Сосед

Прошло два дня, которые я провела за разбором вещей с перерывами на работу. Когда мысли возвращались к привлекательному соседу, то меня начинали одолевать неловкость и растерянность. Большая редкость, чтобы парень младше, да еще и с такой внешностью обращал внимание на… таких, как я. В моем окружении не было ни одно примера, поэтому я не знала, как поступить при следующей встрече. То ли он тактично дал мне время, то ли так совпало, но только на третий день мы столкнулись у подъезда. Последнее, что я пообещала себе перед тем, как увидеть его взмокшим после пробежки, с растрепанными от ветра волосами, потеками пота на воротнике и блестящим от этого же пота: «Просто принимай все, как есть». Поэтому, когда он спросил не нужна ли мне помощь, я кивнула: - Мне нужно починить дверцу шкафа. Во время переезда он упал, и дверь перекосило. Теперь не закрывается. Наверное, это был отблеск от вечернего фонаря, но мне показалось, что в его глазах вспыхнул огонек: - Могу зайти с инструментами и взглянуть. Примерно через полчаса он явился с небольшим чемоданчиком. Пройдя по коридору мимо кухни, Кристофер повел носом: - Готовишь? - Рамен варю. - Обожаю рамен, - хмыкнул он, проходя дальше за мной в спальню. – Вот это кровать! Кажется, я покраснела от такого странного комплемента. - Вот тут, - я показала на шкаф, который стал причиной его визита. – Скоро вернусь. Я проскользнула в пространство между грудью парня и дверным косяком и вернулась к плите. Через пару минут я услышала звук жужжания шуруповерта. Да у него там целый арсенал! Рамен был готов, я посмотрела на две упаковки в мусорном ведре и примяла их пятерней, словно прятала следы преступления. Заглянув в спальню, первое что я увидела, это огромные вены на руке, которой он прижимал дверцу, фиксируя в нужном положении. Сглотнув вязкую слюну, которая сама собой образовалась во рту, я спросила: - Так ты будешь рамен? Кристофер перевел на меня взгляд и кивнул: - Скоро закончу. Тут все просто. Я уже хотела вернуться на кухню и разложить еду по тарелкам, но меня окликнули: - Можешь придержать тут? Я подошла и взялась за место, на которое кивнул парень. - Я сейчас приподниму и прижму, так и держи, а я быстро вкручу болт, - проинструктировал он. В мозгу пробежала шальная мысль: «Вот бы ты болт в меня вкрутил». Она прошмыгнула, как таракан под светом, оставляя невидимый, но какой-то грязный след. И все бы ничего. Я бы смирилась со своей испорченной реакцией на эту безобидную фразу, но парень подошел со спины, накрыл мои руки своими ладонями и, прижавшись плотнее, чем того требовала ситуация, выдохнул в затылок: - Вот так, ты – умница. Все делаешь правильно. Я застыла, представляя эту фразу в контексте совершенно другого мероприятия. Это не парень, а какой-то афродизиак. Что со мной происходит? Он отпрянул, а меня продолжало обдавать каким-то фантомным жаром от близости его тела. Кристофер подхватил шуруповерт и прикрутил дверь. - Можешь отпустить, - разрешил парень. Я разжала пальцы и, опустив глаза в пол, вышла на кухню. Испытывая неловкость от своих пошлых мыслей, я несколько раз вдохнула и выдохнула, прежде чем разложить рамен по тарелкам. Потом взяла кастрюлю и повернулась к раковине, чтобы чем-то себя занять, пока он не придет. Я одновременно жалела, что иду на этот контакт, но в то же время радовалась, как ненормальный мотылек, который летел в костер. Его рука легла на поясницу, а потом он и сам встал рядом, легонько прижимаясь с боку. - Нужна помощь? – почти ласково спросил он. Я вылила воду из кастрюли, не отстраняясь, закрыла кран, подхватила полотенце, промокнула влагу с посуды и поставила её на сушилку. - Тут я сама, - последовал мой ответ. – Давай есть. - Пахнет вкусно. - Это обычный рамен. - Не, - он покачал головой и приблизился носом к моему виску. – Рядом с тобой пахнет вкуснее всего. Я сделала последний глубокий вдох и медленно повернула голову. Пару секунд мы смотрели друг другу в глаза, а потом он накрыл мои щеки своими ладонями и притянул для поцелуя. Инстинктивно зажмурившись, я бросилась в эту пропасть. Как любому летящему в неизвестность человек, мне хотелось схватиться за соломинку, поэтому я сжала его бока. Первое ощущение – мягкое тепло его губ. Второе ощущение – легкое давление рук, не позволяющее отстраниться. Третье ощущение – наслаждение от неспешности. Он целовал неторопливо, но крепко. Был занят только моими губами. Четвертое ощущение – слабость в ногах. Пятое ощущение – его руки подхватили меня за талию и прижали крепче, заключая в кольцо. Шестое ощущение – его язык аккуратно раздвинул мои губы и коснулся кончиком моего. Седьмое ощущение – его твердая талия под моими пальцами. Восьмое ощущение – недостаток кислорода, потому что я напрочь забыла о том, как дышать. Словно ощущая то же самое, он медленно остановился, отстранившись. Я судорожно вздохнула, не решаясь открыть глаза. - Эй, - позвал он, вернув одну руку на мою щеку и погладив её большим пальцем. Только тогда я разомкнула ресницы. Он смотрел так, словно заглядывал в самую душу. – Ты хорошо целуешься. - Ты тоже, - отозвалась я. - Повторим? Я едва заметно кивнула, но он уловил. Вновь поцеловал, так же крепко и снова отстранился в идеальный момент. - Мы поесть собирались, - напомнил он. - Ой, - я быстро-быстро заморгала, возвращаясь в реальность, где остывала обещанная еда. Он хохотнул и разжал руки, чтобы я сама могла восстановить равновесие и встать на ноги увереннее. Мы сели за стол, взяли палочки и переглянулись, а после рассмеялись. - Приятного аппетита, - сказал он, цепляя лапшу. - Да, - согласилась я. Но горло сжалось, будто бы запоздавшая истерика прорывалась наружу. – Извини. Я быстро поднялась и выскочила с кухни. В несколько шагов я оказалась в ванной, где закрыла дверь и включила холодную воду. Движения быстрые, резкие, несдержанные. Совсем не такие, какие были его движения во время наших поцелуев. Мне потребовалось несколько минут холодных компрессов на лоб и горящие щеки, прежде чем нашлись силы вернуться. Когда я вошла, то его тарелка стояла на месте, но парня в квартире не было.