Глава 9: Кабинет директора и гобелен с троллями
5 марта 2026 г., 00:42
Теодор Марлоу — директор школы чародейства и волшебства Хогвартс, на первый взгляд производил впечатление этакого милого дедули. Но каким же ошибочным было бы это впечатление. Потому что в этот самый момент невысокий, практически седой волшебник сверлил их таким тяжелым взглядом, что вдоль лопаток пробегали опасливые мурашки.
— Агрессивный дракон рядом с Хогвартсом — это вопиющий случай, — произнес тот обманчиво спокойным тоном. — И я, разумеется, сообщил о нем в департамент контроля за магическими существами. Вы правильно поступили, что сразу пришли ко мне. Но позвольте уточнить: а что именно вы делали в Запретном лесу?
Вот оно. Самая опасная часть разговора, и теперь главное — врать убедительно, но без лишних подробностей, чтобы поверил и директор, и его зам, который молча стоял чуть в стороне, слушая беседу, и вездесущая профессор Штайн, что, к сожалению, пользовалась авторитетом у преподавателей и любую возможность наказать нерадивых учеников не упускала.
— Понимаете, профессор, — вкрадчиво заговорил Тэхён, — опушка Запретного леса, особенно со стороны Хогсмида, — просто волшебное место в это время года.
— И куда мы еще могли пригласить Чонгука на свидание, как не туда? — играючи подхватил его ложь Тэён, при том, что они предварительно не сговаривались.
— Мы не планировали залетать вглубь, просто хотели подняться в воздух и уже с высоты показать Чонгуку всё очарование этого места…
— А когда появился дракон, то поняли, что лететь в сторону Хогсмида или Хогвартса нельзя, ведь тогда бы могли пострадать невинные люди, — стелил Тэён, не запнувшись ни на секунду.
Судя по глазам директора — того терзали сомнения, однако опровергнуть их слова можно было бы при наличии хоть каких-то доказательств. К тому же их родители — далеко не последние люди в магической Британии, и профессор Марлоу это понимал. Тот всегда был сторонником… мирного урегулирования конфликтов, хоть и стоял за Хогвартс. А вот профессор Штайн хмурилась и нервно кусала нижнюю губу. Наверняка переживает — кикимора, — чтобы они не ушли от наказания за нарушение школьных правил.
— Хотите сказать, — влезла Штайн, — что в вашем распоряжении был весь Хогсмид, но вы предпочли посидеть на травке рядом с Запретным лесом?
А нотки в голосе такие вкрадчивые-вкрадчивые. Не верит ни единому слову. И пытается подловить.
— В Хогсмиде слишком много посторонних, — взялся объяснять Тэхён. — Где же еще нам — бедным студентам — можно остаться наедине?
— Всё же признаваться в любви стоит в приватной обстановке, вы так не считаете, профессор? — Тэён театрально схватился за сердце.
Интересно, ему показалось, или профессор Штайн скрипнула зубами? А вот у Чонгука было такое зверское выражение лица, что это даже немного пугало. Но все равно красиво. Завораживающе. Мерлин, да тот выглядел так, словно готов придушить их обоих, и Тэхён поймал себя на том, что очень даже не против ощутить ладони Чонгука на своем горле… Особенно после этого «Я держу», когда он падал вниз вместе с горевшей метлой. Да от одного воспоминания о том, как уверенно это прозвучало, у него мурашки табуном по спине спускались, а в горле пересыхало. Горячо. Очень.
— К тому же свидание на опушке леса не является нарушением школьных правил, — как бы невзначай заметил Тэхён, невинно опустив глаза в пол.
— Но вы находились в Запретном лесу!
— Со всем уважением, профессор, но мы были над ним. Насколько помню, в правилах школы конкретно про полеты ничего не сказано…
Вот теперь точно скрипнула зубами, Тэхён четко расслышал этот звук.
— Ха!.. — оглушающе громко прозвучал в наступившей тишине смешок. Это Финеас Блэк — один из прошлых директоров Хогвартса, отдыхающий на своем портрете. — Вот уж повеселили, спасибо. И что скажете теперь, уважаемые преподаватели? А я ведь неоднократно говорил, что правила надо пересмотреть! Они устарели лет двести назад!
— Финеас, прошу вас, не при учениках, — настойчиво попросил директор Марлоу. — Обсудим это позднее.
Вообще, портретами прошлых директоров были увешаны все стены кабинета, каждый оставался запечатлен здесь на долгие-долгие годы. И большинство из них сейчас с интересом слушали их разговор, а директор Дамблдор, чей портрет занимал почетное место над самым столом, то и дело жевал губы, пряча улыбку в седой бороде.
— Что ж, — вмешался молчавший до этого замдиректора, — полагаю, дети правы. Я не припомню в правилах пункта, запрещающего летать над лесом, а значит, это повод внести в них некоторые… кхм, исправления.
— Пожалуй, — директор сцепил ладони на столе, — я согласен с профессором и думаю…
— Прошу прощения, директор, — вмешалась Штайн, — но очевидно же, что студенты Ким были в Запретном лесу! Да вы посмотрите на их одежду и внешний вид! Сильно сомневаюсь, что они в полете так землей выпачкались.
— У нас не было выбора, профессор, — Тэхён внутренне поморщился, но продолжал держать нейтрально-вежливое выражение лица. — Это был единственный способ спастись от дракона.
— Ага! — с полным превосходства взглядом. — Значит, нарушение правил все же имело место быть, и…
— И оно было вынужденным, — заговорил Чонгук. И его голос прозвучал… внушительно. Может, дело в том, что до этого он только молча слушал их разговор, может, что-то в тоне голоса улавливалось такое веское, Мерлин его разберет. Но все, как один, дружно уставились на него. — Как и сказал директор: дракон рядом с Хогвартсом — это вопиющее нарушение безопасности школьников. Думаю, мы правильно расценили, что важнее уцелеть и избежать серьезных повреждений, нежели не нарушить школьные правила. Скажите, что лучше: три обгорелых трупа школьников или незапланированное приземление в Запретном лесу?
Штайн с прищуром оглядела Чонгука: судя по всему, не ожидала от рейвенкловца ничего подобного.
А Тэхён взглянул на него новым взглядом: и с каких пор их воронёнок такой… Он даже слова подходящего не мог подобрать. Пугающий? Нет, не то. Просто в моменте показалось, словно перед ними не студент последнего курса, а как минимум повидавший жизнь человек. Равный со взрослыми. Такой, которого стоило воспринимать серьезно. И судя по серьезному лицу брата, того посещали примерно такие же мысли.
— Вы абсолютно правы, мистер Чон, — после непродолжительной паузы произнес директор. — Администрации школы следует больше внимания уделять безопасности учеников, и ваше здоровье и благополучие в данном случае важнее вынужденного нарушения правил. — Тэхён мысленно выдохнул. — Тем не менее я буду вынужден сообщить о случившемся вашим родителям. К тому же завтра с утра я жду от вас письменных объяснений со всеми возможными подробностями. А теперь вы свободны. Мистер Ким, — обратился тот к Тэхёну, судя по тому, что смотрел прямо на него, — раз уж вы староста, то будьте любезны проводить мистера Чона в больничное крыло, и обязательно сами покажитесь мадам Хедли.
— Конечно, директор, — кивнул Тэхён.
Они втроем, под задумчивым взглядом директора Марлоу, ободряющим — профессора Лонгботтома и раздосадованным — профессора Штайн, покинули кабинет. Молча спустились по винтовой лестнице, прошли мимо охраняющей это место горгульи, и лишь когда завернули за поворот, Тэхён позволил себе рассмеяться.
— Мерлин, Чонгук, — еще один смешок сорвался с губ. — Ты был просто восхитителен!
— Нам повезло, что после твоих слов разговор сошел на нет, — Тэён тоже широко улыбался.
— Это еще почему? — нахмурился Чонгук и метнул взгляд с одного на другого, будто ожидая какого-то подвоха.
— Потому что ты был слишком горячим, клянусь! У меня кровь от головы вся вниз устремилась.
— Трудно, знаешь ли, — Тэхён уловил посыл брата и поспешил продолжить, — формулировать весомые аргументы, когда все мысли не об этом. Совсем, — мурлыкнул напоследок.
— Да дементор вас раздери, — закатывая глаза. — Вы когда-нибудь перестанете так откровенно флиртовать, а? — И их несносный воронёнок шагнул вперед по направлению к лечебному крылу.
Уже знает, куда идти. Был там? Или просто видел? Впрочем, Тэхён не стал акцентировать внимание на осведомленности Чонгука.
— А кто сказал, что сейчас мы флиртуем? — Тэён нагнал Чонгука и зашагал вровень с ним.
— Это абсолютно искренне, никакого флирта, — подтвердил Тэхён, следуя примеру брата.
— Где там ваше больничное крыло? Хочу поскорее закончить с этим и, наконец, отдохнуть.
А Тэхён переглянулся с братом и на свой вопросительный взгляд получил утвердительный кивок. Ну уж нет, так просто они Чонгука сегодня не отпустят.
***
Чонгуку нужно: встретиться с Дрейком, чтобы обсудить нападение дракона; связаться с Йенсом, чтобы тот выдал ему всю возможную информацию на родителей близнецов; и все-таки узнать, каким способом братья так легко его находят. А еще помыться. Очищающие чары, конечно, существуют, но он предпочитал обычный душ. И перед этим надо сходить в больничное крыло и после как-то скинуть с себя Кимов. Так. Стоп. А ведь ему нельзя в больничное крыло. Омолаживающее зелье еще находится на стадии тестирования, и дементор его разберет, насколько его длительное и постоянное воздействие может быть заметно при наложении диагностических чар. И нет, когда сам себя проверял на повреждения после падения, Чонгук ничего такого не увидел. Но он и не профессиональный колдомедик и владеет лишь простейшими чарами диагностики, необходимыми для оказания первой помощи. На что-то более серьезное его не учили. Просто незачем. И вот тут вставал вопрос, какие изменения и несостыковки в его организме сможет увидеть мадам Хедли? Посещение больничного крыла может раскрыть его прикрытие. — А если нас оставят под присмотром колдомедика до завтра? — как бы невзначай предположил он, немного замедляя шаг и прикидывая варианты отступления. — Насколько мадам Хедли строгая? — Ну-у, — протянул Тэхён. — Вообще довольно строгая. Но без причины не оставит ночевать в больничном крыле, не переживай. — Вряд ли ссадины и синяки достаточный повод для этого, — согласился Тэён. — У меня ребра сломаны, — выдал Чонгук, и оба брата резко остановились, уставившись на него. — Были, — пояснил, стушевавшись под двумя полыхающими взглядами. — В каком смысле «были»? — Ну, «Бракиум Эмендо» творит чудеса… — таким тоном, словно это вот вообще обычное дело и ничего удивительного тут нет. Правда, судя по тому, как братья переглянулись между собой, они так не думали. — Ты что, умеешь накладывать это заклинание? — Тэхён смотрел на него огромными глазами, а от восхищения, что плескалось на дне зрачков, становилось даже не по себе. — Конечно, — изо всех сил стараясь звучать легкомысленно. Он даже плечами пожал: мол, «ерунда же». — В Дурмстранге со второго курса гоняют по лечебным заклинаниям. Представляете, сколько травм ежедневно получают в школе с военным уклоном? И чтобы у кабинета штатного колдомедика круглосуточно не стояла очередь, студентов учат оказывать себе помощь самостоятельно. И это — правда. Но лишь отчасти. Вылечить ссадины, порезы, синяки, остановить несильное кровотечение — вот программа, которую могут освоить школьники. Но уж никак не кости вправлять. Это уровень выше. — Обалдеть… — с таким же неприкрытым восторгом во взгляде Тэён шагнул к нему и беспардонно пощупал бока Чонгука. — Правда, целые? И не болит? — Целые, — он отступил на шаг и нервно дернул щекой, заметив нездоровый энтузиазм, которым так и фонили слизеринцы. — Нас научишь? Вот черт! А об этом он как-то не подумал… Но близнецы выглядели так воодушевленно, что отказывать им было даже немного боязно. Ощущение, что скажи он «нет», его тут же скрутят и запрут в каком-нибудь подземелье до тех пор, пока оба не изучат основы колдомедицины в совершенстве. — Э-э-э… ладно. Как-нибудь научу, — попытался отделаться пространными обещаниями Чонгук. Но куда там. — Вот завтра сразу и начнем, — вернул его с небес на землю Тэхён. Да как он каждый раз умудряется вляпываться с этими двумя, а? Вообще, пытливые слизеринцы в учениках — далеко не то, о чем он мечтал. — Но в больничное крыло тебе тогда точно нельзя, — задумчиво кусая нижнюю губу, заметил Тэён. А вот этого Чонгук ждал. — Это еще почему? — «удивился» он, заранее зная ответ. — Потому что мадам Хедли берет учеников старших курсов себе в помощники. В основном тех, кто планирует дальше идти в колдомедицину, но если узнает о твоих умениях, уже не отпустит. А она узнает: увидит, что ребра были недавно срощены. — И будешь ты ишачить в больничном крыле по несколько часов в день… — Оно тебе не надо, поверь мне, — сверкнул белозубой улыбкой Тэхён. Это все было в досье на мадам Хедли, которое Чонгук конечно же изучил. И он ни капли не сомневался, что братья будут его отговаривать. — Эм… Тогда, наверное, мне и правда не стоит идти. Вы сами сходите, а я отправлюсь в гостиную Рейвенкло и… — О, ну уж нет, — Тэён цепко ухватил его чуть выше локтя. — Мы вместе не пойдем в больничное крыло, — Тэхён повторил действия брата, сжав руку на другом плече Чонгука. Наручников только не хватало, чтобы чувствовать себя под конвоем. — Вместо этого сходим в другое место. Уверен, что Юнги и остальные уже ждут нас там. Чонгук уже открыл рот, чтобы вежливо послать братьев. — Только это секрет, — заговорщически произнес Тэхён, наклонившись к самому уху Чонгука. — Ты же обещаешь, что никому его не разболтаешь, да? А он резко передумал спорить. Секрет? Отлично. — Не разболтаю, — подтвердил Чонгук, тем самым давая согласие пойти-не-знаю-куда в компании братьев. Ну, не Запретный лес, и ладно. Их путь пролегал через центральную лестницу. Ученики уже начали возвращаться из Хогсмида нестройными стайками, и то тут, то там слышались приветствия, громкие разговоры, взрывы смеха. Многие здоровались с Кимами, но те ограничивались лишь кивками в ответ и уверенно продолжали шагать дальше. А вот на седьмом этаже народу не было совсем, но братья все равно то и дело оглядывались по сторонам, тем самым разжигая в Чонгуке любопытство. Куда они идут? Почему так боятся быть обнаруженными? Свернув в какой-то коридор, они остановились. Тэён остался с Чонгуком, а Тэхён шагнул дальше, к гобелену с… очень странным изображением. Тролли. Занимающиеся балетом, ну надо же. Вообще, в Хогвартсе висело немало подобных произведений искусства, вводящих Чонгука в ступор, но он старался не обращать на них внимания. Все же он оперативник Натйегеров, а не ценитель прекрасного. — Что он делает? — спросил Чонгук у Тэёна. — Сам все увидишь, — с налетом таинственности в голосе прошептал тот. А Чонгук недоумевал все больше. Потому что, когда Тэхён с задумчивым видом прошел мимо пустой стены в первый раз, он испытывал интерес. Когда прошел во второй — скептически заломил брови, начав подозревать, что при падении тот все же ударился головой. Когда завернулся на третий проход, Чонгук уже хмурился и раздумывал о том, что за идиотскую шутку придумали братья. — Да что здесь?.. — начал было, но осекся, потому что пустая стена напротив гобелена пошла рябью. Какого?.. Спустя несколько секунд там появилась дверь, которую Тэхён распахнул перед ним и торжественно произнес: — Добро пожаловать в Выручай-комнату, Чонгук-и.
