Инцидент с мыльными пузырями

Знойным японским летом, по умоляющей просьбе невыносимого существа, которое, по какой-то причине,стало регулярным гостем в квартире Рина, Итоши отправился в магазин выпечки за небольшой коробкой кинцубы.  По странным стечениям  обстоятельств, во время одного из своих приходов, Йоичи шарясь в кухонных полках нашел упаковку с этой сладостью и из интереса съел одну булочку с бобовой пастой, к удивлению Рина, дракону пришлась по душе закуска, и все последующие свои визиты змей рыскал по всем возможным закромам на кухне Рина, в поисках желанной сладости. Жертва своего незваного гостя, заприметив эту больно необычную привычку, для существа прожившего, очевидно, больше тысячи лет, принялся прятать кинцубу в правый верхний шкафчик, в который дракон позже обязательно заглянет; всё же Рин никогда не признает, что покупает ароматную сладость специально для него. Йоичи это прекрасно понимал и каждый раз, находя свежую порцию кинцубы, его глаза радостно загорались. Вот так Исаги, оставшись в одиночестве жилого пространства Рина, направился в гостиную, волоча за собой причудливый хвост, который то и дело цеплялся за дверные косяки и угол большого ковра в гостиной. Разгуливая по квартире с едва скрытым интересом и любопытством, юноша осматривал каждую примечательную для него людскую штуковину, например… нагрудный пульсометр.  Окинув взглядом прибор, лежащий на тумбочке возле телевизора, Йоичи чуть выгнул бровь в недопонимании, впервые увидев что то подобное его древний мозг пытался обработать занимательную вещицу. Он взял в руки датчик и, проведя по дисплею когтем, с интересом стал наблюдать за тем, как маленький экран поблескивал в солнечном свете, а оранжевый ремешок свисал из его руки и томно раскачивался из стороны в сторону. Конечно, для дракона, который в последний раз посещал мир смертных несколько веков назад, вещь показалась ничем иным, как причудливым украшением, поэтому без задней мысли Исаги обвязал пульсометр вокруг своих витиеватых рогов и, посмотрев на своё отражение в телевизоре, довольно ухмыльнулся, и кивнув в одобрении самому себе, отправившись дальше исследовать окружающее его пространство.  В коридоре Йоичи выхватил из шкафа пару кожаных ремней Рина и, как в ситуации с пульсометром, нацепил их на голову, слепив из датчика и ремешков нелепую корону. Парень напоминал какую-то забавную сороку, что увидела сверкающие побрякушки, тот час прикарманивая их себе.  Следующей жертвой стала целая ванная комната. Стоило древнему существу зайти в помещение, как в глаза сразу бросились ряды пёстрых пузырьков с мыльными принадлежностями и моющими средствами. Исаги в удивлении наклонил голову, из-за чего пульсометр вместе с ремнями немного сместились на его рогах. Драконий нос сразу уловил приятный аромат чистоты и что-то отдалённо напоминающее сандаловое дерево. Его изящные руки сразу же потянулись к гелю для душа, шампуню и кондиционеру, распихав бутылки в рукава своего ханьфу. С новой добычей, Йоичи гордо двинулся в гостиную, где, устроившись на диване, стал завороженно разглядывать яркие цвета упаковок различных средств. « Причудливые ампулы. Наверное, это особые снадобья? » — рассуждал в своей голове Исаги, открывая первую бутылку шампуня. Аромат, который синеволосый парень чувствовал в ванной, усилился: сандал и инжир приятно гармонировали друг с другом. Всё ещё принимая моющие средства за чудесные настои, дракон залпом выпил содержимое бутылки, после отбросив её в сторону. Вязкая мыльная жидкость наводнила рот Йоичи. Запах и вкус, как оказалось, сильно отличались: субстанция отвратительно жгла горло и явно была не тем, что было разрешено к употреблению. Но несмотря на это парень проигнорировал горечь и химический привкус того, что он выпил, сослав это на то, что так и должен работать сия диковинный напиток.  Немного подождав, Исаги устало выдохнул. Неожиданно вместе с воздухом из его рта вылетели мыльные пузыри. С интересом и намёком на забаву, тот лопнул шарики когтистым пальцем. « Интересно… Люди пьют это для того, чтобы делать такие штуки? » — размышлял Йоичи, продолжая пускать пузыри, вальяжно раскинувшись на диване, как эдакий потерянный в современном мире древнекитайский император.  Приняв решение не останавливаться на достигнутом результате, юноша выпил по меньшей мере три бутылки моющих средств и два флакона шампуня, разбросав упаковки вокруг себя. Продолжив своё занимательное действо по пусканию мыльных пузырей, он казался не многовековым древним змеем, а пятилетним дитём, которому родители купили такое же развлечение и разрешили бегать в парке, выдувая пузыри через специальную трубочку.  Где-то через 15 минут в квартиру возвратился Рин, тут же замерев в проходе от жуткой какофонии ароматов, ударившей ему в нос.  « Какого хрена? » — воскликнул про себя парень, следом его голому медленно осенило понимание, что в его собственное жилище древнее существо решило превратить в пенную вечеринку. Бросив пакет с кинцубой на близ лежащую тумбочку, Итоши быстрым шагом направился в гостиную, впав в ступор второй раз за минуту от происходящего там. Картина перед ним была по меньшей мере комичной: Исаги во всей своей красе сидел на диване, окружённый пустыми банками моющих средств, свесив массивный хвост с дивана и лениво размахивая им как высокомерный кот.  Рога его были обвешаны пульсометром и ремнями Рина, словно не самая удачная Рождественская ёлка. Тем временем дракон тыкал когтём на различные кнопочки пульта от телевизора, по любому задаваясь вопросом зачем людям это вообще нужно, и зачем они это используют.    — Йоичи, — наконец раздался уж слишком спокойный голос Рина, что прислонился к дверной раме, скрестив руки на груди и сжав пальцами бицепс, будто физически сдерживая себя от того, чтобы не придушить существо на его диване. Исаги тут же повернулся в сторону отклика. Заприметив вернувшегося парня в состоянии едва сдерживаемого гнева, комнату окутала неловкая тишина. Йоичи чуть сместился на диване и блаженно, не осознавая того, что он натворил в доме Итоши, произнёс:  — Рин, я нашёл в твоей уборной много магических напитков. Смотри, чт… Итоши поднял руку, прерывая речь дракона:  — Повтори, что ты нашёл? — всё с тем же спокойствием сказал Рин; от заявления Исаги его самообладание заметно трещало по швам. — Э-э-э… Напитки? Погляди, какие яркие сосуды! Знаешь, из за них я могу выпускать из своего рта шарики — уверенность в правильности своих действий медленно начала погасать в голосе Исаги, но он всё равно поднял с пола бутылку шампуня, показывая ее Рину.  — Подожди, ты хочешь сказать, что ты разгромил мою ванную комнату, напился химикатов и пускал мыльные пузыри? — с каждым словом изначальное спокойствие Рина заменялось нарастающим раздражением. Йоичи моргнул, явно не понимая такую реакцию и, сделав глубокий вдох, выдохнул строчку маленьких пузыриков в сторону Итоши.   — Вот! Видишь? Шарики, — воскликнул Исаги, выпуская ещё больше мыльных пузырей. Рин уставился на Йоичи, всё ещё пытаясь уместить у себя в голове тот факт, что существо такой силы способно есть мыло на его диване и радостно пускать пузыри. Сделав резкий вдох, юноша оттолкнулся от дверного проёма по направлению к Исаги. Вырвав пластиковую упаковку из когтистых рук Йоичи, он швырнул её назад. Всё внимание парня было сконцентрировано на сверкающем невежестве существа. — Это не напитки, тупая ты ящерица! Ты сожрал мой шампунь. — Рин быстро окинул взглядом остальные пустые банки и медленно, пытаясь успокоиться, вздохнул. — По всей видимости, не только шампунь. Ты, безмозглое создание, проглотило все мои моющие средства. Исаги спокойно смотрел на Итоши медленно хлопая глазами, явно не удивившись кое-как сдерживаемой агрессией юноши, напротив, дракон скорее находил эмоции Рина забавными. Не задумываясь о последствиях, Йоичи выдул мыльный пузырь прямо в лицо соседа. Тот прикрыл глаза, сделав ещё один глубокий вдох, напоминая себе, что он не способен прикончить древнее могущественное создание в своей гостиной. — Хорошо, а это? — Итоши раздражённо указал на рога Исаги, что всё ещё были окутаны кожаными ремнями и пульсометром. — Ах! Да это же украшения! Смотри, какие яркие, — Исаги снял с себя устройство для измерения пульса и восторженно показал Рину яркий оранжевый ремешок. — Украшения… — Итоши словно смирился со своей участью няньки для древнего дракона с разумом, казалось, детсадовца. Он грубо выхватил пульсометр из рук Йоичи, положив его на журнальный столик неподалёку, после чего резкими движениями принялся распутывать ремни с головы дракона, так же откладывая их в сторону рядом с пульсометром.  Присаживаясь на диван и устало потирая лицо рукой, Рин снова повернулся к Исаги: — Слушай внимательно, бессмертное недоразумение: ты больше никогда не трогаешь мои вещи без спроса и ты больше никогда не остаёшься один этой квартире, пока ты все ещё думаешь, что PowerPoint это разновидность рыб, понятно? — говорил Итоши его голос все еще был пропитан раздражением и сарказмом, по большей части из за того, что парень все еще не верил, что подобное может произойти с ним в его крартире и существом сидящим напротив. Но всё же за всем этим всплеском эмоций можно было прочитать некую привязанность к неуклюжему юноше. Исаги внимательно слушал указания и мудро решил не спорить, лишь быстро кивнув и придвинувшись чуть ближе к Итоши: — Как прикажешь, смертный. Так… вернёмся к кинцубе, ты принёс эту царскую сласть? — вымолвил дракон, пытаясь сменить тему диалога в предвкушении заветной закуски. Глядя на Рина большими невинными глазами, тот ждал ответа. Итоши несколько секунд взирал это умоляющее лицо и, раздражённо фыркнув, отправился в коридор чтобы забрать пакет, что ранее был оставлен там. Вернувшись, Рин небрежно кинул коробку с выпечкой на журнальный столик перед Исаги: — Вот, идиотская ящерица, — проворчал парень, уже поворачиваясь в сторону разбросанных бутылок, намереваясь прибрать оставленный гостем беспорядок. Увидев заветную кинцубу, глаза Йоичи прямо таки засверкали, а хвост позади завилял, как у радостной собаки, выдавая радость. Исаги тут же схватил коробку, перетащив её на колени, и достал оттуда содержимо, сразу запихав в рот. — Хах, спасибо, Рин, — пережёвывая выпечку воскликнул Исаги, обвив хвост вокруг своих ног. — Не подавись, — пробурчал в ответ Итоши, нагибаясь, чтобы собрать очередной пустой флакон. За небрежным тоном парня скрывалась тихая отставка: он должен был злиться, и, возможно, злился бы, устрой этот беспорядок кто-то другой, но смотря на искреннюю, местами детскую радость Йоичи, Рин уже мысленно простил его за весь этот хаос, лишь бы юноша на диване продолжал так ему улыбаться. В следующий раз, когда дракон снова решит наведаться в квартиру Итоши, Рин опять купит кинцубу и самостоятельно расскажет Исаги о всех человеческих вещах, которые могли бы показаться бессмертному созданию интересными и непонятными. Конечно, обернув это в свою обычную ворчливость и раздражительность.