Часть 1
27 января 2026 г., 21:51
Ноябрь в этом году был промозглый и уже предвещал первые заморозки. Стекла Хогвартса оплел узористый иней, после мороси этой ночью. Раннее утро было еще хуже, чем вечер, как минимум потому, что в щели окон задувал сквозняк, что помогало ознобу взять в свои ледяные руки худового подростка, который кутался в одеяло с головой.
Гарри Поттер — это тот, кто обычно на своих двоих в Больничное крыло не заявляется. Это был первый раз, когда носилки не понадобились. Кем бы не был человек — героем волшебного мира или изгоем, школьником или взрослым — инфлюенца ровняет всех. Даже магов. Правда у чародеев есть собственные мутации вирусов. Волшебный грипп ослабляет Магическое ядро, из-за чего колдун или колдунья лишаются своих сил. Это и стало решающим моментом для визита к мадам Помфри у мистера Поттера, ведь учиться, когда палочка — это просто деревяшка — невозможно.
Ровно в восемь утра дверь в палату открылась. Гарри подумал, что это целительница с фонендоскопом и лекарствами наперевес и выглянул из-под одеяла. Правдой это оказалось ли отчасти, ведь помимо Поппи, в комнату зашёл, а точнее был втолкнут Снейп. Тот был крайне сердит и недоволен, но на его бледном лице было что-то ещё. Непривычное. На чуть впалых щеках был несвойственный для зельевара румянец. Глаза были полуприкрыты, а дыхание было сбитым и немного хриплым.
— Бестолочь ты какая, Северус! Ну какой человек в здравом уме будет работать с такой температурой?! — воскликнула мадам Помфри, ставя руки в боки.
— Со мной все в порядке! У меня нет времени на беспокойство о таких пустяках! — хмыкнул Снейп, подрываясь с койки, на которую его толкнула женщина. Поппи быстро перехватила инициативу и легким мановением палочки уложила его обратно без возможности встать.
— Это удерживание против воли!
— Это забота о тебе, болван! — закатила глаза докторша, трансфигурируя его сюртук и брюки в голубую больничную пижаму. — Лежи, скоро буду тебя осматривать.
Гарри был явно в шоке и некотором веселье от этого зрелища. Во-первых, хоть кто-то прищучил Летучую Мышь, а во-вторых сбылась несбыточная мечта трех факультетов из четырех. Снейп заболел! По такому поводу в гостиной Гриффиндора должны устроить праздник нехуже, чем как на Кубок Школы по квиддичу. Поттер расплылся в улыбке, но в тот же момент сильно закашлялся, чем обратил на себя внимание двух оппонентов.
Мастер Зелий, видимо ранее незаметивший студента, явно нахмурился, что его черные как гуталин брови съехались на лбу.
— Поттер! Какого Мордера вы здесь делаете?! — угрожающе прошипел Снейп, повернув голову вправо.
— Болеет. Точно так же, как вы, профессор. — цыкнула языком Поппи, выходя из палаты. — Готовьтесь оба. Сейчас лечиться будем.
Лишь только дверь за целительницей захлопнулась, Снейп начал дергаться и пытаться встать с постели, но все его четыре конечности были заботливо были приклеяны заклинанием Поппи для особо непослушных пациентов. Мужчина, после минуты конвульсий, страдальчески застонал и откинулся на постель с хриплым кашлем. Повернул голову в сторону Гарри, который был одновременно в шоке и крайне приподнятом настроении.
— Поттер, наложите на меня Фените, если на это хватит ваших страусиных мозгов. — прохрипел зельевар свою просьбу в стандартной для него хамской манере.
Подросток очнулся от своих мыслей о реальности возможности Снейпа заболеть и тут же развел руками, теша своих демонов.
— Извините, сэр. Палочка не слушается сейчас.
Профессор закатил глаза, но ничего не ответив, отвернулся и как раз вовремя. В комнату вернулась мадам Помфри с типичными приблудами для осмотра и с несколькими шприцами.
— Ну что, больные, начнём экзекуцию… — протянула доктор, надев перчатки и решительно направилась к Снейпу, который лежал неподвижно, словно пытался притвориться мертвым, лишь бы его не трогали.
— Северус, не прокатит. Поверни голову, горло посмотрю.
Снейп не реагировал. Все это больше смахивало на бред шизофреника или на сон, что забывается через 5 минут после пробуждения. Поппи насильно повернула голову профессору. На его лице с лихорадочно блестящими глазами, читался страх. У Гарри брови взлетели ко лбу. Странно было видеть такого Ужаса Подземелий. С трясущейся нижней губой и взглядом, будто боггарта увидел.
— Ну ты же не маленький в конце концов. Давай, открой ротик. Я только посмотрю. Обещаю… — мягко протянула мадам Помфри, уговаривая Северуса, как малыша.
Снейп крепко сжал зубы и отвернулся. Ему явно не нравилась сама мысль о том, что его будут трогать, осматривать, лечить и другими изощрёнными способами нарушать его личное пространство. Всю неделю он чихал, кашлял и еле-еле что-то говорил из-за боли в горле, а самолечением не занимался, поскольку не целитель и знать не знает дозировки зелий, которые бы ему помогли. В общем, ждал, что само пройдёт, без вмешательства колдомедиков и их варварских инструментов.
— Северус, ну едрить твою налево, тебе пять, что ли? Открой рот уже наконец! У меня помимо тебя другие больные есть! — фыркнула Поппи, снова поворачивая голову зельевара анфас.
— Я не больной! Это просто просту… — Снейп не успел договорить, как ему в рот в качестве рычага вставили шпатель и и крайне бесцеремонно разжали челюсти.
— Такс… Ну красненько, но не критично… А сейчас послушаем лёгкие. — целительница взмахом палочки перевернула его на живот и подняла пижамную куртку к шее.
Гарри смотрел на это с удивлением. Не то чтобы ему было интересно рассматривать оголённую тощую спину профессора всю в шрамах и татуировках. Было больше занято изучать его слегка капризное поведение и мученическое выражение лица, что морщилось от холодной мембраны стетоскопа. Ведь теперь им вместе страдать в столь скучном месте, пропахшим спиртом и зельями. Теперь можно хоть наблюдать за выходками слизенского декана, вместо составления картографии трещинок в потолке.
— Ну как я и думала… Хрипы, на просвете белые пятна. Пневмония у тебя, дорогой. Надолго ты застрял у меня. — хмыкнула Поппи. За послушность во время аскультации она сняла заклинание, и Снейп лег на спину с облегчённым вздохом.
— А как мы будем вместе лежать? У нас же разные болезни, мэм. — спросил Гарри, садясь в постели, готовясь к осмотру.
— Сейчас сезон, Поттер. Свободных палат нет. Так что придётся нарушить саннорму из-за вынужденных обстоятельств.
— Не бойтесь, это не надолго… — хмыкнул Северус, заворачиваясь в одеяло.
— Не думай, что у тебя получится сбежать. На ночь дальше палаты никуда не денешься. — усмехнулась Поппи, осматривая уже подростка.
— А если мне по нужде понадобится?
— Могу утку дать.
— Нет, спасибо, обойдусь.
***
Снейпу действительно не лежалось спокойно в койке, и он все искал способ свинтить из четырёх белых, в которых помимо него самого был раздражающий одним только видом Поттер. Северус все пытался открыть дверь. Поппи наложила на нее такое заклинание, что как только мужчина подходил к ней на расстояние вытянутой руки, то та превращалась в глухую стену. Выпускала только с разрешения. Так строго было из прошлых случаев, когда упрямый профессор сбегал с медблока, а в последствии усугублял ситуацию и попадал в Мунго. Снейп выглянул в окно. Второй этаж. Метров десять до земли. Вариант сомнительный, травматологией попахивает. Гарри усмехнулся. — Вы настолько отчаялись, профессор? — Очень смешно, Поттер. Уж лучше ноги переломать, чем тут находиться. — фыркнул Северус и улёгся в постель, скрестив руки на груди. — Приоритеты у вас конечно… — хмыкнул очкарик и перевернулся на левый бок, чтобы видеть профессора. Снейп смерил его ледяным взглядом, который обычно заставлял поёжиться, но в сочетании с больным видом был комичен. Зельевар согнулся и закашлялся. Хрипло, сухо и громко, что казалось задохнётся, а после приступа обмяк на подушке. Из-за боли в рёбрах пошевелиться было трудно и оставалось только лежать и ныть. Было где-то часов одиннадцать, и только тогда профессор либо бросил попытки, отчаявшись, либо же ему поплохело и тем самым верно пришпандорило к постели. Северус свернулся комочком и, вздыхая, дрожал от озноба. Гарри же задумчиво уставился в потолок. Чего только в жизни не увидишь…
