Когда погаснут фонари

Сенку проснулся от тихого копошения на кухне. Это не было чем-то необычным, ведь Кохаку часто собиралась к первой паре и рано вставала. Даже не открывая глаз, Сенку мог услышать ее шаги, как она переставляет кружки и достает что-то из холодильника. Всё, как и всегда. Он даже не помнил, как уснул. Шея ныла, верхняя часть позвоночника зудела, а это означало, что изначально сон победил в этой схватке именно тогда, когда детектив еще сидел. Сидел закутанный в одеяло и с мандаринами в руках. В голову резко пришло осознание, кто принес эти самые мандарины, и Сенку резко распахнул глаза. Яркий свет заставил зажмуриться и прикрыть лицо рукой, но это не помешало парню сесть и попытаться вспомнить всю хронологию событий прошедшей ночи. Дневник, взлом и редактирование последней записи, звонок Сая, паническая атака, приезд Гена и… Пустота. Дальше он плохо что мог вспомнить. Воспоминания были обрывками, где чёткий образ обретали только теплые объятья сестры, руки психолога на щеках и его выразительные обеспокоенные глаза. А, ну, ещё очень отчётливо маячила фраза, которую Сенку случайно озвучил вслух. «Ген сейчас такой красивый». Сенку все ещё считает себя идиотом, но он не врал. В его глазах Ген был объективно симпатичным парнем. Но об этом потом. Первым делом Сенку нашел в складках одеяла телефон, на котором было несколько сообщений от полицейского, ведущего дело Рури. Разумеется, Цукаса считает своим долгом по несколько раз на дню напоминать детективу о том, что не стоит вести это дело параллельно со спец службами. Разумеется, Сенку игнорирует его сообщения каждый раз. Разумеется, на почте уже висит приглашение на очередной допрос, лишь бы «Занять детектива всякой хуйней, чтобы не лез». Ишигами закатывает глаза, проверяя мессенджеры на наличие сообщений от братьев Нанами. К слову, Рюсуя можно попробовать напрячь договориться с надоедливым Шишио, который в очередной раз отказывает Сенку в предоставлении какой-либо информации по поводу расследования. Но об этом тоже потом. С кухни приятно пахнет завтраком, а входная дверь хлопает. Но, при этом, на кухне все ещё слышны звуки Кохаку. И что это было? Нехотя, но Сенку встаёт с кровати, решив закутаться в одеяло и выйти из комнаты в таком виде. Холодно, а одеваться как-то лень. Лень была ему не свойственна, но сегодня, пожалуй, был исключительный случай. Словить паническую атаку, сделать комплимент парню, которого видишь второй раз в жизни и не помнить половину ночи — это явно будет постраннее, нежели детектив, решивший передвигаться по собственной квартире в одеяле. — Доброе утро! Как себя чувствуешь? — Кохаку, на удивление, была в хорошем настроении и даже… воодушевлена? Сенку внимательно посмотрел на сестру, замечая опухшие глаза, что явно не сочетались с ее радостным видом. Что вообще произошло, когда она с Геном ушла из комнаты? — Ты плакала, — констатировал факт Сенку, садясь за стол и покрепче сжимая одеяло, чтобы не упало, — И Ген оставался здесь. Не сложно было догадаться, что звук закрывающейся двери был вызван внезапным ночным гостем, что решил ретироваться раньше, чем хозяин квартиры бы проснулся. Причин, по которым Ген решил остаться здесь, Сенку не знал, но там точно был какой-то серьезный аргумент, а не простое желание. Ну, по крайней мере, что-то детективу так подсказывало. — Да, Ген ночевал здесь, так как его друг уснул, — хихикнула девушка, возвращаясь к приготовлению блинчиков, — Он дал несколько рекомендаций и только что ушел, — Кокаку как-то странно посмотрела через плечо на брата и достала из кармана пижамные штанов небольшой сложенный листок бумаги, — Он передал тебе это. Сенку кивнул, принимая полученную информацию и забрал листок, решив, что после завтрака глянет. Сейчас голова была пуста и безумно хотелось задержаться в этом состоянии ещё хотя бы на пару минут. Когда же он всё-таки решил посмотреть, что оставил ему Ген, то на листке аккуратным подчерком были написаны дата и время, когда детектив сможет прийти в клинику и запросить записи с камер в кабинете. … — Алло, Рюсуй? В трубке послышалось копошение и тихая ругань. Ну, конечно, время всего двенадцать дня, а такие люди, как Рюсуй, раньше трёх часов не просыпаются. Хорошо быть успешным и молодым кутилой-бизнесменом. — Сенку, твою мать… — прошипел Нанами, явно подавляя в себе желание перейти на благой красноречивый мат, — Ты время видел? — У меня есть просьба, — Сенку позволил себе хищную улыбку, раз уж собеседник на другом конце провода его не видит. Он знаком с Рюсуем большую часть жизни и прекрасно знает, что Нанами ни в жизни не захочет связываться с копами. На это было куча причин, начиная от незаконной деятельности Нанами старшего, а заканчивая тем, что Рюсуй сам как-то чуть не попался спец службам, когда только начинал строить свою империю. В любом бизнесе имеют место быть незаконные махинации со всем, чем возможно. Разумеется, Рюсуй сделал ставку в этом «казино бизнеса». Разумеется, он проебался. Разумеется, вытаскивали его все друзья. Так что идея просить Рюсую договориться с одним крайне раздражающим полицейским была заведомо провальная. Но никто, кроме него, не справился бы с этим. Шишио уважали и боялись, он был уперт и следовал своим идеалам, поэтому призвать его к благоразумию было практически нереально. Ну, для такого же упёртого Сенку, это было сродни полету на луну в каменном веке. Возможно, но только с великолепной командой единомышленников. И Рюсуй явно был частью этой команды. Нужно было брать хитростью. Не в лоб, а аккуратно. Сенку явно так не умел, а вот один его хороший знакомый, который только и делает, что залазит людям в головы, с этой задачей бы великолепно справился. Асагири все-таки был привлечен к расследованию спустя всего неделю, после посещения дома детектива. Ген, конечно, был шокирован, но отказывать не собирался. Если он может помочь — почему бы и нет? Таким образом они пересеклись ещё два раза. Чаще, конечно, созванивались или перекидывались сообщениями. Первый переписку начал Ген, интересуясь самочувствием и ментальным состоянием детектива. Потом как-то само все получилось, Сенку даже не понял, как был втянут в обсуждение влияния котов на психическое здоровье людей. Потом была встреча, чтобы подать запрос на получение данных с камер наблюдений. Процесс рассмотрения заявления должен был продлиться не более двух недель, как заверили Сенку. Уже на выходе из отделения, он решил завернуть в кабинет к психологу, дабы поблагодарить его за помощь. Удивительное везение, что тогда у Гена было окно в записях, поэтому они провели полчаса за рассуждением различных факторов, влияющих на людей, совершающих преступления. Когда Ген решил пошутить про знаки зодиака, Сенку почти в него кинул стакан из-под карандашей. Когда Сенку заикнулся, что психология — иррациональная наука, Ген стукнул его по голове журналом с историей болезни какого-то пациента. Собственно, именно за способом убедить Рюсуя договориться с Цукасой, Сенку и обратился к Гену. Поэтому в данный момент у Сенку имелся четкий план действий, как договориться с Нанами-младшим. — Ты сможешь мне найти человека, кто лучше всех умеет убеждать? Вот прям с Фудзиямой сможет договориться, чтобы она не изверглась через пару сотен лет? Такой мне нужен. — Чувак, ты с дуба рухнул? — усмехнулся Рюсуй, — Ты буквально ему позвонил! Что нужно? — Нет, я знаю, что ты такое не потянешь и не согласишься, поэтому нужен другой, — тяжело вздохнул Сенку, мысленно делая галочку в голове, — Ты, разумеется, лучший в этом, но я не могу тебя так напрягать. — Братан, ты там под чем? — детектив давал десять миллиардов процентов, что в этот момент Рюсуй подскочил с кровати и принялся шагами мерить свою огромную спальню, — Ты же знаешь, что можешь попросить меня о чем угодно! — Рюсуй, дело и вправду серьезное, — серьезный тон и уверенный голос с лёгкими нотками отчаянья — вспомогательные рычаги давления, которые ему помог натренировать Ген. Сенку не было стыдно вообще, ведь он знал, что с Рюсуем надо играть по собственным правилам, а иначе риск есть даже у его друзей, — Нужно договориться с одним человеком, который мешает мне расследовать дело Рури. Я не уверен, что ты согласишься на это. Рюсуй замолчал. Кажется, он пытался проанализировать поведение всегда уверенного и настойчивого детектива. Разумеется, то, что сейчас говорил Ишигами — из ряда вон выходящее. Особенно для Рюсуя, с котором они были знакомы больше десяти лет. Тут вопрос «ты там под чем?» звучал как никогда уместно. — Зато я уверен, что справлюсь. Выкладывай. — Цукаса Шишио, братан, — ещё один тяжкий вздох для драматизма, — Он уже четвертый раз меня вызывает на допрос, не даёт доступа к уликам, которые собрала полиция и откровенно копает под меня. И плевать он хотел на мое неоспоримое алиби. — Бляя… Достаточно громкий звук упавшего на кровать тела отчётливо слышался из трубки. Нанами только что знатно попал со своими праведными речами о помощи. Где-то один Асагири кричит победный клич во славу актерской игры детектива. Где-то — это в кресле кабинета Сенку, ведь Ген настоял на том, чтобы воочию увидеть плоды своих трудов учителя. Сенку прикрывает динамик телефона и довольно поднимает кулак вверх в жесте «Это победа!». Асагири максимально тихо хлопает ему. Рюсую в трубке мучительно стонет. В принципе, все идёт по плану. — Сенку, — возвращает внимание бизнесмен, — Ты ведь понимаешь, что я могу отказаться? Ты знаешь, как у меня обстоят дела с полицией. — Знаю, братан. Но мне не к кому больше обратится, вряд ли, конечно, сыщется кто-то круче тебя, поэтому я изначально готовлюсь к провалу. Ген по-учительски показушно всплакнул от драматизма. Сенку закатил глаза. Рюсуй в очередной раз мучительно простонал в трубку. — А если ты Сайонджи напряжешь с этим? Он же тоже где-то там в органах работает? — Рюсуй не оставлял надежду аккуратно делегировать задачу на кого-нибудь, но и не признавать поражение. — Укё и так мне очень сильно помог. Доля информации, которая есть у полиции, была получена именно благодаря ему. Да и вообще, — хмыкнул Сенку, — Если не можешь, то так и скажи. И просто помоги найти того, что сможет мне помочь. Упоминать тот факт, что Укё самостоятельно предложил подослать Рюсуя к Цукасе, детектив не стал. Сайонджи хоть и был самым добрым и светлым человеком на этой планете, каким его считали все вокруг, но постебаться над своим бывшим парнем возможность не упускал. Да, они друзьями остались, и что с того? — Что за манипуляции, братан?! Да как я тебя то брошу? Разберусь с этим в лучшем виде! — парень щёлкнул пальцами, рассмеявшись, — Развел тут комедию. А я-то почти поверил, что ты в отчаянии! — Как давно ты понял? — усмехнулся детектив, переводя взгляд на скучающего психолога, который решил уткнуться в свои записи, раз уж он тут больше не нужен. Сенку был уверен, что краем уха Ген слушает, чтобы узнать, где совершил ошибку. Никто не любил ошибаться. — Фраза «готовлюсь к провалу» — это единственное, что явно не вязалось с тобой. Я ж тебя знаю как облупленного. А так я почти купился, аж стыдно — хмыкнул Рюсуй, — Решил в актеры податься? Подгони номерок учителя. — А я говорил, что лучше без самодеятельности, Сенку-чан, — недовольно прошипел Асагири, не отрываясь от записей. — Так у вас там группировка по обману великодушного и прекрасного меня, братан? — весело загоготал Нанами, — С кем ты там? — Ну вот при встрече и расскажу. Таким образом Рюсуй был втянут в крайне сомнительного характера авантюру. … После этих сумасшедших дней, загруженных получением запись с камер клиники, убеждением Рюсуя не предлагать Шишио взятку, а решить вопрос словами и нескольких встреч с Геном, Сенку наконец-то получил приглашение в то самое место, где был не так давно, но по которому уже успел так соскучиться. И дело даже не в том, что там он получал нужную информацию по расследованию. Башня, где работала компания Нанами-старшего, привлекала его своими видами. Даже если смотреть на нее с улицы, чувствовалась та самая атмосфера фильмов и книг про умнейших и неуловимых мафиози, вершивших свои дела в самой заметной части города. А вид с высока позволял рассмотреть город и придаться каким-то глупым и бесполезным, но таким воодушевляющим мечтам. Если так подумать, то Сенку всегда грезил небом и космосом. Сказалось, конечно, то, что бизнес отца был основан на ракетостроении, но даже в далёком детстве изучение всевозможных книг и атласов вызывало в будущем детективе полнейший восторг. Лет до десяти он и вправду хотел быть космонавтом. Сенку уже и не помнил, что заставило его отказаться от этой мечты, но страсть к высоте осталась. Поэтому, несмотря на важность всех дел, для которых его пригласил Сай, детектив пообещал себе выделить немного времени, чтобы просто насладится красотой вечернего Токио с высоты облаков. А ещё очень хотелось сфотографировать и прислать этот вид Гену. Но Ишигами предпочитал не углубляться в размышления, чем вызвано данное желание. Поэтому, ступая по дорогому кафелю холла уже во второй раз, он двигался намного увереннее. Сай, как и в прошлый раз, встретил его рядом с лифтом. На этот раз вместо толстовки на нем была обыкновенная черная рубашка, но он все ещё выглядел как человек, который является не больше, чем обычным рядовым айтишником. Какие же они с Рюсуем разные. Один — богемный гедонист, который готов прибрать к рукам весь мир любыми способами. Рюсуй всегда ассоциировался с вальяжностью и лоском, сродни тому, что преследовал герцогов в средневековье. Это был самый большой жадина на свете, жаждущий роскошной жизни для себя и всех людей мира. Второй — закрытый и непримечательные аскет, который ценил комфорт больше, чем визуал. Сенку всерьез задавался вопросом, как такие разные братья смогли оказаться на одном уровне, если их взгляды на мир настолько радикально отличались. Но была между ними одна общая черта. Они любили людей и этот мир. Но что-то он отвлекся. Все тот же лифт, от которого закладывает ушли, коридор с кучей дверей, щелкающая дверь с панелью доступа и вот, детектив снова в пустом огромном офисе. Количество оборудования стало существенно меньше, но уютный уголок, за которым работает Сай оставался неизменным. Почти ничего не поменялось, если не придавать особого внимания. Но Сенку знал, что теперь здесь усилили меры безопасности. Очень тихие потрескивания электричества явно давали понять, что каждое движение внутри сети более тщательно отслеживается, камер стало вдвое больше, а при бездействии более пятнадцати минут, абсолютно все системы блокируются. Риск был и так велик, а теперь, когда компания пережила такой масштабный взлом, на нервах были все. Все, кроме хозяина этой обители. Сай был такой же спокойный, как и всегда. Расслабленные и хаотичные движения, уставший и без эмоциональный взгляд, пока с ним не заговоришь. Удав на своей территории, знающий, где, когда и что происходит. Но кое-что всё-таки выдавало недавнее происшествие. Зайдя в офис, Нанами-старший остановился ровно на четыре секунды, обводы ленивым взглядом помещение и прислушиваясь. Проверка защиты, поиск нарушений в системе, слышать которую может лишь тот, кто в этом всем разбирается. Сай, может, и выглядел расслабленным, но был готов к любым обстоятельствам. И теперь более тщательно подходил к безопасности, раз появился тот, кто способен обойти всю его систему. Неизвестно, как сам Сай относится к этому. Вряд ли кто-нибудь когда-нибудь сможет понять, что у вечно спокойного программиста в голове. Разумеется, у Сенку пронеслась в голове мысль о том, что бы на это сказал Ген, но, опять же, на таком он не заострял внимание. Нет, Сенку, конечно, не дурак и прекрасно понимал, что в какой-то момент к этим мыслям нужно вернуться и разобраться в столь явном интересе к одному конкретному психологу. Но вы не понимаете, у него просто нет времени на всю эту ерунду! Сейчас были дела по важнее. Кратко и по делу, как и всегда, Сай рассказал, что произошло в ту ночь, когда почта Рури подверглась хакерской атаке. Удалось выявить одновременное вмешательство с двух сторон. Один — менял структуру и код сайта, второй — подчищал все следы. Филигранная слаженная работа. Ювелиры так над бриллиантами не трясутся, как эти двое над тем, чтобы не оставить каких-либо данных, способных скомпрометировать их. Сай рассказывал это с таким восхищением, что любой другой человек мог бы забыть о том, что так то речь идёт об убийцах. Теперь Сенку мог точно понять, что за убийством Рури стоит минимум два человека. Они в близких отношениях и прекрасно понимают друг друга. Скорее всего, во время взлома, эти двое находились вместе, потому что все махинации были практически одновременно, хотя защита Сая периодически им мешала. Время на сообщения не было, а с помощью звонка их могли отследить. Точный айпи-адрес стёрт, но гео Токио вычислить получилось. Радиус — приблизительно сто километров от башни. Объективно, эта информация уже очень полезна для расследования. Сразу отметаем людей, которые не имеют в своем окружении человека, понимающего с полу слова. Если так подумать, то из всех, кому Сенку проводил допросы и подозревал, не подходит никто. Но было два человека, с которыми была знакома вся семья Ишигами, и которых Сенку не проверял за неимением мотива. Чету Уингфильд-Снайдеров пора было уже навестить. Бизнес партнёры, а в прошлом конкуренты, Бьякуи. Когда-то они зуб точили на бизнес-империю отца, а после, решив наконец-то выяснить все по-мужски, стали хорошими друзьями семьи. Когда Сенку с сестрами были маленькими, родители иногда приглашали Ксено и Стенли в гости на Рождество и другие праздники. Ксено рассказывал будущему детективу о науке и космосе, Стенли травил забавные истории со службы. Детектив никогда не понимал, как эти двое пришли к тому, что теперь занимаются производством деталей для ракет и самолётов. А ещё в памяти Сенку очень назойливо крутился факт о том, что у этих двоих есть сын примерно его же возраста. Снайдер как-то упоминал, что они могли бы подружиться. Но об этом потом. — Ты чего завис то? Процессор перегрелся? — усмехнулся Сай, делая глоток кофе. Сай и кофе? — Да задумался просто, — Сенку потянулся, кинув взгляд на огромные окна, за которым горело закатное небо. Столько вопросов, столько дел, столько мыслей в голове и ничего полезного. Вроде получается найти нужную ниточку, а на ней десятки узлов, переплетающихся со всем клубком. И ещё миллион метафор по поводу этого расследования. «Рури бы на десять миллиардов процентов смогла увидеть то, чего не замечаю я» — пронеслось в мыслях. От глубоких размышлений о сестре его отвлёк звук входящего вызова. На экране кратко и лаконично высветилось «Отец». … Если бы кто-нибудь когда-нибудь сказал Рюсую, что он будет пытаться добиться расположение какого-либо человека, Рюсуй бы посмеялся своим «богатым смехом» и перевел бы этому сумасшедшему пару миллионов на лечение шизофрении. Так вот, от денег Сенку отказался. Вместо этого, он поручил Рюсую договориться с Цукасой, чтобы полицейский перестал вставлять детективу палки в колеса. Аргумент был железный: «Ты умеешь договариваться с копами, хоть и не любишь это, поэтому лучшего варианта не наблюдаю». И не поспоришь, блять. Да и Рюсуй сам попался на эту удочку. И вот, теперь Нанами младший сидит в баре и ждёт этого самого «поганого прихвостня системы», чтобы у его друга было меньше проблем с расследованием. И ведь тут даже деньги не помогут. Подвешенный язык и вселенское обаяние — вот главный козырь молодого и успешного бизнесмена. Рюсуй, разумеется, пытался возразить, сказав, мол, а что это Сенку своего ручного психолога не отправит? Ответ был лаконичен и понятен, ведь звучал подобно посылу в пешее эротическое. И вот, собственно, у Рюсуя в планах либо договориться словесно, либо исполнить предначертанный его детективным другом путь, а после все-таки договориться. Тут как чаша весов себя поведет. Как карта ляжет, как коп скажет, и все в таком духе. — Рюсуй Нанами, я так полагаю? — пренебрежительно кинул высокий мужчина, одетый явно не в форму спец служб. Рюсуй аж опешил. Настолько человек перед ним был красив и статен. Он поднял глаза, встречаясь с изучающим взглядом и на пару секунд завис. Длинные каштановые волосы, собранные в аккуратный пучок, выразительные скулы с едва заметной щетиной, густые брови, недовольно сведенные к переносице и… Сильное накачанное тело, которое нельзя было игнорировать даже под слоем белой строгой рубашки и широких черных брюк. Что за Аполлон прямо сейчас почтил Нанами младшего своим присутствием? — Да, можно просто Рюсуй, — немного запоздало, но парень все-таки встал из-за стола и протянул руку для знакомства, улыбаясь во все идеальные тридцать два зуба, — А ты, как я понимаю, тот самый Цукаса Шишио. Наслышан. Не пустить игривую волну бровями прямо сейчас казалось Рюсую преступлением. А он всегда был законопослушным гражданином, как никак. Цукаса на это лишь саркастично фыркнул, усаживаясь за столик и осматриваясь. — Интересное место ты выбрал, конечно, — усмехнулся полицейский, — И с ещё более интересным вопросом ко мне обратился. После заказа двух бокалов виски и обменом парочкой колкостей, бизнесмен все-таки решил начать. — Ты ведь ведёшь дело погибшей Рури Ишигами, верно? И знаешь, что за это взялся ее младший брат — детектив Сенку Ишигами? — получив утвердительный кивок, он сделал глоток и игриво посмотрел на собеседника, — Может, тебе не стоит конфликтовать с Сенку? Он мой хороший друг, и я знаю, что ничего плохого не будет, если он параллельно будет вести свое расследование. — Так тебя для этого подослали, мажорик, — хмыкнул Шишио, — Мне не нравится, что Ишигами ведёт расследование совершенно иными способами, нежели полиция, чем способен откровенно испортить все и отпугнуть убийцу. — Но ты посмотри на статистику раскрываемости дел, за которые он брался! Он же лучшей детектив Токио! — воодушевленно замахал руками парень, — Ему просто нужна информация, которая есть у вас, а он поделится зацепками со своей стороны. Это же выгодное сотрудничество. — А если это он убийца, ты не думал? Предоставить все улики преступнику — последнее, что есть у меня в планах. — А алиби? У Сенку есть подтвержденное алиби. Его даже в городе не было, и это подтвердили полсотни людей! — А если я просто не хочу? — хмыкнул Цукаса, — Он идёт против системы, которая работала столетиями. Мне это не нравится, и я не хочу рисковать. — Так вот в чем дело! — воодушевился Нанами. Пол дела сделано. Выяснена истинная причина, по которой Цукаса так активно вставляет палки в колеса детектива. Осталось разобраться, как с этим работать и что предложить. — А что за вредность то? Разве это не противоречит главному правилу о том, что полицейские должны быть объективны и непредвзяты? — Рюсуй вальяжно откинулся на спинку кресла и испытывающе посмотрел на собеседника, — И есть ли что-то, что я могу тебе подложить, чтобы ты просто не мешал ему? — Прям так в лоб? Взятку предлагаешь? — нахмурился Цукаса. — За кого ты меня принимаешь? — театрально ахнул Нанами, прикладывая руку к груди, — Если бы я хотел тебя подкупить, то просто бы выслал конверт по почте! Я уверен, что мы найдем общий язык. — А давай пари? — Цукаса хитро улыбнулся и махнул в сторону барной стойки, — Перепьешь меня и проси что хочешь. — Воу, а я тебя недооценил. По рукам! — Даже не спросишь, что будет в случае моего выигрыша? — Да какая разница? Я просто хочу хорошо провести с тобой время! Цукаса на это ничего не ответил, лишь одобряюще хмыкнул и направился к бару. Рюсуй последовал за ним, довольно улыбаясь. У него сейчас появилась ещё одна крайне занятная цель на вечер. И в планах у бизнесмена — убить двух зайцев одним выстрелом. Бармен учтиво выставил перед ними две линии шотов. Правила просты: в рюмках обыкновенная водка, побеждает тот, кто выпьет их быстрее соперника. Ну, или если оппонент сдастся. В очередной раз обменявшись колкостями, парни начали соревнование, совершенно не обращая внимания на толпу зевак, которые заинтересованно их окружили и болели то за «смазливого блондинчика», то за «накаченного брюнета». Они шли вровень, выпивая шот за шотом и не разрывая зрительный контакт. Было ощущение, что у них сейчас игра в «гляделки», нежели кто кого перепьет. Доля секунды и раскрасневшийся Рюсуй первый опустошает последний шот, ставя его с громким стуком и щёлкнув пальцами. Цукаса на это лишь усмехнулся, спокойно допивая алкоголь и с восхищением глядя на смеющегося блондина. Рюсуй явно был не готов к тому, что его резко притянут для горячего поцелуя. Но и против явно не был, обвивая сильную шею и запуская руку в мягкие волосы, стягивая мешающую резинку. В этот вечер Нанами загадал полицейскому, чтобы он пошел с ним на свидание. Цукаса в этот вечер решил, что, так и быть, даст детективу доступ к уликам и не будет мешать. Ну, по крайней мере, пока этот смазливые мажор так яро отвечает на его поцелуи.