Феликс, или история о помешательстве Хёнджина

Если у Хван Хенджина, человека, который пашет днями и ночами, который, порой, ненавидит всех и вся, и который имеет чертовски угрюмый, по мнению многих, взгляд, спросят, что значит Феликс - веснушчатый студент художественного - в его понимании. То он непременно ответит, что Феликс - это теплый плед в зимний вечер, согревающий своим теплом; Феликс - это возвращение в дом, где тебя всегда будут ждать, и что Феликс - это олицетворение любви с самой красивой улыбкой на свете. И пусть у Хенджина никто не спрашивает, да и Феликса он знает хуже, чем хотелось бы, Хенджин всё равно готов составить список сравнений, дабы удовлетворить собственную любовь, способную на короткие переглядки, но не способную познакомиться с парнем по-настоящему. Если бы год назад, кто-то сказал Хёнджину, что он бесповоротно врежется в столп любви по отношению к своему посетителю, то он бы рассмеялся этому человеку в лицо. Потому что - глупо. Ведь Хенджин, по своей натуре, далеко не влюбчивый человек. Он конечно умеет проявлять симпатию, и способен признавать привязанность, но любовь - слишком большое слово для такого человека как Хёнджин. Так, по крайней мере считал сам парень. Однако, когда в скромное кафе находящееся неподалеку от художественного университета, заявился Феликс со своими друзьями, что не переставали его дразнить - Хёнджин бездумно оступился, пропав в яркой улыбке. И теперь, ему кажется, что слово "любовь" - мизерная частица того, что он испытывает к Феликсу - чью личность он по-прежнему не знает, а хотелось бы. После того дня, прошло больше месяца. Но Феликс всё равно, появляется в кафе изо дня в день, чем очень радует Хенджина, втрескавшегося по уши. Он всегда скромно бормочет свой заказ не решаясь поднять глаза на официанта, а когда сталкивается с чужими пальцами передавая меню, то вообще очаровательно краснеет, смущаясь до невозможности. И наверное поэтому Хенджин боится с ним сблизиться. Феликс создает впечатление милого, и отточенного до совершенства. Невинного, и, в действительности, идеального. Того, чьи желания должны исполняться за секунды, а жизнь течь патокой, чтобы на его лице всегда была улыбка. Хёнджин же, в противовес, мрачный и потрепанный жизнью. У него две основные работы - тату салон и кафе - маленькая квартира на окраине Сеула, и бесконечная усталость. А Феликс достоин большего. Достоин принца на белом Ламборджини, или же конвенциональной красотки с богатыми родителями, но никак не Хван Хенджина, у которого из положительных качеств только бойкая решимость при небольшом количестве денег. И то, хваленая решимость куда-то сдувается, когда Феликс оказывается поблизости. Поэтому познакомиться напрямую, будто, не вариант, вдруг ещё спугнёт этими своими проколами, татухами и пустым кошельком. Хенджин тяжело вздыхает смотря на причину своей рассеяности, протирая бокалы по пятому кругу и начинает глупо улыбаться, стоит только Феликсу кинуть на него взгляд. Хёнджину бы по хорошему обслужить оставшихся клиентов и передохнуть, но плевать. Помимо него, здесь есть ещё трое кто может побегать с заказом, а Феликс один. Красивый, богоподобный в глазах смотрящего, и с забавно бегающими глазками. - Ты в нём дыру хочешь проделать, или как? - интересуется Сынмин - коллега, что подходит со спины иронично выгибая бровь, но Хёнджин этого не замечает, увлеченный вздернутым носиком их постоянного клиента. - Смотря какую, и где, - он всё ещё трет бокалы выиская возможность вновь столкнуться с Феликсом взглядом, и даже не удосуживается обернуться на вредину-Кима. - Фу, не хочу знать, - Сынмин показательно морщится, хлопнув приятеля по плечу. Тот снисходительно улыбается. - Это не то о чем ты подумал. Я имел ввиду пару проколов в ухе. Ему бы подошло. У него такие милые мочки, пиздец просто. - Пиздец - это считать чьи-то мочки милыми. Сходи к психологу, пока дело не дошло до психиатра, - фыркает Минхо - ещё один из коллектива - и подходит к ребятам, кидая меню на стол, а затем вбивает заказ в аппарат. - Ты разве не видишь, что даже психиатр уже не поможет? Это конечная, - Сынмин закатывает глаза складывая руки на груди. Хенджин хмурится. - Да пошли вы оба нах- - Извините, я бы хотел оплатить счет, - Феликс подходит к стойке миролюбиво улыбаясь, и делает это настолько светло, что даже Минхо не может сдержать улыбки в ответ. А ведь Минхо не любит улыбаться, даже ради приличия, даже ради чаевых. Хенджин хмурится сильнее. Это у него вообще-то краш на Феликса. Минхо иди-ка ты лесом. - Конечно, - Сынмин остается единственным, кто не сражен потрясающей улыбкой, а потому он отпихивает Хёнджина подальше, дабы принять деньги с чужих рук и выдать чек. - Большое спасибо, - Феликс склоняет голову набок, складывая чек в карман брюк, и внимательно смотрит на Хенджина, который тоже пялится в ответ. Они прожигают друг друга взглядом добрые десять секунд, пока Феликс не машет рукой на прощание и не скрывается за дверью. Хенджин готов расплавиться и растечься прямо тут. Феликс на него смотрел. Лупал своими добрыми глазами на Хёнджина, и продолжал улыбаться. Нужно отметить этот день в календаре как самый лучший. И вообще объявить международным праздником. - Поздравляю, - Сынмин опять хлопает Хенджина по плечу. - С чем? - тот приподнимает брови, оставляя вычищенные, до скрежета бокалы, в покое. Те кажется выдыхают с облегчением. Они вообще могут выдыхать? - С парным увлечением. У вас всё взаимно. Предлагаю курс психотерапии для парочек, дешевле выйдет, - Ким растягивает уголки губ. - Иди нахуй, - Хенджин отворачивается от коллеги, утыкаясь взглядом в столик за которым сидела причина его помешательства. Хрень какая-то. Феликс же... Светлый, мягкий, нежный. Как ему, может понравиться Хенджин - у которого по-прежнему усталость от жизни, и по-обычаю, лицо с признаками заебанности. Вы не подумайте, что Хенджин не уверенный в себе парень. Это точно не так. Его эго явно переваливает за норму, помахивая остальным с высоты небоскреба, но только не рядом с Феликсом. У Хенджина слов не хватит, чтобы описать крохотного студента, и тех чувств которые он к нему испытывает. Именно поэтому, парень так страшится познакомиться. Боится, что его неправильно поймут, или посмотрят с презрением. Феликс конечно выглядит как плюшка с корицей, но Хенджин же не знает как тот отреагирует на просьбу встречаться - именно просьбу (если надо, то и с головой в пол). А еще Хенджин боится, что если он подойдет к Феликсу, то его хватит инфаркт от стремительно бьющегося сердца, которое не поскупится вывалиться прямо под ноги милого студента с веснушками. Конечно совсем бездействовать не выйдет. И когда-нибудь, когда Феликс начнёт подавать реальные признаки взаимности, Хёнджин естественно решится. Наберётся храбрости, или же втюхается настолько, что без Феликса уже не сможет. Но это будет чуточку позже, возможно. А сейчас можно просто понаблюдать, и помечтать. И да, это определенно безумие. Сынмин прав. Может реально стоит попросить номер психолога, дабы тот вытряхнул всю дурь? - И всё же прислушайся, гребаный психопат с наклонностями сталкера, - Сынмин неопределенно хмыкает продолжая стоять на своем месте, и Хенджин тут же отметает идею с психологом чисто из вредности. Сам разберется, без наставлений этого умника, у которого из личной жизни только кот и кактус, подаренный, кстати, Хёнджином. *** - Извините, не могли бы вы помочь? Хенджин поднимает глаза наверх услышав знакомый голос, и чуть отшатывается, смотря на Феликса сидящего на ветке дерева - тот мотает ногами, ярко улыбаясь, будто не он сидит на гребаной черемухе. Не этого ожидал Хенджин выйдя из кафе и собираясь идти к автобусной остановке. Совсем не этого, но он всё равно рад, и благодарен судьбе, которая столкнула их носом к носу. - Что случилось? - Хёнджин приближается к стволу, взволнованный происходящим. Как Феликс туда попал? Его насильно запихнули? Над ним издеваются? Все варианты событий так и вертятся в голове, придумывая всё более закрученный сюжет. Хенджину стоит перестать смотреть дорамы с темой буллинга, определенно. - О, я просто хотел снять кошку с дерева, но когда я залез, она уже спрыгнула вниз, - Феликс хихикает в кулак, и выглядит слишком игриво учитывая его положение. Хенджин тупо моргает глазами. Феликс пытался помочь дворовой кошке, которая обычно нахер никому не сдается? Хёнджин конечно бы посчитал такого человека идиотом, ибо кошки те ещё хитрые задницы и именно поэтому им не помогают, но это же Феликс - его личная причина для существования, которой он готов простить все грехи и дебильные поступки, и даже помочь их совершать. Грудь затапливает такой щемящей нежностью, перетекающей на всё тело, что Хёнджин давится воздухом. Это проблема. Он и без того не знает куда деть свою любовь, ломящуюся сквозь всё тело, а теперь это. Как так можно-то? Хёнджин улыбается протягивая руки вверх. - Не знаю насколько это рискованно, но ты можешь попытаться спрыгнуть вниз. Я постараюсь пойма- Он не успевает закончить предложение, как тело Феликса резко приземляется в его руки. Хёнджин немного шатается стараясь удержать равновесие, а когда это получается, удивленно смотрит на студента. Феликс улыбается ярче, светясь словно новогодняя гирлянда. Цепляется ладошками за крепкие плечи Хенджина, сокращая расстояние между их лицами, и тихо шепчет касаясь губами покрасневшего от смущения носа. - Спасибо, - немного басисто, и в то же время очень сладко. А у Хенджина всё. Жизнь удалась, дайте уйти в запой. Феликс в его руках, мать вашу. Обвивает своими стройными ногами торс, прижимается ближе позволяя большим ладоням придерживать его за бедра, и красиво улыбается морща свой незаконно очаровательный носик. - Не за что, - бормочет Хёнджин, разглядывая прелестное лицо перед собой. Появляется спонтанное желание расцеловать это лицо, и спуститься к губам, но так нельзя. Они не знакомы лично, и вообще это была просто помощь, а не согласие Феликса на женитьбу. Так что Хёнджин грустно поджимает губы и осторожно расслабляет руки, позволяя чужим ногами коснуться земли. С Феликсом нельзя спонтанно, нельзя смазанно или быстро. С ним нужно нежно, тягуче любовно, и лишь после свидания, или во время него. - Еще раз спасибо за помощь, мне очень приятно что ты не прошел мимо, - Феликс смахивает светлую прядь с лица облизывая нижнюю губу, и смотрит своими невероятными глазами исподлобья. Он что, пытается флиртовать? Получается конечно замечательно, потому что у Хенджина переклинивает мозг, и что-то тянет внизу живота от красных влажных губ, но какого черта? Разве он не стесняшка-очаровашка? Или Хван, за месяц тихих наблюдений (сталкерства) плохо его прочитал, или же сделал неправильные выводы касаемо личности? Это будет открытием, если честно. - Не за что, - бормочет парень, ошеломленно выдыхая. Он наспех отворачивается больше не собираясь играть в эти странные игры, и спешит к остановке слыша недовольные бурчания за спиной от Феликса. *** - Приветик, - Феликс мило улыбается подходя к кассе, и легонько машет миниатюрной ладошкой в качестве приветствия. Ох, блять, он определенно заигрывает. Хенджин с громким стуком опускает поднос с грязными тарелками на стойку, не успев донести их до кухни, и улыбается в ответ. Ему всё ещё очень странно видеть такого открытого Феликса, с признаками невербального кокетства, но как ни странно Хенджина это не отталкивает. Он сам построил алтарь восхваления Феликса в своей голове, где сделал из того невинную ромашку, однако если Феликс окажется герберой - цветы выраженной симпатии и флирта - Хёнджин совсем не будет против. Наоборот, это укрепит его помешательство, ранее построенное на одной внешности, и даст мощный толчок, чтобы позвать того на свидание. Будет неплохо узнать студента с какой-нибудь неожиданно-приятной стороны. А если он ещё и даст себя заобнимать до смерти и будет не против если его всего искусают, то Хенджин тут же потащит парня в ЗАГС. - Привет. - Хотел поблагодарить за помощь, - Феликс ставит локти на стойку, куда Хёнджин свалил поднос, и скрепляет пальцы в плотный замок. Он нервно кусает губы, словно решается на что-то серьезное. - Говорил же уже, не за что, - Хёнджин держит себя в штанах из последних сил, ибо маленькие красивые пальцы с кольцами, сводят с ума. Хотелось бы поцеловать каждый, ну или ощутить плотный захват где-то пониже... у ширинки например. Так, извращенные мысли в сторону. - Нет-нет, так не пойдет. Я должен отблагодарить тебя, - Феликс мотает головой, скромно улыбаясь. Весь его запал решимости немного слетает, оставляя ту самую милую плюшку наедине с Хёнджином. А у того уже совсем другие мысли о выражении благодарности. - Правда не стоит. Молодец. Сто из десяти по скрытности своих мыслей. Не надо создавать впечатление конченого извращенца. - Я настаиваю. Могу сделать всё, что захочешь, - парень хлопает ладошкой по столу, расцепив руки. У Хёнджина же опять коротит в мозгах, а под веками вырисовывается сюжет всех благодарностей в разных позах. Вот Феликс, разнеженный и распластанный на кровати, скромно раздвигает ноги, пока Хёнджин выцеловывает ему щиколотки. Вот Феликс стоит на четвереньках и утыкается носом в подушки шепча благодарности, а Хёнджин сжимает его бёдра, рассматривая как красиво проминается светлая кожа (наверняка такая же веснушчатая) под его пальцами. Вот... - ...эй? Ты меня слышишь? - Феликс щёлкает пальцами, перед разомлевшим от своих фантазий, Хёнджином, и опять краснеет так, что у Хёнджина больше не остаётся мыслей, кроме него одного. Милого, возбуждённого и с пошло приоткрытым ртом, который смог бы обхватить головку Хёнджина и... Блять. Он всё-таки конченый извращенец. Хёнджин чувствует не просто шевеление в штанах, а грёбаное восстание, что норовит подпортить его репутацию перед любимым мальчиком. И это, какое-то предательство собственного организма, если честно. Парень-то думал, что от тахикардии помрёт, так нет, от сперматоксикоза. - Да, прости, - запоздало отвечает он, почёсывая затылок, - Но я на самом деле, не жду благодарностей, - он видит как Феликс грустнеет на глазах и, о, нет, не надо. Хёнджин чертовски слаб перед этими печальными глазками, - Хотя, - студент сразу оживляется, - Возможно. Эм. Ты мог бы выйти за меня замуж и забрать себе фамилию вместе со мной? - Мы могли бы выпить чая за мой счёт? - И это моя благодарность тебе? - Феликс недоумённо вскидывает брови, - Как-то не похоже. - Этого будет достаточно, - Хёнджин кивает. Но было бы лучше, оформи Хёнджин всё своё имущество на Феликса. И квартиру, вместе со страховкой тоже. И себя, в качестве акционного презента. Блять. - Давай после моей смены? - Хёнджин, указывает пальцами на настенные часы, - Это где-то через час, полтора. Феликс кивает, пусть и с сомнением. - Ты уверен, что этого будет достаточно? Хёнджин стопорится. Очевидно, что не будет. Но он лишь улыбается уголками губ, и стремительно несётся к заждавшимся своего меню, посетителям. Да, он сбегает. А всё потому, что рядом с Феликсом, открыто предлагающим свою благодарность, Хёнджин беспомощен и слишком извращён. А работать со стояком весьма и весьма неудобно, даже при наличии передника. Так что, прости, Феликс, но лучше пока побудь чуточку подальше, иначе Хёнджин вылетит со своего места, и денег, чтобы кормить тебя всем, чем захочешь - не будет. *** Свидание с Феликсом - Хёнджин именует посиделку в кафе под своим домом именно так, оставив любые сомнения глубоко в заднице - проходит размеренно. Ну как. Хёнджин всё ещё не может понять. Хочет он Феликса зацеловать до размякшего состояния, или завести к себе и заняться с ним непристойностями. Но, очевидно, свидание протекает хорошо. Феликс несколько раз пытается быть смелым, беспощадно флиртуя - чему Хёнджин умиляется всё то время, что они сидят вместе - а потом всё же сдувается, когда Хёнджин смотрит на него не отрываясь, и кажется, он видит что-то такое, из-за чего смущается очень сильно, до покраснения ушей и шеи. Хёнджин лишь молится, чтобы в его глазах была та любовь, которую он чувствует, а не похоть, что возится червяком, пытаясь отхапать Феликса и кричит сделать его своим. Для себя. В любом случае, Феликс это не комментирует. И да, он всё-таки оказывается чертовски милым. Не таким наглым, каким старался показаться. Но Хёнджин не расстроен, и абсолютно точно не разочарован. Пусть взгляды на некоторое моменты, и увлечения у них разные (Феликс не любит Марвел, как так-то?). Хёнджину это оказывается совершенно не важным. Важно то, что им друг с другом интересно, и их времяпрепровождение весьма и весьма лёгкое, приятное. Да и тем для обсуждения, у них выявляется много. Так много, что время приближающееся к полуночи, наступает незаметно. А Хёнджин к тому моменту, становится абсолютно влюбленной школьницей. Потому что Феликс буквально идеальный - лично для Хёнджина. И чёрт, похоже его любовь становится только сильнее, когда Феликс рядом. Когда он не просто красивый незнакомец с какими-то додуманными чертами его личности, а живой и с хрюкающим, басистым смехом (Хёнджин влюбляется и в него). И это, пожалуй, намного лучше. После оплаченного счёта - за который с Феликсом пришлось биться, чтобы в итоге схватить его в свои объятия, и всё-таки самому всё оплатить - они выходят на улицу. И красный Феликс, до сих пор не отошедший от крепких рук вокруг своей талии, неловко отворачивается в сторону, когда Хёнджин предлагает проводить его до дома. - Не нужно, ты и без того, много чего сделал для меня, - он звучит виновато, - Хотя это я должен был отблагодарить тебя. Хёнджин улыбается. Разве много? Чай и пирожное, действительно много? Хёнджин готов сделать больше, нужно лишь разрешение Феликса. Все мысли о том, что он не подходит мальчишке, улетучиваются очень быстро. А вот желание, стараться ради улыбки Феликса и пригласить того на настоящее свидание - ломит кости, вылезая наружу. - Ты ничего мне не должен, Феликс, - шепчет Хёнджин, подходя ближе. Парень по-прежнему на него не смотрит, предпочитая разглядывать уличные фонари, - Эй, Феликс? - Ну что? - пыхтит недовольно. - Посмотри на меня? - Не буду, - Феликс остервенело вгрызается в нижнюю губу. Хёнджин касается его плеча ладонью, и тянет к себе. Не в объятия, но что-то наподобии. - Почему? На этот простой вопрос, Феликс внезапно мученически стонет, и закрывает лицо ладонями, говоря уже оттуда, немного приглушённо. - Ты такой вау. И я очень хочу тебя поцеловать. Я вообще-то с первого дня в кафе, думаю, что ты вау и хочу тебя поцеловать, но сейчас это сильнее. Так что если ты не хочешь, чтобы мелкий студент набросился на тебя с поц- Хёнджин не даёт ему договорить, перехватывая ладони и отрывая их от лица, чтобы наконец осторожно коснуться своими губами чужих - пухлых, в форме бантика - наклонившись. Сейчас, слова Феликса вызывают в Хёнджине вулкан эмоций, которые выливаются в такую несоизмеримую ласку и желание затискать, что парень перестаёт это контролировать. Ему хочется здесь и сейчас. Прижать Феликса к стенке, смять бока, ягодицы, расцеловать щёки и прикусить очаровательный носик. Хочется поднять его на руки, чтобы тот обхватил торс ногами, и любить-любить-любить. Но Феликс может не оценить такого напора, поэтому Хёнджин осторожно двигает губами, пробуя на вкус и поражаясь тому как это сладко, и всё ещё сжимает маленькие ладошки Феликса в своих руках, ненамеренно замирая внутри от ожидания. Его оттолкнут? Навряд ли, если судить по словам Феликса. Может захотят притормозить, чтобы не получилось слишком спешно? Возможно. Сомнения закрадываются постепенно, с каждой прошедшей секундой. И уходят они только тогда, когда Феликс перестаёт стоять истуканом, резко вырывая свои руки из захвата, тут же цепляяся ими за чужую шею, и вжимается крепче, сильнее, распахивая навстречу рот. И Хёнджин больше не ждёт. По-хозяйски укладывает ладони на тонкую талию, прощупывая рёбра, впечатывает в себя, закрепляя в таком положении, из-за чего Феликс встаёт на носочки, и скользит языком внутрь, чтобы огладить мягкие стенки, столкнуться с горячим языком Феликса и сплестись с ним в горячем танце. Сладко. Очень. Феликс мычит в поцелуй, что похоже на несдержанный стон, и Хёнджин, так как давно хотел, спускается к его ягодицам пальцами. Гладит, ласкает. Будь они без одежды, было бы ещё приятнее. Но так тоже хорошо. Возбуждение, не меньше чего-то пылающего в груди, даёт о себе знать почти сразу. Хёнджин вжимается в такой же как и у него стояк напротив, немного потираясь, чем выбивает очередные стоны прямо в свой рот. Отрываться не хочется совершенно. Даже когда они берут перерыв на передышку, Хёнджин вновь нетерпеливо припадает к губам Феликса, не давая тому возможности нормально вздохнуть. Когда желания исполняются, Хёнджин становится импульсивным и чертовски несдержанным. И как после такого он вообще отпустит Феликса? Не то, что из жизни. А банально домой? Его бы к себе. В квартиру, кровать. Чтобы раздеть, залюбить, а потом закутав в одеяло, греть своим телом и кружкой ромашкового чая (феликсова любимого). А потом и на свидание. Можно дома. Можно вообще где угодно. Феликсу достаточно только пальчиком показать, Хёнджин на куски расколется, но сделает всё, что захочет его мальчик. Этот самый мальчик, кстати, похлопывает Хёнджина по плечу, призывая остановиться, и тот нехотя отрывается, разглядывая красное личико. Румяный, с дымкой в глазах, Феликс вызывает в нём мягкость. Его губы красные и припухшие, а дыхание сбитое. И Хёнджин опять хочет его поцеловать, но всё же терпеливо ждёт Феликса. - Т-ты, - тот запинается, немного отдышавшись, - Это что такое было? Я чуть не ум-мер, - возмущается недовольно, но затем непроизвольно хихикает, будто не верит в происходящее. Хёнджин его понимает. Тоже не верит, что его мечта стоит в его объятиях и посмеивается. Он тычется носом в веснушчатую щёку и возвращается руками к талии, плавно скользя к позвоночнику, чтобы погладить, почувствовать, что не сон. - Люблю тебя, вот что это было, - шепчет. Феликс перестаёт смеяться, вытягиваясь в лице. - Что? - Люблю. Так сильно, крошка, - милое прозвище плавно ложится на язык как само собой разумеющееся и Хёнджин улыбается. - Прям любишь? - Да. Очень. Даже хочу побежать с тобой в ЗАГС и расписаться. Настолько всё запущенно, - признаётся Хёнджин, уверенный в том, что признаваться он будет ещё очень много. Феликс молчит с минуту, а затем укладывает голову ему на грудь, вздыхая. - Идиот. Давно? - С первого твоего появления в кафе. - Ну точно, идиот, - хмыкает, а в голосе нежности хоть отбавляй. - Я? - Мы оба. Потому что я согласен. - На ЗАГС? - На всё.