Всего лишь 3 месяца...

***

Шираюки

      Я стояла на перроне и слышала как раздается гудок, который разбивал мне сердце и оповещал о скором отправлении поезда в далекий путь. Осознание того, что этот мужчина, сидящий в купе, чью руку я держу через окно, моя любовь, мой Зен, скоро покинет меня, бил мое сердце как безжалостный молот. Я не хотела отпускать его руку, его самого. И даже новость что это всего лишь на три месяца не давало моему сердцу и минуты покоя. Я хотела запрыгнуть в окно, обнять его и никогда не отлипать. Я хотела посмотреть в его глаза еще немножко. Эти синие глаза, как ясное и прозрачное Саргассово море. Я видела как его прекрасное лицо искривилось в гримасе боли. Я знала, он тоже не хотел уезжать. Мой Зен…

***

Зен

Я чувствовал как моя девочка сжимала мою руку своей маленькой ладошкой. Ее тонкие пальцы впивались в мою руку, причиняя мне больше моральной боли чем физической. Шираюки цеплялась за меня, как за спасательный якорь в бескрайнем океане. Я не хотел ничего больше, как выйти из поезда и никуда от нее не уезжать. Я хотел ее рядом. Мне было больно смотреть на ее страдальческое лицо. Я не люблю когда моя девочка так грустит. Единственное, что удерживало меня от безумной, навязчивой идеи вернуться на перрон, так это факт, что я уезжаю всего на три месяца. Эти три месяца будут самые долгие и несчастные в моей жизни.

***

Шираюки

Поезд тронулся с места и я побежала за ним. Я хотела посмотреть на него еще секунду. Мне было его мало. Еще капельку. Совсем немного. Мои легкие горели, но я продолжала бежать, пока не достигла конца перрона, когда поезд и мой Зен исчезли из поля зрения, я почувствовала как падаю на колени. Он уехал. На долгих три месяца. Мой взор затуманился и я зарыдала, закрывая лицо руками. Боль была уже невыносимой.

***

Зен

Когда поезд тронулся, я почувствовал панику. Я не хотел еще уезжать, я хотел еще секунду подержать ее руку в своей. Когда я увидел что моя девочка побежала за поездом до конца перрона..это сломало меня. Она бежала со всех сил, я видел как заканчивается воздух в ее легких. Я увидел как она упала и не смог больше смотреть. Я развернулся, смотря в пол и почувствовал как слезы потекли по моим щекам. Моя бедная Шираюки, совсем одна на три месяца…

***

Через три месяца. Шираюки.

Эти три месяца без моего Зена были для меня адом. Казалось, что солнце, которое зашло за горизонт в тот день на перроне, больше не сходило для меня. Первые две недели я не могла ни есть ни спать. Зен бы отругал меня за это. Он всегда говорил мне что мне нужно больше кушать, чтобы набрать хоть немного веса. Всегда говорил, что я как соломинка на ветру. Остальное время я провела одна. Я не ходила гулять, а старое отцовское фортепиано было моей отдушиной. Я играла и играла. Играла часами и днями. Я каждую минуту думала, как там мой Зен. Хорошо ли ему там? Я взяла в рот сигарету и подожгла зажигалкой, выпуская пар в холодный апрельский воздух. Вспомнилось, как Зен, когда мы только начали встречаться, ломал мои сигареты, чтобы я не курила и не портила себе легкие. Я издала смешок и посмотрела на стену своей комнаты, где висел плакат который мы сделали с ним вместе. Два отпечатка рук, фотографии, наклейки и милые подписи. Я не могла не вспомнить как мы смеялись когда делали это произведение искусства. Я вспомнила, как он обсыпал себя блестками, заявляя, что он - блестящая фея, а я смеялась до боли в животе от его детского дурачества. А потом присоединилась. Вдруг, кто-то осторожно забрал сигарету из моих пальцев и сбросил с шестого этажа. Я развернулась и не могла поверить своим глазам.

***

Зен

Меня отпустили домой раньше на неделю. И я не мог поверить своему счастью. Я снова еду к своей малышке. Я за минут пять собрал чемодан, кидая вещи которые попадались под руку. Быстро сел на поезд и уже через шесть часов был в родном городе. Я быстро заскочил в цветочный и купил букет пионов, которые так любила Шираюки. Я взял такси и уже через 15 минут приехал к дому моей любимой. Я, казалось, обрел супер скорость. Я тихонечко вошел в дом, стараясь устроить сюрприз. Я прошел в ее комнату и увидел свою малышку с сигаретой в руке. Моя девочка, не делай этого, не убивай себя…Она снова сделала затяжку и я не выдержал. Я подошел к ней сзади и аккуратно убрал сигарету. Она обернулась ко мне и я увидел шок в ее глазах. Но потом эти изумрудные глаза наполнились слезами и я не мог не стереть слезинку с ее щеки. Я обнял ее и не смог удержаться от поцелуя. Мне так хотелось попробовать вкус ее губ снова. Так хотелось снова спустя три месяца почувствовать ее тепло. Моя малышка…я скучал…

***