Официантка: Miraculous Goth-AU

Оу, Тимми, Был у меня в молодости любимый бар. Он назывался "L'Heure Bleue". Там работали замечательные люди:

Здоровяк Ким, с которым мы так и не сыграли в футбол. Очаровательная официантка — Маринетт. На баре работал Нино — весёлый мужик. Был ещё арт-директор — Лука, странный парень. В социальных сетях он был записан как "Helgi", странный парень...

Я много времени провёл в этом баре и пережил кучу историй, одну из которых я сейчас тебе поведаю.

***

   Я вхожу в L'Heure Bleue, тускло освещенный бар, который стал моим вторым домом. Нино, мой лучший друг и бармен, встречает меня понимающей улыбкой. — Ого, какой у нас праздник сегодня? Куда в таком прикиде собрался, а? — Нино смеётся, облокотившись одной рукой на стойку.    А что не так? Да, с распущенными волосами, которые у меня достаточно длинные, я выходил не часто, но бордовую рубашку и черные джинсы я ношу же почти всегда. — Отвянь, пацан, — я усмехнулся. — На свидание с твоей начальницей, куда ещё.    Нино громко засмеялся. — Как обычно, Адриан? — спрашивает он, уже потянувшись за стаканом.    Я киваю, опускаясь на стул и вздыхая, когда тяжесть дневных занятий оседает на меня. Пора отдохнуть. — Да, на этот раз просто виски. Пытаюсь расслабиться.    Нино разливает янтарную жидкость с размаху, подвигая ее ко мне, наклоняясь. — Ну, как тебе художественная программа? Все еще борешься с этими рисунками с натуры? — Он изумленно изгибает бровь.    Я хихикаю, проводя рукой по своим спутанным светлым волосам. — Ты знаешь это. Клянусь, у этих обнаженных моделей больше характера, чем у половины людей, которых я встречаю на улице. — Я делаю глоток виски, смакуя жжение, когда оно скользит по моему горлу. — Я просто рад, что иногда у меня есть твой бар, как способ отвлечься. Это единственное место, где я могу забыть обо всем этом на время.    Нино сочувственно кивает, вытирая стойку белым полотенцем. — Вот что действительно должно тебя радовать, чувак.    Пока Нино продолжает полировать стакан, к стойке неторопливо подходит эффектная молодая женщина с темными синими волосами и коротким, облегающим черным платьем с широкими рукавами и глубоким декольте. Ее пронзительные голубые глаза сканируют бар, прежде чем остановиться на Нино. Я не могу не заметить ее — то, как платье облегает ее изгибы, поразительный контраст ее волос на фоне темной ткани. — Эй, Нино, где у нас двенадцатый столик? Найти не могу, — нежным голосом спросила девушка, подойдя ближе. Она украдко посмотрела на меня, а после задержала взор, поджав губы. — Столик двенадцать? — Переспросил Нино. Он кивает, указывая на ряд столов. — От сцены с правой стороны, у окна.    Таинственная красавица кивает, поворачиваясь, чтобы пройти через переполненный бар. Мой взгляд задерживается на ней, когда она исчезает в толпе посетителей. Я чувствую внезапный толчок... чего-то. Возможно, искру интереса или намек на интригу. Ее присутствие что-то пробудило во мне, и я ловлю себя на мысли, что задаюсь вопросом, кто эта загадочная девушка. Я прочищаю горло, снова привлекая внимание Нино ко мне. — Кто это был? — я спрашиваю, пытаясь казаться небрежным, несмотря на суматоху в голове.    Нино смотрит вслед девушке с синими волосами, прежде чем снова сосредоточиться на мне. — Маринетт. Новая официантка, которая пришла на прошлой неделе, — объясняет он с легкой улыбкой. — Она привлекает много внимания со стороны постоянных клиентов, особенно парней.    В его тоне чувствуется нотка веселья, как будто он уже видел такую ​​реакцию раньше. Я чувствую укол удивления от его слов, понимая, что я не единственный, кто находит ее поразительной. Мысленный образ Маринетт, ее синие волосы, мерцающие под светом бара, проносится в моем сознании. Я отбрасываю отвлекающие мысли, снова сосредотачиваясь на разговоре. — У нее определенно... привлекающая внимание внешность, — комментирую я, пытаясь казаться беспечным, несмотря на вспыхнувшую во мне интригу.    Виски в моем стакане, кажется, согревает, и мне интересно, какие секреты может скрывать Маринетт под этой пленительной внешностью. Любопытство задето, я наклоняюсь ближе к Нино, положив локти на стойку. —Итак, Маринетт... И сколько ей? — спрашиваю я, пытаясь казаться небрежным, несмотря на растущий интерес.    Выражение лица Нино остается нейтральным, но в его глазах играет намёк на веселье. —Двадцать восемь, — лаконично отвечает он.    Число запечатлевается в моей голове, разница в возрасте внезапно становится очевидной. Между нами семь лет разницы, пропасть, которая могла бы быть целой жизнью. Осознание этого вызывает во мне проблеск беспокойства, но его быстро затмевает искра интриги.       Двадцать восемь, повторяю я себе, число эхом отзывается в моих мыслях. Маринетт — женщина, а не девушка. Официантка в нашем баре, с загадочным прошлым и неоспоримой привлекательностью.    Виски в моём стакане, кажется, становится теплее, и я ловлю себя на мысли, какие ещё секреты она может скрывать...Ночь только начинается, и бар заполняется посетителями, и я не могу не украдкой поглядывать в дальний угол зала, где Маринетт умело подает напитки и очаровывает клиентов своей загадочной улыбкой. Ее синие волосы, кажется, мерцают в тусклом свете, и я ловлю себя на мысли, каково это — провести пальцами по этим ярким прядям. Виски сделал свое дело, ослабив мои запреты и разбудив любопытство.    Я ловлю себя на мысли, каково это — поговорить с ней, разгадать тайны, скрытые под этой пленительной внешностью. Семилетняя разница в возрасте теперь кажется менее значимой, сменившись жгучим желанием узнать эту пленительную молодую женщину получше.    Пока Нино тянется за бутылкой, чтобы пополнить запас спиртного, я прочищаю горло, снова привлекая его внимание к себе. — Эй, Нино... Ты сказал, что Маринетт начала работать здесь только на прошлой неделе, да? — спрашиваю я, пытаясь казаться равнодушным, несмотря на растущее внутри меня предвкушение. — Знаешь много о ее прошлом?    Нино ставит бутылку, выражение его лица задумчивое. — Не так уж много, если честно. Просто она переехала сюда из Китая несколько месяцев назад. Говорит, пытается начать все заново после тяжелого разрыва.    Ухмылка играет на моих губах, пока я обдумываю информацию Нино. Новый старт, да? Что ж, это только добавляет ей привлекательности. Я откидываюсь на спинку стула, скрещивая руки на груди, когда встречаюсь взглядом с Нино. — Плохое расставание, говоришь? Ну, полагаю, у меня появилась новая причина чаще посещать это заведение, — подмигиваю я.    Нино хихикает, явно забавляясь моей шуткой. — Ну, только будь осторожен, не отпугни ее своим позорным флиртом, Адриан, — поддразнивает он, его глаза мерцают от веселья.    Я закатываю глаза, но не могу сдержать ухмылку, которая дергает уголки моего рта. — Эй, мужчина должен поддерживать свои навыки на высоте, верно? — парирую я, потянувшись за своим стаканом и сделав большой глоток виски. Тепло разливается, и я чувствую внезапный прилив смелости.   Я допиваю виски, янтарная жидкость приятно обжигает мой язык. С новым чувством решимости я поворачиваюсь к Нино, я смотрю ему в глаза. — Эй, Нино, — говорю я, мой голос тихий, но уверенный. — Если ты достанешь мне ее номер, я оставлю тебе большие чаевые сегодня вечером.    Я бросаю на него многозначительный взгляд, молчаливый вызов во взгляде. Брови Нино взлетают вверх, явно удивленный моей смелой просьбой. На мгновение он молчит, изучая меня оценивающим взглядом, прежде чем кивнуть. — Ладно, ладно, я посмотрю, что я могу сделать, — говорит он со смехом, направляясь к Маринетт, которая стоит через несколько столиков от нас.    Когда Нино приближается к ней, я не могу не чувствовать трепет волнения в груди, смешанный с каплей опасения. А что, если она отвергнет меня? А что, если она подумает, что я слишком мелкий, слишком странный или просто не в ее вкусе? Мысли кружатся у меня в голове, пока я наблюдаю, как Нино и Маринетт ведут беседу, но их слова не доходят до меня, поскольку я слишком сосредоточен на результате.    Мое сердце колотится в груди, пока Нино и Маринетт болтают, их разговор, казалось, длится вечность. Я пытаюсь отвлечься, но мои глаза продолжают возвращаться к паре. Маринетт время от времени заглядывает на меня через плечо, ее пронзительные голубые глаза на мгновение встречаются с моими, прежде чем отвести взгляд, на ее щеках появляется легкий румянец.    Вид ее, такой близкой, но все еще недосягаемой, заставляет меня вздрогнуть. Когда Нино наконец поворачивается и идет ко мне, лукавая ухмылка расплывается на его лице, я чувствую прилив облегчения, смешанного с предвкушением.    Он протягивает мне листок бумаги с нацарапанным на нем номером, и я беру его дрожащей рукой. —Это все твое, — говорит он, подмигивая, прежде чем неторопливо уйти, чтобы обслужить другого клиента.    Мои пальцы сжимают листок, номер врезается мне в мозг. Я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоить нервную энергию, циркулирующую во мне. Вот оно. Момент истины. Все, что мне нужно сделать, это поднять трубку и... и... что именно? Что я ей скажу? Вопросы кружатся в моей голове, пока я сижу там, застыв в нерешительности. Но потом я вспоминаю слова, которые Нино сказала ранее: «Она говорит, что пытается начать все сначала после тяжелого разрыва».    Я прокручиваю его слова в голове, и во мне загорается искра решимости. Я окидываю взглядом бар, тусклый свет и пульсирующая музыка создают интимную атмосферу, которая заставляет меня чувствовать себя смелым. Маринетт рядом, обслуживает каких-то девушек, ее синие волосы резко контрастируют с темной тканью. Я почти чувствую ее взгляд на себе, хотя и не осмеливаюсь поднять глаза.    Часы проходят в размытом свете музыки, смеха и оживленных разговоров. Ночь продолжается, бар заполняется посетителями, жаждущими расслабиться. Когда часы бьют полночь, на сцену выходит очередная группа, их песни привлекают толпу. Люди начинают двигаться к сцене, их тела покачивались в такт. Энергия наэлектризована, и я чувствую, как нарастает волнение. Маринетт, у которой сейчас перерыв, потягивает стакан воды в баре, время от времени поглядывая на сцену с намеком на предвкушение в глазах.    Я обнаруживаю, что наблюдаю за ней, мое сердце колотится в такт музыке. Когда группа начинает оживленное исполнение популярного хита, все больше посетителей присоединяются к растущей толпе на танцполе. Воздух густой от запаха пота, духов и слабого привкуса алкоголя. Я думаю присоединиться к толпе, но что-то держит меня вросшим в мое место, мой взгляд задерживается на Маринетт. Возможно, это затянувшийся трепет нашей предыдущей встречи или соблазнительная перспектива увидеть ее танец.    Пока живые песни группы наполняют воздух, я замечаю, как Нино исчезает на кухне, несомненно, чтобы пополнить запасы. В тот момент, когда он скрывается из виду, Маринетт садится на стул рядом со мной, ее глаза устремлены на сцену. Я чувствую ее присутствие, воздух между нами заряжен предвкушением. Ее синие волосы ловят свет, мерцая, когда она слегка покачивается в такт музыке. Я украдкой смотрю на нее, замечая, как ее черное платье облегает ее изгибы, изящный изгиб ее шеи, когда она наклоняет голову, чтобы послушать группу. Теперь она так близко, ее аромат смешивается с атмосферой бара, затягивая меня.    Маринетт поворачивает голову, ее пронзительные голубые глаза на мгновение встречаются с моими, прежде чем она отводит взгляд, и на ее губах играет легкая улыбка.    Слова Маринетт прорезают гул музыки, ее тон игривый, но любопытный. — Так ты спросил мой номер, но не пытаешься начать разговор первым? — поддразнивает она, озорной блеск в ее глазах.   Я хихикаю, напряжение между нами немного рассеивается. — Ну, кто-то же должен поддерживать интерес, — шучу я, ухмылка играет на моих губах. — Уважаю старших и даю им право первого слова. К твоему сведению, ты здесь старшая.   Маринетт смеется, ее голубые глаза искрятся весельем. — О, правда? Как ты это вычислил? — Просто элементарная математика, милая. Двадцать восемь больше, чем двадцать один.    Она ухмыляется, явно не впечатленная моей попыткой остроумия. — Ты уже все узнал от Нино, верно? — Да, а ты нет? — парирую я, мое любопытство против воли разгорается. Маринетт пожимает плечами, не отрывая от меня взгляда. — Немного. Он не выдал слишком много, не переживай.    Невысказанный вопрос повисает в воздухе между нами. Я слегка наклоняюсь, голос понижается до заговорщического шепота. — Итак, что еще он тебе рассказал? — спрашиваю я, не отрывая от нее глаз.    Взгляд Маринетт мелькает за моим плечом, прежде чем она снова встречается со мной взглядом, на ее губах играет лукавая улыбка. — Не так уж много, просто ты довольно очарователен, — говорит она, игриво подмигивая.    Я хихикаю, чувствуя прилив гордости от комплимента. — Ну, кто-то же должен развлекать дам, — шучу я, величественно жестикулируя рукой.    Смех Маринетт музыкален, в уголках ее глаз появляются морщинки, когда она наклоняется ближе ко мне. — И я уверена, что так и есть, — бормочет она, ее голос едва слышен из-за музыки.    Воздух между нами, кажется, сгущается, близость и ее слова посылают дрожь по моему позвоночнику. Я остро ощущаю ее запах, мягкость ее волос, изгиб ее плеча всего в нескольких дюймах от моего. Мое сердце колотится в груди, внезапный прилив смелости пронизывает меня. Я оглядываюсь, убеждаясь, что мы не привлекаем внимания, прежде чем снова повернуться к ней.    Как раз когда я собираюсь заговорить, внезапный взрыв смеха привлекает мое внимание. Нино появляется из кухни, его взгляд сканирует бар, прежде чем остановиться на нас. Маринетт и я быстро выпрямляемся, интимный момент нарушается его внезапным появлением. — Эй, ребята, — говорит он с ухмылкой, неторопливо подходя к нашему столику. — О чем болтаем?    Щеки Маринетт вспыхивают легким румянцем, когда она быстро отводит взгляд, ее прежняя близость со мной забывается перед лицом присутствия Нино.    Я прочищаю горло, пытаясь вернуть самообладание после короткого, но напряженного момента, который мы разделили. — Просто немного остроумных шуток, — говорю я со смехом, надеясь отвести любые подозрения.    Нино приподнимает бровь, его взгляд скользит между нами, прежде чем он пожимает плечами и фокусируется на мне. — Ну, что бы это ни было, я уверен, что это гораздо интереснее, чем музыка сейчас, — говорит он, указывая на сцену.    Группа перешла на более медленную, романтичную мелодию, но толпа, похоже, не впечатлена, предпочитая болтать и смеяться вместо танцев. Раздается смех Маринетт, яркий и музыкальный звук, который прорезает шум бара. Она бросает на нас короткий взгляд, прежде чем встать со своего места, ее глаза сверкают весельем. — Похоже, у меня есть несколько клиентов, которых нужно обслужить, — говорит она, игриво подмигивая, прежде чем неторопливо уйти, чтобы поприветствовать вновь прибывших посетителей.    Нино смотрит ей вслед, легкая улыбка играет на его губах, прежде чем он снова обращает свое внимание на меня. — Итак, что вы двое так сосредоточенно обсуждали? — спрашивает он, его тон небрежен, но с ноткой любопытства.    Я чувствую нервное волнение в груди, воспоминание о близости Маринетт и невысказанном напряжении между нами все еще сохраняется. — О, просто как обычно, — говорю я, небрежно пожимая плечами, пытаясь преуменьшить значимость нашего предыдущего разговора. — Возраст, мудрость, все такое.    Нино усмехается, его глаза сверкают от удовольствия. Он наклоняется, его рука тянется к бутылке виски на столе. Отточенным движением он наполняет мой стакан до краев, янтарная жидкость мягко плещется по стенкам стакана. Он подталкивает напиток ко мне, подмигивая. — Добавка, любезно предоставленная заведением, — говорит он с ухмылкой.    Я беру стакан, знакомое тепло виски — успокаивающее ощущение, когда оно скользит по моему горлу. Жжение от спиртного быстро исчезает, оставляя приятное гудение, которое дополняет волнение, все еще циркулирующее во мне от моего предыдущего взаимодействия с Маринетт. Когда я ставлю наполовину пустой стакан обратно на стол, Нино наклоняется ближе, его голос понижается до заговорщического шепота. — Так ты действительно собираешься оставить мне большие чаевые, ведь я дал тебе ее номер, а? — спрашивает он, озорной блеск в глазах.    Я встречаю его взгляд, ухмылка играет на моих губах. — Ты знаешь это, — говорю я, голос низкий и уверенный. Нино усмехается, качая головой. — Ты смелый, Адриан. Мне это нравится.    Когда часы бьют половину часа ночи, я окидываю взглядом бар, энергия толпы медленно рассеивается. Люди либо ищут выход, либо устраиваются на более тихие разговоры, музыка теперь звучит как мягкий гул на заднем плане.    Пора заканчивать.    Я поворачиваюсь к Нино с искренней улыбкой на лице. — Спасибо за номер, Нино. Я обязательно оставлю щедрые чаевые, — говорю я, доставая из кошелька несколько крупных купюр.    Я кладу их на стол, кивая в знак признательности за его помощь. Глаза Нино слегка расширяются от размера чаевых, прежде чем он ухмыляется, кладя деньги в карман. — Пожалуйста, Адриан. Если понадобится услуга, просто попроси.    Мы чокаемся бокалами в молчаливом тосте, прежде чем я встаю, поправляя волосы. — Увидимся, Нино, — говорю я, прежде чем направиться к двери. — До скорого.    Когда я выхожу на прохладный ночной воздух, а вдалеке мерцают огни города, я чувствую чувство выполненного долга, смешанное с оттенком предвкушения. Что же будет дальше?

***

   Спустя три дня я вновь приходу в бар. С Маринетт мы списались, пообщались, и я заметил, что у нас много общего. Это радует. Также я выяснил ее график работы в один день с Нино. И в эти дни я определено буду приходить.    На сцене играла очередная группа подростков, которые часто играли мимо нот, но для фоновом музыки пойдёт.    Я быстро прохожу мимо толпы и усаживаюсь за барную стойку, где моему приходу уже радовался Нино, протирая стакан. Я быстро оглядел комнату на наличие темных синих волос, прежде чем заговорить: — Она здесь? — чуть нервно спросил я и наклонился, все еще смотря в сторону.    Почему меня так волнует присутствие новой официантки, если в первую очередь я пришёл к Нино? Не спорю, она симпатичная, легко согласилась на знакомство, первая начала диалог, так ещё и готка. Но что-то в ней было настолько притягательное, что предыдущие пункты напрочь отпадают. — Хоть бы поздоровался сперва, — с недовольством фыркнул Нино, взяв другой стакан. — Да, она здесь. Обслуживает столики возле сцены. — Нино протёр стакан и убрал в сторону. Он наклонился в ответ, уперевшись локтями. — Ну, рассказывай, что у вас? — Всё оказалось легче, чем я думал.    Я вкратце рассказал ему, о чем мы в общем вели с Мари диалог в переписке, как мы обсуждали готику, концерты, на которых успели побывать. Самое забавное, что мы в один день вместе посетили концерт Paradise Lost полгода назад. — Ну ты прям судьбу свою нашёл, чувак, — усмехнулся Нино, забавно покачав головой.    Для судьбы, думаю, рано.    Я с тяжёлым вздохом откинулся на спинку стула. Как мне начать разговор, если я внезапно встречу ее? Обрадуется-ли или ей будет всё равно? Музыка на фоне, хоть и плешивая, но успокаивала.    Нино обслуживает двух мужчин, которые разговаривали о фильме «Deathgasm», — случайно подслушал. К слову, один из моих любимых фильмов. — Как дела с учёбой, Адриан? — внезапно между делом спросил Нино, подойдя ко мне ближе. В это же время он быстрым движением налил мне виски.    А как у меня могут быть дела в художественном? Получать 83 балла из 100 за анатомию мне уже приелось, ниже не заслуживаю, по словам препода, а выше может получить только Господь Бог. Видеть почти каждый день обнажённых женщин разных возрастов в виде референсов, – мужчины редко соглашались на такую авантюру, – в одних и тех же позах тоже уже привычное дело. Не удивлюсь, если бы другие парни наоборот радовались этой возможности, пятнадцатилетние сопляки и не на такое способны.    Всё это же я подробно рассказал Нино, немного преувеличивая в баллах за композицию, с которой у меня беда-бедой.    Пока я рассказывал, я заметил, как на лице Нино заиграла довольная улыбка. Я прервался на половине слова и, изогнув бровь, вопросительно посмотрел на него. — Что-то не так? — Ничего-ничего. Давай попозже договорим, у меня клиент, — с этими словами он отдалился прочь.       Равнодушно пожав плечами, я потянулся за стаканом виски. Жидкость обожгла горло. Краем глаза я заметил, что ко мне кто-то подсел. Повернув голову, рядом со мной сидела она. С весёлой улыбкой Маринетт смотрела на меня, держа поднос в руках. — Оу… А… Привет, — занервничал я, почесав затылок. Так скоро я не ожидал ее здесь увидеть. — Давно ты тут сидишь? — С того момента, как ты заговорил об обнажённых девушках, — она сделала паузу. — Весело на них смотреть? — либо мне показалось, либо она действительно произнесла это с ноткой раздражения.      Я поджал губы и быстро с негодованием посмотрел на Нино, который мило болтал с компанией девушек. Вечно бросает в ненужный момент. Перебросив свои длинные волосы с плеча на спину, я снова устремил взгляд в голубые, полные озорства глаза. — Да не особо, — признался я. — Симпатичных не очень много, если честно.    Маринетт тихо похихикала, прикрывая рот рукой. Она облокотилась на стойку, в ее глаза показался озорной блеск. Она постукивала длинными ногтями по полному, а после тяжко вздохнула. Ей чем-то не угодил мой ответ? — А я вот дизайнер, — призналась Маринетт, недовольно фыркнув.    Дизайнер, а работает официантом?   — Да неужели? А я думал, в Китае наоборот ценят дизайнеров, — я засмеялся от этой ситуации. Я нехотя подслушал разговор Нино с каким-то парнем, а после снова поймал взгляд ярко-голубых глаз на себе. — Да, у меня есть коллекция готических нарядов, но...    Девушка не успела договорить. — Дюпен-чен, иди обслужи четвёртый и пятый столик! — неожиданно воскликнул какой-то мужчина лет сорока, выглядывая из кухни.    Я посмотрел на него, выглядел он по-обычному: черные брюки, серая рубашка с каким-то темно-серым узором, на кармане с левой стороны которой был прицеплен бейджик. Странный тип. Наверное, какая-то главная шишка в этом баре. — Да, конечно, — с притворной добротой отозвалась Маринетт, подхватив поднос. Она соскочила со стула и сразу перевела взгляд с пола на меня. — Прости, я попозже подойду. — Помахав рукой, она отучилась.    Я кивнул и снова повернулся лицом к бармену, который подошёл ко мне через пару секунд. — Тебе ещё что-нибудь налить? — спросил Нино, на что я отказался. — Ну как хочешь.    Я повернулся лицом к сцене, на которую забралась какая-то гаражная группа. Те настраивали гитары. Неожиданно я поймал раздраженный взгляд какого-то парня, на вид ему было двадцать пять тире двадцать восемь. В общем, плюс-минус ровесник Маринетт.  Случайно посмотрел или у него есть бредовая причина злиться на меня? Я усмехнулся, не хватало мне ещё ругаться с кем-то в свой единственный выходной.    За всё время, пока я болтал с Нино, Мари прошла мимо меня раз пять, три раза посмотрела на меня, в один раз из которых она мне подмигнула и мило улыбнулась, из-за чего я заметил у неё на щеках ямочки. Не спорю, сегодня она особенно красива: чёрные брюки клеш, короткий чёрный топ на бретельках с забавным белым черепом на груди. Длинные волосы были собраны в хвостик и заколокты чёрным крабиком в виде паучка. Забавно.    Кажется, я сильно задумался, из-за чего не сразу услышал, как меня зовет Нино. — Всё в порядке, пацан? — с волнением спросил он, между бровей появилась складочка. — Да… — протянул я, глядя в одну точку. — Налей мне воды, пожалуйста.    Нино кивнул и отошёл. Я облокотился на стойку и, дождавшись полный стакан холодной воды, разом осушил половину.    Через несколько минут к нам вернулась Маринетт и с тяжёлым вздохом уселась рядом со мной. — Не женщина, а полный кошмар! — раздражённо начала она и стукнула рукой о стойку. Мы с Нино переглянулись: сейчас нас ожидает что-то интересное. — Сначала она заказала одно, я ей принесла, но она начала утверждать мне, что заказывала совсем другое! — она прерывисто выдыхает. — Я принесла, ухожу к другому столику. Через минуту она снова зовет меня и жалуется, что снова хочет поменять блюдо. Так я психанула, послала ее и дала ей другого официанта. — Откинувшись на спинку стула, Маринетт недовольно выдыхает. — Сто процентов пожалуется руководству и штраф за плохое обращение с клиентом дадут. Что она вообще забыла в этом баре? — У-у-у, — протянул я, а после усмехнулся. — Беда-беда. — Да бред, — фыркнул Нино, облокотившись на стойку. — Я месяц назад подрался с клиентом. Отделался простым предупреждением.    Мари фыркнула, отведя взгляд.    На фоне шла примерно пятая песня той группы. Люди только болтали между собой, а под песни кричали лишь пьяные мужики за сорок. Маринетт снова ушла к столику возле окна. Я проводил ее взглядом.    Поболтав ещё немного с Нино, я почувствовал чужую руку на своём плече. Неожиданно повернувшись к незнакомцу, я распахнул глаза и замолчал. Передо мной стоял тот парень, злой взгляд которого я поймал на себе около получаса назад. Неужели у него действительно была причина злиться на меня. — Веди себя проще, — рявкнул тот парень, схватив меня за воротник рубашки.    Это что он такое вкинул вообще? Что он пытался мне сказать этой фразой? Звучит, будто мне запрещено уже приходить в этот бар. Я внепонятках посмотрел на него, изогнув бровь. Я удивлённо переглянулся с Нино, прежде чем спросить: — О чём Вы? — пытался сохранить я вежливость, но был насторожен.    Парень кивнул взглядом куда-то в сторону, я перевёл взор туда же. Там, возле столика, стояла Маринетт. Я усмехнулся, сразу понимая, к чему клонит парнишка. Неужели он тоже положил взгляд на шикарную официантку? Да она прям нарасхват. Парень нахмурился сильнее, увидев мою улыбку. — Да ладно тебе, пацан, — начал насмехаться я над ним. — Думаешь, она посмотрит на усатого дядю? Она уже…    Я не успел договорить. Его кулак неожиданно приземлился мне в челюсть. Я пошатнулся, резко поднёс руку к больному месту и распахнул глаза. Место удара обожгло и щипало. Несколько людей ахнуло, Нино что-то крикнул, но я не расслышал. Я хотел что-то возразить, но произнёс лишь «ты», как мне снова прилетело. Да что ж такое то. В этот раз я пошатнулся сильнее вместе со стулом, задевая рукой наполовину полный стакан. Упав, я ударился головой о пол, а лопатками о спинку стула. Я прерывисто выдохнул и зажмурил лицо в неприятной гримасе. В ушах мерзко звенело, голоса и крики я не различал. Нино куда-то бросился прочь, вокруг собралось народу больше, чем пару минут назад. Сфокусировав взгляд, я увидел, как парня оттаскивали в сторону, хоть тот и сопротивлялся. Женский голос крикнул моё имя. Забавно, её голос я узнал сразу.    Чужие тёплые руки обхватили моё лицо и приподняли вверх, я поймал ее взгляд на себе. Ярко-голубые глаза в страхе метались по моим чертам. Определено, этот цвет теперь мой любимый. Я выдавил из себя слабую улыбку, наклонив голову к её руке. — Всё в порядке, не переживай ты так, — шёпотом произнёс я и усмехнулся.    Она действительно красива.    Маринетт помогла мне встать и, держа под руку, повела на кухню. Я слышал, как за дверью Нино со всеми спорит и ругается. Я сдавленно посмеялся и чуть не споткнулся о свою же ногу. Краем глаза посмотрел на Маринетт, та что-то искала взглядом. — Сядь туда, — приказала мне она, указывая на стул возле столешницы.    Я молча сел, начиная смотреть, как Маринетт открывает морозильник и достаёт оттуда замороженные ягоды. Подбегая ко мне, девушка садится на второй стул. — Терпи, — шепчет она и осторожно прикладывает ягоды к моей щеке.    Я болезненно вздохнул сквозь стиснутые зубы. Мари успокаивающе положила свою руку поверх моей. Мы переглянулись. Она промолчала, а после виновато начала: — Слушай, ты прости за эту ситуацию, — она сделала паузу. — Этот парень с первого моего рабочего дня клеиться начал…Кажется, не сильно обрадовался, когда я выбрала знакомство с тобой. — Она смутилась и отвела взгляд, мягко улыбнувшись.    Получается, только мне она сказала «да». Ну, если думать логически. Я гордо улыбнулся. Было приятно это осознавать. — Да всё в порядке, — соврал я, пытаясь игнорировать боль на левой стороне нижней челюсти. Нужно было как-то поменять тему, чтобы не зацикливаться на той драке: — Не хочешь сходить в кино на новый ужастик через три дня? — внезапно предложил я, даже не обдумав эту идею.    Кошмар, Адриан, ну не так же.    Маринетт замолчала, явно удивлённая этому предложению. Она протянула руку букву «А» и поджала губы. Я её смутил. Я извинился и нервно посмеялся. Её рука сжала мою, согревая мою холодную кожу. — Ну, можно, а во сколько? У меня смена дневная просто… — она не пальцах начала считать, кажется, график работы.    Почти второе «да». Осталось надеяться на удачу. — Ужастики в основном вечером показывают, поэтому часов в восемь-половину девятого. Будешь свободна?    Я ещё никогда так не надеялся, как сейчас. — Да, я в семь освобождаюсь. Думаю, успею. Живу недалеко. — она улыбнулась. — Болит ещё? — Хм? — я не сразу понял о чем она. — А. Да нет, лучше, можешь убирать. Лицо мне обморозишь. — и снова я соврал ей.    Маринетт посмеялась, но всё же убрала замороженные ягоды от моего лица и отнесла их обратно в морозильник.    Между нами повисла неловкая пауза, – всё таки по переписке общаться было куда проще. Но за то время, что мы смотрели друг на друга, я смог получше разглядеть все черты её лица: ямочки на щеках, когда улыбается, пухлые губы, накрашенные в данный момент вишнёвым оттенком, узкие глаза с прекрасным цветом радужки, – не устану об это напоминать.    Внезапно наши гляделки нарушил звук открывающейся двери. В комнату забегает Нино, одновременно злой и перепуганый. — Пацан, ты живой? — первое, что спросил Нино, схватив моё лицо руками.    Я невольно зашипел от боли. Друг ойкнул и извинился, начиная осматривать мою голову вплоть до зубов во рту под предлогом «ну а вдруг выпали, а ты и не увидел». К его счастью, все зубы оказались на месте. — Что с тем парнем? — нехотя спросила Мари, подняв взор с меня на Нино. — Отделались штрафом и выгнали из бара, — сказал Нино, облокотившись на столешницу. — После он полез на ещё каких-то парней, мужики хотели ментов вызвать, но их отговорили. Оказалось, этот пацан был пьян, но это не удивительно, и уже не первый раз у нас взбучку устраивает. — Беда, — выдохнула Маринетт, постукивая пальцами по своему бедру.. — Дюпен-чен, Лейф, живо сюда! — крикнул строгий мужской голос. — Да ну ты издеваешься! — буркнул Нино, направившись к выходу из кухни.    Мы с Маринетт направились за ним, расцепляя руки. — Я пойду, наверное, — пожал плечами я, виновато глянув на Маринетт и Нино. — А, хорошо, — она кивнула. — Я напишу, когда освобожусь.    Остаток вечера я провел за домашкой по рисунку. Очередной портрет с множеством деталей. В общем, ещё один худший час в моей жизни. Время от времени я проверял телефон на наличие новых сообщений. Пусто. А время уже половина одиннадцатого. Я выдохнул и потянулся за кружкой чая, делая большой глоток.    Доделывая последний штрих, я убрал карандаш на место и откинулся на спинку стула. Спина чертовски затекла. Я протяжно промычал и потянулся.    Так и не дождавшись сообщения, я лёг спать. Уснул на удивление быстро и без всяких странных мыслей.    В 8:15 утра меня разбудил звонок. К слову, я забыл, что сегодня понедельник. Недовольно промычав, я протёр одной рукой глаза, а второй потянулся за телефон. Звонил Натаниэль, – мой одногруппник, один из любимчиков преподов. Я нехотя ответил на звонок и, зевая, спросил: — Что не так, Нат?    Время восемь утра, люди спят, а мне звонят по непонятной причине. — Мистер Браун спрашивает, где ты. Пара началась шестнадцать минут назад. Собираешься приходить? — по его голосу было слышно, что он раздражен, что я не пришёл. — А… А-а… — опомнился я. Я потёр больную щеку и подумал пару секунд. — Скажи, что меня не будет и у меня температура, — для реалистичности я изобразил кашель. — Опять в баре был? Выкладывай, пацан, — уже тише спросил Нат, но все так же раздражённо. — Да-да, неприятная ситуация произошла, – я решил признаться, так как был уверен, что Нат меня не сдаст. — Прикрой, пожалуйста. — Ладно-ладно, так и быть. Но завтра чтобы пришёл. — пригрозил он. — Я твой должник, Нат.    Отключив звонок, первое, что меня привлекло – сообщение от Маринетт, отправленное совсем недавно.    Мари: Привет! Ну как ты?    Мари: У меня выходной сегодня, не против прогуляться? Конечно же, после твоей учёбы.    Я не разу обратил внимание на то, что вовсе перестал дышать и пристально смотрел на эти два сообщения. Я заволновался, как будто впервые начиная диалог с ней. Я почувствовал, как пульс участился, а сердце забилось быстрее. Да что со мной такое? Эта женщина скоро сведёт меня в могилу.    Около минуты, – а может и двух, – я размышлял насчёт того, что ответить. Даже вспомнил нашу разницу в возрасте и засомневался. Через ещё минуту я всё же написал ответ:    Вы: Привет. Да всё в порядке, жить буду.    Я отправил сообщение и принялся печатать дальше. В этом время она зашла в сеть и прочитала.    Вы: Я сегодня прогуливаю. Погулять не против, но до вечера ждать долго, а в +25° днём я сгорю нахрен.    Вы: Можешь прийти ко мне, чтобы скрасить мои унылые дни и скуку.    Над этим сообщением я задумался только после отправки. Что за пургу я сморозил? Сейчас подумает, что моё поколение сумасшедшее.    Мари: Окей, без проблем. Жди через 2 часа.    Я удивился, что она так легко согласилась. Я посмотрел на время. 8:21. Получается, ждать гостей мне примерно в десять-половине одиннадцатого утра. Ладно, я не против.    Вы: Стоп, погоди. Ты знаешь мой адрес?    Осознав это, я встал в ступор. Я же ей не говорил. Неужели Нино скоро ей всю мою биографию расскажет вплоть до первых предков?    Мари: Девушки и не на такое способны ;)    Я уже начал писать ей предположение о Нино, но она меня опередила.    Мари: И да, Нино тут ни при чём, милый. «О как» — подумал я, обратив внимание на милое прозвище.    Окончательно договорившись с ней о времени, я отложил телефон и пошёл на кухню готовить завтрак.    Ближайшие два часа прошли незаметно за работой за ноутбуком. На часах было одиннадцать утра. Чтобы не уснуть, – хотя я и так выспался, – я допивал уже третью кружку кофе. На фоне по телевизору шли очередные скучные новости, прогноз погоды и много рекламы.    Через некоторое время я услышал стук в дверь. От неожиданности я вздрогнул. Сразу догадавшись, кто пришёл, я вскочил со стула. Я прерывисто выдохнул, поправил футболку и длинные волосы, собранные в хвост, и почувствовал, как к щекам прилилась кровь. Немного потупив, я только через минуту открыл дверь. Сверху вниз я посмотрел на девушку, – ой, то есть, на взрослую женщину, – отмечаю её вид: чёрную футболку с логотипом Psychonaut 4, чёрные джинсовые шорты по колено, а шикарные волосы были собраны в пучок. Думаю, первым делом мне нужно было сказать ей комплимент, но я случайно выдал другое: — Не думал, что Вы любите DSBM. — я усмехнулся, забавляясь тем, что мы стояли друг перед другом в одинаковых футболках, даже с одним альбомом "Beautyfall". — А я вижу ты тоже с изюминкой, — она ухмыльнулась, а после прошла в прихожую. — Ну какое "Вы", Адриан? Не будь как маленький.    Мы посмеялись, после чего я закрыл дверь и пошёл за ней в зал. Я сразу обратил внимание, как она подошла к шкафу, где на полках стояли фотографии в рамках, виниловые пластинки метал групп, несколько плакатов с теми же группами, ну и различные фигурки, которые мне на всякие праздники дарит Нино. Маринетт с удовольствием рассматривала фотографии: одни были с концертов, вторые – вместе с Нино, третьи – с компанией готов, где я состоял год назад. Что сейчас с компанией, я не знаю. — А я думала у тебя в квартире один мрак да срам, — сменила она тему, подходя к книжному стеллажу. — Бред, — я последовал за ней. — Ни черепов? — не-а. — Ни книг с призвание сатаны? — Ты за кого меня держишь? — Ни гробов? — Я тебе что, вампир, гробы хранить? — А вдруг? — Она засмеялась скрестив руки на груди.    Её выбор вещей меня насторожил. Она так спокойно спрашивала об этом, будто у неё самой это всё, вплоть до гроба, хранилось.    Маринетт поочерёдно доставала книги из стопок, рассматривая обложки и читая аннотацию. Кажется, она заприметила себе несколько книг. — Ты читал «Дитя Дракулы»? — спросила Мари, открыв случайную страницу и прочитав несколько строчек. — Хотелось, но руки никак не доходят. А так книгу Нино подарил. — ответил я.    На той же полке у меня хранилось несколько готических романов и книг о вампирах, к примеру, «Дракула» Брэма Стокера, «Кармилла» Джозефа Ле Фаню и «Империя вампиров» Джея Кристоффа.    Гулять мы так и не пошли, а остались у меня в квартире на оставшийся день. Болтали мы о всяком, начиная о фильмах, заканчивая оскорблениями её бывшего. Оказывается, наглее парня, чем он, я ещё не встречал. На часах было около семи вечера, и мы посмотрели уже половину второго по счёту ужастика, которые выбирала она же.    Пока Маринетт отошла в другую комнату, я поставил фильм на паузу и взял свой телефон в руки.    Вы: Нино, я скоро с ума сойду.    Ответ пришёл почти сразу.    Нино: Надеюсь, это срочно, потому что иначе меня начальник прибьет.    Вы: Клянусь тебе, я женюсь на ней.    Нино: На Марьке что-ли? А она для тебя не старовата?    Вы: Ни капельки, не переживай.    Нино: Погоди, ты сейчас с ней?    Вы: Ага) Она у меня с 11 утра сидит.    Нино: Совет вам да любовь. Благословляю вас. Поздравляю со всем, чем можно. Я пошёл, меня зовут.    Я посмеялся с его последнего сообщения. Нино вышел из сети. Кажется, у него снова какой-то кошмар на работе. Покопавшись ещё немного в телефоне, я отложил его, и в ту же секунду возвращается Мари. Она легла рядом слева от меня, положив свою голову мне на плечо. Наверное, для удобства. К моим щекам снова прильнула кровь, но я пытался не показывать этого. Она точно почувствовала, как моё сердце забилось сильнее. Мы продолжили смотреть фильм, но краем глаза я заметил, как она смотрит на меня с озорной улыбкой. — Ты покраснел. Снова.    Всё таки заметила. И как, чёрт её подери, она увидела это в темной комнате? — А ты слишком пристально смотришь на меня… — громко прошептал я, повернув голову в ее сторону.    Между нашими лицами оказалось всего несколько дюймов. Я чуть расширил глаза и отодвинул лицо назад. Она посмеялась моей застенчивости. — Чего отодвинулся? Боишься, что укушу? — Маринетт ухмыльнулась шире, настойчиво придвинувшись обратно. — Мари… — запнулся я, не зная, что говорить.    Сердце отбивало бешеный ритм, пока я пытался привести мысли в порядок. — Мне прекратить? — А ты и не начинала, — прошептал я.    Не знаю, жалею-ли я или наоборот радуюсь, что сказал это, но она приблизилась ещё ближе. Я замер. Мои глаза расширились, взгляд начал блуждать между ее прекрасными глазами и пухлыми губами, расплывшиеся в озорной улыбке. Я не заметил, как задержал дыхание. — Маринетт… — Выдохнул я, зажмурив глаза. — Тише, я не кусаюсь… — совсем тихо шепчет Мари, приоткрыв губы. — Не шевелись.    Она легонько коснулась своими губами моих, смотря на мою реакцию. Я расслабился и прерывисто выдохнул, чуть приоткрыв глаза, чтобы посмотреть на неё. Через секунду она прильнула сильнее, но всё с той же неуверенностью. Мы переглянулись и одновременно усмехнулись общей смущённостью. Я заметил, как её щеки покраснели.    Она тихонько смяла мои губы, уже увереннее положив свои руки мне на плечи. Она развернулась ко мне, усевшись удобнее. Я ответил через пару секунд, Мари вскоре стала более уверенной, из-за чего я забылся. Я тихо выдохнул её имя ей в губы, протянув руку на ее талию. Она явно была довольна этими действиями, её движения губ стали сильнее.    Робко я притянул ее ближе, она не сопротивлялась. Фильм остался ненужным шумом на фоне. Я потдался её уверенности. Я слишком грубо смял губами ее губы, обхватив ладонью ее лицо и приблизив к своему. Я медленно провел пальцами по ее спине, ощутил изгиб её поясницы, положил руку на её бедро. Хотя я и собирался всего лишь подразнить её, в итоге увлекся сам. Маринетт прижалась ко мне всем телом, её бедро скользнуло по моим коленям, когда она села на меня верхом. Одна ее рука поднялась, чтобы обхватить мою щеку, а другая запуталась в волосах, притягивая меня ближе, словно ей все не хватало.    По мере того, как наши поцелуи становились всё более интенсивными, руки Маринетт начала блуждать по моему телу, настойчиво исследуя его. Её рука скользнула с щеки вниз по моей груди, прежде чем скользнуть под подол футболки, очерчивая рельефные линии торса. Я вздрогнул от её прикосновения, тихий стон был приглушен поцелуем. Тёплая рука скользнула выше, поднимая за собой футболку и оголяя половину моего тела. Я почувствовал, как ее губы растянулись в улыбке. Слегка царапая ногтями моё тело сверху вниз, её рука опустилась ниже, чтобы подразнить пояс моих шорт.    Я прервал поцелуй, посмотрев ей в глаза. — Мари… – я сделал голубой вдох, чуть отстраняясь. — Ты же понимаешь, что я… Ну… Слишком мелкий для тебя? — Хочешь сказать, что я старуха с пенсией? — А! Что! Нет! — заявил я, положив свои руки ей на щеки. Я прижался лбом к ее лбу. — Просто… Не будь ты на семь лет старше, я бы… — А ты представь, что я твоя ровесница, — перебила она меня, приложив свой палец к моим губам. — Пожалуйста, забудь о возрасте.    Она снова наклонилась, нежно прижавшись своими губами к моим.