Тихие объятия

Олег даже не успел ничего сказать, когда Серёжа уже закрылся в туалете. Он понял что перегнул палку. Для него тема детдома была не была какой-то сильно неприятной. Иногда он шутил об этом, но даже не подозревал о том, что для Серёжи она будет настолько больной. Пока он решил не трогать его, потому что не хотел расстраивать ещё больше, поэтому ушел на кухню кормить кота и делать им с Серёжей чай. Он хотел дать ему время успокоиться хоть немного, а потом извиниться. Слезы текли по лицу. Сережа безостановочно плакал, кусая собственные губы, стараясь хоть как-то приглушить свои рыдания. «Ну и че ты хнычешь?» — голос в голове. Птица. Опять.. — Уходи.. Ты вообще не вовремя сейчас.. — Разумовский уткнулся лицом в колени, накрыл ладонями уши, лишь бы не слышать этот противный голос. «Серый, тебя обидел кто? Давай, я за тебя выйду, это не обсуждается даже» — только и сказал он, на что студент не успел даже возразить. Рывком он поднялся с пола, за шаг оказался перед зеркалом. Золотые, почти карие глаза не сводили с себя же взгляда. Зажурчала вода, Птица старательно умывал бледное лицо. — Слабак слабаком, сколько можно уже.. Тебе бы в зал походить, возьми себя в руки наконец, — тихо ругался Птица. Он вытер кожу первым попавшимся полотенцем, вышел из ванной и наткнулся на Олега с чашкой чая в руках. Выслушивая извинения, Птица аккуратно изъял кружку и с максимально невозмутимым выражением лица - уронил ее на пол. Фарфор разбился в дребезги, вызывая легкую ухмылку на лице студента. Небольшие осколки отскочили от пола, оставляя небольшие порезы на открытой коже ног Разумовского. — Извинения мне твои к черту не сдались. Мы сваливаем отсюда, — грубо прервал негодование Волкова Птица и развернувшись, стал искать рюкзак. - Что..? Олег ошарашенно посмотрел на Серёжу: - Серёж, что с тобой? Кот, прежде спокойно ужинавший в кухне, злобно зашипел на студента, не давая ему выйти из квартиры. Олег подошёл ближе, хватая Разумовского за руку, чтобы тот уж точно не ушёл. - Я понимаю, я перегнул палку, но давай спокойно поговорим как нормальные люди? Без всех этих истерик. Он попытался заглянуть Серёже в глаза, но тот отпрянул, не давая ему этого сделать. — Отвали, ты вообще кто такой, чтобы трогать меня? — едва ли не крича спрашивал Разумовский, вырываясь из хватки и отворачиваясь в сторону. — И кот твой не помешает мне уйти отсюда, — недовольно добавил он, уже натягивая обувь и поправляя рюкзак на плечах. — Ты никто, чтобы обижать беззащитных, не виноватых в своей судьбе студентов. - Хотя бы даже твой преподаватель, между прочим единственный человек из университета, который о тебе заботится. То, что я один раз ошибся, затронув больную тебе тему, и то по незнанию, не делает меня плохим человеком. Тем более что я сейчас и пытаюсь перед тобой за это извиниться. Поэтому, прошу тебя, успокойся и не делай поспешных выводов. — Боже, ну какие же тупые отмазки, мне вообще глубоко фиолетово, кто ты и что ты там пытаешься сделать, ты Серого расстроил, а я такого не прощаю, — Птица поднял голову и, наконец, позволил заглянуть тебе в глаза. Взгляд был пронзительный, словно пытался прожечь насквозь, проникнуть прямиком в душу и вывернуть ее наизнанку. В темноте коридора Олегу на миг показалось что прежде холодные голубые глаза Серёжи сейчас блеснули огненным янтарным блеском. Но сейчас ему было не до этого. Сейчас его главной целью было не допустить чтобы студент убежал из квартиры ни пойми куда, а ещё лучше успокоить. Однако что-то подсказывало Олегу что сейчас перед ним не совсем его студент. Да, внешне это он, только вот смена характера и цвета глаз, а также поведение кота, подтверждали его догадки. Поэтому, мысленно извинившись перед Серёжей, Волков, по силе во много раз превосходивший студента одной рукой, схватил его за горло, практически перекрывая доступ к кислороду, и прижал к стене. Другой в это время он сжимал его руки, чтобы не рыпался. После чего с заметной сталью в голосе сказал: - Что бы за тварь в тебе не сидела, пускай проваливает и возвращает мне моего студента и по совместительству дорогого мне человека. — Ты че, ахренел? — разгневанно крикнул Птица, жадно хватая воздух ртом и пытаясь выбраться из хватки. Он пинался, брыкался, всячески пытался ударить Олега, чтобы тот ослабил удушающую хватку, дал хоть немного воздуха. Но с каждым мгновением сил становилось все меньше, Птица перестал рыпаться и глаза в миг поменяли свой окрас. Почти потерявший сознание Сережа упал в объятия Олега. Шумно глотал воздух, пытаясь отдышаться, сильно кашлял и еле стоял на ногах. Он, увидев что глаза студента снова стали голубыми, сразу же опустил его, после чего взял его на руки и отнёс в спальню. Кот кстати сразу перестал шипеть и, как ни в чём не бывало, вернулся к прерванной трапезе. А преподаватель, убрав осколки и разлившийся чай, вернулся к Серёже, чтобы поверить всё ли с ним в порядке и не нужно ли что-нибудь обработать. Лежа на кровати, Сергей поджал ноги к груди и продолжил громко дышать. — Ты идиот, Птица, почему полез вообще? Я же просил.. — шептал он, увидев, как Олег вышел из комнаты. «Да потому что ты тряпка, кто, если не я, тебя защищать будет?» — отвечал Птица и Сережа закатил глаза, в раздумьях прикусил губу и уставился на дверной проем. — Олег будет, но не ты. Оставь меня, хотя бы на один день! — довольно громко сказал он и обняв себя за колени, зажмурил глаза. Сережа почувствовал, как рядом с ним продавился матрас. Но студент даже не открыл глаз, он только перевернулся на другой бок, пытаясь скрыться от преподавателя. — Прости.. — тихо шептал Разумовский, быстро вытирая слезы свитером Олега. Услышав тихое бормотание Серёжи, он понял что тот уже пришёл в себя, поэтому лёг рядом с ним и, обняв его поперёк груди, прижал к себе. - Всё хорошо, Серёж. Всё хорошо. Ты просто устал, возможно перенервничал, но в любом случае тебе сейчас просто нужно поспать и отдохнуть. Волков быстро поцеловал любимого в макушку, крепче прижимая к себе. — Да не нервы это, и не усталость! — он попытался выбраться из нежных объятий Олега, отодвинуться от него. Было стыдно за проявившуюся, вторую личность. — У меня раздвоение личности, он проявляется, когда захочет. Вечно сидит у меня в голове и все шепчет, надоедает своим противным голосом, — отчаянно шептал Сережа, не оставляя свои попытки выбраться. — Я пойму, если тебе противно будет со мной общаться. Это сложно, сложно жить с этим. И общаться с таким, как я, тоже очень сложно. - Тихо-тихо.. Всё хорошо. Олег не даёт Серёже вырваться, ещё сильнее прижимая к себе: - Я тебя не оставлю, даже несмотря на это раздвоение личности. Даже если "он" появится снова, чего впредь я постараюсь не допускать, мы уже знаем как его остановить, пускай и на время. Мне важен, нужен и дорог ты. Если потребуется, я буду так же ценить и твою вторую личность, но пока я готов сделать всё, лишь бы тебе было хорошо и с тобой всё было хорошо. Последний перестал сопротивляться, он обмяк в объятиях преподавателя, повернулся к нему лицом и крепко обнял, утыкаясь в грудь, более не сдерживая слез. — Прости, прости пожалуйста.. Я никогда не хотел быть таким.. — студент дрожал, шепча извинения сквозь тихие всхлипы. - Всё хорошо. Не переживай, прошу тебя. Просто знай что я рядом, хоть ты возможно не видишь в полной темноте. Но я здесь, я с тобой, - Олег улыбнулся и через некоторое время добавил, - в полной темноте. Я знаю что ты прекрасный человечек, который просто слишком много всего пережил. Я понимаю как трудно не верить тому, что кто-то говорит. Особенно если это что-то плохое. Но я никогда не позволю себе плохо отзываться о тебе. Просто верь мне. Если тебе будет легче, есть человек, который любит тебя. Любит несмотря ни на что. Говоря это, преподаватель нежно улыбался обнимая своё рыжее чудо. Сережа прижимался только крепче, не переставая извиняться и тихо всхлипывать. Вдруг он замер, поднял недоумевающий взгляд на Олега. — Любит? — прошептал он, чувствуя, как щеки заливаются красной краской. — В каком плане любишь? — брови сами поползли на лоб, слезы больше не текли, только смущение все больше густеет на его бледном лице. - Да вообще во всех планах, Серёж. Я понимаю что это возможно неправильно. Хотя с другой стороны, мы оба с тобой уже взрослые люди. Да, я твой преподаватель, а ты мой студент, но мы оба имеем право на чувства. Вся моя забота о тебе была подкреплена ещё и любовью к тебе. Не только как к студенту, а как к человеку. Как обычно девушки влюбляются в юношей и наоборот. И даже твоя вторая личность не помешает мне любить тебя. Я готов полюбить вас обоих. Лишь бы только ты улыбался, лишь бы тебе было комфортно со мной. Я пойму, если ты откажешь мне. Учитывая нашу разницу в возрасте, это неудивительно. В общем, Серёж, ты мне не безразличен и сейчас я точно могу сказать что люблю тебя. Олег смотрел в глаза Серёжи, желая найти в них ответ на свои чувства. Студент молча выслушал речь преподавателя, затем осторожно выбрался из его объятий и поднявшись с кровати, прошел к дверному проему. — Мне нужно подумать, прости.. я на диване посплю, — только и сказал он, уже выходя из спальни Волка и оставляя его одного. Разумовский улегся на диван, подмял под себя подушку и укутался в плед. «Ну и чего не ответил?» — послышался ненавистный голос. — Заткнись, Птица, прошу тебя.. мне нужно побыть одному, правда.. — шептал он и на удивление Птица быстро оставил его. Олег, оставаясь в кровати, задумался: "Похоже что я снова перегнул палку. Не нужно было так сразу ему вываливать всё это. Про чувства, про любовь и тому подобное. Теперь он точно будет меня избегать и даже разговаривать со мной не станет." Подобные мысли мучили его всю ночь, из-за чего уснул он только под утро. И то, сном это назвать было нельзя. Скорее задремал. В это время кот, расположившийся на диване, начал ластиться к Разумовскому, будто бы чувствуя его состояние. Сережа нежно гладил кота, раздумывая:«не слишком ли грубо я ответил Олегу? почему же я так сказал, если и сам питаю похожие чувства?» Под утро Сергей, так и не поспав, решил приготовить завтрак. Он долго провозился на кухне, кот не отлипал от него, постоянно терся об ноги, заставляя себя гладить и Разумовский, с улыбкой на лице, безоговорочно гладил его.