DUNE

Желтый солнечный шар сгорает в небе оттенками песчаных дюн, цветом ритуального огня.  Глаза Уёна светятся призрачным голубым – больше лица не разглядеть из-за конденс-костюма ифрименского одеяния, развеваемого сухим и горячим ветром.  Уён оглядывается назад, на пройденный по дюнам путь, а потом снова смотрит на тлеющее солнце. Скоро пустыню поглотит ночь.  На дорогу ушел почти час. А сейчас самое время остановиться.  Об этом он говорит Сану, когда они достигаютнебольшого хребта скал, где можно укрыться в пещерах.  Они быстро поднимаются по отвесным утесам, присыпанным песком. Уён первым оказывается наверху. С его грациозной бесшумной походкой и лисьей прытью – неудивительно. Уён всегда отличался ловкостью и скоростью движений даже среди фрименов.  Сан забирается следом, тяжело дыша. Дорога его утомила куда больше. Он выносливый, но ко всей этой жаре ещё не привык, как фримены. Его это изнуряет.  Уён медленно стягивает тканевое облачение с лица и головы, а потом снимает маску. Сан делает тоже самое, сбрасывая рюкзак на скалистую поверхность.  Они решают разбить палатку в расщелине, где ночью скопится прохлада, которой так желает тело, утомленное жарой и зноем. Скалы выглядят как спасение – горячий камень, нагретый за долгий день. В воздухе – приглушенный запах специи. Сладковатый, напоминающий корицу.  Уён замечает, как Сан тяжело вдыхает её. Он всё ещё не привык к таким концентрациям специи в некоторых местах пустыни. Этот запах может одурманивать.  Уён чуть растягивает губы, скользнув ближе к Сану и аккуратно накрыв ладонью его рот.  Сан смотрит ему в глаза, понимая без всяких слов, что Уён беспокоится о нём, напоминая успокоить дыхание, потому что рядом много специи.  Глаза Сана ещё не успели приобрести выразительный голубоватый оттенок, как у всех фрименов. Но понемногу белки глаз начинают приобретать дымчатую синеву. Уён смотрит в них с предвкушением и ожиданием.  Они одни так далеко от ситча. Уён этим почти наслаждается. Пустыня может легко укрыть его и Сана от нежелательных и осуждающих взглядов.  Уён смотрит на него с готовностью прильнуть ближе и дать его рукам опуститься на крепкие бедра, готовые прижаться так близко, как ещё не было возможности до.  Уён уже готов к этому. Долгое время его желания пугали его, и разуму приходилось усмирять тело. Уён вырос среди фрименов, которые могут прекрасно контролировать свои желания и потребности, устремляя все силы лишь на те необходимые нужды, чтобы просто выжить.  Но все те долгие месяцы, что Сан провел с ними, становясь одним из людей пустыни, заставляли Уёнараз за разом возвращаться к тем словам, что нашептывало сердце.  Оно говорило, что Сан нужен ему. Нужен как брат, как семья и как любовник. Но последнее все его соплеменники осудили бы, узнав его тайные желания.  Уён был наставником Сана с первого дня, хотя возиться с солдатами Атрейдесов не входило в планы фрименов. Но некоторые воины, приведенные ментатом герцога Лето, изъявили добровольное желание примкнуть к вольному народу, потому что возвращаться было некуда, а желание отомстить жгло их сердца. Сан сделал именно такой выбор.  Каждый из солдат павшего дома получил себе в наставники по фримену, и Уён выбрал Сана. Выбрал сам, первым, шагнув к нему и протянув ему руку.  Уён знал ещё тогда, что Сан способный воин, так что ему было интересно не просто посвятить кого-то в тайны фрименской жизни, ему хотелось получить что-то взамен. Воинские умения Сана вполне годились для этого обмена. Но было кое-что ещё.  Уён не мог это объяснить, он просто чувствовал сердцем – что из всех стоящих перед ними чужеземцев ему нужен именно этот. Высокий, статный, внимательный, действующий без лишних жестов и слов. И красивый. Безумно красивый.  Уён чувствовал себя так, словно вдохнул слишком много специи, каждый раз глядя на Сана. Это был сладкий морок, восторг, очарование.  Уёну хотелось броситься к нему и коснуться кожи, скрытой воинской формой. Ему хотелось слишком много того, что здесь не было принято, и о чем раньше он никогда не мечтал.  Только навыки фримена позволили ему тогда сохранить лицо без эмоций и не выдать своих чувств. И только спустя много недель, проведенных вместе с Саном бок о бок, позволили Уёну осознать, что они могут доверять друг другу, и что Сан чувствует к нему огромную благодарность за посвящение в новую жизнь.  Впрочем, со временем Уён осознал, что его внимание к нему – это не просто благодарность.  Сан тоже смотрел на него иначе. Искал возможности побыть с ним, сбежать в пустыню на разведку, показать Уёну новые приемы для боя. Коснуться его.  Когда Сан сделал это первый раз, во время отработки приемов, Уёну хотелось взять его за руку и потянуть на себя. Рука Сана сжимала его горло, отбив в сторону его нож. Уён был в восторге от его навыков. Сан смог побороть его так легко и быстро, что это лишь усиливало очарованность им, хотя Уён был хорош в боевых искусствах. По-настоящему Сан коснулся его много недель спустя. Они сидели на одном из песчаных курганов вдалеке от ситча, обсуждая то, что узнали на разведке. Разговор был коротким. Им следовало чуть отдохнуть и вернуться к фрименам, доложив информацию.  Уёна тогда едва не ранили – они столкнулись с отрядом сардоукаров, и Сан совершенно естественно закрыл его собой. Его конденс-костюм пострадал. Но Сану было плевать. Он не жалел, что спас Уёнужизнь.  Была вероятность, что Уён бы и сам справился, как десятки раз до, потому что он изворотливый и ловкий, но Уён прекрасно знал, что не повезти могло с той же долей вероятности.  И тогда, охваченный страхом и осознанием хрупкости их жизней, он первым прильнул к Сану, даря ему свой первый и искренний поцелуй – влажный и долгий, за который бы его осудили в ситче буквально все.  Сан на этот поцелуй ответил. Сразу же. Не сомневаясь.  И притянул Уёна к себе, заставив сесть на его бедра сверху, чтобы почувствовать тепло его тела.  В тот раз они ограничились только этим откровенным поцелуем и прикосновениями друг к другу, не позволяя себе слишком увлечься.  А потом Уён решился спросить, любил ли Сан когда-нибудь.  Тот покачал головой, и в его глазах Уён видел искренность – Сан ему не врал, хотя солдаты с Каладана вечно болтали о девушках, которые остались у них на родной земле. Сан не был из их числа.  И Уён не раз видел по его глазам, что его тянет именно к нему. Сан не заглядывался на девушек из фрименов, он всегда предпочитал быть рядом с ним, с Уёном.  Теперь же, глядя как на небо выкатываются диски двух лун, стоя на самом верху скал, Уён поворачивается к Сану и говорит: - Моё второе имя - тайное имя – означает солнечный, - говорит Уён, понизив голос. Он звучит заговорческии тихо. Доверительно. Словно с этим признанием он вкладывает в руки Сана всю свою жизнь, всю свою воду, всего себя. – Вся моя семья погибла. Так что это знаешь теперь только ты. Твоё имя тоже созвучно солнцу.  Сан тогда протягивает руку и гладит его по щеке. - Почему ты не сказал мне этого с самого начала?  - Ты ведь знаешь наши правила, - тут же хмурится Уён. – Нужно время, чтобы научиться доверять. Особенно, чужим.  - Я – не чужой, - Сан чуть напрягается от его слов, и Уён тогда накрывает его ладонь своей в знак успокоения.  - Для меня - нет. Иначе я бы не стоял сейчас с тобой… наедине.  Сан слабо улыбается.  Уён смелеет и делает шаг ближе, глядя сначала ему в глаза, но взгляд неумолимо падает вниз. На его сжатые губы.  Сан тогда медленно притягивает его к себе, окончательно разрушая расстояние между ними. Его рука ложится талию Уёна, поверх плотной ткани дистикомба.  Уён взволнованно выдыхает в поцелуй и льнет к Сану так близко, чтобы тот почувствовал его желание оказаться в его руках.  Сан целует его медленно, раскрывая полные губы, которые так жаждут углубить поцелуй. Сан позволяет, и Уён толкается в его рот языком. Он чувствует себя смущенно, делая это, так что Сан ощущает его влажный язык во рту, но Уёну хочется этого так отчаянно и жгуче, что он отставляет всякий стыд.  Сан удерживает его талию обоими руками, сдавливая чуть сильнее, пока Уён обвивает его шею.  Дыхание сбивается так быстро, что обоим приходится отстраниться.  Уён смотрит в глаза Сану неуверенно, но с надеждой. - Я хочу снять с тебя всё, - признается он тихо, дергая фрименское одеяние поверх конденс-костюма. Губы Сана растягиваются – довольно и одобрительно.  Но он все же касается снова щеки Уёна и смотрит в глаза: - Со мной ты можешь ни о чем не переживать, Уён. Я хочу, чтобы ты знал это. И хочу, чтобы ты расслабился.  Уён коротко кивает.  Сан нехотя отстраняет его от себя, предлагая установить палатку.  На это уходит несколько минут.  Уён предоставляет это Сану, и пока тот занят, он сам садится на уступ скалы, подогнув ноги, и смотрит на темный горизонт.  Осознание того, что сегодня он впервые даст кому-то прикоснуться к своему обнаженному телу, заставляет трепетать. Сан сказал ему не переживать, но волнение Уёна скорее восторженное. Это похоже на предвкушение. Он уверен, что с Саном ему не может быть плохо, даже если будет больно.  Когда тот заканчивает с палаткой, то подходит к Уёнусо спины, тронув за плечо. Уён поворачивает голову, позволяя руке Сана соскользнуть на его колено.  Сан мажет губами в его висок, и Уён тут же разворачивается, чтобы раздвинуть ноги и дать Сану обхватить его бедра, пока он наклоняется к нему.  Их губы встречаются снова – сухие и горячие, как всё в этой чертовой пустыне за спиной. Уёну не хочется говорить – слова особо ничего не значат, если тело почти плавится от желания.  Сан терзает его губы уверенно и смело, и Уён зарывается рукой в его отросшие темные волосы, чуть оттягивая.  Ему хочется, чтобы Сан коснулся его ниже, спустив рукуему между ног.  Этого хочется так отчаянно, что когда язык Сана оказывается у него во рту, Уён стонет томно, притягивая его так, чтобы их бедра соприкоснулись. Сан становится между его разведенных ног ещё теснее, прижимаясь пахом, и хоть ткань их одежды очень плотная, они оба чувствуют нарастающее возбуждение.   Уён тогда отрывается от Сана и смотрит, намереваясь сказать, что он безумно хочет его, но Сан и так понимает всё. Поэтому он берет его за руку и тянет за собой.  В палатке места не очень много, к тому же – твердая поверхность скалы не добавляет особого комфорта, хотя Сан сделал всё, чтобы лежать было удобнее.  Но лечь Уёну он не позволяет – он делает это сам, усаживая Уёна сверху на свои бедра.  Уён наклоняется к нему, целуя в губы и прикрыв глаза. Забота Сана ему нравится. Он готов терпеть дискомфорт, лежа на твердой земле, чтобы Уён смог полностью расслабиться и насладиться процессом.  Сидя сверху, младший прекрасно чувствует, каким твердым становится Сан, пока они трутся друг о друга.  Руки Сана снова ложатся на его талию, но Уён убирает их, бросив, что хочет раздеться.  Он делает это быстрее Сана - тот хоть и научился правильно надевать конденс-костюм, но справляться с ним так же как быстро, как Уён – нет.  Уён с улыбкой смотрит, как тот сбрасывает последние детали одежды.  Он оставил на себе только белье.  Сан же снимает всё.  Уён кусает губу, глядя на его обнаженные бедра и возбужденный член, тут же протягивая руку, чтобы взять его в ладонь.  Сан откидывается спиной на застеленную землю, выдыхая тяжело, пока пальцы Уёна несмело обхватывают его.  Сан накрывает его руку своей, помогая найти нужный темп, пока Уён нависает сверху.  Сану нравится его готовность сделать ему хорошо, подавив смущение. Так что он целует Уёна в шею и продолжает направлять, показывая, как ему нравится.  Уён восторженно разглядывает прикрытые глаза Сана, пока тот позволяет изучать его тело прикосновениями. Но Уёнуне хочется, чтобы он кончил так. Так что спустя несколько долгих минут он убирает руку и наклоняется к губам Сана, целуя. Тот скользит руками по его бедрам, забираясь под белье и сжимая его ягодицы. Уён томно выдыхает, тут же взглянув ему в глаза несмело: - Сделай меня своим, Сан. Я так хочу тебя.  Тот кладет руку ему на скулу, с силой притягивая к себе. Второй рукой он тянет белье с Уёна вниз.  Уён сглатывает нервно, разрывая поцелуй и отстраняясь на мгновение. Быть полностью обнаженным перед Саном – очень волнительно. Но тот лишь трепетно и аккуратно скользит руками по уёновым плечам и бедрам, когда тот снова садится сверху.  - Твоя кожа такая красивая, - говорит ему Сан тихо. – Тебя хочется целовать везде.  Уён растягивает губы и льнет к нему: - Так давай.  И Сан тогда действительно осыпает его десятками поцелуев – в шею, плечи, ключицы, в изгибы рук, в скулы. Уён наслаждается, покачиваясь на его бедрах и чувствуя, как влажно мажет его твердый член по животу Сана. Это происходит так долго – их жаркая прелюдия, наполненная прикосновениями и поцелуями. Уён чувствует себя желанным и счастливым, и пока Сан медленно трогает его рукой, следя за эмоциями на лице, он понимает, что ещё немного, и он кончит, хотя ему хотелось, чтобы это произошло, когда Сан будет внутри него.  Так что Уён отстраняет его руку и достает из своего рюкзака небольшой флакон с маслом, вкладывая в руки Сана.  Их глаза встречаются. Сан тонет в решительном взгляде Уёна, который так похож на воды Каладана. Рябь озеров и океанские воды. Неукротимый нрав бушующих рек. Непокорная сила водопада.  Уён ассоциируется у Сана именно с водой – такой ценной здесь, и такой необходимой.  - Ты мне доверяешь? – тихо спрашивает Сан, выливая немного масла на пальцы и в ожидании глядя на Уёна. Тот решительно кивает.  А потом подтверждает это словами, сев удобнее сверху: - Я доверяю тебе своё тело. И я готов стать твоим.  Сан тут же тянется к нему за поцелуем, и Уён направляет его руку себе между ног.  Сан обхватывает его член, делая несколько плавных движений, отчего Уён сладко стонет ему в ухо, прижавшись своей щекой к его.  Потом пальцы Сана нежно скользят по внутренней стороне бедра и проникают в него – уверенно и глубоко, заставляя стонать от дискомфорта и боли. Но Уён терпит и удобнее упирается коленями, чтобы Сан смог свободнее двигать рукой. Уён знает, что после боли ему должно стать приятно. А даже если нет – они все же оба делают это в первый раз, так что велика вероятность что удовольствия будет не так много, как хотелось бы – Уён готов дать Сану войти в него, чтобы их тела слились в той дикой близости, которой так хочет сердце. Поэтому Уён готов стерпеть любой дискомфорт.  Сан следит за эмоциями на его лице и спустя несколько мгновений спрашивает, можно ли продолжить тремя пальцами. Уён чуть смущается, но кивает.  Он думает о том, как в нём будет ощущаться член Сана. Уён уверен, это будет горячо и приятно.  Он как раз касается Сана снова, обхватив член пальцами, чувствуя, как высвобождается тяжелый выдох из груди Сана. Он так хотел нового прикосновения к себе, но не мог попросить, уделяя всё внимания Уёну.  А теперь, пока Уён аккуратно ласкает его в ответ, аСан его растягивает, тот тихо шепчет в губы Уёна: - Я не раз представлял, как кончу в твою ладонь.  Уён моментально заливается краской, но руку не убирает, наоборот – он ускоряет темп, чтобы заставить его довольно застонать.  Сан хватается за его бедра, прекращая растягивать.  - Да, вот так, - Сан стонет хрипло и довольно, получая желаемое прикосновение и темп.  Уён делает это ещё с пару мгновений, но не выдерживает и просит: - Сан, я хочу тебя внутри.  Тот смотрит ему в глаза и уверенно спускает тогда ладони на его бедра, заставляя сесть так, чтобы удобно было опуститься. Сан добавляет ещё масла, чтобы Уёну было не так больно, и когда тот решается сесть на его член, принимая в себя, то Сан слышит сдавленный и звонкий стон.  - Тише, - тут же просит Сан, удерживая его бедра и не давая замереть. – Расслабься.  Уён кивает быстро, но он так напряжен от дискомфорта внутри, что не получается. Член Сана входит туго и больно, вырывая у Уёна новый стон, но он просит: - Сделай это сильнее.  Сан сомневается, но всё же берется за бедра Уёна и с силой тянет вниз.  Уён стонет снова ему в губы, но чувствует, что Сан вошел в него полностью, и он довольно лижет его губы. Сан аккуратно мнет его задницу, заставляя двигаться очень медленно.  Уён привыкает к тому, как Сан его заполняет. Это горячо и пока ещё не особо приятно. Уён чувствует только боль. Но ему нравится, как довольно выдыхает Сан, какой он твердый, и как он зависим от него сейчас. Им обоим хватает несколько минут, чтобы выбрать нужный ритм и угол проникновениям.  Уён чувствует наконец приятную дрожь по телу, из-за чего двигается быстрее и резче, позволяя телу покрываться испариной - драгоценной влагой, которую в этот раз не становится жаль. Уёну кажется правильным то, как их с Саном тела соединяются. Как кожа становится влажной. Как внутри становится горячо и мокро, когда Сан сжимает его бедра с силой и кончает, прикрывая глаза.  Уён припадает к его губам, желанно сцеловывая пот и соль с его шеи, пока трется о его живот. Сан притягивает его к себе ближе, позволяя кончить на теплую кожу, отчего Уён вздрагивает в его руках и сладко стонет, расслабляясь наконец.  Сан улыбается в его висок и шепчет: - Такой красивый. И мой.  Уён слышит заветные слова и льнет к его губам.  Поцелуй выходит долгим, ласковым и нежным. Не хочется отрываться от губ.  Но Уён все же делает это, спускаясь губами на торс Сана. Он слизывает влагу с его кожи, слизывает свою сперму с его живота, вылизывает после бедра и член Сана.  Сан дышит тяжело, заставляя его снова сесть сверху, а потом толкается пальцами в него. Уён с готовностью принимает их снова.  Сан говорит, что он ужасно рад, что всё случилось именно так. Их встреча. Ради Уёна стоило потерять абсолютно всё.  Уён же всегда думал, что его сердце принадлежит пустыне.  Теперь оно принадлежит Сану.