Море, пляж и слёзы счастья.

Вечер. Море озарил малиновый закат, делая его ещё более волшебным и романтичным чем днём. Семьи, пары, родители, дети давно разошлись и оставались лишь совсем немногие, кому ещё не надоело сидеть на песке, купаться, и просто наслаждаться атмосферой. Закаты здесь–одна из тех причин по которым Себастьян приехал сюда. Они были прекрасными, завораживающими и напоминали парню о лучших временах и людях. Он сидел на пляже под зонтом, на теплом белом шезлонге и любовался тем, о чем так давно мечтал–морем, песком, закатом. Для полного счастья ему не хватало лишь её. Той, с кем он хотел бы делить каждый момент его жизни, будь то счастливый или горестный. Той, кто была его самым сладким сном. Той, кто заставлял его почувствовать эмоции, которые снисходили к нему так редко. Он скучал по Элеоноре. Он бы отдал все, за то чтобы она тоже увидела то, что он видит сейчас. Отдал бы все, чтобы просто вновь заглянуть ей в глаза, услышать звонкий голос, коснуться ее волос, рук, лица... Рука его потянулась в карман, и как ни странно, ничего там не нашла. Ведь Себастьян больше не вынужден носить классическую одежду, тот душный пиджак, белую рубашку которую так легко запачкать, и вместе с ними брюки в кармане которых всегда лежало дорогое его сердцу фото. Фото Элеоноры. Сейчас он был одет в синие пляжные шорты что свободно сидели на теле, давали ему дышать. Но в них не было той самой фотографии, и из за чего эти шорты для Себастьяна представляли куда меньшую ценность, чем те брюки, которые он носил когда работал ее дворецким. И нет, он никогда не использовал это фото для плотских утех, не в коем разе. Себастьян доставал это фото именно в те моменты, когда ее так не хватало, как например сейчас. Парень, такой молодой, но такой уставший от всего и всех, взглянул на яркое курортное солнце, что готовилось уже в скором времени зайти за горизонт. В лучах алого светила облака приобрели розовато-персиковый оттенок, делая атмосферу этого чудесного пляжа ещё более романтичной и спокойной. "И все таки... Я не смогу ее забыть так скоро."–констатировал он факт так тихо, что было слышно только ему самому. Себастьян через силу заблокировал ее везде, где только можно и нельзя. Он должен был ее забыть, но не мог этого сделать, как бы не старался. Парень считал, что чувства к ней не были правильными, он не должен был смотреть на нее под таким углом. Между ними пропасть–ей всего шестнадцать, ему целых двадцать два. Ему было мерзко с самого себя, он срамил себя за то что он чувствовал это к Элеоноре. Даже если у них и могло что то получится, то ее отец этого бы не позволил. Себастьян для них–лишь слуга, что для Александра, что для Светланы и для их дочери он не достойная кандидатура. "Нет, так нельзя, я не должен..."–из раза в раз проносилось в его голове, когда Себастьян ловил себя на том, что слишком долго любуется ей, смотрит на нее. Внезапно, покой этого места нарушила громкая ругань. –Веня–... Вени–... Короче, похуй как тебя там зовут! Веник! Какого хуя ты за мной вообще уплелся?!–раздался до боли знакомый высокий девичий голос. –Ну, во первых–мое имя Вениамин, и я много раз вас просил называть меня именно так, это не так уж трудно запомнить. А во вторых–это моя работа, везде за вами следить.–последовал ответ от мужчины пожилого возраста. –Ой все, завалили ебало, а! И не говори вообще так, сколько раз уже просила!–знакомая фраза кольнула в сердце, вновь вызвав у девушки воспоминания о предшественнике Вениамина, Себастьяне. На самом деле, она очень переживала о том, почему же он ушел так скоро? Почему она не может до него дозвониться? Ей не хотелось верить, что она его больше не увидит. За всю прошедшую неделю она сотни раз пожалела за каждый раз когда срывалась на него по мелочам. Элеонора стояла около дорогого такси класса комфорт, из которого только что поспешно вышла, и в этом же автомобиле сидел рыжеволосый Вениамин, бубнящий что то о ее поведении. –Себастьян!–крикнула она, сунув пару тысяч в открытое окно водителю и поспешно зашагала в сторону вышеупомянутого парня. –Элеонора, я..!– Вениамин хотел было выйти из машины и пойти за ней, но не успел он договорить "...должен пойти с вами, это моя работа!", как от девушки последовало грозное "Сидеть!", и что то такое мелькнуло в ее глазах, что заставило его выполнить этот приказ. Нет... Этого не может быть... Себастьян был уверен: у него солнечный удар, визуальные и слуховые галлюцинации. Элеонора идет прямо к нему и кричит его имя! Он встал с шезлонга на котором лежал секунды назад и ступил пару шагов в ее сторону. Запыхавшаяся Элеонора остановилась возле него, не зная как все свои мысли собрать во что то членораздельное. –Себастьян, ты..! Я..!–плюнув на слова, девушка прижалась к его нагретом солнцем телу, тем самым показав что она настоящая. Он ожидал от нее всего: пощёчины, истерики. Себастьян бы сильно не удивился, если бы она просто прошла мимо него. Было возможно все, но то что она сделала в итоге поставило его в тупик. –Почему ты..? Зачем?–в тишине, которую нарушал только шум волн можно было расслышать тихие всхлипы, которые раздавались именно где то в районе шеи Себастьяна. Он положил свои руки ей на спину, слегка поглаживая. Она пыталась что то сказать, но не могла связать и двух слов, лишь сильнее сжимая его в объятиях. Видя то, как ей тяжело Себастьян мягко усадил ее на шезлонг, на котором до этого лежал, а сам встал на колено напротив нее. –Успокаивайся. Что ты здесь делаешь? Как ты нашла меня? И..,–он немного откашлялся, –Зачем? Она усмехнулась. –Думаешь, моих карманных не хватило бы, чтоб съездить в Сочи? А про то что ты съебал именно на море я выпотрошила из отца. Он почему то долго отнекивался, и только после хорошего скандала он согласился рассказать об этом. Элеонора сделала вид что закончила речь, хотя знала, что не ответила на главный вопрос: "зачем?". Себастьян в свою очередь выжидающе смотрел ей в глаза, ожидая ответа именно на него. Девушка глубоко и раздражённо вздохнула. –Если не хочешь, можешь не говорить, но мне самому предельно интересно.–он видел, что она не может сформировать свои чувства в слова, поэтому не давил. –Я... Блять, просто... Ты так резко исчез, и я не могла найти себе места! Ещё этот Веня–... Вене–... Короче, он меня в край заебал! Постоянно душнит, пытается меня воспитывать, как пиздюшку малолетнюю, ты представляешь!? При первой нашей встрече он мне говорит "Мне ваш отец говорил о том что вы трудный подросток. Перевоспитаем."– тон невзлюбившегося нового слуги Элеонора изобразила в наилучшей ее манере: интонация была такой высокой, что можно было подумать что ее новый дворецкий– потомок бурундуков– Ещё недавно–... Пока Элеонора жаловалась на нового дворецкого, Себастьян просто взял ее руку и поглаживая пальцы Эли своим большим, слушал ее режущую слух, но такую родную ругань. С ней Себастьян чувствовал себя на своем месте. Да, возможно то, с каким трепетом сердца он на нее сейчас смотрел, то как нежно он держал ее руку было не до конца правильно, но им было комфортно друг с другом, и Элеонора не была против его прикосновений. Возможно, побыв с ней рядом ещё пару лет, он сможет простить себе всю ту нежность, что чувствует к ней, и, с ее позволения разумеется, отдать ей эту нежность, его любовь. –Кстати, почему ты не поехал в Турцию, или скажем Дубай? Не думаю, что мой отец заплатил тебе настолько мало, что тебе хватило лишь на то, чтобы поехать к черному морю! Есть варианты и поблатнее.–у Элеоноры кончились злостные эпитеты относительно Вениамина, и она решила поинтересоваться у Себастьяна почему же он выбрал именно отечественный курорт, а не дорогой зарубежный. –Ты вряд ли будешь довольна моим ответом, но..,–его сознание собиралось до последнего опровергать теорию о том что его симпатия не такая уж и не взаимная–Не знаю как это описать так, чтобы было понятно... В общем, на каком то подсознательном уровне я надеялся что все так и обернется, хотя "понимал",–последнее слово он сказал с нарочито-саркастичной интонацией,–что такое не возможно. Но, смотря сейчас на тебя я готов подтвердить то, что чудеса все же и вправду случаются.–на последнем предложении его тон смягчился ещё больше, чем до этого. Себастьян не был уверен, правильно ли он сделал когда сказал это, но на душе стало заметно легче. Элеонора не стала ничего отвечать, но глаза ее снова заблестели от скопившихся в них слез. Она прыснула. –Блять, я за эту неделю выплакала больше чем за всю жизнь! Как будто и не я вовсе! Пиздец конечно...–проговорила она вполголоса сквозь смех и слезы. –Надеюсь, это будет повторяться как можно более редко. Ты прекрасна в любом виде, но с не заплаканным лицом ты мне нравишься больше.–Себастьян аккуратно провел костяшкой пальца сначала по левому, а после по правому нижнему веку, собирая уже скатившиеся слезинки. Он сел на шезлонг рядом с ней и обнял ее. В этот наполненный неловкостью жест он вложил всю ту нерастраченную нежность, что он чувствовал по отношению к ней. Элеонора, не отпуская его руки, оперлась лбом о его плечо и обвила свободной рукой ему шею не прекращая тихо посмеивается. Сразу поняв что второй руки Себастьяну не высвободить, он свободной рукой гладил ее голову на которую лишь немного облакотился подбородком. Со временем, Эла все же успокоилась и теперь совершенно спокойно лежала на его плече, любуясь на алый закат. –Значит, ты отказался от дорогого отпуска лишь ради того чтобы мне было легче тебя найти? –По большей части да, но..,–по его лицу пробежала тень, которую девушка, слава богу, не увидела,–Так же я руководствовался тем что после отпуска мне нужно будет какое то время искать работу, а это не так уж и просто. Не быть же мне курьером или доставщиком пиццы. Эля аккуратно встала с его плеча и заглянула Себастьяну в глаза. В глазах друг друга они могли разглядеть искреннее счастье, зажигающиеся одна за одной в их сердцах звёзды, пораждая целый Млечный путь. Смотрев в его глаза Элеонора видела в них свое отражение, понимая что долго и счастливо–это лишь начало. Себастьян глубоко вдохнул. –Знаешь, я хотел бы сказать... Что я..,–как на зло вся смелость, которую он так старательно соскребал по стенкам сознания, покинула его в самый ответственный момент. Он на несколько мгновений опустил веки, собираясь с мыслями и тут же почувствовал на губах прикосновение. Это можно было сравнить с лёгким летним бризом или потоком воздуха, который на короткий миг обдает лицо своей нежностью. В тот же миг он открыл глаза и увидел ее лицо непристойно близко со своим. С его губ слетел еле слышный нервный смешок. –А ты сильно выросла за то время что мы не виделись. Ментально, разумеется. Воздух вокруг них все искрился, а ветер обдувал им лица. И здесь не нужны были никакие слова. Напрашивалось лишь одно. Он медленно сократил то мизерное расстояние что оставалось между их губами, и аккуратно поцеловал. Себастьян не держал ее головы, и не был слишком напорист, чтобы она могла отстраниться, если захочет. Элеонора выпустила его руку из своей хватки, и зарылась пальцами ему в волосы, отвечая на ласку с большей уверенностью. В их поцелуе не было и намека на пошлость. Он был пропитан искренним желанием защищать, заботиться друг о друге, любить и больше никогда не отпускать. В этот момент их не волновало ничего кроме друг друга. Они лишь наслаждались каждым мгновением проведенным вместе, смакуя привкус истинного счастья что с жаром билось в груди в унисон с сердцем и блестело в глазах обоих. –Ты ведь больше не оставишь меня? –Никогда, mon amour.*