Где гремят пушки, там и сердце моё

—Ты снова здесь. Голос Османской Империи прозвучал сдержанно, но металл в нём дрожал — не от страха, а от усталости. Он стоял у края горящего поля, где недавно ещё звенели сабли и падали знамена. На его мундире — порох, на шее — медаль, полученная за прошлую победу, которая сейчас казалась ему детской сказкой. Российская Империя вынырнул из тумана с такой же холодной величественностью, с какой веками входил в его порты. Белый мундир, алые прожилки на пальцах от сжатой до боли сабли. —Я всегда прихожу, когда ты слаб, сказал он. —И когда ты силён. Мне всё равно. —Нет, тебе не всё равно, — Осман криво усмехнулся, — Если бы было, ты бы не оставлял писем. — Я не писал писем. Но в его голосе было слишком много воспоминаний, чтобы он мог солгать по-настоящему. —Ты вечно хочешь меня изменить. Заставить склониться —Я хочу, что бы ты выжил, — тихо —Под твоим флагом? —Под каким угодно, лишь бы не под землёй. Молчание. Где-то вдалеке бормотали пушки — то ли отголоски Крыма, то ли тень Балкан. Осман опустил голову. — Мне не нужна жалость, Россия. Даже твоя Он подошёл ближе — на ту опасную дистанцию, где война становиться почти интимной. Там, где дыхание ощущается на коже —А если не жалость? — спросил Российская Империя. — А если я просто хочу, что бы ты остался? Османская Империя впервые не ответил. Он смотрел на него — так, как смотрят на старого врага, который однажды стал самым близким свидетелем твоего падения. —Знаешь, что самое страшное? — тихо, почти шёпотом. — Ты всё ещё умеешь заставить меня поверить. Что мы не обязаны стрелять. —Может, однажды... — начал Россия —Нет, — перебил его Осман. — Однажды ты войдёшь в мой город снова. — И ты дашь мне ключи? —Нет, — криво усмехнулся Осман. — Но я буду ждать. На стене. В крови. В молитве. С последней пулей — для себя. Он развернулся и ушёл — как уходит тот, кто знает: следующая встреча будет последней. Россия смотрел ему вслед долго. Потом медленно опустился на колени и воткнул саблю в землю. Покой между ними был невозможен. Но память оставалась