Глава последняя: Однажды разбитое сердце

      - Господин Гаошун, Вы уверены, что с ним все будет в порядке? – Суйрэн обеспокоенно стояла у кровати молодого господина, всматриваясь в его когда-то прекрасное лицо, теперь опухшее с мешками под глазами. Всего несколько дней назад он попытался распрощаться со своей жизнью, но в последний момент это увидели Басен и Суйрэн. Все из-за разговора с Его Величеством. Тот объявил, что пришло время повзрослеть и выбрать себе «подходящую» партию. Много было мольбы, раскаяния и даже слез. Но император был непреклонен, хоть ему самому была по душе молодая девушка-травница, с которой его брат познакомился много лет назад. Да что Его Величество, вся императорская семья любила Маомао.       Однако слово императора – закон.                            С тех пор за Джинши по приказу императора теперь присматривают его родная бабушка Суйрэн и господин Гаошун. А госпожа А-дуо, стала часто наведываться в резиденцию молодого господина.  - Нет. По правде говоря, я не уверен, что с ним когда-нибудь все будет в порядке. Как бы ему не было больно, ему уже давно было пора жениться и, наконец, повзрослеть.                                        - А что же будет с госпожой Маомао? Если о скорой помолвке узнает Великий Комендант Кан Лакан, зная характер всех членов клана Ла, мне даже страшно представить, что может произойти. – Об этом не стоит беспокоиться. Как вы уже успели сказать, у всех членов клана Ла несгибаемый характер.                                                                                                                                                        ***           Полгода спустя вся страна Ли громко праздновала свадьбу Ка Зуйгэцу. На дворе была весна, люди в столице пили и плясали, едя вкусности, привезенные в честь праздника, и гадали, какой же красавице так повезло с супругом. В Малахитовом доме тоже вовсю отмечали свадьбу. Или же делали вид? Лишь старая карга и Джока были без настроения. Они давно предполагали, кем мог быть тот прекрасный дворянин, который раньше частенько захаживал в аптечную лавку, где теперь работали Сазен и Кокуё. Но те и понятия не имели, что стоит за этим праздником.           Во дворце был в разгаре праздник: слуги обеспокоенно бегали по дворцу, стараясь ничего не упустить, а весь клан Ма был в работе. И только Чуэ, девушка с походкой как  у воробья и по совместительству подруга Маомао, не имела дел. На застолье в честь праздника её не приглашали, да и ей особо не хотелось идти. Она знала, что этот день, возможно, и светлый, но не для всех. Чуэ все никак не покидала одна мысль – как там её дорогая сестрица Маомао. С тех пор как она уволилась из дворца, награжденная разными почестями, от неё не приходило ни одной весточки. «Ей сейчас не до этого», - подумала Чуэ, поедая солёный крекер и грустно напевая мелодию песни, знакомой только ей.           В медицинском пункте никто не был без дела. Тянью отмывал руки после операции, доктор Ю обрабатывал инструменты, а Яо и Эньен стирали бинты вместе с новенькими, тихо переговариваясь между собой. - Эньен, как ты думаешь, почему Маомао так внезапно уволилась? – поинтересовалась Яо.                - Понятия не имею, – ответила Эньен, догадываясь о первопричине. - Может, это как-то связано с помолвкой Его Высочества? – добавила Чанша, услышав разговор старших коллег.                                                                             - А это тут при чем? – спросила Яо, все никак не понимая.                                - Ну, знаете, я тут слышала слухи… - Чанша резко прервалась, заметив суровый взгляд Эньен.    - Что, всё Нян-Нян обсуждаете? – влез Тянью, появившись из ниоткуда, испугав девушек.             - А ну все за работу! – прикрикнул господин Ю, чтобы утихомирить врачей. Хотя он и сам задумывался, почему столь талантливая девушка внезапно уволилась не сказав и слова.           В покоях Вдовствующей-императрицы никого не было, кроме госпожи А-дуо. Они сидели напротив друг друга обе в роскошных одеяниях, готовясь к разговору не для чужих ушей. - Она прекрасная девушка. Как жаль, что судьбу не изменить, - вздохнула госпожа Аньши, вспоминая свою первую и последнюю встречу с любимицей главного героя сегодняшнего праздника.  - Поистине прекрасная девушка. Таких, как она, нигде не сыскать. Я сама жалею, что все так произошло, - ответила госпожа А-дуо. - Возможно это и к лучшему. Все-таки госпожа Ла птица вольного полёта.           За рабочим столом сидел Лахан, перебирая последние документы, чтобы успеть на праздник. «Надеюсь, отец ничего не сделает во время моего отсутствия», - понадеялся чиновник. «И все-таки, какие бы красивые дети могли быть у Его Высочества с Маомао.»                    Лунный принц сидел один в комнате, склонив голову, и измучено смотрел на посылку, переданную Великим Комендантом Каном. Внутри небольшой деревянной коробки лежала серебряная шпилька, подаренная Маомао в их первую поездку в Западную столицу. Джинши грустно усмехнулся, поняв всю иронию. Это была та же коробка, в которой лежала шпилька, которую он подарил Маомао перед приемом, где ему искали невесту. Этим он хотел показать, что выбор он уже сделал. Но, похоже, этому не бывать. На дне лежала записка: «С праздником, господин». Поднеся записку ближе к лицу, Джинши почувствовал запах цитруса. «Естественно. Она не могла написать всего одно предложение», - подумал он, и поднес записку к свече с благовониями. После нескольких секунд над пламенем на бумаге проявилась надпись: «Подарите эту шпильку своей супруге. Работа крайне тонкая».           Маомао лежала на большой и мягкой кровати. Вот уже как два месяца она живет в доме своего биологического отца, хотя клялась, что ноги её там не будет. После объявления помолвки, она поняла, что вот оно: конец истории. Она уволилась из дворца и попрощалась с коллегами, после чего какое-то время жила в своей аптечной лавке. В один из дней ей пришло письмо от Лакана: он беспокоился о ней и предлагал переехать к нему. Вот так Маомао и стала «госпожой Ла». Раньше она сильно противилась, но поняла что это не такой уж плохой вариант развития событий. У неё была в распоряжение большая библиотека, кухня и просторная комната. Все ходили на работу, и дом был в её распоряжении. Но она без дела не сидела: то уборку сделает, то в саду новые растения посадит, то травы засушит. Хоть и признаться честно, ей сильно не хватало врачебной рутины. Стирать бинты, помогать с операциями и обучать новеньких коллег. Раньше ей пришлось бы сдавать вновь экзамены, как тогда. Однако на аудиенции Его Величество дал ей право вернуться на службу тогда, когда будет готова вновь увидеть дворец. Не смотря на то, что все видели Маомао, как ни в чем не бывало, след боли и обиды все равно был. Джока сказала, что все мужчины одинаковы, только лица разные. Обычно именно Маомао говорила молодым влюбленным куртизанкам, утешая их от горя, что это всего лишь несколько прожитых дней с этим человеком, а жизнь ведь очень долгая. Но Маомао знала его почти десять лет. Вместе они прошли взлеты и падения, маленькие радости и тяжелые времена, например, голод и эпидемию. Это были далеко не несколько дней жизни. Это была отдельная глава ее долгой истории. Возможно не с таким счастливым концом, но хорошая жизнь. Она будет еще долго вспоминать эти прекрасные годы и множество подвигов и спасенных жизней, о которых будут знать и помнить лишь единицы. Возможно, Маомао выйдет замуж и когда-нибудь родит ребенка, но никогда не сможет испытать такие же эмоции и счастье, о котором она слышала в любовных романах, которые читала, работая во дворце из-за Сяолан.       Однако она всегда будет помнить эту насыщенную событиями, интересную и долгую главу с не совсем счастливым концом.