Вкус твоих чувств

- Господин Ризли, я глубоко уважаю и поощряю ваше решение. Так что рассчитываю на дальнейшее продолжение сотрудничества и, если вам станет что-нибудь нужно или известно – вы знаете через кого со мной связаться. Получение гидро гнозиса определённо является одной из моих целей прибытия в Фонтейн, но всё же это второстепенное по важности задание. Я надеюсь теперь, как отец, вы лучше понимаете искренность моих мотивов. Завершив длительный обмен информацией, госпожа Арлекино намекнула герцогу на маленькие наклеечки малышек мелюзин, незаметно украшающих его одежду. Ризли действительно очень любит и заботится о них так, как если бы они были его собственными детьми. И если он будет знать, что малышкам угрожает опасность, то их защита становится первостепенной задачей. Предвестник, как и обещала, не стала давить на него и выпытывать информацию о том, каким именно образом пророчество хоть и не отменено, но всё же отложено на неопределённый срок. У них есть драгоценное время, чтобы разобраться с этой проблемой и это сейчас самое важное. Разойдясь друг с другом на положительной ноте, Ризли принялся распределять в график свои планы. Перед ним сейчас стоит множество задач. Нужно помочь мелюзинам восстановить механических псов и увеличить их количество на острове – но с этим малышки могут справиться самостоятельно. Мелюзины очень умные и способные девочки. Далее - распределить ресурсы крепости и направить их в нужное русло, а также разобраться с мелкими нарушителями – это лично его задачи как управляющего крепости. В рамках их с Арлекино договора, нужно проследить чтобы засланные дети из «дома очага» не пострадали – в этом ему сможет помочь Сиджвин, обладающая особым зрением как мелюзина, и её фан-клуб, состоящий из накаченных бойцов панкратиона. Они могут беспрепятственно следить за детьми и не позволят оказаться в зоне повышенной опасности, на случай если вдруг концентрация первозданной воды вокруг крепости превысит нормальное значение. Жизнь, как на суше, так и в крепости, кипит своим чередом - в городе также проводятся суды и спектакли, а печать, созданная Нёвиллетом на шлюзе, беспрекословно сохраняет свою стойкость. За всё время, прибор на панели не сдвинулся ни на миллиметр. Однако, местонахождение гидро гнозиса всё ещё никому не известно, а когда неизбежная катастрофа накроет жителей кур-де-Фонтейн – вопрос времени. Немного утешало то, что благодаря упорной работе множества мелюзин строительство корабля продвигается достаточно быстро и уже практически на пороге своего завершения – у человечества есть небольшая надежда на спасение. Жучок, который был прикреплен к путешественнику, очевидно, уничтожен, а судьба двух изгнанных с острова героев неизвестна, о них умалчивают даже местные газеты. Жуки, прикреплённые к коробкам охотников на сокровища, недавно подали сигнал о вернувшихся в лагерь людях. Щедро заплатив парочке доверенных рабочих лиц, он отправил их на поверхность, чтобы они без лишних вопросов привели к нему людей из лагеря в крепость. В целом, нынешнее положение дел было подобно затишью перед бурей. Недавно прибывший заключённый, суд над которым смогли воочию наблюдать Ризли и Нёвиллет, в последнее время привлекает к себе слишком много внимания своей на первый взгляд невинной просьбой – позволить тому самому щенку по имени «Фурина» жить с ним здесь, в подводной крепости. Очень многие жители крепости прониклись его историей и поддержали эту идею. Люди стали заваливать стол герцога своими прошениями, петициями и обещаниями «ответственно следить за благополучием животного, изолированного от солнечного света, и предоставить ему комфортные условия для проживания с последующим уходом за ним. В том числе самостоятельной утилизацией результатов его естественных потребностей и поддержанием чистоты в крепости». Утомлённый и без того тяжёлыми рабочими буднями Ризли, казалось, заживо погребён в эти бумаги. Из этой унылой волокиты его вытаскивает знакомый голос за спиной, на который он моментально реагирует воодушевлением. Голос прекрасного гидро существа, по которому он невероятно соскучился за эти несколько дней, пролетевших как мгновенье. Голос, порой бывающий таким строгим и таким страстным, что ненавязчиво погружает слушателя в жаркие воспоминания. Сейчас этот голос немного тихий, с лёгкими нотками неуверенности. - Мои извинения, Ризли, я не отвлекаю вас от работы? - Нёвиллет… Герцог поспешно покидает засиженное рабочее кресло и приветствует свою обожаемую и желанную отдушину. Имитация одежды гидросущества, как всегда, радует глаз и подчёркивает его идеальные формы тела. Струящаяся белая блуза под тёмно-синим подобием жакета, покрытым замысловатыми узорами и плавно перетекающем в сложенные за спиной полупрозрачные плавнички. Соблазнительные формы длинных ног, прикрытых подобием высоких сапог. И, разумеется, пышный воротник, украшенный тем самым камнем неизвестного предназначения, который стал излучать свечение при приближении своего брата-близнеца, гордо украшающего нагрудный значок герцога. - Ах, Ваша Светлость… Томный вздох от лёгких объятий, роговидные отростки на голове слегка засветились, когтистые руки легли на широкую спину, ровное дыхание щекочет шею и плечо. Ризли с блаженством вдыхает аромат с белых шеи и волос приятеля. Это потрясающий морской запах, крепко оседающий в лёгких и действующий подобно афродизиаку. Немного отстранившись, воодушевлённый герцог жестами приглашает своего дорогого гостя переместиться на мягкий диван. - Я пока заварю нам чаю. Проходи, присаживайся, рассказывай с чем ты сегодня ко мне пожаловал. Нёвиллет послушно размещается за длинным столом с кучей книг и небольшим чайным сервизом. Он молча и задумчиво наблюдает за ловкими движениями хозяина крепости, словно пытаясь подобрать слова. Вода в чайник налита, пиро плита зажжена и остаётся только немного подождать пока угощение не заварится. Ризли подсаживается на диван рядом к гостю и внимательно его слушает. - Понимаешь, Ризли, я плохо разбираюсь в этих странных чувствах и поэтому много лет наблюдаю за людьми, за их эмоциями и реакциями. Какие-то даются легко, какие-то не очень, но есть одно чувство, по сей день не дающее мне покоя. Раньше я никогда сам его не испытывал и мог чувствовать лишь его фантомные отголоски глубоко в сердцах других людей. Когда Вотрен повзрослел и принялся уделять мне больше внимания, от него стало исходить это чувство сильнее, чем от других людей. А ты…в тебе я вижу это ярче всего. То, как я могу ощутить это на себе, то, как твое тело странно реагирует на меня, и…ты — всё это с нашей самой первой встречи и по сей день. Это притягивает меня, заполняет все мои мысли, пробуждает желать чего-то необычного и непонятного. А в тот день, когда я выкачивал из твоего тела лишнюю воду, я это хорошо почувствовал и реакция была намного ощутимее и ярче. - Вот как, и что же именно ты тогда почувствовал? Сможешь описать? - Это чувство, когда в груди всё пылает и колотится, словно обжигающий пиро цветок, пульсирующий и распространяющий жар по телу. Ещё возникает такое необычное щекочущее чувство в животе, словно в кожу изнутри пускает корни прекрасный ромарин и источает лопающиеся пузырьки, приятно скручивая живот. В общем, оно похоже на… кхм, желание уединиться, только гораздо сильнее и приятнее. - То, что ты описал, очень похоже на влюблённость. Сильная тяга друг к другу и вожделение — это то, что испытывают люди, когда сильно влюблены. - Любовь? Не понимаю. Я определённо люблю мелюзин, но не ощущаю такого, с ними. Я чувствую себя невероятно счастливым, когда смотрю на них или слушаю их разговоры, когда уверен, что с ними всё в порядке. Если счастливы малышки, то счастлив и я. Разве это не есть любовь? - Да. То, что ты чувствуешь к мелюзинам, это действительно любовь. Но она платоническая – братская\сестринская, любовь родителя к своему чаду. В такой любви нет места животной похоти, только искреннее желание заботиться и оберегать от опасности, стремление обеспечить всем необходимым и облегчить прохождение жизненного пути. Я испытываю к ним тоже самое. - Любовь родителя к ребёнку, вот как. В этом есть смысл. Значит, подобно слезам, у любви тоже есть несколько разновидностей. - Да, любовь у каждого человека воспринимается по-своему. Для меня, например, любовь — это в первую очередь взаимное доверие и уважение. Это поиск способов встретиться и находить время, даже если очень занят. Это находиться в толпе и искать среди чужих лиц одно единственное, желанное. Это страх, что случится что-то страшное, и желание защитить от всех невзгод. Это бесконечное обожание и благоговение. А также, это потеря сна из-за возникающих вожделенных желаний. Это сгорать от страсти, мечтать прикоснуться и утопать в неземном блаженстве. В общем, это чувство, когда хочется отдать всего себя, не требуя ничего взамен. Любовь окрыляет и это просто волшебство. - Значит, человеческая любовь - это платоническая забота, переплетаемая с тактильным вожделением. Желание разделить уединение без цели размножения. - Можно и так сказать. Страсть — это желание физического сближения с тем, кого любишь. Страсть без любви — это обычная похоть. - Кажется, я начинаю лучше понимать. Спасибо что всё это объяснил, Ризли. Серебряные брови визави хмуро опустились, взгляд ушёл в сторону, а перламутровые коготки частично прикрыли собой губы и подбородок. Задумчивый вид Нёвиллета умиляет герцога. Он радуется, что прекрасное существо искренне пытается понять и постичь незнакомые для него аспекты человеческой жизни. Стать наставником в этом нелёгком деле – настоящая честь для Ризли, и он готов сделать всё что в его силах, чтобы помочь непросвещённой душе обуздать этот мир прекрасных чувств. Заодно это позволит ему удовлетворить его собственное терзаемое любопытство – есть ли у этих чувств хоть капля взаимности к нему самому. - Нёви, то, что ты в тот день ярко почувствовал, это были только мои чувства или может быть и твои собственные? - Хм... К сожалению, я не могу дать тебе точного ответа на этот вопрос. Я сам себе тогда его задал и последние несколько дней провёл в раздумьях над этим. Поэтому я пришёл к тебе. Полагаю, что именно с тобой я смогу наконец найти ответы на свои вопросы. - В таком случае, можем узнать это прямо сейчас. - Как? В глубоких океанах фиолетовых глаз собеседника засверкал огонь заинтересованности. Герцог бережно обхватил чужие ладони своими и серьёзно взглянул в заострённые вертикальные зрачки, подобные полумесяцам, зеркально отражающимся на водной глади. - Нёвиллет, скажи, ты доверяешь мне? - Ты сделал достаточно для меня и мелюзин, чтобы заслужить наше доверие. Мой ответ – да, я тебе доверяю. - Тогда отключи все свои рецепторы. Закрой глаза, перестань считывать меня и прислушайся к собственным ощущениям. Позволишь? - Позволяю. Ризли даёт время Нёвиллету сосредоточиться на отключении считывания гидро. Тот послушно прячет свои бесконечные океаны под роскошными ресницами и делает глубокий вдох. Роговидные отростки на голове постепенно потухли и совсем перестали излучать свечение. Тело расслабилось, дыхание выровнялось, а бледное лицо стало выражать умиротворение. - Чувствуешь что-нибудь сейчас? - Немного волнения, кажется… Руки Ризли уверенно опускаются к полу-чешуйчатым коленям и Нёвиллет легонько вздрагивает от неожиданного прикосновения. В отличие от прошлого раза, руки беспрепятственно проникают сквозь гидро маскировку, позволяя ощутить подушечками пальцев скрытые рельефы гладких чешуек. Герцог искоса поглядывает на лицо собеседника, следя за его реакциями. - Что ты сейчас чувствуешь? - Что твои руки очень тёплые... Не прерывая тактильного контакта, герцог плавно скользит ладонями вверх по чешуйчатым бедрам снаружи и слегка придавливая большими пальцами по гладкой коже внутри. Останавливаясь сверху, не пересекая границы дозволенного, ладони полностью обхватывают боковую ребристую чешую и мягко массируют. Ласкаемое тело слегка задрожало и вздохнуло, бледные щёки обрели слегка розоватый оттенок. - А сейчас? - Тепло и щекотливо. Ромарины снова расцветают. Уважительно обходя стороной интимные места, руки герцога изучают контраст рельефов на животе и боков талии. Водяное покрытие делает изучаемую поверхность более гладкой и скользкой, облегчая приятное скольжение рук по телу. Когда поглаживающие движения ладоней ощутили под собой мягкие и гибкие чешуйки под плавниками, Ризли замечает, как дыхание объекта обожания стало более глубоким, а лицо чуть более смущённым. Наблюдая за очаровательными эмоциональными изменениями, он приложил немало усилий чтобы подавить собственные желания и не поцеловать прекрасное создание. - Что-то изменилось? - Да, немного. Борясь с появившимся желанием прикоснуться к тонким лучистым плавничкам, Ризли переместил свои руки выше, к груди, слегка сближаясь и надавливая своим телом. Нёвиллет медленно откидывается назад под таким давлением, опираясь на локти о мягкий диван. Герцог нависает над ним сверху и осторожно ощупывает рельефы грудных мышц, частично покрытых маленькими чешуйками. Под правой ладонью отчётливо ощущаются усиливающиеся ритмичные удары сердца. Сердца, чей ритм синхронно бьётся с его собственным. Розоватые уста на румяном лице приоткрылись с тихим томным вздохом и Ризли осмеливается приблизить своё лицо к лежащему под ним Нёвиллету. Настолько близко, что практически прикладывается своим лбом к чужому и едва касается кончиками носов. Так близко, что морской бриз немного сбившегося дыхания стал осязаемо ощущаться приятной прохладой на коже лица. - Что ты сейчас чувствуешь? - Я чувствую себя уязвимым. - Ты хочешь, чтобы я остановился? - Ризли, я хочу, что бы ты продолжил. Ему не нужно повторять это дважды. Одна рука плавно скользит вниз, перебирая пальцами по пройденному пути из ребристых чешуек, снова минуя плавнички, пока не оказывается на притягательных мягких округлостях Нёвиллета. Он игриво дразнит, блуждая этой рукой то ниже, к середине бедра, то обратно на исходную позицию и снова повторяя поглаживающие движения. Вторая рука направилась вверх, к шее. Нёвиллет под ним неосознанно извивается от получаемых пикантных ощущений. Получающая ласку нога податливо сгибается в колене, стремясь приобнять собой тело сверху. Элегантные пальцы рук, удерживающих туловище на сгибе в локтях, сильнее обхватывают мягкую обивку дивана, с характерным звуком царапая её коготками. Раззадоренный страстным моментом, Ризли не может оторвать своего лица от лица Нёвиллета и еле сдерживается, чтобы не наброситься на него здесь и сейчас. Он глубоко дышит и чувствует схожее дыхание своей кожей и телом, когда вздымается грудь от наполнения воздухом лёгких. Его рука перемещается с шеи и мягко обхватывает изгибы скул. Гладкая кожа на лице и контраст ребристых чешуек на бёдрах – ощущения бесподобные. Большой палец плавно оказывается на подбородке, мягко очерчивая его остроту, остальные медленно перемещаются на тёплые порозовевшие от стыда щёки. Губы приоткрываются, словно зазывая снова ощутить невероятный морской вкус. Их голоса дрожат от сбивающегося дыхания и предвкушаемого экстаза. Горячо, страстно, экспансивно. - Нёви… - Мои чувства…я ощущаю их…так ярко… Прерывает поток эмоциональных слов большой палец, скользнувший с подбородка на нижнюю губу. Томный вздох. Ризли медлит, дразнит, невесомыми касаниями очерчивая их контур и окончательно сводя с ума гидросущество, познающего эти эмоции. Серебристые реснички приподнимают веки и открывают перед герцогом глубокие тайны своих океанов. Невероятные хищные глаза, излучающие розово-фиолетовое сияние, одаряют герцога вожделенным взглядом. Взглядом, открывающим душу и обзор на невероятные чувства, которые он в этот момент испытывает. Этот взгляд, дающий ответ на терзающий вопрос и отдающий немой приказ действовать. Довольный полученным результатом, Ризли безумно счастлив удовлетворить их общее желание. Облизываясь от предвкушения, он скользит пальцами по румяной щеке и заводит за голову, погребая их в длинных белых волосах. Серебристые реснички трепещут, снова скрывая под собой горящие страстные океаны. Приоткрытые рты и томные вздохи. Ризли закрывает свои глаза и мягко соединяет их губы. Осторожно и поверхностно, позволяя партнёру привыкнуть к новым ощущениям, смаковать их. Рука на бедре медленно поглаживает чешуйки, даруя своими ласками чувство комфорта. Ризли плавно погружается в это взаимное удовольствие вместе с Нёвиллетом. Неспешно, без резких движений, словно сейчас в его руках самое ценное и хрупкое сокровище, способное рассыпаться от лишнего напора. «Моё сокровище.» Действительно, для Ризли эта бескорыстная душа, эти бёдра, тело, губы, весь Нёвиллет – самая желанная награда за все его старания и труд. Он словно не жил до этого момента, лишь выживал ради него. И вот это сокровище здесь, прямо под ним. Вечно избегающий Нёвиллет сегодня сам пришёл в логово герцога, сам попросил помочь разобраться с его чувствами, сам получает удовольствие от поцелуя с ним. Поцелуя, полного любви и страсти. В прошлый раз этот поцелуй даровал Ризли вторую жизнь, а теперь он наполняет эту жизнь новыми красками и желаниями. Сквозь этот волшебный и пленительный контакт, он ловит каждое тихое вздыхание, каждое трепетное движение губ и языка. Ризли тактично прижимается, глубже окунаясь и завлекая Нёвиллета с собой в этот омут сладострастия. Позволив прекрасному созданию сполна вкусить прелести взаимного вожделения, он осмеливается действовать смелее. Сильнее сжимая податливое тело под ним и ярко ощущая обожаемый морской вкус во рту. Нёвиллет и мелюзины стали тем самым лучиком надежды, в котором так нуждался одинокий Ризли и сейчас он готов отдать взамен всего себя без остатка. Он бесконечно счастлив познакомить неискушённого протеже с миром умопомрачительных приятных чувств, полных искренней взаимности и бесконечного доверия. С миром любви и ласки. Негромкое посвистывание чайника с последующим резким щелчком, оповещающим о готовности заваренных трав, выводит влюблённых из романтического транса. В жаркой от пикантных действий комнате стали отчётливее различимы голоса жителей крепости, снующих недалеко от кабинета управляющего. Два разгорячённых тела лениво отлепляют друг от друга свои губы. Их сердца всё еще горят от страстного контакта, глаза наполнены желанием, но что-то подсказывало, что это место не самое подходящее для полноценного уединения. Незваные посетители могут в любой момент прервать таинственный ритуал, решив невовремя посетить кабинет правителя крепости. Ризли ласково проводит пальцами по прекрасному бледному лицу, очаровательно покрасневшему от возникшего между ними жара. Он сгребает в сторону упавшие светлые пряди и с обожанием разглядывает его. Светящиеся фиолетовые глазки под дрожащими веками, подчёркнутыми милой синей ресничкой. Слегка припухшие сладкие губки, так же покрасневшие от длительного контакта и всё так же невероятно желанные. Ровное глубокое дыхание поднимает и опускает грудную клетку. Оно тихое, на грани лёгкого постанывания, дразнящее и ласкающее уши герцога. Ризли гладит горячие щёки визави и тихо шепчет ему. - Итак, удалось ли тебе понять, что ты чувствуешь? - Да, теперь я понимаю это намного лучше, чем раньше. Прекрасное разгорячённое тело под Ризли заёрзало, пытаясь принять более удобное положение и дать отдых слегка затёкшим мышцам. Герцог помогает ему принять вертикальное положение и внимательно следит за очаровательным лицом. Покрасневший Нёвиллет с опаской оглядывает пустой кабинет, прислушиваясь к звукам откуда-то снизу, затем переводит свой взор на закипевший чайник. Если бы сейчас перед Ризли был кто угодно, но не Нёвиллет, он бы не раздумывая предложил бы выпить чаю своему гостю чтобы скрасить сухое общение, как делает это обычно. Но сейчас перед ним не кто угодно и их общение никак нельзя назвать «сухим». Перед ним тот, ради кого Ризли готов отбросить на второй план собственные желания и предпочтения в угоду обожаемой пассии. Даже больше – Нёвиллет и есть его желания и предпочтения. И какой бы сильной любовью к чаю герцог не обладал, в первую очередь его волнуют интересы Нёвиллета, о которых он спрашивает. - Есть ли что-то чего бы тебе хотелось прямо сейчас? Бескрайние океаны во всей своей красе переместили на него свой взор, полный уверенности. Чешуйчатые руки плавно обхватили щёки герцога, заставляя сердце трепетать от предвкушения. Бледное лицо с румянцем на щеках снова сокращает между ними дистанцию. Ризли с трепетом предвкушает снова насладиться вкусом сладких губ и уже почти ощущает на коже чарующий бриз морского дыхания. Однако, у коварной гидро выдры свои планы. Пленительные уста не прикоснулись к устам герцога, сместив свою траекторию в сторону уха. Непослушная шевелюра щекотливо зачёсывается жемчужным коготком. Тихий и манящий голос. Блаженный шёпот, пробирающий по всему телу приятным ледяным инеем. - Я бы хотел спрятаться с тобой от остальных людей, чтобы нас никто не видел и не слышал. Я хочу поговорить с тобой на языке, понятном только нам двоим. Если бы существовали слова, способные моментально отправить душу человека в Селестию, то они только что были произнесены. Что-то беззвучно щёлкнуло внутри герцога и невидимые крылья за спиной расправились во всей красе, готовые ежесекундно отправить его в любую точку мира. Он загорелся этим взаимным желанием, вскочил с дивана и деликатно, за руку, потянул Нёвиллета за собой. Они не шли и не бежали – летели вверх по лестнице, в спальню герцога. В скромной комнатушке с панорамным подводным окном и чудесными видами на океан сейчас было на удивление тихо и спокойно. Ни одной мелюзины-хулиганки, пытающейся скрытно приклеить своё произведение искусства где-нибудь на мебели. Угроза в виде путешественника не устранена окончательно, поэтому вероятнее всего они затаились в своём логове на острове. Однако, это не даёт полноценной гарантии что мелюзины не станут свидетелями того, о чем им знать необязательно. Пыхтя от физической нагрузки и переизбытка чувств, Ризли решил уточнить точное место их дислокации. - Моя постель, конечно, очень мягкая и просторная, однако малышки посещают меня время от времени. Есть ли на примете более уединённое место? - Определённо да. Место, на которое не ступала нога человека и не интересующее мелюзин. Я проведу нас туда. Пока Нёвиллет открывает потайную дверь за шкафом, Ризли хватает свою маску для срочных ныряний. Мельком взглянув на баллончик, он резко тормозит и шлёпает себя по лбу от внезапного осознания. В последние дни герцог был слишком погружён в омут рутины и минувших событий, что совсем позабыл проверить её состояние. - Тут кислород почти на исходе. Насколько далеко твоё место? Я могу быстро заполнить баллон. - Это тебе не пригодится. Доверься мне. И он доверяет. С момента начала его новой жизни крепости не было ни одной живой души, которой он мог бы с уверенностью доверять так, как доверяет Нёвиллету. Трагичное прошлое, сопровождаемое непростительным предательством, несомненно оставило глубокую рану в глубине души юноши. Рану, которую смог залатать и заживить только Нёвиллет. Закрыв за собой дверь, они стремительно прошли по выверенному пути сырой пещеры. Оказавшись возле пещерного озера, Ризли хочет задать интересующий вопрос – «что дальше?», ведь как простому человеку без специальной подготовки проплыть огромное расстояние, даже с той скоростью, с которой плавает морской житель? Нёвиллет даёт ответ раньше, чем герцог успевает его озвучить. Он обхватывает ладонями удивлённое лицо и прикладывается к нему губами. Ризли поначалу довольно мурчит неожиданному поцелую, затем сильно удивляется, когда между их губами начал образовываться гидро пузырь. По мере отдаления притягательных губ, пузырь увеличивался в размерах и полностью покрыл голову герцога. Он улыбается необычному подобию прозрачного шлема для подводного исследования. - Ух-ты! Не знал, что ты так умеешь. - Я тоже. Теперь держись за меня как можно крепче и не отпускай. Шутка это или нет – Ризли не стал уточнять и заморачиваться над этим. Он послушно окольцевал руками шею и сам оказался в удивительно крепких руках, аналогично закрепленных за спиной. Одно мгновение – и они уже оказались в пещерном озере. Гидро маскировка Нёвиллета растворилась в воде, сложенные ранее плавнички теперь свободно расправились и элегантно рассекали водное пространство. Плавательными навыками по скорости, маневренности и грациозности Нёвиллет, очевидно, превосходит любого самого мастерского пловца. Даже с «грузом» в виде человека крепкого телосложения он не теряет своего изящества. Разве что чуть-чуть уступает по скорости самому себе, либо умышленно позволяет ему насладиться невиданными глубоководными видами. Подводные пейзажи действительно поражают воображение, захватывают дух своим разнообразием флоры и фауны. Ризли периодически замечает эту красоту краем глаза, однако, всё его внимание сосредоточено на очертаниях лица обожаемого Нёвиллета. Роскошные длинные волосы, плавно развивающиеся позади вместе с светящимися синими отростками. Пленительные острые глаза, внимательно следящие за дорогой и игриво поглядывающие на свой груз. Соблазнительные сладкие губы, периодически смыкающиеся с созданным ими пузырём, чтобы обновить его. Белые щёки и острый нос, который возможно не используется в воде по назначению. Как долго они плыли к таинственному месту назначения и где точно оно находилось – неизвестно. Время и пространство для герцога в крепких объятьях гидросущества перестало существовать. Прошло пять минут или пять часов? Они всё еще в Фонтейне или это неведанные нейтральные территории, не принадлежащие ни одному государству? Возможно, пока они дрейфуют по воде, в этот момент сбывается пророчество и тысячи людей оказываются заживо погребенными под необузданной стихией. Тогда предложение «уединиться» окажется просто предлогом чтобы унести герцога подальше от катастрофы. Ризли моментально отбросил эту мысль. Нёвиллет всегда искренен с ним, и то, что он увидел в сияющих глазах во время их близости, было ничем иным как настоящим неподдельным желанием. Даже если бы угроза действительно существовала и ему пришлось бы прибегнуть к обману Нёвиллет явно не из тех, кто стал бы играть с чужими чувствами в угоду личных интересов, и нашёл бы другой предлог чтобы вывести герцога за пределы досягаемости катастрофы. Со спокойной душой и в предвкушении интересного развития внезапного свидания они прибывают на место. Вечернее солнце еще не успело скрыться за горизонтом освещая открывшееся пространство суши. Перед их взором предстала поистине сказочная локация - чудом не тронутая людьми огромное цветущее поле, усеянное яркой густой травой и мятой. Здесь охотно ютится разнообразная живность – выдры, пухлени, бабочки, мелкие птицы. В стороне уединённо воркуют друг сдругом парочка величественных гусей - снежный и тёмный. Повсюду тишина и благодать. Даже воздух здесь намного чище и свежее, по сравнению с лесами вокруг Кур-де-Фонтейн. «Это то самое место из моего сна и рассказа Нёвиллета. Мятная поляна.» ____________________________ - Ох, сколько же чая можно заварить из всей этой мяты! Уму непостижимо! Возглас человека развеселил дракона. Естественно его привело в восторг это место и, если бы это был кто угодно, но не Ризли, Нёвиллет бы не стал его сюда приводить. За всё то время, что они провели вместе, этот человек действительно заслуживает его доверие и даже больше. - Ты можешь собрать несколько, если хочешь. - Спасибо, но я лучше оставлю это место таким же неприкосновенным. Не хочу нарушать эту гармонию своими эгоистичными желаниями. Нёвиллет делает глубокий вдох, наслаждаясь чистым воздухом. Он медленно шагает вперёд, раскинув руки в стороны и расправив плавники, касаясь их концами и колыхая высокие стебли мятных цветов. Травинки мягко щекочут стопы и щиколотки в местах, не защищённых чешуйками. Наслаждаясь уединённым местом, он не перестаёт удивляться собственным чувствам, раскрывающимся в полной мере только в присутствии Ризли. - Потребление даров природы тоже является частью гармонии, в противном случае возникнет дисбаланс в пищевой цепи. Естественно, если речь идёт о разумном потреблении, а не о геноциде, периодически устраиваемом людьми. Так что несколько сорванных плодов или цветов пойдёт только на пользу этому месту. К тому же, здесь очень чистая почва, не содержащая разрушительных веществ, образующихся от людских отходов. Растения, выращенные в такой почве пропитаны вкусными и полезными питательными минералами. Будет досадно если любящий пить пропитанную травами воду так и не вкусит истинного вкуса этой травы. - Звучит очень заманчиво, я подумаю над этим предложением. Голос человека за спиной звучит совсем близко – он шёл следом. Обернувшись к нему, Нёвиллет обратил внимание на то, что Ризли уже умудрился снять с себя практически всю одежду, оставив одни штаны, и аккуратно сложить под деревцем. Открывшийся вид на оголённое мускулистое тело вызывает бурю пикантных эмоций, перемешанных с легким негодованием и волнением. Влажные капли соблазнительно стекают, очерчивая причудливые тропинки на гладких рельефах мышц, а множество шрамов различной давности придают телу особого шарма. Естественный волосяной покров, характерный для взрослых мужских особей человеческого вида в умеренном количестве и там, где ему следует быть, придаёт образу человека большей зрелости и привлекательности. От такого зрелища, странным образом в голове перемешиваются мысли и чувства. - Это не совсем предложение. Назовём это небольшим подарком. Насколько мне известно, у людей принято одаривать подарками своих потенциальных партнеров во время ухаживаний. Поэтому я беру на себя эту инициативу и преподношу этот природный дар. Ты волен взять отсюда всё, что ты хочешь. От следующих непредсказуемых действий Ризли огненный цветок внутри грудной клетки Нёвиллета затрепетал, вырабатывая и посылая по телу те самые чувства, которые он всё время пытался поймать. Чувства, которые с уверенностью можно сказать, он испытывает сам. Человеческие руки, кажется, заметно уступают по силе драконьим, однако это не мешает им обхватить ноги и плечи Нёвиллета и поднять на себе чешуйчатое тело. Оказавшийся прижатым к мягкому торсу, он удивлённо разглядывает озорной блеск на лазурной глади человеческих глаз. Он слышит приятный и бархатный голос, посылающий своим низким тембром вибрации из груди. - Всё, что я хочу, уже в моих руках. На дракона нахлынула новая волна упоительных эмоций, когда довольный Ризли начал кружить на месте, вместе с ним на руках. Ноги, плавники, волосы – все свисающие конечности поддаются силам притяжения и рассекают воздух, взбудораживая душу новыми яркими впечатлениями. Движимой неведомой силой, Нёвиллет крепче хватается руками за шею герцога. Происходящее немного не укладывается у него в голове. - Но я думал, что ты любишь мяту и чай. - Я люблю тебя, Нёвиллет. Человеческие и его собственные чувства до сих пор являются чем-то невероятным и непостижимым. Чувства, возникшие после этих слов, вызывали у гидроповелителя еще больше недоумения и удивления. Внутри всё перевернулось - пылающий пиро цветок будто шарахнуло молнией, и он пульсировал от полученной перегрузки. Казалось, что у него за спиной выросли невидимые крылья, а покачивания на руках герцога придавали этим ощущениям еще больше остроты и чувства невесомости. Гуси и выдры с любопытством наблюдают за странными кружащимися двуногими. Человек резвится на поляне, крепко сжимая в руках дракона и не позволяя его ножкам коснуться земли. Он довольно щурится, озорно сверкая глазками, широко и радостно улыбается. Что у него на уме – сложно понять непривыкшему к такому отношению Нёвиллету. Он пытается сконцентрироваться на собственных ощущениях и неосознанно считывает эмоции мокрого человека. Яркая палитра вкусных человеческих чувств, охотно переплетается с его собственными испытываемыми эмоциями, образуя гармоничную симфонию, смешанную с физическими чувствами лёгкости и невесомости. Звонко смеясь, они поддаются силе гравитации, дружно упав на землю и пытаясь отдышаться от переизбытка бурных эмоций. Ризли присаживается ближе к дереву, опираясь спиной об широкий ствол и притягивая к себе Нёвиллета. Дракон послушно прислоняется своей спиной к чужой груди, ощущая мягкие прикосновения обнимающих человеческих рук и тяжёлого дыхания на шее. Он расправляет в сторону свои плавнички и расслабляется в чужих руках. Эмоциональный всплеск отступает плавным отливом и теперь Нёвиллет в серьёз начинает размышлять над признанием человека. Различные мысли заполонили светлую голову. «Как я должен реагировать, какие слова сказать в ответ? То, что я испытываю к нему это тоже самое что и его чувства? Как люди показывают свою взаимность? Просто говорят об этом или делают что-то ещё?» Сквозь возникшее безмолвие просачивались различные умиротворяющие звуки. Плескающиеся в воде и воркующие друг с другом гуси, щебечущие вдалеке птицы, шелест травы, колышущейся на верту, и горячее человеческое дыхание за спиной. Видимо, от проницательного человека не скрылось настроение Нёвиллета. Поглаживания Ризли успокаивали, словно просили расслабиться и не беспокоиться, по крайней мере не сейчас. Тихий голос возле уха ласково нарушает вечернюю тишину. - Ты о чём-то задумался, что беспокоит тебя? - Это не совсем беспокойство. Дело в том, что ты очень заботливый и открытый человек. Ты уверен в своих мыслях и чувствах, поэтому открыто заявляешь о них. Я бы хотел обладать такой же уверенностью чтобы поведать тебе обо всём, что у меня на душе. Но чтобы стать более открытым для тебя, мне нужно разобраться в самом себе и быть точно уверенным в своих мыслях, чувствах, переживаниях. - Тогда поведай о том, в чём ты точно уверен. Есть только одна вещь, в которой Нёвиллет полностью уверен. Это знание преследует его с самого рождения, а малышки мелюзины, обладающие особым зрением, только подтвердили этот факт, с первого взгляда признав в нём того, кто он есть на самом деле. - Я дракон-соверен, гидро повелитель рождённый в человеческом теле без памяти о прошлой жизни. Как, кем, для какой цели – ответа на это у меня нет, прости.