Весь мир считает, что мы встречаемся

Поздняя осень (1) — Добрый вечер, дорогие телезрители! В прямом эфире церемония вручения премии TV Drama Quality Awards. Я ведущий от Tianwen Entertainment... — Дорогие зрители, вы смотрите прямую трансляцию церемонии вручения премии TV Drama Quality Awards от Xingyu... Над городом опускалась ночь. В Бэйчэне поздняя осень уже принесла первый снег, и на улицах становилось всё тише. В обычный день в такой час прохожих почти не встретишь. Город словно замирает, и в этой пустоте неосознанно просыпается ощущение одиночества и отрешённости. Но сегодняшний вечер явно был не таким. По внешней стороне городского рва толпилось множество людей. Большинство — женщины от двадцати до тридцати лет. Некоторые держали в руках таблички поддержки, и все, вытягивая шеи, глядели на противоположный берег, периодически срываясь на восторженные крики. Чуть поодаль за дорогой, вдоль внутреннего периметра рва, стоял спортивный комплекс. Обычно он находился на реконструкции или обслуживании и был закрыт для публики в течение всего года. Но сегодня, будто нарушая устоявшиеся правила, его двери распахнулись. И ко входу была торжественно расстелена длинная, идеально ровная красная ковровая дорожка. Вдоль дороги также выстроилась толпа. Люди держали в руках фотоаппараты с большими и с короткими объективами. Каждая подъехавшая машина сопровождалась ослепительными беспорядочными вспышками со всех сторон. Из автомобилей выходили гости. Одни — тщательно наряженные, другие — излучающие врождённую утончённость. Все как один были нарядно одеты, несмотря на позднюю осень. Женщины — в самых разнообразных вечерних платьях, длинных и коротких, мужчины — в изысканных и дорогих костюмах, элегантных, но не кричащих. Казалось, холод им был нипочём. — Апчхи! В одном из чёрных минивэнов, ожидающих на открытой стоянке, мужчина вздрогнул от ледяного порыва ветра, ворвавшегося в салон. — Хуан Тунтун! Ты что творишь в такую стужу? — Прости, брат, — девушка по имени Хуан Тунтун поспешно подняла стекло. — Я… меня немного подташнивает. Су Цзянь закутался в пальто, сел ровнее и приоткрыл стекло на узкую щёлочку: — Что случилось? Мы ведь ещё не тронулись. Неужели простудилась? Голос Хуан Тунтун немного дрожал: — Нет, брат, просто… я немного нервничаю. — Из-за чего? — Мы ведь впервые участвуем в таком крупном мероприятии, — с волнением в голосе, но уже с лёгким воодушевлением, произнесла она. — А вдруг мы и правда получим премию «Лучший новичок»? Су Цзянь закатил глаза и ничего не сказал, но в глубине души всё прекрасно понимал. Без шансов. Даже если это всего лишь малозначимая коммерческая награда, даже если компания-организатор сотрудничает с агентством, в котором он состоит, он всё равно не тот, кто получит с этого хоть что-то. К тому же, это уже пятый год с момента его дебюта, а его всё ещё номинируют на премию как новичка. Это даже немного смешно. Он криво усмехнулся. Пусть всё пройдёт формально, лишь бы побыстрее закончилось. Ведь завтра вечером ему нужно будет присоединиться к съёмочной команде. Увидев, что Су Цзянь не обращает на неё внимания, Хуан Тунтун поджала губы и снова прильнула к окну, вертя головой по сторонам, будто и не было недавнего приступа тошноты. Су Цзянь только вздохнул, покачал головой, скрестил руки на груди и прикрыл глаза, собираясь немного вздремнуть. Прошло ещё немного времени, и машины, стоявшие перед ними, начали медленно двигаться. Когда автомобиль, стоящий впереди, остановился у парадного входа в отель, по ступеням в сопровождении охраны спустился молодой человек в чёрном костюме и сел в салон машины. — Всё пропало! Всё пропало! Су Цзянь, дремавший с закрытыми глазами, вдруг почувствовал, как кто-то резко схватил его за руку. — Что-то не так! Брат, правда, что-то не так! — Если что-то случилось, то говори по делу, — процедил он сквозь зубы, едва сдерживая раздражение. Видя, как потемнело лицо Су Цзяня, Хуан Тунтун понизила голос, но в её речи всё ещё слышалась паника: — Брат, я только что увидела, как в машину перед нами сел Сун Цзю! Поздняя осень (2) — Сун Цзю? — в голосе Су Цзяня прозвучало удивление. — Да! Я даже на секунду подумала, что обозналась. На таких мероприятиях порядок выхода на красную дорожку, как правило, заранее расписан: чем позже выходишь, тем выше у тебя статус. Звёзды уровня Сун Цзю обычно выходят ближе к финалу. Хотя, конечно, бывают и нестандартные случаи. На одном мероприятии, например, выстроили очередь по первым буквам имён на латинице. Тогда в интернете шутливо называли это «шествием великого уравнителя». Но в этот раз, подумал Су Цзянь, скорее всего, дело в банальной неразберихе со стороны организаторов. Всё-таки это было просто коммерческое мероприятие среднего масштаба. — Даже если это и правда Сун Цзю, ну и что? Кто знает, по какому принципу они выстраивали порядок выхода. Раньше, позже — не имеет значения, — равнодушно сказал Су Цзянь. — Как не имеет? Если это действительно Сун Цзю, то когда он пойдёт по красной дорожке, все репортёры набросятся фотографировать его. Кто тогда будет… снимать нас? Может попросить сестру Вэй поговорить с организаторами, чтобы та машина, что позади нас, выехала первой, и тогда мы… Су Цзянь взглянул на неё и усмехнулся: — Умная ты, ничего не скажешь. Только вот беда, сестра Вэй так занята, что у неё нет времени заниматься такой ерундой. Хуан Тунтун приоткрыла рот, будто хотела сказать что-то утешительное, но, поколебавшись, так и не нашла слов. Хотя всё, что она сказала, было правдой. Сун Цзю по праву считался одним из самых известных молодых актёров в стране. Он буквально ворвался в индустрию с первого появления на экране, а особенно прославился позапрошлым годом, когда сразу две высокобюджетные дорамы с его участием вышли в эфир одна за другой, окончательно закрепив за ним статус народной звезды. И в сравнении с ним актёр вроде Су Цзяня, которого, как говорится, и в пёстрой гавайской рубашке не всякий на улице узнает, действительно легко мог остаться в тени. Когда машина Сун Цзю отъехала, автомобиль Су Цзяня тоже медленно тронулся с места. Но не успели они выехать на дорогу, как их резко остановили: сотрудники потребовали выдержать дистанцию. Машина, что ехала позади, тоже вынужденно притормозила. Надо признать, что вся эта церемония с самого начала была пронизана какой-то странной и непрофессиональной атмосферой. В машине, которая стояла сразу за автомобилем Су Цзяня, мужчина, сидевший на заднем сиденье, медленно открыл глаза. У него были чёткие черты лица и светлая кожа. Сквозь окно проникал мягкий свет от наружного освещения, он ложился на лицо полосами света и тени, придавая его взгляду ещё больше глубины, и в то же время удивительной мягкости. В наше время, когда экраны заполонили «корейские», «японские» и «западные» типажи, настоящие китайские лица становятся всё большей редкостью. Но этот мужчина будто сошёл со страниц древнего романа: благородный, вежливый, утончённый. Он был живым воплощением образа ученого и благородного господина из прошлого. В тишине послышался его негромкий голос: — Сестра Цзянь, уже начали пускать? Женщина, сидевшая впереди, зрелая, сдержанная, с налётом элегантности, спокойно ответила: — Пока нет. Затем, слегка раздражённо, она вздохнула: — Эти организаторы вообще непонятно чем занимаются. Только сегодня порядок выхода на красную дорожку меняли уже несколько раз. Время начала тоже откладывают снова и снова. Только колонна чуть-чуть двинулась вперёд, как машину впереди снова внезапно остановили сотрудники. Мы чуть не врезались в неё. — Кто впереди? — Кажется, актёр по имени Су Цзянь, — после короткой паузы ответила женщина. Она опустила голову и посмотрела на механические часы на запястье. — Просыпайся, скорее всего, скоро начнём. Только что режиссёр Фэн Бинь позвонил мне, и попросил помочь спасти ситуацию. После церемонии расскажу подробнее. — Угу. — Уважаемые зрители! К нам подъезжает автомобиль, в котором едет Сун Цзю — актёр, чья популярность за последние два года резко выросла! Давайте посмотрим поближе... — Вау, сегодня на Сун Цзю приталенный чёрный костюм, он просто воплощение зрелого мужского обаяния… Тем временем машина Су Цзяня тоже медленно остановилась. Он поправил пиджак и уже собрался выходить, как вдруг Хуан Тунтун в панике схватила его за руку: — Всё пропало, брат… может… мы подождём ещё немного? — Ждать или нет — разницы нет. Разве ты не с самого начала знала, что я всего лишь актёр восемнадцатой линии*? — он мягко похлопал по её руке. — Не нервничай так, ладно? *П.п. Актёр восемнадцатой линии — ироничное выражение о звезде низшего уровня известности. Первая линия — топ, восемнадцатая — глубоко неизвестные. Сказав это, он глубоко вдохнул, открыл дверь и мгновенно оказался в ослепительном свете фотовспышек. Возможно, потому что он заранее приготовился к худшему, два объектива, направленные на него, стали для него неожиданным, но приятным сюрпризом. Он очень сдержанно помахал рукой в сторону, чуть улыбнулся и, не торопясь, пошёл вперёд. Пожалуй, эта первая номинация не так уж и плоха, подумал он.