Смог

      Юра, так и не разгадав, как разобрать этот несчастный диван, просто свернулся в клубочек и устроился так, как позволяло место. Теперь остаётся либо ждать Илью, который скажет, наконец, что с этим делать, либо засыпать в позе креветки и просыпаться с больной спиной. Второй вариант казался более реальным, ибо, зная Тихонова, он мог тренироваться до тех пор, пока что-нибудь не откажет, а Юра действительно устал за весь день.       Впадая в лёгкую дрёму, не сразу слышит, как открывается входная дверь. Подниматься слишком лень, поэтому он принимает решение просто оставаться на месте, уже чувствуя, как начинает ныть спина. Ничего страшного не случится, если он просто ещё немного полежит.       Думает он так до тех пор, пока через полуприкрытые веки не замечает Илью. Взгляд сначала цепляется за стёртые колени и покрасневшие костяшки пальцев, а стоит Юре поднять глаза и в целом подняться самому, приняв уже сидячее положение, обнаруживает разбитую губу, огромный красный след на одной щеке и пару ссадин на другой.       — Вадима встретил. — Предвидев чужой вопрос, он вдруг разрезает тишину, а после садится где-то рядом. «Ему сегодня лишь бы подраться?», — думает Юра и поднимается с дивана, немного осматриваясь. — Чего он тут забыл вообще... — Вопрос скорее риторический.       — Антисептик есть?       — Да ну, забей. С кем не бывает. — Кажется, ему реально всё равно.       — С нормальными людьми не бывает, придурок. — Юра отступать не собирается. Илья, смиренно выдохнув, кивает в сторону тумбочки, в которой Юра находит нужную жидкость, а рядом — ёмкость с ватой, после чего удаляется, но быстро возвращается с жестяной банкой газировки из холодильника, которую кидает Илье точно в руки. — Приложи к губе пока.       Все действия проводятся под чётким взором карих глаз, но Юру это не напрягает. Встав на колени, дабы сравняться с чужими, он смачивает кусок ваты и, положив свободную руку на слегка подрагивающее бедро в качестве опоры, вдруг снова поднимает взгляд.       — Что случилось-то? — Спрашивает, чтобы не сидеть в тишине, и замечает ещё и непривычно растрёпанные волосы. После чего касается коленки ватой и слышит сверху неспокойный вдох через зубы. — Потерпи немного.       — Ничего особенного. — Очень неловко было смотреть на Юру с такого ракурса, поэтому Илья отводит глаза куда-то вбок, машинально потирая шею. — Слово за слово, вот и сцепились...       — Что у вас за слова там такие? — Не отрывается от дела и слегка усмехается.       — Да это он странный какой-то. Начал что-то про тебя спрашивать, потом грубить. А я ответил. — Ловит пристальный взгляд на себе. — Распускать руки не я начал.       — А с ногами что?       — Упал и проехался по асфальту, пока вырывался. — Говорит непринуждённо, параллельно перебирая пальцы.       — Вырывался? — Снова поднимает глаза на него, изгибая бровь в вопросе.       — А ты думал, чего у меня волосы в таком состоянии? — Смешок. — Ему тоже досталось. Догнать бы не смог. — «Надеюсь, не убил, а то вдруг меня ещё в соучастники впишут...», — проносится в голове у Юры, но вслух он издаёт лишь еле слышный хмык.       Следующие несколько минут проходят в абсолютной тишине, которая лишь изредка разбавляется шипением Ильи. С коленями было покончено к моменту, как губа перестала ныть, а банка была куда-то отставлена. Юра поднимается с пола и садится рядом с Ильёй, принимаясь осматривать рот. Делает он это с незнакомой нежностью, аккуратно касаясь губ пальцами и находясь в непосредственной близости к ним. Слишком неловко.       После протягивает уже смоченную ватку Илье и он, понимая намёк, прикладывает её к губе, чуть выдыхая и покусывая её изнутри, пока Юра переходит к щеке.       — Не знал, что вы с Вадимом встречались. — Стараясь прервать молчание, он подаёт голос. И готов поклясться, что почувствовал, как Юра вдруг нервно вдохнул и на секунду замер, остановившись. — Он всё рассказал, когда я спросил, зачем ты ему и для чего он тебя ищет.       — И вы после этого подрались? — Спрашивает, стараясь сохранить безразличие в голосе. Он понимал, что когда-нибудь это вскроется, но не таким же образом.       — Нет. — Чуть приподнимает голову, смотря куда-то в окно, и глубоко вздыхает. — После этого он почему-то решил, что я начну тебя поливать говном. А когда я сказал, что мне абсолютно всё равно, начал и другие твои секретики вываливать. — Отчего-то сейчас захотелось пересечься взглядами. — Я не слушал, не волнуйся. — В голубых глазах что-то вспыхнуло. Благодарность? Возможно.       — А дальше что? — Кажется, оба уже забыли, чем они тут изначально занимались. Юра до сих пор держался за чужое плечо, которое служило опорой пару минут назад, а Илья не обращал внимания. Либо просто не сопротивлялся.       — А дальше он начал возникать, что никто не сможет полюбить тебя так же, как полюбил он, и всё в этом духе. — Усмехается, слегка обнажая зубы и смотря куда-то вбок. — Я думал, такие сумасшедшие бывшие только в чужих рассказах бывают.       — А ты ему что? — Серьёзно, Юра сейчас чувствовал себя подружкой-сплетницей с этими «а он чё», «а ты чё», «а она чё».       — А я сказал, что я смогу.       В воздухе повисло напряжение. Илья только-только понял, что сказал и почему после этого Вадим так разозлился, а Юра несколько раз глупо поморгал, думая, что не до конца проснулся. Усугубило ситуацию, наверное, то, что обоим сейчас опять захотелось почему-то посмотреть друг другу в глаза.       За всё проведённое время вместе Юра знал каждый взгляд Ильи и этот тоже был ему знаком. Он так же смотрит на Рому, когда тот в очередной раз печётся о его самочувствии, или на команду после выигрыша. Но сейчас это ощущается несколько иначе.       — И как? — Нервно сглатывает, пытаясь сохранить привычное выражение лица, но понимает, что не получается, когда видит хитрый прищур и приподнятые уголки губ на чужом лице.       — И я смог.       Вдруг Илью загребают в объятия, на которые он без раздумий отвечает. Юра, зарываясь носом в чужую шею, начинает глубоко дышать в попытках восстановить сердечный ритм, а Илья аккуратно поглаживает русые волосы, на удивление, находясь в полнейшем спокойствии.       — Кстати, после этой фразы Вадим мне и втащил. Считай, подрались за тебя. — Прыснув от смеха, он чувствует лёгкий удар по спине.       — Ты придурок, ты знал?       — Догадывался. — Отвечает и выскальзывает из объятий, прежде чем оставить лёгкий чмок на чужих губах.