Минато\Кушина (Принц и Русалочка)
16 августа 2025 г., 17:55
Шторм вызывают не русалки, они вызывают водовороты, заманивают неопытных путешественников и убивают уже внутри. Опасные и прекрасные русалки. Они вымирают, гибнут. Особо осведомлённые моряки знают: кровь русалки для человека ещё более сладкий яд, чем человеческая для них. Человеческая кровь залог их вечной молодости и существования. От каждой выпитой капли голос становится слаще цветочного нектара, а кожа бархатнее дорогих тканей. А у людей ещё лучше.
В водах страны огня скрываются в глубоких подводных пещерах прекрасные создания с рыбьими хвостами. Избегая гибели, мирно существуют под строжайшим запретом контакта с человеком. Их всех называют Узумаки. И слагают легенды одну интереснее другой.
Правнуку господина Хаширамы кажется, что прабабушка так много знает потому что тоже была русалкой. Её огненные волосы на старых семейных портретах как из рассказов про морскую нечисть. Но она всегда после сказки на ночь прикладывает палец ко рту, а мальчик словно под гипнозом не рассказывает никому их покрытый магией секрет.
Владение у моря посещается мальчиком каждый год. Бывшие правители Древесной Долины передали дело внукам и сейчас жили достойно и счастливо вдали от дел. Минато Намиказе их гордость и радость, достойный будущий принц. Любимый и единственный правнук.
Мито-сама и Хаширама-сама недавно почили. Первое лето наедине с жившими тут малочисленными слугами и учителем выдаётся удивительно печальным. Босыми ногами по берегу бухты лежит путь мальчика, собиравшего красивые ракушки и камни. Волны уже хлестают по коленкам, но мальчик задаётся целью достичь скалы с потайной пещерой. Вода его любит, бояться нечего. Погода меняется быстро, море успокаивается к середине пути, а тучи суровыми кучами соревнуются за возможность послужить солнцу прикрытием. Та самая пещера, обнаруженная им в прошлом году вот-вот покажется. Пара десятков метров вплавь после поднявшегося уровня воды и он на месте. Клад, тайно собираемый с прадедушкой, стоит вскрытый, оставшиеся вещи сложены аккуратно внутри, а рядом лежат разнообразные жемчужины и ракушки.
— Значит не просто сказка, — радостно шепчет мальчик, опуская внутрь расшитый мамой шёлковый платок. Среди старых колец и деревянных дощечек с предсказаниями ткань выглядит самой роскошной, инородной. Взяв по одной наиболее приглядевшейся ракушке и жемчужине мальчик уходит.
Следующие дни повторяется странный негласный обмен, а старые вещи остаются нетронутыми. Учителя спрашивать бесполезно, а слуги лишь восхищённо говорят о том, как им нравятся местные сказки, которые рассказывают на рынке ближе к деревне. На том же рынке он покупает несколько шпилек ручной работы для матушки, а одну откладывает для таинственной русалки. Отчего-то Минато не сомневается, что это девушка и ей должно понравиться.
Учитель отпускает после ужина, привычно похвалив за поразительные успехи в боевых искусствах и стратегии, предупредив, что сегодня звёзды предсказывают шторм. От моря не удержать подальше, когда влюблён в него, посвящён в тайну. Поэтому, не снимая тренировочных одежд, мальчик спешит подарить тайному другу особый подарок. Мешающую одежду предусмотрительно оставляет не слишком близко к воде и плывёт по волнующейся глади к секретному месту. Специально приходит поздно, в надежде хоть на миг удовлетворить любопытство. Солнце постепенно садится, а никого так и не обнаруживается. Дело близится к ночи, снаружи молнии мечутся в разные стороны, волны бьются о скалу. Почему-то спокойно, и вода, как заколдованная никогда не прибывает и не убывает. Утром будет виднее.
Всплеск будит воспитанного маленьким воином Минато, готового подскочить среди ночи.
— Постой, — не успев увидеть, говорит мальчик. — Я принёс подарок, просто не положил.
Глаз успевает уловить идущую по камням девочку с красными длинными волосами, которая в страхе поскальзывается и смешно падает в воду. Ноги становятся рыбьим хвостом, а щёки приобретают цвет схожий с волосами. Воспользовавшись её растерянностью, ловкий Минато подбегает к гостье и протягивает шпильку.
— Твои волосы очень красивые, — он хотел это воскликнуть, выражая весь объём своего изумления, но вышло слишком смущённо. Тёмно-голубые глаза испуганно посмотрели в его небесные. Шпилька. Он только сейчас обратил внимание, что протягивал её острым концом, что могло выглядеть соответствующее. Миг изумления в её глазах тоже пропал, русалка начала пытаться по мелководью уплыть обратно в океан. Великий ужас отразился на её глазах.
— Эй, подожди, ты куда? — откидывая шпильку на близлежащий камень, спустил ноги в воду, чтоб удержать девочку за плечи. — Ты же тоже ребёнок? Прям как я.
Его громкий голос отразился от камней, стеснение редкий гость у Минато Намиказе. Ему была крайне интересна необычная особа перед ним, что он утратил аристократичную сдержанность.
— Пустите, пустите, — ещё громче кричала русалка.
Ох, он оказался слишком резок и напугал её? Своими приобретшими грубость от вечных тренировок пальцами начал он гладить обласканные водной гладью плечи. Как бабушка ещё год назад, он шептал слова колыбельной о маленьком лисёнке, родившемся с девятью хвостами. И как по волшебству это сработало.
— Это же легенда из водоворота, — резко отскочила девочка, приобретая в миг удивительную уверенность. Ей хватило ловкости схватиться за шпильку и направить на человеческого ребёнка. — Откуда ты знаешь её? Отвечай!
— Я… — Минато растерялся. — Прости, можешь опустить шпильку? — потёр свою голову и глупо рассмеялся.
Кто ему позволял? Она же сейчас сильнее. Что это вообще за человек такой?
— Я Кушина Узумаки, даттебанэ, — ударила хвостом о воду, плеская прямо в казавшееся ей наглым лицо. Но предмет в руке всё же убрала чуть дальше. — Я приказываю тебе ответить!
— Минато Намиказе. Наследник земель и титулов Сенджу. А также будущий владелец вод, в которых ты плаваешь и прилегающего к ним. берега, — спокойно, будто бы заготовил ответ, подловил русалку мальчик. Его протянутая вперёд рука отпугнула девочку. Непонятный человеческий жест.
Она всё это время брала его вещи, да, с обменом на свои, но… Всё это время он ловил любопытную рыбку в своих владениях! Всё это время он считал эту самую глупую рыбку, заигравшуюся с подарками суши, своей собственностью.
— Я из тех вод, которые тебе не принадлежат! — растеряно крикнула Кушина. — И вообще вода принадлежит морским существам. Дом людей — на суше, — пробурчала недовольно под нос.
— Ты права, — без пререканий, полный уверенности голос.
— Пф, — бросила недовольно русалка, прежде чем скрыться из виду. Ей не хотелось думать о странном человеческом ребёнке, который противоречил легендам её народа.
***
Учитель обеспокоено посмотрев мальца впредь запретил посещать тайное место. Наказание за позднее возвращение домой. Минато не капризный ребёнок, но под конец лета он оставил для необычной девочки Кушины кунай, который послужил бы ей лучшим оружием, нежели шпилька. В следующем году приехать не вышло, как и через год, и ещё несколько позже. Пять лет подготовки к поступлению на службу в совете отца, чтобы набраться опыта и стать достойным приемником родителей. Госпожа Цунада, оставившая на мужа дела, приняла спонтанное решение наконец вознаградить себя и сына отдыхом. — По возвращении тебе предстоит много работать, как и мне когда-то. Твой прадедушка был бы рад, что ты перед таким важным событием прикоснёшься к его любимому морю. Минато уже догадался, почему его предок отдал сердце морю. Он и сам несколько лет назад убедился, что сердце русалки не просят, не отбирают, а даром у жертвы забирают. Как и мысли. Все прошедшие годы гадал удивительный ли сон или явь та русалка. Не припоминала матушка старых запретов учителя, поэтому спокойно отпускала к морю. Фигурка из дерева в виде лисёнка из легенд заняла неделю кропотливой работы. Хотелось верить, что его ждала всё та же маленькая хитрая русалка, с щеками красными как помидорки. Или правильнее сравнить с ними её волосы? Внутри лежала мокрая шкатулка, в которую во время бури умудрились попасть водоросли. Обычно вода сюда не доходила. Совершенно пустая от прежних безделушек и драгоценностей. Своеобразный обмен подарками произошёл вновь. Через несколько дней он пообещал себе наведаться. Удивительной красоты вещицу принесла с собой Кушина. Она то и дело вертела в руках любимую жемчужину, подаренную папой на день рождения и размышляла вплести её в ожерелье или диадему, или оставить по совету старших в качестве приданного. Темнело, а возле берегового камня, с которого открывался вид на закат трапезничала строгая женщина в окружении слуг. Сама судьба велела плавать ей подальше от владений её давнего знакомого. Хозяева изволили их посетить в кой-то веки. В знакомой пещере русалка расслышала шорохи. Вернулся? С опаской она проплыла внутрь, чтоб высказать недовольство. — Попалась, — скользко прошёлся по слуху чей-то голос перед тем, как её лишили собственного. Противоречил историям о людях всего один, а соответствовали почти все. Попытки приблизится к берегу за несколько лет сократились. Подарки в сундучке не обновлялись, а признаки присутствия на берегу хоть каких-нибудь живых существ пропадали. Да, отец наставлял, что в последнее время люди выловили двоих её знакомых и у берега нельзя находится. Но этот берег был Минато Намиказе, здесь её никогда не трогали. Дальше — ничейный, но здесь…она уже своя, меняется необычными вещицами и никого не трогает. Жемчужина, крепко сжимаемая в руке выпала после того, как возле перевёрнутого полностью старого сундучка оказался совершенно новый предмет, изображающий их хранителя. Приманка? Если она на территории Минато, то поймать её решил он? Значит и этот человек не противоречил сказкам про людей. Они были знакомы один вечер, а Кушина — дурочка, поверила в добрые голубые глаза. — Может, сами попробуем её на вкус? — Идиот, безбедная жизнь за одну рыбью девку на три поколения вперёд вкуснее. Последняя надежда на то, что кто-нибудь из сестёр её найдёт, не покидала. Слёзы текли беззвучно, занимая влагу у бескрайнего моря. Прядь за прядью Кушина обрывала свои волосы в воде и немного на берегу, пока силы окончательно не покинули её. Два знакомых оружия упали рядом с похитителями. Ими точно не промахнулись. — Именем Сенджу, вы приговариваетесь к немедленной казне за проникновение на территорию и кражу собственности, — твёрдый, как будто далёкий голос принадлежал человеку с мечом в руках. Его стройный силуэт сливался с деревьями. — Так вода ведь не принадлежит вам, — аргумент из их уст уже не так забавен. — Идиот… — это были их последние слова. Кровь разлилась по земле после глухих ударов. Лишённая возможности даже закричать, Кушина просто закрыла глаза, позволяя девятихвостому божеству решать её судьбу. Если ей суждено умереть по глупости, которую пытался предотвратить отец, то так тому и быть. Без слов, без острой боли или предсмертной агонии, тело её оказалось в сильных жилистых руках. Возле головы звук лезвия опустил сердце прямиком в хвост. Рот стал свободен от тисков ткани. По прежнему закрытые глаза не мешали воображению подкидывать страшные картины ближайшего будущего. Но просто ощущение передвижения в пространстве и звук одиноких шагов не оправдывали ожиданий. — Уже всё в порядке, — спокойные, добрые интонации в голосе нового похитителя вызвали очередные слёзы. Кричать навзрыд сейчас ничего не мешало. — Эй, Кушина, открой глаза. Это же правда ты? — совсем тихо, возле самого уха с надеждой прозвучал вопрос. Кушина. Он помнил её имя. Напуганная девочка в его руках успела стать старше вопреки ожиданиям. Минато ещё в прошлый раз определил, что их возраст близок друг к другу. Пропавшие за годы щёки и более длинный ноги выдавали то, что она подросла. Он мог похвастаться тем же. Полные удивления, большие глаза распахнулись резко, уверенно. Одновременно изменились до неузнаваемости и остались точно такими же. Необъяснимый феномен. И разве можно отдать сердце дважды, если оно всего одно? — Как… Как ты меня нашёл? — уловила свой голос на слух, и обратилась к нему дерзко, как и прежде. — Ты оставила сокровище, но не забрала моё. Обычно твои ловкие руки действуют аккуратнее и хитрее, — сделал вид, что перевёл тему, но ответил на вопрос. Искусство ведения интриг, запечатанное в тысячах свитков ему впервые пригодилось на практике. — Спасибо, — она поняла смысл, хоть и была из совершенно другого мира. — А ещё ты решила избавиться от своих волос. Больше не надо, они очень красивые… — Если я не забрала твоё сокровище, то моё всё ещё принадлежит мне, — они играли друг с другом, хватаясь за те слова и фразы, которые хотели наградить ответом и продолжить. — Прямо как ты, — Минато оставил право выбора за Кушиной — продолжил ли он за себя или за неё. Тишина между ними стала словно осязаемой. Потом мокрой, как море. Минато хватило войти в него по колено, чтобы смущённая гостья его владений ударила рыбьих хвостом по воде и поспешно уплыла. Розовая диковинка осталась забыта в человеческих руках. Нехорошо, следовало вернуть.***
Оставленная в сундуке жемчужина ждала свою хозяйку. Минато настоял на том, чтобы мать задумалась об ограждении территории, ведь он был вынужден убить наёмников, напавших на него в лесу. Нежелание врать кололо душу, но тайну прабабушки, запечатанную в одном месте из детства, он сохранит. Так же как и тайну о существовании Кушины. Никто не договаривался, об этом известно без лишних слов. Годы шли, а коробка стояла на прежнем месте. Как и покрытый защищающим от влаги веществом лис с девятью хвостами. Каждое лето дарило парню разочарование. Так он вырос в молодого мужчину. Сердце отданное дважды не вернуть назад. Но договор с родителями хранил лишь одну просьбу: позволить провести это лето в резиденции у моря, прежде, чем начинать подбор невесты для молодого господина. Сердце отдано дважды — напоминал он себе. И виделись они дважды. Но ещё со времён прадедушки в их знатной семье узы брака соединяли любящие сердца. Джирая Намиказе безродный искусный воин прямое доказательство в их семейном древе. И бабушка, у неё же как-то получилось стать человеком. Он слишком много мечтал… Повозка остановилась. Этим летом припозднился. Дни уже успели стать короче, хотя по прежнему сохраняли тепло. Минимальное количество слуг работали по дому. Старая большая комната Хаширамы и Мито чистая, не тронутая перестановками хранила их историю, вещи. Его же с годами менялась. В ней уже не преобладали дары моря, аккуратно убранные в угоду оружию и важным документам. Кунаи, на которых любил тренироваться старый учитель, вовсе пропали из комнаты. За работой прошёл день, второй. Собирался дождь, беспокоилась вода. И только тогда Минато вспомнил, что пообещал себе в последний раз наведаться к нетронутым с годами сокровищам. Погода беспокоилась, но дальше лёгких ударов о берег и грозных туч ничего не происходило на протяжении трёх дней. Юноша решился. Работа, взятая с собой, почти доделана, а до конца отведённого срока неделя. А ещё ехать назад. Точно сегодня. Лучше в ближайшие дни уже не станет. Уровень воды в пещере поднялся. Тонкие нижние брюки липли к телу, как и рубашка. От ветра становилось слегка зябко. Что лис, что жемчужина оставались при нём. Не стоило надеяться. Этот опасный заплыв в место из детства ознаменуется прощанием. Оставил многострадальную работу прошлого здесь же, Минато не спешил. Волны снаружи уже догоняли человеческий рост. Дождь помогал им в этом. Ещё немного вопросов можно задать в ожидании. Зачем вообще состоялась их встреча? Чтобы заманить его, неопытного путешественника и погубить? Человеческая жизнь, отнятая русалкой лично, также пьянительна, всесильна. Но ведь инициировал встречи он, добровольно. Сам потопил себя на дне морском. — Если она того желает, то я и правда позволю испить своей крови до дна, — рассуждал в полубреду, не замечая, как степенно тонет, уносимый коварными волнами. Кожа стала с каждой проведённой минутой в воде. Она заколдовывала оставаться тут дольше и дольше. Узнала Кушина в добыче отца Минато. День, когда она решила связаться с человеком проклят. Отец видел его. Отец уже привёл господина Нагато чтобы она разделила с ним трапезу и стала ему женой. А Минато Намиказе обыкновенный смертный человек, в голубых глазах которого тонуло солнце. Вместе с ней. Однажды она слышала, что госпожу Мито, поймал в сети простой человеческий мальчишка. Этой историей пугали ночью. Ведь за то, что она его полюбила у неё забрали хвост, бессмертие, магию голоса. — Всего сотню лет назад одна из моих сестёр покинула нас из-за человека. Поэтому мы в этот важный день на этом месте, как и завещали предки, в честь великих событий наполняем себя человеческой кровью, чтобы наш род креп. Мама после слов отца запела колыбельную, обвешивая дочь праздничными украшениями, а мать предполагаемого жениха, лицо которого ей было безразлично, напевала другую. Все звуки смешались в один. Она неожиданно вспомнила, как Минато пел ей ту же песню, детским, самым приятным голосом из всех, не бледный от магии водоворотов на жертвенном альаре. — А что стало с госпожой Мито? Как вы узнали, что её поймал человек? — шёпотом спросила Кушина, будто не в себе. Ловкие руки матушки навешивали как можно больше блестящих безделушек, хранившихся дома. — Она явилась вглубь, к отцу, рассказывая о том, что отдала человеку сердце. Не кровь, не жизнь, а сердце. Самое ценное, что есть у каждого. Отдала голос колдунье взамен ног, обручилась с ним по человеческим обычаям и заимела от него ребёнка. А потом магия колдуньи спала. Наша кровь смешалась с человеческой. И тогда отец забрал у неё всё взамен жизни этого ребёнка. Но в ней хранился веками дух нашего лиса, лишь только поэтому она и её потомки остались жить, — гневался отец. — Нас очень мало, но живём мы долго, девочка. Поэтому и духа даровали некогда достойнейшей из дочерей вод, — причитала мать жениха за своей работой. — Девятихвостый же живёт во мне и в… — возмутилась русалка, совершенно запутавшаяся в историях правды и лжи. Мать недовольно её осадила. — Как и в других восьми хранителях хвостов. Ногато тоже хранитель, так же как и твоя троюродная кузина Карин. Вы все особенные и должны продолжать свой род. Во благо жизни в море. И теперь уже на земле. — Тогда и этот человек должен! — практически беззвучно пробубнила девушка. — Мама, прекрати. Церемония только в полночь, — ей были неприятны все наряжания без смыслов и желаний. Кушина вытерпела нотации. Вытерпела и конец сборов с недовольством. И вытерпела странные взгляды сестёр, охранявших тело. Они молодые и хищные, уже не могли дождаться оторвать кусочки в кровавой трапезе. Минато потомок русалок, хранитель девятихвостого, но всё ещё человек... — Уйдите, мне я хочу полюбоваться подарком, — кто ослушается приказа? Превозмогая тяжесть на первый взгляд лёгкого тела, русалка выплыла с ним на берег. Незаметные тропы известны ей с детства. Грозная буря, ищущая несколько дней жертву, растворилась в небытие. Очнувшийся будто бы ото сна, юноша откашлялся от воды в лёгких. — Отдав тебе жемчужину я думала тебя забыть, но ты настырный! Я отдам тебе своё сердце тоже, но только попробуй оставить его в том сундуке! — Что? Кушина? — Ты меня вообще слышишь слышишь? Дрожащими руками, прижавшимися к его груди, она вручила ему неосязаемую вещь. Вместе с клятвой, освящённой луной. — Тебе всё такие идёт эта шпилька, — он улыбнулся, падая ей на руки. Трижды отдать сердце точно нельзя. Но раз она отдавала впервые, то он отыщет запасное. Украшение в её волосах закрепило клятву взаимностью, он знал, что его подарок она хранит так же бережно.
