Глаз за Глаз

      - Лайя, мы можем поговорить? – тихо и неуверенно спросил Ло. Его озадачило одновременное присутствие Лайи, Луизы и еще одного неизвестного ягодного штурмовика.       - Ооооо, агент Лололошка!- в типичной манере протянула член совета директоров, с типичным холодным прищуром, который должен располагать к себе, но всегда был до ужаса ледяным.       - Лололошка? Позволь тебе представить – Тристан! - подруга указала на безжизненное нечто в форме штурмовика, больше похожее на манекен, или на дурацкую ростовую куклу, в которую залазишь и всех развлекаешь. – Ну, моего Тристана, понимаешь? – с трепетанием уточнила девушка, воодушевленно сжимая руки в замок, словно сами ангелы вернули это ей.        Ее взгляд был совершенно не такой как прежде, она сама словно была не в себе. Перед Лололошкой стояла уже не та Лайя, его Лайя была какой угодно, но не такой, что перед ним. Перед ним стояла какая-то влюбленная девчонка, которая не увидит несущийся на всех парах поезд, за своими розовыми мечтами.       - То есть…. Того самого? – еще более растерянно спросил штурмовик, все это выглядело более чем странно, а более того абсурдно. В голове начали двигаться шестеренки от непонимания происходящего, с каждым метром вся эта ситуация становилась какой-то липкой, словно утопал в какой-то мерзкой сладкой жиже, от которой хотелось отмыться.       - Да, тот самый!- обрадовалась она.       Маленький диалог прервал неожиданный кашель мадам Де Саль, которая уже хотела явно уже уйти из этой ягодной вечеринки:       - Ну что ж, коллеги… Я вас, пожалуй, оставлю,- вычурно высоким голосом, начала говорить директор, наверное, этот голос должен был быть таким же дружелюбным, как говорят те же дети или воспитатели в детском саду, но он был слишком до боли фальшивым. – Мне нужно сопроводить агента Три С Точкой в вагон-стационар.       - Я пойду свами! – прилипла девушка.       - Лайя, я… - попытался на себя обратить внимание Ло, понимания, что уже потерял подругу в момент, как ее повторно отвязали от времени. – А мы можем поговорить?- он не терял надежды.       - Поговорить? – во взгляде Лайи промелькнуло какое-то движение сознания, но оно тут же померкло под сладкими флюидами гормонов.       - Да-да, агент Каталонес, идите, - вторила словам Ло Луиза, - Вы сможете навести агента Три С Точкой на любом метре. Правда ведь, агент Три С Точкой?- голос Луизы стал приторно слащавый, затекающий во все щели сознания, принуждая вслушиваться даже не сколько в суть слов, сколько в эмоциональный посыл.       - Да, это правдивое утверждение… - без эмоционально вторила словам директора ягодная кукла.       - Хорошего километра, коллеги! – радостно помахала рукой Луиза, после того как услышала, то что хотела, исчезая в белой вспышке вместе с куклой.       -Ну? О чем ты хотел поговорить? – от прежней влюбленной девчонки не осталось ни следа, несколько раздраженная и с пассивной агрессией в голосе, больше складывалось впечатление, что перед Ло наркоман у которого постепенно начинается ломка без дозы.       После без эмоционального приглашения в спальню Лайетаны, все пошло кувырком. Разговор пошел не по плану с самого начала. Этот Тристан, Луиза, отупленная до одури в глазах Лайя. Здесь прошла прекрасная работа Организации, так запудрить мозги могли только они. Да даже не запудрить, они явно сначала умаслили, залили все это сладкими речами, а потом сверху забетонировали и накрыли это великолепие свинцовым саркофагом, для долгой консервации. Теперь ни одна живая душа не докричится до Лайи, да и по всей видимости она и сама это больше не желала. Она получила все что хотела, а после сговора с совестью, заперлась в сладостном мире, где теперь был Тристан, сладкие зефирки и бабочки пукающие радугой и все это в куче цветочков. Получив желаемое, она пошла на попятную. Ведь теперь ей ничего не надо было, а разгребать последствия осталось лишь Лололошке. По всей видимости, единственному кому все это надо было.       Все ее слова и доводы, падали кирпичами по голове бывшего мироходца. Он ждал совсем не этого. Чем больше она продолжала говорить, тем больше нарастал необъяснимый страх на грани негодования, он с каждой секундой ощущал, как стремительно теряет связь с тем, кого раньше называл другом в этом бесконечном ужасе. Протянутая когда-то рука с болезненным шлепком по пальцам исчезла, показывая угрожающий качающийся из стороны в сторону указательный палец, словно показывая, кто тут главный.       Попытки докричаться разбивались об этот свинцовый саркофаг Организации, заставляя тот петь роем через рот Лайи. Этот звон просто невозможно было слушать, пока из всего этого случайно не дошел обрывок самой Лайи из самой глубины, заставляя всю конструкцию дрожать изнутри через ее слезы и прижатые к рту ладоням. Дрожь не исчезла и после градом посыпавшихся вопросов:       - Что значит «не был»? Почему ты говоришь о Вальдхаре в прошедшем времени? – закипающее негодование начало клокотать в груди, рука сама поднялась в стремлении указать причину всей злости и проблем. Маленькая деталь из всей комнаты зацепила взгляд Ло, но лучше бы, если он вообще ее не видел. Деталь разрезавшее все на до и после.       Маленькие черные глазки мистера ОʹФлафферти безучастно наблюдали и впитывали всем потоком времени эту сцену злости, негодования и разрувшихся мечт. Ухо мишки почернело и слиплось в чем-то вязком, наверняка липким, но запах был несладким, нет, нотка сладости была, но совершенно тошнотворная. Сладкий тошнотворный запах гниющих…Чего? Что гниет?       - Лайя, почему мистер ОʹФлафферти в твоей комнате? – устрашающее осознание начинало настигать Ло настолько огромной волной, что невозможно даже было понять где ее края и насколько быстро она надвигается.       С каждым уточняющим вопросом и отрицательным мотанием головы сквозь замок пальцев, настигало ощущение, что это все кошмарный сон. Очень хитрая симуляция, наваждение Видомнии, да все что угодно только не реальность. И Лайя, которая в страхе роняет слезы вжимаясь в стену, только добавляла ужаса во всю эту ситуацию. И ведь самое главное она не врала, но мироходец наверно отдал бы все за каплю сладкой лжи, которая смогла бы удержать его на плаву. Иначе вообще тогда все это? Ради кого вообще стараться? Ради себя? Ради Синклитовцев? Ради Лайи и ее сладкого полоумного Дристанчика-Тристанчика?       Ноги резко потеряли свою силу, и штурмовик осел на пол, ощущая холод бессилия, а вместе с ним наступающую тошноту. Вся комната словно насытилась липкой удушающей влагой с той самой сладкой вонью. Лололошка не мог понять, что его душит больше: сладкая вонь, смерть Вальда или предательство Лайи? Комната начала кружиться, устраивая тошнотворную вечеринку из этого запаха и мерзких всхлипов напротив, но тем не менее мироходец каждым своим вопросом стремился убедить себя в не самом плохом сценарии. Шестеренки, запущенные в вагоне-саду достигли своей кульминации и были готовы вылететь из своей оси, достигнув максимальной скорости уже раскаленными добела. Но и здесь Лайя не дала надежды:       - Это я… его убила, - призналась она, захлебываясь дрожа всем телом. Лололошка дальше не слушал, его охватило оцепенение, тошнота уже не волновала, но и шока уже как такового не было, просто стало спокойно, хоть он и не мог двигаться. Даже фикус рядом с штурмовиком представлял больший интерес, чем история внутреннего осознании Лайетаны.       Волна дошла и закрутила в своем смертельном вихре неожиданно, дребезжащие по стенам монолог был больше похож на скрежет стекла.       Она убила Вальда в обмен на Тристана.       Она убила его брата за живую куклу.       Она убила их дружбу за место в организации.       Гнев как-то мгновенно улетучился, отдавшись холодному расчету.       - Ты права, Лайя, спасибо тебе, без тебя я бы не справился, - сказал он на автомате, когда она закончила говорить с надеждой на понимание. Ее лицо просияло, не смотря на все прошлое негодование.       - Лололошка, я так рада что ты наконец это понял! – она опустилась на колени, обнимая крепко мироходца, но тот лишь едва сдержал рвотный позыв, ощутив сладкий запах духов от штурмовика. Как он мог так легко привязаться к этой шалашовке? А ну да, на безрыбье и рак – рыба.       - Прости, Лайя, но у меня задание, мне пора, пойду спасать вселенную, - использовал он отрывок ее слов, с кряхтением вставая. Та лишь кивнула, оставаясь в спальне утирать слезы.       Очередная подстава Организации, очередной план Луизы против него. Очередной груз ответственности и вины за новую смерть. Он пока не может отомстить Организации за все, но может преподать урок Лайе. Глаз за глаз.       Выйдя из комнаты Лайи, Ло тут же отправился в вагон-стационар, там, на медицинской кровати лежало то, что было раньше Тристаном. Сладкий запах усиливался, по мере приближения. Следовало все сделать быстро и без свидетелей.       - Тристан, ты идешь за мной,- без объяснений сказал Ло, кукла моргнула своими глазами.       - Ответ утвердительный, - оно подало сигнал.       В яркой вспышке они исчезли и появились в укромной кладовой кухни, где еще до этого Олли и Сдерик накатили ободряющий чай.       Тристан молча смотрел, упершись лбом в металлический уголок полки, явно выдавая, что оно даже не осознает, где находится. В какой-то мере Ло ощутил, что то, что он сделает не даст того чувства успокоения, но это было уже неважно.       Он стал раздевать эту куклу, освобождая от лишних вещей, но той было все равно. Было и все равно, когда кухонный нож мягко вошел в основание шеи, только механическое бульканье от имитации дыхания, глаза автоматически заметались, а после закатились. Тело осело на полу, все произошло слишком быстро, слишком скучно.       - Сдерик, Олли, мне нужна ваша помощь, - обратился он к друзьям.       

***

      - Ну, как тебе, Ло? – Сдерик дал попробовать ложку еще теплого ягодного джема.       - Сдерик, да это самое вкусное, что я ел! Кто бы мог подумать, что мы так просто с этим справимся! – Олли откусил свой кусок тоста с джемом.       Ло, ощутил на языке приятную сладость с мягкой кислинкой от лимонной кислоты. Если месть блюдо холодное, то следовало бы дать джему остыть, прежде чем презентовать подарок Лайетане.       - Превосходно, - сглотнул тот, беря чайную ложку в руки и зачерпывая еще.       - Теперь у нас этого добра навалом, на весь Синклит хватит, - хохотнул Сдерик. – А что будем делать с этим? – он кивнул на остатки тела.       - Мои микроорганизмы съедят все без остатка, не беспокойся,- подмигнул Олли, собирая зеленые отростки и глазные яблоки в контейнер для биологических отходов.       - Как мне повезло, что у меня есть настоящие друзья, - грустно улыбнулся Ло, глядя на этих двоих.       

***

      - Лайя, я хотел извиниться перед тобой, за тот случай, - начал он, глядя на встревоженную девушку, которая не обращала на него внимания, озираясь по округе.       - Нет, Ло, не сейчас. Я не могу найти Тристана! Луиза сказала, что он будет в стационаре, но его там нет! Я его уже везде искала! – Лайя начала плакать, не имея больше возможности держать в себе чувства.       Улыбка начала разрастаться на лице Лололошки, ему доставляло удовольствие наблюдать за стенаниями девушки, которая до этого всеми силами пыталась убедить себя в том, что она права в своих действиях. Скоро ее достигнет осознание, что ее жестоко обманули. На ее руках кровь тех, кто ее любил, любовник исчез, а она осталась ни с чем.       - Ну-ну, не плачь, я думаю, он скоро появится и все будет как прежде… - Ло с самым заботливым голосом, на который он только способен, подошел к плачущей девушке и начал гладить ее по голове. Он держался всеми силами, что бы не вцепиться в ее волосы и не разбить ее лицо об собственное колено. – Утри слезки, что если он придет сейчас, а ты как рева-корова? М?- он натянул доброжелательную улыбку, подсовывая под лицо Лайи маленькую баночку джема.       Лицо девушки удивилось, а руки взяли баночку розового джема.       - Попробуй, тебе понравится, может, когда придет Тристан, ты поделишься с ним?- он стер своими перчатками мокрые дорожки слез с ее лица.       -Спасибо, Ло, я точно поделюсь с ним, - слегка улыбнулась Лайя, - Спасибо, что поддерживаешь меня ни смотря ни на что.       - Вам спасибо, Агент Каталонес, - он подмигнул, а после, махая рукой исчез в белой вспышке.