Парадокс. Адаптация и цель

      − Надо было раньше сказать. − вырвалось у меня с легким укором самому себе.       Она встрепенулась. Единорожьи уши нервно подрагивали.       − Что именно?       − Что тебе не так интересно слушать. Я так увлекся, что не видел, как ты скучаешь.       − Нет-нет, что ты! − она замахала копытцем в разные стороны. − Было все очень интересно, правда...       В этот момент вагон резко дернулся, цепляясь за рельсы, и поезд окончательно направился в путь, его гудок пронзительно крикнул. Старлайт на мгновение потеряла равновесие и чуть не съехала с сиденья, что придало ее словам комичную неуверенность.       − ...Ну... − она снова устроилась поудобнее, поправляя гриву. − Были моменты, которые... немного известны. По тому миру. Из книг, которые попадали ко мне. Общая концепция, так сказать.       Я облокотился на столик между нами, глядя на свое искаженное отражение в стекле.       − И вот опять альтер-Эквестрия. Мне становится все нетерпимее ее увидеть. Сравнить. Понять.       − Согласна. − тихо сказала Старлайт, и в ее голосе послышалась настоящая, неподдельная тоска. − После всего, что я сама увидела и узнала... Я бы сама не прочь попасть туда снова. Увидеть все своими глазами.       Я удивленно посмотрел на нее.       − А почему ты то не можешь? Что мешает?       − Я-то могу. Теоретически. Как я говорила, проход находится в Кристальной Империи, под надзором принцессы Каденс и Шайнинга. Но портал – это не проходная же дверь, так что…       − Точно... точно. − я потер виски, снова чувствуя себя глупым и ничего не понимающим жеребенком в этом мире магии и чудес.       Я отвернулся к окну, пытаясь унять легкую тревогу. Проносящиеся виды все также радовали глаз. Хорошо, что не все отличается. Тот же хрустальный воздух, те же виды лесов и полей. Это успокаивало.       − Старлайт... − снова нарушил я тишину, уже почти шепотом. − А... какие здесь принцессы?       Она смотрела на меня с немым вопросом, склонив голову набок.       − Не поняла?       − Ну, я имею в виду... − я заерзал на сиденье, подбирая слова. — Какие они характером? Ну или есть ли что-то, что мне нужно знать, чтобы при первой встрече меня не превратили в кактус или не низвергли в солнце? Мало ли что.       Старлайт рассмеялась. Звонкий, искренний смех, который разрядил напряжение в купе.       − Ох, Леша, тебе не о чем беспокоиться. Поверь мне, как той, кто сама когда-то представляла для Эквестрии угрозу посерьезнее неправильного поклона. − в ее глазах мелькнула тень старой боли, но смех не угас. − Принцесса Селестия — мудрая и добрая правительница. Терпеливая. Какой я ее узнала. Она не станет вредить существу из другого мира только из-за оплошности в этикете.       − Да-да, мне в том мире так же говорили. − я выдохнул, и напряжение наконец отпустило. − Где-то впереди, в конце нашего пути, нас ждет столица, дворец и та, кто тысячу лет двигала по небу солнце. Та, что может решить мою судьбу, а я даже противопоставить ничего не могу.       – Могу понять твое смятение, но поверь – все будет хорошо.       – Надеюсь... – мои пальцы бессознательно постучали по сиденью.       Небольшая пауза повисла в воздухе, заполненная лишь стуком колёс.       – А что насчёт Луны? – спросил я, размышляя о второй принцессе.       – Луна... ну... – Старлайт слегка нахмурилась, подбирая слова. – Принцесса Луна – другая. Знаю я её не так, конечно, хорошо... как, в принципе, и Селестию. Но она тоже по-своему мудрая пони, что прошла через своё прошлое и ошибки.       – Ты про Найтмер Мун?       – А есть что-то ещё?       – Нет, просто уточнил.       – Хорошо.       Я помолчал, глядя на её гриву, колышущуюся в такт движению поезда.       – И... что получается... я так, в общем, спрашиваю... у вас всё хорошо? Никаких происшествий, что может кому-то угрожать?       – Да. Тишь да гладь. Никаких злодеев, никаких катастроф...       Ответ меня успокаивал... и настораживал. Всё же я ожидал, что буду противостоять какой-то опасности, а тут – мир. Может... мне предстоит её ещё остановить... Всё же С.П. говорил что-то про нестандартную опасность... Ну, посмотрим.       – Хм, ты всё ещё в сомнениях? – поинтересовалась Старлайт.       − Что? нет-нет, что ты… просто… знаешь, своеобразный хаос в голове...       – О, как же я тебя понимаю... – раздался новый голос, вибрирующий, как камертон, настроенный на абсурд. От испуга я дёрнулся и отпрыгнул к окну, натыкаясь на сиденье. – Знаешь, когда я путешествую по другим мирам, всегда встречаю что-то новое. Но не волнуйся, ты привыкнешь. Или не привыкнешь! Это тоже весело.       Существо, что оказалось рядом со мной, было живым воплощением хаотичного конструктора: голова лошади с козлиной бородкой, увенчанная оленьим рогом и рогом козла, которые то и дело менялись местами. Одна лапа была львиной, другая — орлиной когтистой лапой, которая лениво поправляла бабочку на его... шее? За спиной беспорядочно шевелились крыло летучей мыши и перепончатое крыло ящера, а вместо ног — лошадиные копыта, которыми он постукивал сложную джазовую дробь по полу. Хвост дракона закручивался в идеальный штопор.       – Ох, как же ты меня лестно рассматриваешь... Хороший знак! − Он (оно?) подскочил с дивана, который мгновенно превратился в табурет, и протянул правую лапу-львицу. − Бог Хаоса и Раздора, сам Сэр Дискорд, к вашим услугам. И не только к услугам! Также к развлечениям, коктейлям и непредсказуемым поворотам сюжета.       Я неуверенно протянул руку. В момент рукопожатия моя кисть словно сжала воздушный шарик — он смялся без малейшего усилия, с тихим смешком, и отдался лёгким покалыванием. Я дёрнул руку назад, разглядывая пальцы — целые, но покрытые блёстками.       Дискорд лишь посмотрел на это с широкой, чуть сумасшедшей улыбкой.       – А ты у нас не промах, как я погляжу! Мне уже нравится. О, а печенье не хочешь? − Он щёлкнул пальцами орлиной лапы, и в воздухе возникла тарелка с шоколадным печеньем... которое тут же ожило и начало напевать песенку из мюзикла.       – Мда, ты точно Дискорд... – только и смог выдать я.       – Обижаешь! – фыркнул он, поправляя воображаемый галстук-бабочку, который тут же превратился в живого павлина и с криком унёсся к потолку, рассыпая радужные перья. – Такой, как я, единственный в своём роде. Ни с кем не перепутаешь, ничего лишнего не впишешь… Хотя, скажу, что вон тот джентльмен неплохо выглядит.       Он указал львиной лапой, которая теперь была в белой перчатке, на противоположное сиденье. Там, в облаке сигарного дыма, сидел он же, но в идеально скроенном смокинге и с моноклем, не отрываясь от газеты с заголовком «Хаос-Таймс». На комплимент тот Дискорд поднял бокал с шипящим лимонадом, чокнулся с самим собой по воздуху и растворился, оставив после себя лишь запах жжёного миндаля.       – Дискорд, ты здесь по делу? – наконец вмешалась Старлайт, вздохнув так, будто это происходило в сотый раз. Её грива слегка ерошилась от статического электричества, исходящего от хаотичной ауры. – Если нет, то будь добр, поменьше хаоса… ему и так пришлось нелегко.       – О-хо-хо, дорогая Старлайт! – он мгновенно очутился прямо за её спиной, обвив её шею рукой, которая успела побывать и лапой, и щупальцем. – Как ты могла подумать, что я пришёл бы просто так? Конечно нет! Поприветствовать внеэквестрийского гостя, что прибыл по каким-то… деликатным делам – это моё вечернее хобби. Ну, или утреннее. Или ночное. Время – такая условность, не правда ли?       Щёлчок пальцами – и мы сидели уже не в обычном вагоне, а в уютном вагоне-ресторане. На столе появилась скатерть, хрустальные бокалы и свеча в канделябре, которая плавилась снизу вверх. Дискорд предстал перед нами в костюме франтоватого официанта с закрученными усами и с блокнотом в руке. Блокнот тихо хихикал.       – Господа, вы определились, что будете заказывать? – он уставился на меня пронзительным взглядом, в котором прыгали зелёные и фиолетовые искорки.       Я вертел головой, пытаясь понять, куда делись привычные сиденья, и только теперь осознал, что в руках уже держу меню. Оно было тяжёлым, кожаным, а буквы на нём постоянно двигались, меняя названия блюд.       «Суп из радуги с гренками-бабочками»«Жаркое из времени с гарниром из парадоксов» «Десерт „Воспоминание о завтрашнем дне“»       – Э-э… – я растерянно посмотрел на Старлайт.       Она просто закрыла глаза и покачала головой, словно говоря: «Придётся терпеть».       – Я… пожалуй, просто чаю.       – Чай! – воскликнул Дискорд, и в его руке появился дымящийся заварочный чайник в виде самого себя. – Прекрасный выбор! А к нему – ложку хаоса, щепотку абсурда и сахар по вкусу? Или вы предпочитаете безвкусицу?       – Просто чай... без... всего... – пробормотал я, всё ещё не веря, что он реальный и не превратится в аксолотля.       – Эх, как же скучно. – вздохнул Дискорд, и в его голосе прозвучала самая настоящая, не притворная тоска. Щелчок пальцами — не громкий, а скорее разочарованный — и исчезли хрустальные бокалы, скатерть и пахнущий миндалём дым. Мы снова сидели в нашем скрипучем вагоне, а в руках у меня была самая обычная чашка с самым обычным чаем. Горячим. Удивительно нормальным.       – Спасибо. – сказал я, больше по привычке.       – Дискорд. – голос Старлайт прозвучал устало, но без прежней строгости. Она смотрела на него не как на угрозу, а как на проказливого кота, который снова устроил беспорядок.       – Что-что, сразу Дискорд? – он повернулся к ней, сложив лапы на груди. Его гримаса выражала наигранную обиду. – Я, между прочим, не могу вот взять и вести себя нормально, как бы вам ни хотелось. Хаос на то и хаос, чтобы творилось непонятно что. Это моя сущность, моя визитная карточка! Без этого я буду как все... ужас!       Он сделал драматическую паузу, а затем внезапно оказался прямо передо мной, его глаза-бусины сверлили меня насквозь.       – Леша, Леша, Леша... – он произнёс моё имя так, будто пробовал на вкус. – А я тебя ждал.       – Ждал... меня? – я отпил глоток чая. Он был обжигающе реальным.       – Ну конечно! – воскликнул он, и в его львиной лапе материализовался маленький пёстрый глобус Эквестрии. – В мире стало так скучно... – он покатал шарик на когтях. – Такое затишье... такая благодать... просто тошнотворно! Хотелось... какой-то изюминки! Чтобы... – он ткнул в глобус острым когтем, и тот с тихим хлопком лопнул, рассыпавшись в воздухе конфетти, которое тут же испарилось. – ...вот.       – Не собираюсь я мир взрывать. – поспешно заявил я, отодвигая чашку подальше.       – А я разве имел это в виду? – Дискорд приложил лапу к груди с видом невинной оскорблённости. – Это так... пример. Метафора! Поэтическое преувеличение!       – Ну, всё как будто ты на что-то намекаешь.       – Может быть... – он загадочно поднял палец. – Всё же я люблю загадки и намёки... Но сейчас — ничего подобного! Правда-правда! – Рядом с его головой материализовалась парящая книга в кожаном переплёте с тиснёной надписью «Хаос для чайников». Она с шумом раскрылась и хлопнула его по поднятой в торжественной клятве лапе. – Клянусь именем Хаоса! Ну, или тем, что от него осталось после всех этих пошлых объятий и дружбы...       Я перевёл дух.       – Ну... хорошо. Так... и что дальше?       Дискорд замер, его брови поползли вверх.       – Дальше? – он произнёс это слово так, будто впервые слышал его. – Ты здесь что-то дальше подразумеваешь? Какие-то планы? Сценарии? Последовательности?       – Как будто... да?.       – Нисколечки! – он рассмеялся, и его смех был похож на треск лопающихся мыльных пузырей. – Это всё. Финиш. Точка. Я пришёл, увидел, поздоровался, пошутил немного... Миссия выполнена! Остальное — уже твоя история. – Он сделал реверанс и начал медленно растворяться в воздухе, начиная с кончика хвоста. – Удачи, внеэквестрийский гость! Не дай миру застояться! И помни... – его голос прозвучал уже отовсюду и ниоткуда сразу, – ...скучный хаос — это не хаос, а просто плохо организованный порядок!       Он исчез. В воздухе повисел запах попкорна и свежего ветра, а затем и он ушёл. Вагон был пуст. Только мы со Старлайт, стук колёс и чашка почти допитого чая в моих руках.       – Не обращай внимания. Он... всегда такой. – сказала Старлайт, но в её голосе сквозь усталость пробивалась капля нежности, как к старому, хоть и невыносимому, другу.       – Я уже догадался. – кивнул я, как вдруг к нашему купе подкатила тележка с чаем и печеньем. И толкал её... Вы не поверите. Дискорд в безупречной форме стюардессы, с идеально зачёсанной гривой и начищенными пуговицами. На его морде сияла самая что ни на есть услужливая улыбка. Я осторожно поставил свою пустую чашку на поднос. Он тут же, вместе с тележкой, испарился в воздухе без единого щелчка, будто его и не было. – Но к этому... будет сложно привыкнуть.       Я взглянул в окно. Пейзаж сменился: вместо бескрайних полей теперь проплывали заснеженные склоны и скалистые утёсы. Воздух за стеклом казался холоднее.       – Мы уже скоро приедем. – констатировал я, чувствуя, как в груди защемило от лёгкого волнения.       – ЧУТЬ НЕ ЗАБЫЛ! – снова раздался из ниоткуда голос.       Пространство перед нами взорвалось конфетти и вспышкой света. Дискорд завис в воздухе в позе супермена, держа в лапах аккуратно упакованную в разноцветную обертку картонную коробку с огромным красным бантом. Он парил секунду, затем грациозно приземлился на сиденье напротив.       – Вот, держи! – он буквально сунул коробку мне в руки. Она была лёгкой и слегка дергалась. – Передашь Селестии. Как подарок от старого друга. Она будет в восторге... – он подмигнул, и его глаз на мгновение стал радужным спиральным узором. И тут его выражение стало вдруг неестественно серьёзным. Он наклонился ко мне так близко, что я почувствовал запах попкорна и старой бумаги. – ...и только НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ не открывай его, СЛЫШИШЬ?! – его шёпот был похож на шелест сухих листьев и скрип надувных игрушек одновременно. В нём звучала неподдельная, почти пугающая искренность.       Прежде чем я успел что-то ответить или даже моргнуть, он щёлкнул пальцами — на этот раз звук был похож на лопнувший воздушный шарик — и исчез. Не растворился, а просто погас, как выключенный телевизор.       Сердце всё ещё отчаянно колотилось где-то в горле от внезапности. В руках лежала ничем не примечательная картонная коробка, из которой доносился лёгкий шелест и периодический тихий стук. Казалось, содержимое очень хочет на свободу.       – Мое сердце... – пробормотал я, всё ещё не в силах оторвать взгляд от подозрительного презента.       – Я потом сообщу обо всем Флаттершай, и она его под утихомирит. – сказала Старлайт с такой лёгкостью, будто предлагала отнести книги в библиотеку.       – Погоди, Флаттершай? Та пони, что боится собственной тени... угомонить бога хаоса? Не в обиду, но как-то не верится.       Стараясь не трясти коробку, я прислушался. Оттуда продолжал доносится звук стука по стенкам картонной коробки.       – А придётся. Он слушается только её. – Старлайт пожала плечами, словно это был самый естественный факт в мире. – У них... особые отношения. Она его не боится. А он... уважает её. Как-то так.       – Эх...значит так?... – я покрутил коробку в руках. Она была не сильно тяжелой, но от этого не становилось спокойнее. – Ладно... что же здесь...       – На твоём бы месте я бы не дарила это принцессе. – предостерегающе сказала пони, внимательно глядя на коробку.       – Думаешь, опасно? – я на всякий случай отодвинул её от себя.       – Думаю, оскорбительно или унизительно. В общем, что-то в духе Дискорда. Он обожает такие «подарки». В прошлый раз он подарил принцессе Луне будильник, который кричал петухом ровно в полдень. А Селестии на День Солнцестояния преподнёс зонтик, который заставлял все тучи лить только внутри зонта. Это было... неловко.       Из коробки послышалось настойчивое царапанье.       – То есть там явно не конфетти.       – Скорее всего, там что-то живое. – вздохнула Старлайт. – Или говорящее. Или поющее. Или оскорбляющее королевскую особу лимериками. Вариантов много.       Я с сомнением посмотрел на коробку, потом на Старлайт.       – Может, просто... выбросим в окно?       – О, нет! – она испуганно всплеснула копытами. – Он обидится. А обиженный Дискорд – это... гораздо хуже, чем Дискорд с подарком. Поверь мне.       Свет за окном скрылся за мраком тунелля, куда въехал поезд. Скоро прибытие.       – И у нас патовая ситуация.       – Не совсем. Мы можем просто отдать это Флаттершай, – подвела она итог, с облегчением убирая магией коробку в сторону и стараясь не придавать значения новому волнению её содержимого. – Если там что-то опасное, то Дискорд не позволит этому навредить ей.       – А если он обидится на то, что мы так сделали? Чем это лучше?       Старлайт призадумалась.       – Как минимум, этот вариант выглядит менее разрушительным, чем идти у него на поводу. Ты не находишь?       – Наверное...ты права.