Ненавижу василисков

Я уже не помню кто — Хирон, мистер Ди или, может даже, мой отец, Посейдон — сказал мне однажды, что, если полубог перешагнул возрастную черту, то его шансы умереть от мифической лабуды приравниваются к нулю. Тогда мне казалось, что перейти эту черту невозможно, что рано или поздно меня сожрёт циклоп, раздавит гигант или сторукий, оказавшись под плохим влиянием, прихлопнет меня как муху. Я был уверен, что умру героически. Возможно, даже с мечом в руке. Но жизнь шла своим чередом, и в какой-то момент, когда мне исполнилось двадцать три, все монстры, желающие меня убить, разом исчезли из моей жизни. Я видел их в метро и даже на кассах в супермаркетах, но они всегда отводили взгляд, прятались или убегали. И я, наконец, поверил в ту сказку. В сказку о том, что у меня может быть обычная, нормальная жизнь среднестатистического американца. Класс! Я радовался этому. Радовался каждому спокойному мгновению своей жизни. Радовался, когда готовил обед или выносил мусор. Когда ходил в кино или на концерт. Радовался, когда просыпался по утрам и засыпал ночью. Радовался тому, что имел. А потом я все испортил. Ну, как обычно, да? Случилось это в Италии, куда мы с Нико выбрались в отпуск, на который откладывали деньги три года. Нико хотел провести время в своём родном городе, а я собирался сделать ему предложение руки и сердца. Ну, знаете, как самый обычный среднестатистический американец. Я носил кольцо с собой уже полтора года. Или около того. Об этой своей затее я рассказал только маме, и она с улыбкой поддержала меня в моем решении. И вот уже полтора года она ждёт, когда же я сообщу ей хорошие новости. (Или плохие, если Нико скажет мне нет, но она уверена, что такого никогда не случится). А я что? Я тянул время. Хотел, чтобы все было идеально. Чтобы было к месту. И чтобы не вышло так, что мы с ним обручились на той же неделе, что и кто-нибудь из наших друзей. По улицам маленького городка Нико сновал с уверенностью местного жителя. Несмотря на то, что он не бывал здесь с самого детства и что воспоминания об этом месте были стерты из его памяти, его чуйка работала как надо. Мы попадали в старые кварталы, находили тихие бары, которые выглядели так, как будто застряли в прошлом, и целовались в укромных, метр в ширину проулках между каменными домами. Я от всего этого балдел. Мы сняли небольшой домик на берегу Средиземного моря. Так что после всех прогулок, уставшие, но довольные мы вернулись туда. Сели на деревянное крыльцо, усыпанное песком, и прижались друг другу. Уже темнело. Запах вечернего моря просачивался под кожу и будоражил память. Я наслаждался. От мимолетного взгляда на сидящего рядом Нико мое сердце начинало биться со скоростью работы двигателя моторной лодки. Разнервничавшись, я наступил на копошащегося в песке краба. И даже не подумал над тем, откуда этот красно-панцеревый здесь взялся. — Calmo, cowboy, — сказал Нико по-итальянски, положив свою руку мне на грудь. Туда, где билось сердце. И продолжил уже на английском: — Из-за чего ты нервничаешь? — Я не нервничаю, — запротестовал я, по-детски растягивая слова. — Я просто очень, очень счастлив быть с тобой здесь. Нико ухмыльнулся, тепло и по-доброму. Взъерошил мои волосы и поцеловал меня в висок. Тепло прикосновения его губ вызвало волну возбуждения и прилив энергии. Я закрыл глаза и досчитал до десяти. Я был готов. В правом кармане джинсовых шорт я весь день носил кольцо, и пришло время его достать. И не просто протянуть, вопросительно посмотрев на Нико. Нужно было что-то сказать. Что-то невероятное и романтичное, но не слишком сопливое. Я положил руку ему на плечо и притянул к себе. Дрожащими губами коснулся его губ. Свободной рукой залез в свой карман. От Нико не укрылся это жест. — Что там у тебя? — спросил он. Я помотал головой. Ну почему сейчас? — Да ладно, покажи! Ты стащил что-то из сувенирной лавки в местном музее? Я хихикнул. Нервно. И снова помотал головой. Нико изменился в лице. — Прячешь там конфетки, чтобы заманивать симпатичных парней в свои рыболовные сети? — Нет, — я рассмеялся. Потому что это действительно было смешно. Можете засудить меня за мое чувство юмора. — Это мне не нужно. У меня уже есть симпатичный парень. — А что тебе нужно, Персей Джексон? Нико был слишком близко. И мне это нравилось. Нравилось смотреть на его хитрую улыбку. На его любопытный взгляд. На тёмную, вьющуюся от влажного воздуха челку, которую трепал ветер. Я был готов. Да, правда был. Этот вопрос, повисший в воздухе, нуждался в ответе. И я мог дать ему самый лучший и совершенный ответ. А главное — самый искренний. Я глубже зарылся рукой в карман и нащупал кольцо. — Ложись! — вдруг крикнул Нико и прижал меня к крыльцу. В следующую секунду я услышал шипение и, взглянув на дверь нашего домика, увидел, как от ожога расползается чёрный след по дереву. Мы откатились в сторону. В этот раз уже я прижимал Нико к скрипучему полу. Он тяжело дышал, заметно нервничал, оглядывая меня. Как будто проверял, в порядке ли я. — Скажи, что в кармане прячешь Анаклузмос, — взмолился Нико. — А не только кольцо, которое никак не можешь мне подарить. — Анаклузмос заколдован так, что он всегда возвращается в мой карман, и… стой, ты знаешь про кольцо? Я отвлекся очень некстати. Потому что в следующий момент в каком-то полуметре от нас появилась дыра. Её черные щупальца тянулись к нам. Нико оттолкнулся от поверхности, и мы снова покатились по террасе домика. Он не давал мне остановится, толкал дальше, пока мы наконец не упали с террасы на песок. Несмотря на поздний час, песок был горячим и обжигал. Я поднялся на ноги, протянул руку Нико и помог ему встать. Затем я вытащил из левого кармана шариковую ручку, скинул колпачок и через мгновение в моих руках уже сверкал небесной бронзой Анаклузмос. — Кто это? — спросил я шепотом. — Ты видел, кто атакует? — Нет, но судя по следам яда на разлагающемся домике, это василиск. Или подобное существо. — Лишь бы не Медуза Горгона. И не кто-нибудь из драконниц, которые так хотели меня убить. Ну вот, мне уже тридцать, а монстры, появляющиеся из ниоткуда, всё-таки хотят меня убить. Так что кто бы там не вешал мне лапшу на уши, теперь я знаю, что он ошибался. Я увидел, как Нико вытащил из тени свой меч. Он буквально так и сделал — шагнул в тень от дома и вышел уже с блестящим, обсидианового цвета мечом. — Готов? — спросил он, сосредоточенно глядя на дыру в песке. В том самом месте, где несколько минут назад я случайно наступил на краба. Вот же ж беда. — Нет, — вскрикнул я. — Но могу сделать вид, что да. Нико хмыкнул. Даже хохотнул. И мне это польстило. Но потом песок у нас под ногами зашевелился, как будто прямо там под слоем раскрошившихся костей титана на массажном кресле восседала неведомая мифическая тварь. Я застонал и рванул к Нико инстинктивно. Из дыры в песке появился первый монстр, которого я сразу узнал по шикарному воротнику. — Ты был прав. Василиски. Ненавижу василисков. — Меньше слов — больше дела. Наблюдать за тем, как сын бога Подземного Царства убивает василисков мечом из стигийской стали было приятно. Но я не мог просто стоять в стороне, так что влился в бой при первой же возможности. Первый василиск метнулся ко мне, я успел отскочить и полоснуть его по чешуйчатому боку. Кожа затрещала, как гравий под каблуками, а бронза меча светилась всё ярче. — Минус один! — крикнул я. Тут же появился второй и почти догнал меня с фланга. Я едва успел пригнуться, прежде чем он выплюнул очередной ядовито-огненный шар. — Держи второго! — Нико отпрыгнул в сторону. Я отреагировал, плюхнулся на песок и убил василиска, отрубив ему голову. — Минус два! Нико закатил глаза. Так мы разделались примерно с дюжиной василисков. И только тогда стало тихо. Я оглядывался по сторонам, тяжело дыша, и всё ещё держал Анаклузмос так крепко, чтобы в случае чего не остаться без меча. К тому времени, от крыльца нашего дома остались только тлеющие угли, а у меня в штанах было больше песка, чем в песочнице на детской площадке. Я чувствовал себя как чёртов песочный человек из фильма про Человека-паука и мне это не нравилось. Расслабился я только в тот момент, когда увидел, что Нико спрятал свой меч в тень. Вместо того, чтобы ещё раз оглядеться и убедиться в том, что все василиски слились с песком, я надел колпачок на Анаклузмос и, как только он превратился обратно в ручку, убрал в карман. — Кажется, я открыл портал в мир василисков, — я улыбнулся. Глядя на Нико в полутьме, я искал доказательства того, что ему не досталось. Что на нём нет царапин или ожогов, что не надо искать пункт скорой помощи полубогам. — Надо написать письмо в строительную компанию с претензиями. Делать вход в логово василисков из крабьих панцирей так себе идея. У Нико в волосах был песок. Много. Я на секунду задумался, как это выглядит со стороны и машинально провёл рукой по своим волосам, надеясь, что не выгляжу как выбравшийся из-под земли в пустыне гном. — Минус крыльцо, — вздохнул я, оглядывая наш съёмный домик. Чудом ни один василиск не плюнул ядом на стены и крышу, а значит был шанс получить хотя бы часть нашего залога обратно. — Но зато бесплатный пилинг кожи головы. Натуральный, из василисков. Будет, чем похвастаться перед Чжаном. Я нервно усмехнулся. Главным образом потому что Нико молчал. Смотрел на меня он в этот самым момент чуть странно, и мне ужасно хотелось его поцеловать только для того, чтобы не видеть этот его взгляд. Но я держался, чуть приподняв подбородок, и продолжал нести чушь о поездке Фрэнка на родину (в Канаду, а не в Китай). Это отвлекало меня и от прожигающего взгляда, и от собственных глупых мыслей, наводнивших мою голову как рыбки-гуппи. Не могу сказать, на что я надеялся, но в любом случае прогадал. Мне ли не знать, что Нико добивается всего, чего хочет? Я же был живым (пока!) доказательством этого его пристрастия. — Так у тебя правда есть кольцо? — спросил Нико, как только я заткнулся. Его лицо оставалось непроницаемым. Я дрожал, как бамбук на ветру, честное слово. Сразу захотелось куда-нибудь провалиться. Желательно в кратер вулкана, а не в Подземный мир. Или хотя бы в шкаф. Я набрал в лёгкие побольше воздуха. Покраснел. Выдохнул. И часто задышал. Не то чтобы я был знаком с паническими атаками так уж близко, но нутром чуял, что одна на подходе. — Да, — выдавил я. Пискнул, если быть точным. На всякий случай ещё и кивнул, потому что в таком тембре меня могли не понять даже дельфины. — Покажешь? Сглотнув, я достал из правого кармана небольшой мешочек из мягкой кожи. Развязал его и выудил оттуда серебряное кольцо. Самое простое, без изысков, но инкрустированное тремя блестящими обсидианами. У меня тряслись руки. Это маленькое изделие вдруг показалось ужасно тяжёлым, неподъемным. Нико смотрел на кольцо, но руками не трогал, изучал с любопытством и, как мне показалось, обнюхивал. Уголок его губ дёрнулся. Я снова сглотнул. Нико не сказал ни слова. Молчание тянулось невероятно долго (ну или мне так казалось). В какой-то момент я подумал, что Нико сейчас взбесится или, что ещё хуже, рассмеётся. Назовёт меня идиотом (а я действительно идиот, угу) и скроется за дырявой дверью домика, оставив меня один на один с морем и порталом в ад василисков. — Хэйзел научила меня чувствовать металлы и камни, — будничным тоном Нико нарушил тишину. — Если тебе интересно, откуда я узнал. Я кивнул. Потом кивнул ещё раз. И ещё раз на всякий случай, чтобы не выглядеть так, как будто мне всё равно. Потому что мне было ой как не всё равно. Я чувствовал, как мой желудок скручивается и обратно раскручивается. Как будто внутри запускали йо-йо и не очень-то заботились о законах физики. — Так... — протянул я, с трудом оторвав язык от нёба, — что думаешь? В ожидании ответа я затаил дыхание. Успокоил бешено-колотящееся сердце. Даже поселившиеся в моих мозгах рыбки-гуппи замолкли. Нико в последний раз взглянул на кольцо. Потом посмотрел на меня и улыбнулся. Улыбнулся так, как будто заметил во мне что-то такое, о чём я не знал. Видимо, в волосах по-прежнему был песок. Я потянулся, чтобы взъерошить волосы и избавиться от остатков василисков, как вдруг Нико резко изменился в лице. Положив руки мне на плечи, он толкнул меня к земле. И сам упал рядом. В нескольких сантиметрах над нашими головами пролетел зеленовато-жёлтый шар яда. Так я понял, что не все василиски отправились на тимбилдинг в Тартар. Мы лежали на песке, прижавшись друг к другу, как два морских ежа в панике. Я чувствовал, как Нико тяжело дышит рядом, его рука всё ещё крепко сжимала моё плечо. — Я разберусь, — только и успел сказать Нико, как из-под песка в метре от нас вылез скелет в римских доспехах и с золотым гладиусом в руке. Ему хватило и двух шагов, и в следующую минуту очередной василиск рассыпался в прах. Всё вновь стало тихо. Я не торопился подниматься. Да и Нико тоже. Лежа на песке, мы изучали небо. Облаков не было. Местами горели звезды. Здесь их было куда больше, чем в Нью-Йорке. Песок был мокрым, воздух пах серой и самым кислым драже «Скитлс». Я слышал, как успокаивалось дыхание Нико. Чувствовал, как слабела его хватка на моём плече. А краем глаза видел как чёртов скелет закапывал выгребную яму с василисками, используя гладиус вместо лопаты. — Теперь я могу получить своё кольцо? — спросил Нико. — Я не… — промямлил я. — Это не значит, что ты должен… я просто хотел… ну… чтобы ты знал. Что если вдруг… когда-нибудь… если ты захочешь… — Перси, — перебил он. Спокойно, почти мягко. — Заткнись. Я замер. Он взял кольцо. Медленно, с почти церемониальной точностью, надел его себе на безымянный палец и вытянул руку вверх, разглядывая серебро и обсидиан. Скелет уронил гладиус в яму. — В самый раз, — пробормотал Нико и закрыл глаза. Его плечо преступно сильно вжалось в моё. — Тебе идёт. — Я знаю, — ответил Нико. И расплылся в улыбке, в которой было что-то такое, что я снова забыл, как дышать. — Ты правда думал, что я откажусь? Голос звучал мечтательно, и мне даже стало интересно, что он там такого увидел под закрытыми веками. — Нет, — признался я. — Я думал, что ты пошлёшь меня в Тартар, и не забудешь сказать, в какой именно чан с кислотой мне лучше нырнуть. — Идиот, — сказал Нико. И судя по его тону, он очень хотел закатить глаза. Демонстративно, желательно под фанфары и громкие аплодисменты. А потом он повернулся на бок и поцеловал меня. Мягко, осторожно. Ровно так, чтобы в случае чего я не превратился в лужу морской воды.