Когда разум опьянён тобой

25.10.2021 Яркий отблеск из деревянных окон, кажется, вот-вот ослепит глаз. Стены, покрытые белоснежной краской, сочетаются в изысканных тонах с молочно-пастельным кафелем. Общий вид картины представлялся будто с кисти итальянского художника. Приподняв лицо, видно, как лучи солнца отражает своим незыблемым блеском огромная люстра. Занимала она приличное место меж старинных узоров, местами напоминающих стиль отрисовки времена XIX века. Кровь в жилах потихоньку остывает, когда слышишь чьи-то неспешные шаги и осознаёшь, что ничто в этом мире не вечно… ничто, кроме мудрости. То должно оставаться внутри разума навсегда. С момента той секунды, когда впервые открываешь глаза и начинаешь видеть, слышать, чувствовать этот мир своей тонкой внутренней оболочкой — душой. «Что я тут делаю?» — слова, построенные в единое предложение начинают пластинкой заедать в голове, раскидывая остальные мысли по углам сознания. Не желая видеть эту странную явь, ты закрываешь глаза. Глубоко вздохнув, пытаешься отвлечься от колющих мыслей, которые успели обвести тонкую шею узлом, делая атмосферу душной, отчего сердцебиение становится учащённым, а дыхание — глубоким. Морщась от нестерпимо яркого света, пальцы рук непроизвольно тянутся к жалюзи, дабы хоть немного отгородиться от неприятной резкости палящего солнца. Стоило же привстать, как кресло тотчас отдало режущим скрипом на всё помещение. Зря, лучшей идеей сейчас было бы принять эту лучистую ванну и сидеть тихо. Всё же закончив начатое, ты продолжаешь улавливать чьи-то неспешные, но несущие в себе такую громкую уверенность шаги. Занять предыдущее место, натворив ещё больше шума или же молча сверлить пристальным взглядом на какое-то время одинокий выход в коридор дальше? Сложный выбор, однако, ты делаешь ставку на то, что никто не собирается конфликтовать, а просто случайно забрёл в это место по собственной вине. Интерес узнать кто это вместе со страхом убежать отсюда как можно дальше вступают в медленный танец, мешая вообще предпринять какие-либо действия. Ступни, как приклеенные, не имеют полномочий сделать и шагу вперёд. Шаги становятся всё ближе, неся за каждым непринуждённым цоком мысль о том, что тебя ждёт либо что-то приятное, а может, и праведное наказание за некоторые грехи. Ведь ты не святая, правильно? Сделав глоток и пряча белые сетчатые перчатки на кистях в карманы кожаных брюк, глаза уже безбоязненно устремлены в ту непостижимую для ног даль, заставляя брови чуть хмуриться. Вдруг какой-то силуэт, наконец, выйдя из тёмного прохода, заливается обильным светом через приоткрытые окна, да с такой яркостью, что «приказывает» тебе подставить ладонь к глазам. Любопытство движет вперёд. Беглый взгляд, желая разглядеть человека сквозь небольшие щели меж пальцев, молит сознание построить на этих обрывках портрет некоего странника. Чередуя солнечную завесу, он больше не под охраной лучей и можно спокойно убрать руку. Наконец, смело рассматриваешь человека и выдвигаешь догадки. Кажется, ты уже видела его в одном из снов. Или в мечтах? Желанная явь, смешанная с параллельной реальностью. Возможно ли такое? Непримечательный костюм цвета угля с галстуком, покрытым броскими линиями; обычные брюки в сочетании с кожаной обувью; тёмные локоны ловили свет, добавляя облику живости. Но что же вызывает интерес больше всего — молчаливые, не таящие в себе какие-либо эмоции глаза. Некогда там горело целое пламя, но сейчас, как тебе кажется, пыл слегка угомонился и в данный момент не отражает особой страсти. Хотя кто его знает. — Не ожидала увидеть? — спокойный, с примесью хрипотцы голос то ли хочет навести мурашки, то ли просто лелеет надеждой расслабить и без того перетянутые нервы. Ты узнаёшь странника. Да, тот самый из давних грёз, который нашёл время заглянуть к тебе в полу дремотное состояние и приукрасить его не только лёгкой ухмылкой, но и приятным тембром, от которого безудержно тянет сомкнуть очи и услаждаться каждой нотой, что исходит из его уст, медленно проваливаясь в глубокий сон. — До сего момента — нет, — стараясь не выдавать мимолётной «к месту» улыбки, ты вновь садишься за кресло, заранее готовя перепонки не к самым приятным звукам, возможно, ржавых пружин, что таятся за основанием мебели. Наблюдая за каждым твоим малейшим взмахом пальцев, он повторяет за тобой, предварительно сделав ещё пару шагов навстречу. Присел совсем рядом, будто выжидая конечной реакции. «Не поддамся» — думаешь ты, устроившись поудобнее и отправляешь взгляд в сторону недавно сдвинутых штор. Атмосфера меж вас заряжается каким-то неестественным чувством, отдавая сомнительный привкус вопроса «К чему это всё?» — А я — да, — закинув одну ногу на другую, парень аккуратно протягивает длинные руки по перилам, заполняя как можно больше свободного пространства, походя на властного короля. И никто никогда не узнает, какие дальнейшие шаги задумываются в его спокойном, на первый взгляд, разуме. — Вот это жест, — переведя взгляд на люстру, ты смыкаешь коленки вместе, почему-то желая сбежать как можно дальше, но что-то изнутри так и держит, не давая встать. — Знаю, — стоило ему договорить, как он встал, сделав пару неосознанно длинных шагов к проигрывателю, что молчаливо пылился у входа и спустя пару секунд на лице парня играла фирменная улыбка, предвещающая какие-то многообещающие планы. — Хочешь потанцевать? Али устала любоваться? — едкая усмешка перетекла в сарказм, только прибавив игривости в азартное настроение, тем самым зазывая тронуться с места и просто позволить себе раствориться в танце. Послышались первые ноты музыки. Зал наполнился чем-то волшебным, таинственным. Казалось, от непередаваемых эмоций у тебя вырастут крылья и ты взлетишь, как вольная птица, вслед за давней мечтой. — Тобой? Ты не зеркало, — отмашка, казалось, сработает идеально, но у парня было весомое желание закружить тебя в сладостных нотках мелодии. — Наблюдение — пока бесплатно. Наслаждайся, — подав тебе руку, предварительно совершив реверанс, он всё с той же хорошо скрытой издёвкой в глазу просит твоей хрупкой ладони. И всё ради танца, а может, меж вами это что-то иное, более высокое, не поддающееся научным объяснениям. — Какой ты добрый, — всё же пройдя к парню, ты осмеливаешься поднять глаза и устремиться взгляд в янтарные очи, переливающиеся самыми разными оттенками при дневном свете. Он заключает талию своими цепкими пальцами, доказывая силу желания потанцевать, только бы видеть тебя рядом, а ты, в свою очередь, располагаешь руку на массивном плече, потихоньку проявляя к обстановке странный интерес. Таким образом, вы приступаете к первым действиям, пока что слабо похожим на танец, скорее, он не собирается двигаться с места и просто любуется красотой твоих глаз, пока ты соображаешь как выйти из столь неловкой ситуации. Ведя его на середину зала, ты потихоньку начинаешь ваш долгожданный танец, заставляя парня не отставать и входить в ритм. Звуки перемешиваются с мыслями, оставляя мурашки по всему телу. Сами не понимая как это всё происходит, танец становится оживленнее, ты уже увереннее держишься за его ладонь, так легко и непринуждённо ведясь на мелодию, отчего сердца, сплетаясь невидимыми узлами, так и норовят вырваться наружу, отдавая импульсивными ударами на всё тело. Песня подходит к концу, но азарт юноши, кажется, только разогрелся и не собирается затухать в такой момент. Наклонив тебя, чуть крепче сжимая одну руку на талии, а второй — касаясь чуть неровных кудрей из-за фееричного танца, на лице расплывается весьма довольная улыбка, словно у кота, который приготовился к обещанной хозяином порции сметаны. — Добрый, когда трезвый. А сейчас мой разум немного опьянён кое-кем, — разгорячённое дыхание по вытянутой шее в сочетании с низким тембром заставило твоё девичье сердце биться ускоренно; разум же предвкушал нечто сладостное и до бабочек в животе приятное. — Полно вам, господин. Не гоже так выражаться, — обычный голос зачем-то упал до шёпота, ведя за собой приятные улыбки на ваших чуть покрасневших лицах. — Позволите ли вы однажды повторить этот танец со мной, моя миледи? — Я подумаю.