Королева Океана

Великая тьма, о которой рассказывала Тала, и в которую не верил Тут, достигла Мотонуи, поразив его, словно раковая опухоль. С каждым днём ситуация на острове становилась всё хуже. Мотонуи медленно умирал. Кокосовые пальмы либо не плодоносили, либо их плоды были гнилые. Цветы вяли, рыба ловилась всё хуже. Моана , видя , насколько плачевно положение острова, отчаянно пыталась уговорить отца решиться сделать то, против чего он всегда выступал — покинуть остров и отправиться в плавание в поисках других земель. Но вождь Туи был как всегда непреклонен и упрям. — Отец, послушай меня! — отчаянно кричала девушка! — мы умрём, если останемся здесь! — Ты знаешь правила, Моана! — резко отвечал Туи. — этот остров наш дом, и мы никуда отсюда не уйдём! Мы не заплываем за риф! — Это больше не дом, отец! Это тюрьма! Мы сгниём здесь, если не отправимся в плавание! Океан даст то, что нам нужно! — Океан забирает! Он несёт смерть! Он забрал моего брата, Моана, он заберёт и тебя! — Океан ВЫБРАЛ меня! Выбрал! Но Тут уже не слушал свою дочь. Вождь ушёл, оставив Моану далеко позади. Девушка опустила голову. Уговоры не действовали. Она предлагала единственный путь к спасению, но её отец, ослеплённый своим страхом перед океаном, отказывался её слушать. Моана пыталась поговорить с другими членами племени, но те, все как один, твердили, что их остров — единственное безопасное место, а в океане их ждёт смерть. С каждым провалом в попытке убедить других людей, девушка наполнялась отчаянием. Всё были такие же трусы и слепцы, как и её отец. Постепенно в душе Моаны что-то начало меняться: любовь к народу и искреннее желание им помочь стало пропадать. На протянутую руку помощи все отвечали отказом. Они будто сами загоняли себя в могилу, отказываясь покидать умирающий остров. Разочарование всё больше овладевало девушкой. Последней каплей стала смерть её бабушки Талы. Пожилая женщина умирала от тяжёлой болезни. При иных обстоятельствах её можно было бы вылечить, но проблема была в том, что лекарственных растений, необходимых для изготовления целебного отвара, на острове больше не осталось — все до единого увяли из-за действия великой тьмы. Перед смертью Тала сняла со своей шеи необычный, светящейся зелёный камень и протянула его Моане, стоявшей у её постели. — Моана,.. — шёпотом произнесла Тала, каждое слово давалось ей с большим трудом, — Океан выбрал тебя. Этот камень — Сердце Те Фити. Найди остров, где живёт полубог ветров и морей Мауи. Когда найдёшь его, скажи:"Я Моана из Мотонуи. Ты сядешь в мою лодку, переплывёшь Океан и вернёшь Сердце Те Фити." Произнеся эти слова, Тала закрыла глаза, сделала последний вздох в своей жизни и умерла. Сердце Моаны сжалось от боли. "Это из-за НИХ — подумала девушка, — это из-за них моя бабушка умерла. Они убили её. Своим страхом." Моана вновь взглянула на зелёный камень, лежавший у неё в руке. Бабушка сказала ей, что это сердце Те Фити, и если вернуть его, Мотонуи будет спасён. Но затем...затем Маона вспомнила. Вспомнила упрямые речи своего отца, который отказывался её слушать. Вспомнила его глупый страх, ослеплявший его и мешавший увидеть единственный путь к спасению. Вспомнила, как тоже глупое упрямство и трусость показывали все остальные островитяне. И из-за их глупого страха теперь умерла её бабушка — единственная, кроме неё, кто не был ослеплён страхом. И в этот момент Моана твёрдо решила. НЕТ. Они не заслуживают спасения. Она предлагала им не просто шанс выжить — она предлагала им светлое будущее. Будущее, где они будут жить не в страхе перед океаном, а будут смело плыть навстречу неизведанным землям. А они от него отказывались. Так пусть же они сгинут на этом острове, за который они так трусливо цепляются! А она...она не собирается гнить вместе с ними! Она уплывёт отсюда, к свету, к спасению! Сжав сердце Те Фити в своей руке, Моана помчалась к пальмовой роще. Отыскав несколько крепких брёвен, девушка связала их, соорудив хороший, крепкий плот. Прихватив с собой поросёнка Пуа и петуха Хей-хея — единственных на этом острове, кто оставался ей верен, — Моана села на плот и отчалила от берега. Океан не остановил её. Казалось, он полностью понимал Моану и одобрял её выбор. Океан был её другом с раннего детства. Другом, к которому её отец не позволял ей подходить, глупо опасаясь, что ей будет что-то угрожать. Но теперь... теперь их ничто не разлучит. Едва плот оттолкнулся от берега, течение, тёплое и нежное , понесло плот вдаль. Плот дрейфовал в океане многие месяцы. Океан помогал Моане — он пригонял к ней косяки рыб, чтобы девушка могла поесть, ветер приносил дождевые тучи, и тогда девушка уталяла жажду, открыв рот и подставив его под падающие капли дождя. В один день Моана вдруг вспомнила про Сердце Те Фити, которое она унесла с собой. Вспомнила рассказы своей бабушки о невероятной созидательной силе этого камня. А что если... Моана достала камень из кулона, висевшего у неё на шее, и прикоснулась к нему рукой. И в тот же момент девушка почувствовала прилив невероятной силы. Она протянула руку, и от неё тут же пошли светящиеся зелёные линии. Словно поднявшись со дна океана, появился крохотный островок, на котором тут же выросла пальма. Моана сорвала кокос, расколола его и впервые за долгое время напилась его сладким молоком. Моана стала всё чаще использовать силу Сердца, создавая крошечные островки. С каждым новым использованием, девушка всё больше овладевала навыками созидания. В конечном счёте она полностью впитала в себя силу Сердца _ теперь дар созидания принадлежал ей. Сердце Те Фити сделало Моану чем-то большим, чем просто человеком — она стала практически богиней. Её тело перестало стареть, болезни не трогали её, а любые ранения заживали за секунду, не оставляя ни следа. Она стала бессмертной и практически неуязвимой. Пока и Хей-хей Но самым удивительным было другое. Её связь с Океаном теперь вышла совершенно на новый уровень — он был уже не просто её другом...Они стали...единым целым. Казалось, Океан теперь полностью понимал все мысли девушки, и его воды действительно в точности согласно её воле. Моана стала настоящей повелительницей Океана. Она обнаружила, что не может утонуть — она могла беспрепятственно ходить по морской глади и не тонуть. Она могла управлять течениями, поднимать огромные волны и даже вызывать шторма. Морские животные стали её подданными — по мысленному приказу Моаны киты, акулы, дельфины, осьминоги, чайки — все они приходили к ней, готовые выполнить всё, что она захочет. Океан, бывший её другом, стал неотъемлемой частью её самой. Внешность Моаны также претерпела изменения — её волосы теперь струились, словно морская вода, а вместо её обычной юбки она уже давно носила совершенно другое одеяние — платье из морских водорослей — знак её неразрывной связи с Океаном. На шее и на руках у неё были браслеты из жемчуга и раковин. Однажды в голове Моаны всплыло воспоминание о далёком времени, о совсем другой жизни. Мотонуи. Остров, с которого она уже не помнила, насколько давно сбежала, когда его жители отвергли свой единственный шанс на спасение. И тут внезапно девушку захлестнула ярость. Они не просто боялись Океана. Они пытались разлучить её с другом, с тем, кто теперь был частью её самой. Своим страхом они оскорбляли Океан. Оскорбляли её друга. Оскорбляли того, кому были обязаны своим существованием. А она...она не прощает тех, кто оскорбляет её друзей. В голову Моаны пришла ужасающая, жестокая идея. Океан послушно понёс её с немыслимой скоростью к берегам Мотонуи. Когда Моана наконец пришла к острову, некогда бывшим её домом, его жители подняли глаза. Они застыли в трепете, глядя на представшее перед ними зрелище. Девушка, которую они не видели уже несколько десятилетий, ни капли не постаревшая и выглядевшая нечеловечески прекрасно, строящая на вздымающихся волнах. Вождь Туи, чьи волосы теперь были седыми от старости, поначалу обрадовался, что вновь увидел свою дочь спустя столько времени, даже не обратив внимание на то, что она почему-то всё так же молода, как и тогда, когда покинула их остров. — Моана! — воскликнул Туи. — ты вернулась! Но радость вождя быстро сменилась страхом, стоило Моане взглянуть на него. Это был не тот взгляд, каким дочь смотрит на отца. Это был взгляд богини на прогневившего её смертного. В её глазах была не любовь, а жгучая ярость. — Да, я вернулась, — произнесла Моана таким голосом, от которого у Туи побежали по спине мурашки. — вернулась, чтобы возздать вам по заслугам! Вы боялись Океана. Что ж, сегодня я покажу вам, что боялись вы не зря. Едва Моана произнесла эти слова, как над островом тут же вздыбились огромные волны. Ужас блеснул в глазах людей, когда они поняли, что сейчас будет. По беззвучному сигналу Моаны океанские воды обрушились на Мотонуи. Волны сметали дома, ломали стволы пальм, люди отчаянно кричали, прежде чем их голоса навсегда умолкали в морской пучине. Наконец, Мотонуи полностью исчез под водой. Затем Моана протянула руку к тому месту, где раньше стоял остров. Зелёная энергия Сердца Те Фити потянулась из её руки и из-под воды стал подниматься красивый коралловый риф, к которому тут же приплыли разноцветные рыбки. Это был не просто акт созидания — это была дань уважения Океану. Её другу. Её сердцу. Она расширила его, заполнив пустоту, которая образовалась на месте тех, кто не любил его. С тех пор началось странствие Моаны по океанским простотам. Она искала другие острова, такие , как Мотонуи. Острова, чьи жители жили в страхе перед Океаном. Острова, чьи жители никогда не спускали на воду свои каноэ. Острова, чьи жители не чтили дары Океана, относились к нему слишком потребительски, истребляя его обитателей сверх меры. Острова, чьи жители относились к Океану как к сточным водам, загрязняя его. Всех тех, кто не относился к её другу, к её любимой стихии с должным почтением и уважением, ждала одна и та же участь. Суд Моаны был суровым и беспощадным — она погружала эти острова в водяную бездну, а на их месте создавала рифы. Потому что в её мире, мире Королевы Океана, не было места для тех, кто не чтил его.