрее и быстрее, а с каждой секундой наблюдение за этой сценой становилось увлекательнее. И вот, казалось, учитель уже готов вырвать у ученицы лист с заданиями, но в этот же момент девушка сама подняла тест и протянула его в руки учителя, словно назло. Мисс Тавель на секунду остановилась, глянула на Клэр, затем же забрала тест и вернулась к своему столу, довольно громко цокая каблуками. Это позабавило Эдварда, было такое впечатление, что Клэр не хотела идти по прямой дороге и искала свой путь. Ведь можно было не напрягаться и подождать пару секунд, пока учитель не заберёт тест сама, но ей же надо сделать все по-своему. Досмотрев "спектакль" до конца, Эдвард уже с полной уверенностью побрел из кабинета, впервые за столько дней ощутив что-то кроме тоски.