cover me

꧁❈꧂

Тарталья никому не открывает себя настоящего. За его вечным стремлением бросать вызов — лишь попытка доказать Скирк, что он достоин. Что она не зря тратила терпение, чтобы обучать его сражаться, и время — чтобы спасти. Тарталья не видит границ, но, наверное, никогда бы не посмел сойтись с ней в бою, как с другими. Говорят, если кто-то на грани того, чтобы его пришлось спасать физически, психика страдает неизбежно. Благодаря Скирк он хотя бы ещё жив. Ему не позволено знать, насколько похоже прошлое их обоих. Представления Наставницы о взаимосвязи собственной ценности и силы, которые она транслировала, были полностью унаследованы ей от её учителя — порочный круг.

꧁❈꧂

Вот он лежит на холодном дне Бездны — в центре мозаики из множества осколков. По телу медленно расползается тепло, его форма духа становится нестабильной из-за сильных повреждений от схватки с китом. Похоже, придётся забыть о её использовании на какое-то время. Звёздная пыль под куполом Бездны освещала свежие раны, полученные в бою, который в Фонтейне длился минуту, по времени Бездны — месяц, а по ощущениям — вечность. Световые волны плазменной материи под куполом, учащающиеся и переходящие в невидимый спектр, заставляли частицы в воздухе мерцать красным. От этого кровь текла ещё быстрее, не успевая свернуться. Придя в себя, Тарталья понял: в конце концов, он не смог удержать Нарвала в Бездне — тот застрял в портале и грозился вырваться на поверхность. Это почти заставило его встать, но знакомые руки, сплетённые из звёздных тканей, легли на его плечи — этого давления было достаточно, чтобы он уже не смог подняться. Скирк смотрела на него сверху вниз: — Достаточно, Аякс. Твой дружок справится с китом. А ты умрёшь, если продолжишь в том же духе. Тарталья послушно оставил попытки довести дело до конца. От соприкосновения с камнем пола от его маски со звоном откололся второй рог. Он хотел было что-то возразить, но сил не хватило. Его дыхание звучало приглушённо из-за формы духа. Должно быть, Тарталья не видел Наставницу уже год — по реальному времени. Скирк аккуратно сняла маску с его лица и продолжила: — Посмотри, что с тобой сделало использование порчи. И где твой Глаз Бога? — Он вёл себя странно, и я отдал его Путешественнику. — О, неужели? Когда же ты перестанешь быть таким безрассудным? Он хоть как-то сдерживал влияние Наследия на твоё тело. Тарталья продолжал лежать, молча слушая упрёки наставницы. Она вернула ему его обычную форму с помощью своей способности. Только сейчас он начинал чувствовать, как сильно ныли его раны. В Бездне так тихо. — Я видела, как ты сражался с китом, — сказала Скирк. Эти слова прошли сквозь его разум, как нечто тонкое и острое. Аякс думал, что был там один. Он стал перебирать в памяти весь ход боя: должно быть, она заметила каждый его промах, каждую пропущенную атаку, каждый момент замешательства. Он хотел было отшутиться: мол, ради зрителей постарался бы получше, — но прозвучало вполне искренне. Стало легче. Что, если ей действительно не всё равно, что с ним происходит? Вмешалась бы, если бы он был на грани? Уже два раза. Скирк стоит в центре пространства — хранительница подземных звёзд.  Тарталья — на полу из множества осколков, у её ног. Даже если Скирк молчит, если снова не получилось заслужить её одобрения — то она хотя бы не исчезает. Как бы хотелось, чтобы время в Бездне текло в два раза медленнее. За это можно было бы биться вдвое дольше. Купол Бездны прорезал новый портал. Из яркой вспышки первым показался длинный рог, за ним проступило всё тело Всепожирающего Нарвала. Следом за существом влетел Итер. Они сражались, пока Нарвал не поглотил его. Тарталья с тревогой взглянул на Скирк. Она же оставалась невозмутимой: — Он знает, что делает. Так легче добраться до ядра. Всё так. Через несколько минут извиваний кита под самым сводом, его тяжёлая материя упала вниз, продольно рассечённая надвое. Изнутри поднялся Путешественник, стряхнул меч одним движением руки. Его золотые волосы распались по плечам. Дано ли Аяксу выходить из боя подобным образом, или форма духа так и будет забирать всю его жизнь? Плата за признание. Скирк уже видела его во всех состояниях. От других же Тарталья скрывался за улыбкой, его вторая личность строилась на культе силы. Он выучил почти все реплики Наставницы. Когда она не могла слышать, говорил ее фразами и с друзьями, и с противниками. Нет, он просто не может оставить свой образ перед кем-то кроме нее. Скирк уловила его колебание, открыла портал в другое подпространство Бездны и позволила ему там исчезнуть, пока плотные клубы пыли между ними и Итером ещё не осели. Сошедший видел лишь, как она сковала тушу Нарвала льдом, сжала до чёрной сферы, которая помещалась в руку. Надменно, как ей это присуще, она произнесла: «извиняюсь за неудобства».  Так, будто это должны были сказать Итер или Паймон — за то, что ворвались сюда. — Откуда взялось это чудовище?! — верещала Паймон. — Питомец Сурталоги. Иногда он пробуждается, чтобы пожирать всё на своём пути. Это циклично.  — Где Тарталья? — спросил Итер. — Ты знаешь, он искал тебя повсюду. В ответ: «С ним всё в порядке».  Пока Паймон выражала своё негодование, портал за Скирк уже закрылся.

꧁❈꧂

Тарталья давно не был в этом уголке Бездны. Он услышал шаги, доносившиеся эхом издалека. Это была Скирк — никто другой здесь находиться не мог. Она шла к нему через звёздные потоки. Тарталья сидел у их устья. Его тонкий силуэт на фоне тёмного моря — весь в крови; мокрые от крови волосы, и всё та же привычная улыбка. Нет, нет, тогда давно она не могла быть снисходительной к Аяксу — иначе как бы он научился выживать? Надо гнать такие мысли. В Бездне нельзя иначе, даже если ком в горле, и так больно в душе. Она могла только наблюдать издалека. Каждый раз, когда он получал новую травму, когда долг его Наследия становился тяжелее. Она слышала каждую шутку и узнавала фразы, которые сама некогда слышала от Сурталоги и повторяла Тарталье слово в слово.  Скирк вернулась к Аяксу, залечила его раны силой Бездны. Длинные алые полосы заполнила звёздная ткань. Её же руки состояли из неё полностью — оттого были немного прохладны. Может, она стала менее строгой к самой себе. У Аякса на счету много побед в битвах, но иногда так приятно просто не притворяться.

꧁❈꧂