Любой лед однажды тает

Красивая девушка со блондинистыми, отливающими рыжим, кудрями до плеч, угрюмо шла по школьному коридору в кругу одноклассников. Всё в ее образе символизировало напряжение. Даже веснушки на бледной коже выглядели скорбно, если такое вообще возможно. Ледошерстка, так ее звали, была очень непростым человеком. Начать можно с того, что она была отличницей. Но далеко не заучкой и не всезнайкой. Пятерки, надо признаться, были хрупкими, как тени на закате. И вот, сегодня был урок ее самого главного страха — английского. Вообще-то, обычно английский она не боялась и шла туда с легким сердцем. Но известно ли вам, дорогие читатели, такое слово как «замещение»? Или «совмещенка»? Дело в том, что английский язык у группы, в которой находилась Ледошёрстка, вела Голубка Березовиковна. Женщина лет тридцати с хвостом, добрая, низенькая, с пышными волосами. На уроках у нее они могли решать тесты для началки или просто разговаривать, часто сидели в телефонах. Пташка (кличка англичанки среди учащихся) ставила им оценке на пару баллов выше тех, что они заслуживали. Когда у нее было плохое настроение, она открыто говорила, что все ученики в ее группе по английскому нулевые. Ледошёрстка могла лишь согласится, ведь, несмотря на оценки, она на английском языке едва ли могла связать два слова. В общем, картинка довольно банальная. Другая группа по английскому нехило так шпарила на языке. Их учитель, Древесник Корневич, был человеком строгим, немного чудоковатым, но дело своё знал хорошо. Его побаивалась вся параллель. Его младший сын, Корнецвет, посещал ту же музыкальную школу, куда ходила Ледошерстка, так что они были неплохо знакомы. Пыльные кабинеты класса игры на пианино и лежащий на необлагороженной земле под окнами разбитый цветочный горшок хранили в себе память об их шуточных перепалках, пении дуэтом и играх в догонялки. Солнце сжигало подоконники и некогда белые жалюзи. На этой неделе учеников разделили на группы, каждая из которых к концу месяца должна подготовить выступление. Два вокалиста, гитарист и пианист. Пшеничные растрепанные волосы Корнецвета на солнце блестели. Голубые глаза, удивительно напоминающие глаза Ледошерстки, излучали пессимизм и усталость. — Я тоже не в восторге от этого выступления, но давай хоть немного продумаем его, — миролюбиво и с робкостью, которую, впрочем, опровергало недовольно сдвинутые брови, проговорила Ледошерстка. — Леди, я считаю глупым решать что-то без вокалистов. — Но что делать? У них с нами занятия совпадают только по четвергам. И какая нафиг Леди? — Я думал, тебя это сокращение устроит. — безэмоционально сказал Корнецвет, присев на подоконник и прислонившись затылком к оконному стеклу. — Идеи есть, Ледошерстка Тросниковна? Ледошерстка, нахмурившись еще сильнее и раздраженно цокнув языком, подошла роялю и, усевшись на стул, поиграла пару аккордов. — Эм… группа «Звери»? Молодость наших педагогов? — Угу, — буркнула Ледошерстка, машинально перебрав пальцами по клавишам. Спустя мгновение она почувствовала легкое прикосновение. Корнецвет, аккуратно наклонившись, накрыл ее руку на рояле своей и нажал несколько клавиш. — В этом темпе лучше, не считаешь, Шёрст? — обдало теплым дыханием ее затылок. Немного зависнув от происходящего, она медленно кивнула. Но тут же вспомнила, что надо возмущаться. — Ребенок, может хватит с моим именем эксперементировать? — Как скажешь, Ледок, — беззлобно усмехнулся Корнецвет. Ледошерстка медленно и угрожающе развернулась на стуле. Ей так казалось. На самом деле она со всей скорости впечаталась носом в грудь Корнецвету. — Корешок, заткнись, а? Он широко улыбнулся и отступил на шаг. — Не дыши на меня, щекотно, — засмеялся он. Ледошерстка порывисто вскочила и, плотоядно усмехнувшись и забыв свое воспитание, вытянула руку и пощекотала шею Корнецвета. Тот корчился от щекотки. — Ой, отвянь, Лед… — О как. Нормальное обращение. — И отойди, а то это напоминает нападение. К стене прижали, защекотали. На статью тянет! Лед фыркнула. — А еще твои волосы тоже щекочутся. Но пахнут классно. Такая фразочка подействовала мгновенно и Ледошерстка тут же отступила вбок, заняв его место на подоконнике. — Моя месть будет жестока! — воскликнул Корнецвет и, засмеявшись, ринулся к ней. Ледошерстка замахала руками, тоже не сдерживая смех, и цветочный горшок полетел прямиком в распахнутое окно. Звон разбитой керамики отрезвил их. — Сыграем похоронный марш фикусу? — мрачно хмыкнул Корнецвет. — Детский сад. — недовольно фыркнула Ледошерстка, заправляя прядь волос за ухо. И вот сейчас начнется английский. Ледошерстка тихонько прошевствовала в кабинет и постаралась не привлекать внимание. Древесник сухо поприветствовал всех и попросил дежурных раздать листочки с заданиями. Десять минут на раздумия и заметки, потом обсуждение всем классом. Девушка нервно закусила губу. Кое-как накорябав половину ответов, частично сдув их у соседа по парте, несдавшего телефон, Лед постаралась сидеть тихо. Все шло своим ходом. — Ледошерстка Сельцова! Как вы перевели шестое предложение? Нервно сглотнув и пару раз запнувшись, Лед с грехом пополам назвала правильный ответ. Оценки им не поставят, но позориться не хотелось. Она сама не понимала, почему. Так. Надо слиться со стеной. Надо подумать про что-то невеусное, стены ведь зеленые. Кабачковая икра, манка с комочками, сыр с плесенью… не помогает. Так, ладно, подумаем про любовные романы, от которых ее всегда тошнит. О! Надо представить поцелуй. С кем, блин? Разрозненные глупые мысли мелькали, Ледошерстка входила в раж. На ум сам собой пришел Корнецвет. Как бы это было? Ледошерстка представила, как во время очередной перепалки он неожиданно зарывается носом в ее волосы, а она слегка отстраняется и поднимает голову, ведь, несмотря на то, что Корень на год младше нее, он выше на добрые пятнадцать сантиметров. Его длинные пальцы гитариста ложатся ей на шею, мимолетно заправляя ее вечно непослушную прядь за ухо. Расстояние сокращается, воздух трещит. Ее губы, покрытые слоем малиновой гигиенички, накрывают мягкие теплые губы Корнецвета. Вкус малины они делят на двоих, медленно углубляя поцелуй… Тьфу блин пропасть! О чем она думает? Позеленеть в цвет стенке не получилось, зато румянец еще какой появился. Ничего-ничкго, рама у парты красная, авось и с ней по цвету сойдутся. — Ледошерстка, как вы переведете второй абзац в пункте b? Древесник экстрасенс?! Он что, почувствовал, что она тут чуть не растворилась в мыслях о поцелуях с, о боги, его сыном?! Видя ее здорово офигевший взгляд, Древесник прокашлялся: — Я вас, Ледошерстка, спрашиваю потому, что я из вашей группы только вас и помню. Переводите. Страдайте. Что, блин? Ледошерстка уставилась в учебник. Она настолько ошалело от себя и от происходящего, что не могла выдавить не слова. Тем более тогда она и не задумалась, почему Древесник так наслыщан именно о ней. Вздохнув, учитель переадресовал вопрос ее соседу по парте. Ледошерстка сжалась в комочек эмоций и до конца урока пыталась понять, что на нее нашло. Звонок оказался спасением. Поспешно собрав рюкзак, девушка покинула кабинет. Благо урок английского был последним, она забрала телефон и направилась к раздевалке. В канал музыкалки пришло сообщение. «Дорогие юные таланты! Вы все помните конкурс, проходивший в августе этого года. Наше жюри наконец подвело итоги и выбрало пять лучших номеров, которые должны будут прозвучать повторно на городском фестивале. 1. …» Сердце Ледошерстки екнуло, когда в списке она обнаружила свою команду. Тогда в августе они замечательно сыграли «Говори», с Подпалиной и Тенесветом в качестве певцов. Конечно, не без происшествий, вроде того, что Теник, как они прозвали Тенесвета, чуть не грохнулся в обморок от нервов. Ликование и фразы вроде «Все в этой жизни, кроме слез и нервов было не зря» целиком заполнили душу Лед. Она уже набирала сообщение в чат «Говори блин на конкурс» (название писалось Корнецветом в час ночи, когда и создавался чат), но передумала. Лед: *пересланное сообщение об итогах конкурса* Лед: Ну что, только вперед? Адресат получил и прочитал мгновенно. Корнецвет: Наша песня хороша, начинай сначала… Корнецвет: А как же иначе? Только вперед) Лед: Вперед и с песней) Корнецвет: Пытаемся побить рекорд по употреблению пословиц и поговорок, день первый Лед: Ой, не выделывайся. Рад же. Корнецвет: Чему радоваться? Снова репетиции и обмороки Теника Лед: Не нуди, а то защекочу Корнецвет: Не командуй, а то поцелую Ледошерстка усмехнулась и оставила сообщение без ответа. Смущение и скептицизм мешались, она не знала, как на такое реагировать. А впрочем, будь что будет.