Пьянящие узы

Природа решила стать соавтором этого дня, лес дышал золотом и багрянцем, еловые ветви, листья, отливающие медью и бронзой, сплелись в арку, осыпанную алыми ягодами и последними лесными цветами. Островок под ней утопал в мягком мху, от прикосновения к которому вспархивали в воздух отголоски магии, крошечные серебристые огоньки — легкие, как пыльца фей, и столь же недолговечные. Они вились в воздухе, замирали, словно прислушиваясь к шепоту деревьев, а затем исчезали. Парни заканчивали последние штрихи. Блейз ворчал, качал головой и критиковал — он добивался своего, идеального, и не собирался мириться с "да, нормально". С каждой секундой он становился стервозней. Напоминая всем своим видом, что все, каждый сучок, каждая лента, должны быть идеальны для нее. А в доме царила совсем другая суета. Гермиона и Пэнси, выгнав мужчин, хлопотали над последними штрихами. На самом деле у них не было ни времени, ни роскоши подготовки. Сначала они бесились — все шло не по плану, точнее, никакого плана не было. Но потом пришло облегчение. Они отказались от идеала, выбирая быть счастливыми. Сейчас. Здесь. Гермиона снова окинула взглядом букет, который собирала для Пэнси. И бутоньерку для Блейза. Она выбрала цветы, которые, по ее мнению, идеально отражали пару: эустома, вероника, ваксфлаувер, фисташка и эвкалипт. Букет пах как свежая, медовая хвоя и терпкий эвкалипт. Так ощущались ее друзья: визуальная нежность и аромат, как сила исходящая изнутри. С букетом в руках она вошла в ванную. Пэнси стояла перед зеркалом, хмуря брови и оценивая каждый штрих своего макияжа. На ней был костюм из плотной ткани цвета фарфора, струящейся, будто вода. Верх — блуза с глубоким V-образным вырезом, драпировка мягко ложилась по груди, подчеркивая хрупкие ключицы. Рукава-фонарики заканчивались у запястий, а широкая вставка-корсет стягивала талию, делая ее резкой, прочерченной. Брюки — высокие, свободные, падали мягкими складками до самого пола. — Ты великолепна, — прошептала Гермиона, и в горле вдруг стало тесно. Глаза начали предательски щипать. — А ну не реветь, — Пэнси скривилась, но в ее глазах уже блестело. — Если ты начнешь, я тоже. Гермиона молча протянула ей букет. — Ну это разъёб! — Пэнси восхищенно выдохнула, глаза округлились. — Леди, следите за речью. Вы все-таки на собственной свадьбе, — чопорно заметила Гермиона, едва сдерживая смех. — Прелесть быть предательницей крови в том, что ни один душный родственник мне за это не выскажет, — фыркнула Пэнси и отвернулась к зеркалу, пряча на мгновение лицо. Гермиона не стала развивать тему. Да, они хотели бы видеть здесь родных. Друзей. Но разделяли их не расстояния — идеологии. Война. Безопасность. Выбор. — Нервничаешь? — спросила Гермиона, когда подруга снова взглянула на себя с букетом в руках. — Не думаю, что он в последний момент передумает, — улыбнулась она, но пальцы все равно сжали стебли чуть крепче. Гермиона бросила взгляд на свое отражение. Строгий черный костюм, словно из нуарных лент. Пиджак с акцентом на плечи, подчеркивал силу. Глубокий вырез, блуза с драпировкой. Высокие брюки с защипами и ремень с пряжкой, похожей на теплое, потемневшее золото. Она выглядела не как свидетельница на свадьбе, а скорее как участница заговора. — Готова? — Кстати, тебя предупредили, что свидетели обязаны переспать в течение суток после обряда? Иначе ничего не сработает, — с абсолютно серьезным лицом сказала Пэнси. — Сделаю, что смогу, — хмыкнула Гермиона. И мир сжался в тугую спираль аппарации. Блейз нервно вышагивал взад-вперед за аркой, то сцепляя пальцы в замок, то снова разжимая. Казалось, что он почти не слышал лес, шумящий позади, и не чувствовал, как воздух тянет прохладой сквозь ткань рубашки. Тео и Драко, докурив сигареты парой быстрых, выученных затяжек, бросили окурки в сторону и направились к девушкам. Оба уже были переодеты: темные костюмы сидели безупречно, только Забини выделялся белой рубашкой и бутоньеркой, той самой, что с любовью и вниманием собрала Гермиона. — Пэнс, ты выглядишь шикарно, просто массаж для глаз, — Нотт легко обнял ее за плечи. — Ставлю на то, что Блейз не сможет вымолвить ни слова, когда тебя увидит, — добавил Драко, тоже обнимая невесту. — На этот вечер мы твой персональный эскорт, мадам. Пэнси только усмехнулась, губы дрожали от волнения, но взгляд оставался острым. — Ну что, идем? — Гермиона вдруг почувствовала, как сердце начинает биться чаще. Хотя, казалось бы, у нее самой поводов для волнения не было. Казалось бы. Они пошли к арке быстрым, уверенным шагом, хоть внутри и все дрожало. И вот, наконец, Блейз вырвался из собственных мыслей, поднял взгляд… и увидел ее. Он сорвался с места, словно инстинктами вело, и только в последний момент был остановлен рукой Малфоя. — Нет-нет-нет, молодой человек… — с серьезным лицом сказал Драко, перекрывая дорогу. — Мы собираемся передать тебе ответственность за эту девушку. А она нам очень дорога. — И мы нуждаемся в гарантиях, — добавил Тео, став рядом, будто стена. — Что она будет счастлива. — Придурки, — выдохнула Пэнси с полуулыбкой. Гермиона выступила вперед, с абсолютно серьезным выражением лица развернула пергамент и деловито начала: — Согласно протоколу, у нас имеется список требований. Так как ты наш друг, мы ограничимся устной формой договора. Однако… — она вскинула бровь, голос стал почти Макгонагалловским. — Передача невесты возможна только, если жених обещает… — она сделала паузу, и напряжение повисло в воздухе. Блейз застыл. — …любить ее всем сердцем, поддерживать, защищать, делить радость и невзгоды… и готовить лазанью. Регулярно. Все остальное по обстоятельствам. В противном случае сделка аннулируется. Блейз рассмеялся, и напряжение в его плечах сразу спало. — Обещаю! Черт, вы меня напугали… — Он провел рукой по затылку, нервно ухмыляясь. Парни расступились, пропуская Пэнси вперед. Блейз подошел и, словно впервые, осторожно положил ладонь ей на талию, как будто боялся разрушить этот момент. Целомудренный поцелуй в висок, легкий, но трепетный. Они зашагали к арке, а остальные последовали за ними. Гермиона, заметив, как пальцы Драко задели ее руку, вздрогнула, но он тут же переплел их — крепко, уверенно, будто говорил: я рядом. Он поглаживал костяшки ее пальцев, пытаясь передать спокойствие. — А что я должна делать? — шепнула Гермиона. — Все подскажем, не переживай, — кивнул Тео. — Забавно видеть, как ты чего-то не знаешь, — Драко улыбнулся, не отпуская ее руку. — Просто расслабься… Тео встал у арки. Пэнси и Блейз заняли места по сторонам от него. — Душещипательная речь будет? — ухмыльнулся Тео, доставая палочку. Блейз прочистил горло, взял руку невесты, сжал ее. — Я долго пытался придумать, что тебе сказать. Сначала, что ты невыносимая, потом, что ты прекрасная. Потом гадал: ты ведьма или волшебница… — он нервно усмехнулся, но голос дрожал. — Но на самом деле… Я просто слишком долго мечтал, чтобы ты смотрела на меня вот так, как сейчас. Я не знаю, что говорить. Ты мое счастье. Ты мой дом. Ты моя сила для Патронуса. Я люблю тебя, Пэнси Паркинсон. — Он закрыл глаза, голос сорвался, стал глуше. — Я сделаю все, чтобы у нас были еще миллиарды счастливых секунд. Чтобы они перекрыли все плохие. Все. Он сжал переносицу, пытаясь сдержать слезы. — Блейз, — Пэнси мягко коснулась его губ. — Просто люби меня. Остальное мы сделаем вместе. — Какое распутство, — фыркнул Тео. — Ну что, начинаем? Пэнси еще раз посмотрела в глаза жениху — будто проверяя, не передумал ли он. Потом перевела взгляд на друзей. В ее глазах горел целый космос — счастливый, ясный, бесконечный. Гермиона почувствовала, как горло перехватывает. Драко мягко дважды сжал ее ладонь, отпуская и жестом указывая встать рядом с подругой. Он сам встал напротив, зеркально. Тео закрыл глаза, поднял палочку и начал шептать. Казалось, лес замер. Даже птицы стихли. Сквозь тело пошли теплые волны, будто сама магия вплеталась в воздух. Из палочки Нотта вырвалось облачко, похожее на кольцо дыма, но оно не исчезло, а заклубилось вокруг всех, окутывая их, как ткань ритуала. Драко протянул вперед раскрытую ладонь. Гермиона повторила. На их руках появилась светлая дымка, похожая на ту, что бывала в напоминалках Невилла. — Гермиона Джин Грейнджер, вы по искреннему добровольному желанию участвуете в брачном обряде по просьбе Пэнси Крисциллы Паркинсон? — Да, — дымка на ее ладони шевельнулась, но не изменилась. — Знаете ли вы об обстоятельствах, препятствующих данному союзу? — Нет. Облако вспорхнуло и присоединилось к общей дымке, окружившей арку. Гермиона на секунду рефлекторно попыталась поймать его, словно улетающий момент, но не успела. Подняла глаза. Ребята лишь кивнули: все идет как надо. Драко ответил на те же вопросы, и его облачко улетело к остальным. Вся дымка стала светлее, ослепительнее, как снег на солнце. Пэнси и Блейз переплели пальцы и раскрыли их ладонями вверх. Тео взмахнул палочкой и дымка начала собираться у них на руках в сияющий шар. — Блейз Витторио Забини и Пэнси Крисцилла Паркинсон, вы вступаете в брак по искреннему желанию, на основе любви и уважения? — Да, — в унисон. Свет разделился на два сияющих сгустка, остался у каждого в ладони. Драко подошел к Блейзу, сделал легкий надрез на ладони. Дымка впитала каплю крови, окрашиваясь красным. Гермиона, по инструкции, переняла ее на кончики пальцев, поднесла к предплечью Пэнси и приложила к коже. Оттуда разлилось тепло, потом легкое движение и на коже проявился красный кот, в точности как Патронус Блейза. Он потоптался и надменно отпрыгнул от ее пальцев. Гермиона сделала надрез на руке Пэнси. Окрашенная дымка ушла к Драко, и он, не моргнув, приложил к шее друга, за ухом. В следующее мгновение на коже появился силуэт саламандры — медленно оживающей, лениво переводящая взгляд. — На этом моя компетенция все, — с облегчением сказал Тео, убирая палочку. — Объявляю вас мужем и женой! А, ну и… секс в течение суток, тогда все окончательно закрепится. Гермиона радостно вскрикнула, хлопая в ладоши, как ребенок на празднике. Парни смотрели с улыбками, как будто по заранее написанному сценарию Блейз крепко поцеловал Пэнси, приподнял ее и эффектно отклонил вбок — почти как на балу. Гермиона быстро достала камеру, зафиксировала момент. Как только парочка отстранилась, Драко подошел к Блейзу, и они сцепили руки в крепком мужском жесте — короткое притяжение, хлопок по плечу. Потом к ним присоединился Тео — то же движение, то же уважение в глазах. — Ну, красотка, охомутала-таки! — расхохоталась Гермиона, карикатурно повторяя мужской ритуал рукопожатия с Пэнси. — Ну теперь ожидаю твою свадьбу, моя девочка, — Пэнси рассмеялась и вложила букет прямо в ее руки. — Надеюсь, ты найдешь кого-то достойного себя. — Не думаю, что у меня будет время на поиски… — Гермиона погладила лепестки, как будто пыталась укротить этим жестом рой собственных мыслей. — Тогда ты обрекаешь какого-то бедолагу на долгие скитания, — вставил Драко, ухмыляясь. — Жестоко, учитывая секретность. — Обязательно опишу тебе его приключения в красках, раз уж так переживаешь, — парировала Гермиона, заставляя камеру зависнуть в воздухе перед группой. Фото. Молодожены, обнявшись, демонстрировали кольца, ребята улыбались, сбившись в кучку, будто тайная семья. — А теперь я хочу фото своего вечернего эскорта! — Пэнси крикнула, призывая камеру. — Ой, не надо, там пленки мало осталось! — Гермиона попятилась из кадра. — Не отказывай жене моего лучшего друга, — Драко внезапно подхватил ее и перекинул через плечо, вызвав возмущенный визг. Он повернулся к камере полубоком, а Гермиона, опершись рукой о его спину, выглянула из-под рассыпавшихся волос. Тео присел перед ними на корточки, зажав в зубах неприкуренную сигарету для антуража. — Букет выше! — крикнул Блейз, и камера щелкнула. — Пусти! Я не могу дышать! — Гермиона беспомощно дрыгала ногами, чувствуя, как его плечо давит ей на диафрагму. Драко лишь поправил ее поудобнее, будто она была лисой на воротнике его мантии. — Это у тебя просто дыхание перехватывает от моей близости, — хмыкнул он, шлепнув ее по ягодице. — Б-боюсь, моему потенциальному бедолаге это может не понравиться! — с трудом выдохнула она, тщетно пытаясь зацепиться за его спину. — Никаких бедолаг, детка! — прошептал он, а затем укусил ее сквозь ткань за уже отшлепанное место. — Ауч! Блять… Теперь у меня брюки в твоих слюнях! — Сможешь продать подороже. Эксклюзив. — Он, наконец, поставил ее на ноги, почти впритык, не убирая рук. Гермиона, глядя на него снизу вверх, поправила покосившийся воротник его рубашки. Ей хотелось разрушить этот слишком безупречный образ. Медленно, намеренно провела пальцами по шее, чувствуя, как дернулся кадык. Поймав его взгляд, она ослабила галстук, развязала его и расстегнула три верхние пуговицы рубашки, замечая, как расширяются его зрачки. — Симпатичный галстук, детка, — прошептала она, сдернув его со шеи. — Возьму за образец. Для бедолаги. — Это будет жалкая пародия на мое великолепие. Или ты просто решила добавить еще один лот в свою коллекцию моих галстуков? — он скривился в похабной ухмылке. — Признайся, Грейнджер, ты фетишистка. — Кто сказал, что только твоих? — ее пальцы прошлись по его груди, прежде чем она повернулась и ушла к остальным, оставив за собой шлейф недосказанности и легкий запах духов, подаренных им же. Вернувшись в дом, они занялись маскировкой. Гермиона уже нанесла макияж: темно-серые смоки, подчеркнутые черным карандашом, создавали намеренную небрежность. Осталось только надеть ярко-голубые линзы, выпрямить волосы и собрать их в высокий хвост. Когда она спустилась вниз, парни разглядывали содержимое своих пакетов, как будто им выдали проклятья, а не маскировку. — Кроссовки с костюмом? — Тео брезгливо отбросил один в сторону. — Так сейчас носят. Так никто не обратит внимание, — отрезала Гермиона. — Почему вы еще не готовы? — Это бред. Нас и так никто не узнает, — буркнул Малфой, ковыряясь в своем пакете. — На то и расчет. Но некоторые вещи слишком выделяются, — она выхватила у него пакет и достала баллончик с временной краской для волос. — Хватит ныть. — Я уже просто хочу выпить, давайте быстрее, — ухмыльнулся Блейз. — Мы же сами отказались от оборотного. Гермиона встала в дверях ванной, призвала стул. — Садись. Малфой нехотя подошел, плюхнулся на сиденье, положив подбородок на спинку. — Эм… Я думала, ты будешь смотреть в зеркало? — Не хочу видеть, как ты уродуешь мою божественную внешность, — закатил глаза. Гермиона встряхнула баллончик и начала распылять краску, прочесывая волосы, наблюдая, как платина сменяется русым оттенком. — Она смоется почти сразу. Не мочи голову, и пальцы могут окраситься, так что не трогай волосы руками. — Ну, это твоя слабость, детка, — он ухмыльнулся, сидя с закрытыми глазами. В этот момент она не знала, чего хочет больше — поцеловать его или дернуть за волосы, чтобы прекратить этот поток ехидства. Оба варианта казались одинаково заманчивыми. В завершение она взъерошила волосы, создавая хаотичный, но стильный беспорядок. Драко развернулся к зеркалу… — Пиздец! — выкрикнул он, таращась на свое отражение. Гермиона лишь убрала стул в сторону и вышла, гордо выпрямив спину. — Я выгляжу как любитель маленьких мальчиков, — Тео дергал усы, намертво приклеенные заклинанием. — А что изменилось? — заржал Блейз, разглядывая нарисованные на лице светлые пятна витилиго. — Это просто пиздец, — Драко раздраженно сдул прядь с глаз, окидывая взглядом компанию. — У тебя еще очки! — Пэнси сбежала по лестнице. Теперь ее топ стал скромнее, волосы длинными, волнистыми, цвета каштана, а макияж слегка изменил форму глаз. — Нет. — Да! Ты не можешь отказывать жене своего лучшего друга, — Гермиона была непреклонна. Парни матерясь закончили свои приготовления и под чуткий крик Пэнси переобулись в кроссовки. Оценив друг друга последним взглядом и убедившись, что маскировка достаточна, они аппарировали в переулок неподалеку от магловского бара. Очередь перед входом извивалась, как змея. Воздух был густым от парфюма, дыма и чужого нетерпения. Их строгие костюмы не бросались в глаза. Сам бар был весьма неплох, даже Малфой выглядел здесь скорее "элегантным ублюдком", чем неуместной элитой. Ребята начали ворчать и бухтеть в ожидании, но Гермиона быстро пресекла их нытье: — Мы как-то были здесь с Пэнси. Людей много, и наш внешний вид не вызовет лишних вопросов. — Она оглядела очередь с тем вниманием, с каким хищник сканирует местность. — Контингент как раз в тему. Фейсконтроль прошли на удивление легко, возможно, благодаря убийственной уверенности Пэнси в паре со сладкой улыбкой Гермионы, от которой охранник приоткрыл рот, забыв зачем вообще стоял у двери. ATB — 9 PM (Till I Come). Уже внутри их накрыл клубный гул: мягкий бас гудел в груди, свет разрезал темноту редкими вспышками, словно мигалки в вечерней буре. Несколько человек двигались у бара, телами отбивая ритм трека, который никто не знал, но все чувствовали. Они прошли вглубь зала, лавируя между танцующими, и выбрали столик у стены. Оттуда просматривалась большая часть зала, а за спиной только бетон и лампы. Уютный стратегический угол. Барные стулья были высокими, холодными на ощупь, но вполне комфортными. Здесь, подальше от динамиков, можно было говорить без крика. Свет едва цеплял лица, мельтешил, но не бил в глаза. Гермиона ненадолго отлучилась, пока остальные устраивались, и вернулась с тремя пинтами Килкени, на которые кто-то (явно не она) наложил чары непроливаемости. — Мое любимое пиво. Пробуйте. — А это хорошо! — Тео уже хлебнул и вытер пену с накладных усов. Драко скептически осмотрел бокал, понюхал, поднял к свету. — Злые маглы не собираются тебя травить, — Блейз толкнул его локтем. — Но несла-то их она. А с ней можно ожидать чего угодно, — Драко язвительно ухмыльнулся. — Ну нет, так нет, — Пэнси выдернула бокал из его рук, сделала пару глотков и поморщилась. — Нет. Моя палитра вкусов все еще ограничена. Я за "грязным мартини". Кому-нибудь взять? Драко наконец попробовал пиво. Скривился, что-то буркнул, но, разумеется, никому больше не дал. Объявил напиток "отвратительной жижей", и самоотверженно осушил пинту один, "чтоб не пострадали остальные". Атмосфера начала размягчаться, про их измененный внешний вид уже никто не вспоминал. Fatboy Slim — The Rockafeller Skank. Когда бокалы опустели, Гермиона потянула Тео за собой к бару. Она с азартом объясняла, на что похож каждый магловский алкоголь. На текиле запнулась и тут в разговор неожиданно вклинилась девушка в серебристом корсете. Она терпеливо объяснила "иностранцу", что это за жидкость и почему ее стоит пить с солью и лаймом. Загрузившись новой партией алкоголя, они вернулись к столу. Тео тут же куда-то испарился. Пэнси резко поднялась. — Миссис Забини, расслабься, — Блейз притянул ее обратно, обняв за плечи. — Он не выжрет весь виски без нас. У него, кажется, совсем другие цели… — Какие у него могут быть цели в баре? — прищурилась Гермиона, уже поднимаясь. — Да отстаньте вы, с ним все нормально, — Драко поймал ее за запястье и мягко вернул на стул. — Если он снова сорвется... — процедила Пэнси. — То я разберусь, — Драко поправил очки. — Чувствуешь себя строгой мамочкой? — прыснул Блейз. — Тебе ли не знать о нашем родительстве, папочка, — передразнил его Драко. Музыка стала громче, освещение теплее, напитки крепче. Вечер медленно, но верно набирал обороты. В какой-то момент Драко достал сигареты и его безапелляционно выпроводили курить на улицу. — Они всегда будут такими красными? — Гермиона кивнула на их "татуировки". — Со временем темнеют, вроде, — хмыкнул Блейз. — А ощущения? — Пока только шевеление "питомца", — Пэнси тронула кота за лапу, и тот дернулся. — Я же говорила, для полного эффекта нужно переспать... — Это странно. А если свидетели физически не могут? И почему вообще так? Блейз открыл рот, но, встретив взгляды девушек, лишь загадочно ухмыльнулся: — Такие правила. Ты сама говорила, что наши предки извращенцы. Теперь вам никуда не деться. — Мы же все знаем, что это не проблема, — Пэнси лениво покрутила бокал за ножку, усмехнувшись. — Не проблема, но не люблю, когда на меня давят, — Гермиона откинулась на спинку стула. — И где, кстати, моя сегодняшняя "жертва"? Он там не околел? — Сходи проверь бедолагу, — заржал Блейз. Она поднялась, прихватив недопитое пиво, и направилась к выходу. В теле было тепло, голова приятно гудела. Алкоголь размягчил границы, движения стали плавными, как в воде. У бара Тео все еще общался с девушкой. Судя по количеству разноцветных бокалов, их беседа давно перешла в стадию активной дегустации. Гермиона подошла, положила ладонь ему на плечо, привлекая внимание. — Не соскучился по нам? Тео даже не обернулся: — Нет, все охуенно, сестренка, — буркнул он, бросив на нее взгляд, полный непрозрачного посыла: свали. Moby — Bodyrock. Гермиона хмыкнула, пригубив пиво, перекатила по языку карамельную горчинку послевкусия и, расправив плечи, вышла на улицу. Вечерний октябрьский воздух оказался плотным и пах чем-то между бензином и озоном. Взгляд ее скользнул по толпе — искал знакомую светлую макушку — но все, что она увидела, это двух ржущих парней, один из которых возился с ревущим мотоциклом. Пазл сложился в голове с опозданием: теперь ей нужно было искать не блондина, а русого парня в очках. И именно он сейчас заливисто смеялся, предлагая ее сигареты маглу с мотоциклом. Гермиона остановилась, прислонилась к прохладной стене и прищурилась, наблюдая. Драко, в черной рубашке, с перекинутым через плечо пиджаком, со слегка спущенными очками на переносице, с интересом слушал магла. В какой-то момент он потянулся к внутреннему карману, будто за палочкой, но вовремя одернул себя, вытянул руку и попросил зажигалку. Огонь отразился на его лице, когда он прикурил. Затяжка медленная, с полным погружением в наслаждение, откинув голову. Он уже привычным жестом поправил очки. Зажав сигарету в зубах, передал пиджак парню, аристократично расстегнул манжеты и одним движением закатал рукава до локтей, перекидывая ногу и усаживаясь на урчащую груду железа для самоубийства. «ЧТО?!» Гермиона резко отлепилась от стены и стремительно пошла к нему, шаги — быстрые, отрывистые. — Др… Детка, ты что творишь?! — ее голос разрезал улицу, когда он прокрутил ручку газа, и мотор с рыком отозвался в груди. — Тут как тут, — буркнул он, вытягивая сигарету из зубов. — Помнишь Тома? Представляешь, он наконец решил показать мне, как эта штука работает. — Том? — подозрительно сузив глаза, переспросила она. — Джин, ну ты чего, мы ж с ним вместе работаем. Забыла? Я же рассказывал. — Драко смотрел на нее почти грозно, сохраняя на лице расплывчатую улыбку. — Прости, не упомню всех твоих коллег, — ответила она в тон, с той же зеркальной, опасно мягкой улыбкой. — Привет, Том. Рада наконец познакомиться. Я Джин. — Привет! — магл махнул рукой. — Нев не говорил, что у него такая шикарная подружка… — Потому что знал, что ты захлебнешься в собственных слюнях, как только начнешь говорить, — все так же весело вставил Драко, но его взгляд остался жестким. — Не кипятись, Нев. Нельзя скрывать правду, — хохотнул Том, похлопав его по плечу. — Невилл, детка, тебе нельзя за руль. Ты уже выпил, — сладко пропела Гермиона, положив ладонь на его руку, лежащую на руле. — Я бы и не доверил. Просто показываю, как пользоваться, — магл вернулся к объяснениям. «Драко, сука ты, Малфой, молись всем древним волшебникам, чтобы я тебя не угандошила!» Она постукивала ногтем по стеклу бокала, наблюдая, как ее аристократ дружит с маглом, слушает его советы, делает попытки крутить какие-то рычаги, смеется… и ведет себя, как будто это странный урок магловедения. Он был искренне, по-детски восхищен. Глаза блестели. Даже на новой метле перед школьным матчем по квиддичу он не выглядел таким довольным. Мотоцикл рванул вперед буквально на сантиметр, и у Гермионы сдали нервы. Она пересекла расстояние в два шага и полезла свободной от бокала рукой в его карман. — Детка, я понимаю, что такое заводит, но не при всех же, — проворковал он, позволяя ей спокойно рыться, но даже не думая помогать. Наконец, выудив сигареты, она резко толкнула его в грудь и сделала шаг назад, прикуривая. Гвоздичный дым наполнил легкие, и на мгновение стало чуть легче. «Он явно был создан, чтоб бесить… ну и приносить удовольствие.» Гермиона наблюдала, как он, сидя на байке, в черной рубашке и брюках, выглядел как реклама вожделения. Наконец, попрощавшись с Томом, Драко неспешно подошел к ней. — Ты наложил на магла Империо? — злобно прошипела она, поднимаясь на носки, закидывая руки ему на шею. Для внешнего наблюдателя это выглядело как объятие. — Воу, всего лишь, легкий Конфундус, — прошептал он в ответ, прижимая ее к себе. — Маклагген после такого не плакал, и мой новый друг вряд ли пострадает. — Ты, пьяный. Применяешь магию к маглам. Ради того, чтобы понажимать на кнопки и покрутить рычажки? — Гермиона едва коснулась его волос, делая вид что они мило воркуют. Ее глаза сыпали иглами в его сторону. — Я развлекаюсь, и никому от этого не плохо. Парень похвастался мотоциклом, мы посмеялись, он поглазел на красивую девушку, покурил... А такой ужасный я расширил кругозор. В чем проблема? — последнее слово он выдохнул ей на ухо, обжигающе медленно. — В том, что ты колдуешь пьяный. И это могут увидеть... — Ты же не сдашь меня аврорам? — он заправил выбившуюся прядь ей за ухо. — Ну, тогда ты выболтаешь наши секреты и умрешь... Ох нет, просто умрешь, — она потянулась к его губам, но в последний момент отстранилась с победоносным взглядом. — На этот раз прощаю. — Я думал, у вас злое божество с рогами, а оказалось с кудрями. — Так я уже божество? Польщена, — она допила пиво. — Однозначно не святая, — он обнял ее за плечи. — Но мне это нравится. Она не ответила. Просто улыбнулась и увела его обратно в бар, к шуму и неону. The Chemical Brothers — Hey boy hey girl. Гермиона окинула взглядом зал, разыскивая знакомую кудрявую макушку Тео у бара, но в полумраке, сквозь мерцающий свет софитов его видно не было. В груди кольнуло беспокойство. — Отстань от него, дай парню развлечься, — Драко слегка наклонился к ее уху, перекрикивая музыку, и приобнял сильнее, помогая пробраться сквозь плотную толпу тел, запахов алкоголя, пота и духов. Блейз сидел, небрежно положив ладонь на колено Пэнси. Они о чем-то увлеченно переговаривались, будто клуб вокруг них растворился. — Вы Тео не видели? — все же не удержалась Гермиона. — Сидел у бара со своим "развлечением на вечер", потом они потанцевали и очень по-Теодоровски плавно испарились в сторону уборной, — лениво протянула Пэнси, обводя край бокала пальцем, будто вычерчивая в воздухе круг порочности. — Я думал, ему не обломится с этими мерзкими усиками,— хмыкнул Блейз, не поднимая взгляда. — Стоп. Я была уверена, что он гей! — воскликнула Гермиона, плюхаясь на высокий стул. В этот момент рядом с ней раздались захлебывающиеся звуки. Драко, поперхнувшись от смеха, чуть не выпустил пиво через нос и отчаянно боролся с дыханием. — Эти злодеи хитрее, чем ты думал, и нашли способ убить тебя пивом! — заржал Блейз, хлопая ладонью по столу. Хохот накрыл их столик. Малфой продолжал кашлять, уже смеясь над собственным мучением. — П-почему ты не спросила меня? — наконец выдавила Пэнси, все еще давясь от смеха. — Он же главная потаскушка Слизерина… — Но он был всегда таким тихим… я никогда не видела его с девчонками, — Гермиона задумчиво покрутила пальцами пустой бокал, уставившись в мутную гладь стекла. — Потому что если бы его увидели, пришлось бы разнимать дуэли, — Блейз лукаво улыбнулся, повертев на пальце обручальное кольцо. — Как думаешь, кто утешал Чжоу, пока ваш Поттер ссал предложить ей сходить в Хогсмид? — Чжоу?! — Гермиона чуть не поперхнулась. — У близняшек Патил тоже был… познавательный опыт, — Драко наконец победил пиво и со смаком сделал новый глоток. — Если вы начнете перечислять всех, с кем он спал, нам и ночи не хватит, — усмехнулась Пэнси, закатив глаза. — Я вам больше скажу: он успел помочь снять стресс нескольким "сестричкам по оружию" после заданий Ордена. Интересное зрелище. — вкрадчиво добавил Драко. — Давно записался в вуайеристы? — флегматично поинтересовался Блейз. — Ну, знаешь, на недельку пришлось. Подсел. Теперь каждый день на пару минут заглядываю в поисках пикантных подробностей, — пожал плечами Драко, намекая на вынужденную необходимость залезать в сознание друга. — Мерзость, — поморщилась Пэнси. — Вот вам и "тихий мальчик Тео", — хмыкнула Гермиона. — Он заноза в заднице, — буркнул Драко. — Крутая заноза, — усмехнулся Блейз, указывая подбородком в сторону пробирающегося сквозь танцующих Тео. Тот сиял самодовольной ухмылкой, как кот, вылизавший сливки с чужого стола. — Блять… секс в туалете бара, это… грязно, — покачала головой Гермиона. — Но охуенно круто, — перебил ее Тео, подойдя. — Что думали, эта щетка на лице затмит мое обаяние? — Затмит твое обаяние то, что ты еще несколько недель будешь жрать антибиотики, а потом мы потащим тебя сдавать анализы. — безнадежно бросила Гермиона. — Ты хоть слышал что-нибудь про презервативы? — Да расслабься ты. Контрацептивное заклинание и никаких проблем, — протянул Тео, разваливаясь на стуле. — Ты… ты… да она же почувствовала! — взорвалась она. — Почувствовала алкоголь, мое обаяние и мой чл… восторг от ее красоты, — Тео довольно прикрыл глаза, блаженно развалившись. — Не заметила она ничего, поверь. Да и не до того ей было. — Если еще раз мне покажется, что это хорошая идея, вытащить их проветриться, — Гермиона повернулась к Пэнси. — Просто выруби меня. На пару дней. — Считай это уроками терпимости, — рассмеялся Блейз. — Идите вы, — буркнула Гермиона, оттолкнулась от стола и соскочила со стула. Драко тут же поддержал ее за талию, не давая потерять равновесие. Fatboy Slim — Build It Up: Tear It Down. Она уточнила заказы и направилась к бару, лавируя сквозь толпу. Барабаня пальцами по стойке в ожидании напитков, она почувствовала, что кто-то подошел сзади. Развернулась резко — незнакомый парень, в зрачках алкоголь и тупая самоуверенность. — Шшикарно выглядишь… Поз-познакомимся? — язык едва ворочался. — Нет. Не заинтересована, — холодно бросила она, даже не мигая. — Принцесса, за что ты так… просто пообща… — Не заинтересована, — произнесла по слогам. Он схватил ее за плечо, дерзко. — Не нудно мне грубить, Принцесса… — Убери руки, — она потянулась в карман, сжимая палочку. — Не советую меня трогать. — И что там, в твоем "волшебном кармане"? Чем напугаешь? — Не знаю. Хочешь проверить? — взгляд, как заклятие. Он замер… и убрал руку. Гермиона бросила взгляд к столику — Малфой уже продирался сквозь толпу, словно акула через косяк рыб. — А теперь давай ты отвалишь и не будешь усложнять себе и мне вечер. — А иначе что? Она не ответила. Только медленно начала доставать руку из кармана, как будто собиралась вытащить оттуда нечто страшное. Парень отшатнулся. — Ладно, ладно… Много теряешь, Принцесса, — парень поднял руки и заковылял прочь. Она отвернулась. Бармен уже подал напитки. И тут за спиной послышался глухой звук — падение, мат, чавкающий хруст. Парень валялся на полу, прижимая разбитый нос. — Блять… Появилась охрана, грозно осматривая толпу. — Мужики, я… сп-споткнулся, — он зажал переносицу, захлебываясь кровью, и дал себя вывести. — Надо ж столько выпить, — присвистнул Драко, оказываясь рядом. — Не знает меры. — Ты… — начала она. — Он случайно запнулся о мою ногу, — Малфой перехватил у нее бокалы, приблизившись так, что губы почти коснулись ее уха. — Мне даже не пришлось угрожать палочкой. А ты что, хотела его заколдовать? — Он же не знал, что у меня в кармане, целое огромное, нихуя. А там уже додумал сам. — Хреновый блеф. — Помогло же, — равнодушно пожала плечами Гермиона. Драко рассмеялся и потянул ее обратно к столу, где их уже ждали остальные с готовностью продолжить этот безумный вечер. Не садясь, она схватила джин-тоник, всосала через трубочку почти полбокала, жадно, как будто спасалась от жары. — У моей подруги первая свадьба, могу себе позволить, — отмахнулась она на присвист Блейза. Смех прокатился вокруг стола. — Буду верить, что последняя, — буркнул он, почти с обидой. — Я не это… Ну, вы меня поняли, — Гермиона махнула рукой и протянула ладонь Пэнси. — Миссис Забини, потанцуешь со мной? — Вы с нами? Парни лишь отрицательно помотали головами. Подруга хищно прищурилась, опрокинула в себя остатки мартини и мягко соскользнула со стула, будто и не касалась пола вовсе. Гермиона сбросила пиджак, и они обе шагнули в пульсирующее сердце танцпола. The Killers — Somebody Told Me. Пэнси закинула руку ей на плечо, Гермиона властно обвила ее за талию. Они сразу нашли общий ритм, двигаясь в унисон, будто репетировали этот танец всю жизнь. — Теперь, кроме твоего мужа, так с тобой могу танцевать только я! — крикнула Гермиона ей на ухо, перекрывая музыку. Пэнси засмеялась, отвечая танцем: мягкая волна прошла по ее телу, вперед к Гермионе. — Спорим, к концу трека они уже не смогут там сидеть? — прошептала она на ухо, хищно улыбаясь. — Даже спорить не буду, — Гермиона отбросила длинные волосы Пэнси в сторону и медленно, вызывающе, провела рукой от ее виска вниз по щеке, по шее, вдоль силуэта, скользя пальцами, подчеркивая изгибы. Пэнси в ответ легко прошлась руками по ее спине и резко дернула за ремень, притянув ближе. Их бедра встретились. — Оу, резко набираем обороты, — выдохнула Гермиона со смешком. Не отводя взгляда, Пэнси вытянула руку и, почти фокусом, подцепила кубик льда из стакана, танцующего рядом парня. Немного подержала его в ладони, чтобы сбежала сладкая липкая влага, и холодной дорожкой провела по коже Гермионы — от ключицы до начала выреза блузы. — Блондиночка клюнула, — громко шепнула Пэнси. Гермиона приоткрыла рот, взглядом намекая на лед. Пэнси вложила кубик ей между зубами. Та, не мигая, мазнула холодным краем по ключице подруги, скользнула вверх по шее, вдоль линии челюсти… — Пристаешь к замужней девушке? Ни стыда, ни совести! — вдруг крикнул Драко, появляясь, как гром среди ясного неона. Он без церемоний вытащил кубик из ее губ пальцами и закинул себе. The Subways — Rock & Roll Queen. — Мальчик, ты чей? — с напускной отстраненностью крикнула Гермиона, и краем глаза заметила, что Блейз тоже направляется к ним. В следующую секунду Драко резко притянул ее за талию и накрыл ее рот поцелуем — холодным, влажным, требовательным. Кубик вернулся обратно, передаваясь между языками, между дыханием. Они жадно сливались в этом ледяном поцелуе, пока тот не растаял до конца. — Твой, — хрипло выдохнул он, отрываясь. Гермиона лишь усмехнулась, развернулась спиной, прижимаясь к его груди. Его рука легла на ее талию. Каждое движение становилось продолжением другого. Гермиона изгибалась под басы, мягко, уверенно, чувствуя, как дыхание Драко цепляется за ее шею. Его ладонь скользнула чуть ниже, остановившись на бедре — не требовательно, а будто между делом. Свет вспыхивал, дробился и снова гас, освещая то ее глаза, то его профиль. В ритме только пульс ночи и общее дыхание. Он склонился к ней, почти касаясь губами уха. — Если ты не хочешь повторить сегодня опыт Тео, тебе стоит остановиться… — его ладонь на ее бедре, давление — ощутимое, конкретное. Она сквозь одежду почувствовала, насколько он уже завелся. — Точно нет, — она обернулась, встретилась с ним взглядом, присела перед ним, медленно проводя руками по его торсу вниз, до пояса. Потом поднялась, цепляясь за ремень — Но мне нравится эта ситуация. — Заверните мне эту гиффиндорку без тормозов, — прошипел он с улыбкой и снова поцеловал ее. Жарко. Глубоко. Его ладони уверенно легли на ее зад, притягивая к себе, толкнулся бедрами вперед, навязчиво, жадно. Гермиона едва не задохнулась от его напора. — Смотри, какая шикарная барная стойка, — прошептал он, как змей-искуситель, прикусив ее мочку. — Потом просто стерли бы всем память, а они свалили бы это на бухло. — Высоковата, — она отстранилась, оставив ладонь на его плече. Через пару минут рядом материализовался абсолютно счастливый Блейз: — Пэнс передает, что пора переходить ко второй части плана… — он вопросительно приподнял бровь. Гермиона кивнула и, схватив Драко за руку, потащила к бару. — Обдумала предложение? — усмехнулся он, облокотившись на столешницу. — Бутылку джина, три тоника и три виски, — бросила она бармену. Драко собрал весь заказ в охапку, и они вывалились на улицу в облаке смеха и хмельного шума. Улица дышала ночной прохладой. Толпа осталась позади, и только огни клуба отбрасывали на мокрый асфальт багровые и фиолетовые пятна, будто там еще пульсировало сердце вечеринки. Отошли в темный переулок, где пахло камнем и мокрым металлом. Воздух звенел от внезапной тишины. — Блейз, ты спиздил бокал?! — Тео расхохотался, указывая на добычу в руке друга. — Бокалы... для дам, — протянул Забини с победной ухмылкой и вытащил из карманов еще три. Что-то блеснуло, звякнуло о тротуар, и разлетелось на миллион осколков. — И на счастье! Девушки взвизгнули вторя шуму бьющегося стекла. — У меня не густо… — Нотт пожал плечами и выудил из кармана мятый клочок салфетки с номером телефона. Чернила уже слегка расплылись от влаги. — Как жаль, что ты ей никогда не перезвонишь, — ласково мурлыкнула Гермиона. — А это другая, — Тео поднял палец, доставая второй клочок. — Набросала циферок, пока ее хахаль выяснял что-то у бармена. — Он торжествующе оскалился. — Теряешь хватку, — Драко лениво хлопнул его по плечу. Когда показ трофеев был закончен, Гермиона достала одноразовый портключ, в спешке сделанный на днях. Рывок, как дружеский удар под дых. Они оказались на окраине старого города. Здесь пахло мокрым камнем, дымом и чем-то отдаленно напоминающим старые рынки. Узкие улицы уходили в темноту, мостовая поблескивала от испарины. — Куда вы нас притащили? — Драко скептически выгнул бровь, окидывая взглядом мрачные фасады. — Туда, где вам не понадобится одежда, — хохотнула Пэнси, кутаясь в рукава. По ее коже пробежала дрожь, алкоголь уже не грел. Согревающие чары уже были недоступны — слишком много выпили, а зелье отрезвления она берегла на дорогу домой. Гермиона шла, жестами и шиканьем призывая к тишине, а парни сзади ржали и пинали камень, промахиваясь и ругаясь на весь квартал. Они остановились перед небольшим окошком сторожа. Гермиона постучала. После быстрых приветствий и напоминания о договоре, сторож вышел и в потемках с шестой попытки открыл замки, включил минимальное освещение. Она вручила ему бутылку виски, мужчина удалился, пожелав им хорошо провести время. — А весь вечер нам втирала про Статут Секретности, — протянул Драко, насмешливо выгнув бровь. — Немного денег и алкоголя, вот тебе все магловское волшебство, — поправила Гермиона, подражая своему же школьному тону всезнайки. Влажный жар ударил в лицо, обволакивая кожу мягкой пеленой. Воздух был густым, пропитанным паром, который клубился над каменными плитами и лениво тянулся к ночному небу. Сверху ни крыш, ни сводов, лишь темная глубина небес с редкими звездами. Вокруг стены, уходящие в высоту, и стройные колонны, поддерживающие галереи, откуда спускался холодный каменный взгляд древности. Бассейн раскинулся перед ними, словно расплавленное стекло. Каменные борта были потемневшими от времени, гладкими от сотен лет касаний, и казалось, будто сама история растворена в этих горячих водах. — Это древнеримская терма, мы в городе Бат, юго-запад Англии. Их строили… — начала Гермиона, уже привычно. — Историческую справку не заказывали, — лениво усмехнулся Тео, снимая пиджак. — Да пошел ты, — отмахнулась она, — потом даже не сможешь впечатлить ту девицу из бара. — Гермиона отвернулась, располагая на стене рунический защитный камень, благодаря которому у них появится время убраться отсюда в случае непредвиденной ситуации. — Уверен, он их впечатляет не этим, — хмыкнул Блейз, присаживаясь на край бассейна и опуская пальцы в воду. Из увеличенного магией внутреннего кармана пиджака Гермиона вытянула купальник для Пэнси и протянула подруге, следом достав свой. — Надеюсь, у вас белье приличное и вы нас не шокируете, — бросила она, стягивая пиджак и направляясь в раздевалку. Девушки, хохоча и держась за стены, чтобы не упасть, переодевались. На них оказались купальники в тон — черные, с топами, приподнимающими грудь, и бразильяно на бедрах. Простота и грация в одном. — Сейчас будет еще один бассейн… слюней, — усмехнулась Пэнси, смывая макияж и отбрасывая парик. — Главное, чтоб не наших, — Гермиона улыбнулась, постепенно возвращая свой облик. Они вышли к бассейну. Пар, подсвеченный мягким светом напольных ламп, обволакивал. Вода манила. Положили вещи рядом с бортиком на случай "пора сваливать". Гермиона первой сорвалась с места, разбежалась и нырнула. Вода приняла ее, обожгла теплом, обволокла, растворила. Она вынырнула, скинула с лица волосы, встряхнула головой, чувствуя, как капли летят во все стороны, и ощущая, что кудри уже возвращаются к прежнему виду. Подплыла к уже выставленной галерее бутылок и, увидев краденные бокалы, поняла, что совсем забыла об их необходимости. — Кому-то придется пить с горла, — лениво протянула она, уже смешивая джин-тоник в двух пивных бокалах с эмблемой бара. — Уже! — Блейз и Драко синхронно помахали ей бутылками с противоположного края бассейна. — Водичка супер! Чувствую себя ингредиентом в зелье, — расхохотался Тео, вырывая виски из рук Забини и одновременно пытаясь утопить того под смех компании. — Скорее в супе, — заметила Пэнси, подплывая к подруге и забирая свой коктейль. Девушки, с улыбкой наблюдали, как парни возятся, борясь за бутылку виски. Их мокрые тела блестели в свете подсвеченного бассейна, а воздух над водой дрожал от жара и влажности. Каждое резкое движение рождало фонтаны брызг. — Спасибо, кошечка, — Пэнси зависла на воде, облокотившись затылком о бортик, и прикрыла глаза от удовольствия. — Это лучшая свадьба, которую я даже не могла представить. — Все что угодно, для семейства Забини, — Гермиона тепло улыбнулась. — Но если устанешь от его заботы... у меня в сердце отдельное место для тебя "Паркинсон". — Ты в ответе за ту, кого приручила, Гермиона, — ухмыльнулась подруга, поднимая бокал. — За Пэнси Паркинсон! Частичку нашего прошлого, настоящего и будущего. Они звонко чокнулись, звук смешался с плеском воды и смехом парней. — Мировая несправедливость! — выкрикнул Тео, стремительно приближаясь с поднятой над головой бутылкой. — Они пьют без нас! Гермиона поймала себя на том, что взгляд снова и снова предательски возвращается к Драко. Он подошел ближе. Мир будто расплылся — от пара, поднимавшегося над бассейном, от алкоголя в крови, ускоренного температурой. Она наблюдала, как платиновые волосы сияют в свете луны, как капля воды растворяется на его губах, как напрягаются мышцы под влажной кожей. Он прищурившись, изучал ее сквозь толщу темной воды. — За вас, за любовь и за нас всех,— произнес он громко, чокаясь бутылкой с остальными. — Уроды, хоть налили бы, — Блейз демонстративно поглядел в свой пустой бокал. — Столько достаточно? — Ухмыльнулся Драко, отливая ему добрую половину бутылки. — Посмотрим! — улыбнулся Забини, снова поднимая виски. — За жизнь сейчас, а не иллюзорную потом! Гермиона чуть с опозданием звякнула своим бокалом об остальные, ее мысли уже ускользали куда-то дальше — в завтрашний день, в недели, в месяцы, что могут ждать их впереди. В памяти всплыла фраза Пэнси, ее мантра первых месяцев, которую она повторяла, пытаясь научить Гермиону расслабляться: "Не забывай жить, а не пытаться выжить". — Ну что, когда мы станем няньками? — Тео хохотнул, наполовину высунувшись из воды, чтобы достать сигареты. — Не в ближайшие пять лет, точно, — Пэнси смерила всех строгим взглядом. — Ставлю на три года... максимум, — Нотт с брызгами рухнул обратно в воду, победно сжимая над головой пачку сигарет. — Я же Пророк, не забывай! — Ты дебил, — Драко подпрыгнул, вырывая у него сигареты. — Из твоих "пророчеств" сбывается одно из ста. — Преувеличиваешь статистику! — Пэнси ногой подняла целый водопад брызг и окатила Тео. — У него был высший бал по прорицанию, Лаванда бесилась, — задумчиво протянула Гермиона, облокачиваясь на бортик. — Он туда ходил, чтоб напророчить себе секс с впечатлительными девчонками, — фыркнул Блейз, обнимая жену за талию. — Результаты были впечатляющими, — ухмыльнулся Нотт, отпивая из горла бутылки с громким чпоком. Рядом Малфой вытянул зубами сразу две сигареты. — Обслужить ваш рот? — хихикнула Гермиона, подпаливая обе сигареты, зажатые в его губах. Огонек отразился в его серых глазах на долю секунды. Она передала зажигалку в след за пачкой, в более или менее сухие руки. — Это моя прерогатива, — Драко мягко протянул сухими пальцами одну прикуренную сигарету ей. Но не позволил перехватить, рукой. — Так что насчет обслуживания рта? «Засранец.» Гермиона оттолкнулась от бортика, скользнула к нему, касаясь носочками дна. Поймала его затуманенный взгляд, провела языком по губам и приоткрыла их. Несколько секунд его глаза метались от ее зрачков к губам, и самодовольная улыбка медленно расползлась по лицу. Он отодвинул фильтр подальше от ее губ, вынуждая подойти ближе. Смех друзей гремел где-то на заднем плане, плеск брызг сливался с эхом, и удалялся все дальше, оставляя их наедине. Она снова проваливалась в эту кроличью нору, под названием "Драко Сучиус Малфой". Гермиона не стала ждать следующего шага — придвинулась вплотную, положила ладонь ему на плечо, подтянулась выше, легко, словно вода сама поднимала ее. Теперь они казались одного роста. — Так что там с обслуживанием моего рта? — прошептала она, видя, как он уводит уже обе сигареты за спину. — Или великий Драко Малфой не удостоит меня такой чести? — ее грудь скользнула к его телу, а губы приоткрылись. Он смотрел на нее взглядом, в котором полыхало удовольствие от контроля. — Может, мне нужно попросить? — прошептала она, обвивая его талию ногами, так что теперь возвышалась над ним. Пальцы прошлись по его шее, утонули в волосах на затылке, оттягивая голову назад. — Так? — едва коснувшись его улыбки губами, она медленно, широко провела по ним языком, попутно облизывая половину его лица. И, резко метнувшись, перехватила сигареты. Выдох. Победная затяжка, уперевшись рукой в его плечо. Драко, покачал головой. — Ну держись, Грейнджер. Он начал кружить в воде, поддерживая ее за бедра на уровне своей груди, пока Гермиона, запрокинув голову, выпускала дым в ночное небо, мягко посмеиваясь. Наконец он осторожно опустил ее в воду. Контраст с холодным воздухом сделал ее тело мягким, почти безвольным, она растворилась бы в воде, если бы он не удерживал ее. Очнувшись, Гермиона вложила одну сигарету ему в губы. Он придержал сигарету кончиками мокрых пальцев. — Ты… — Хватит сыпать пепел в воду! — громко перебил их Блейз. — Получается хуёвый суп! Драко убрал руку с ее поясницы, позволив воде сомкнуться вокруг плеч. Гермиона, удерживая сигарету высоко над головой и делая мелкие прыжки на носочках, отправилась к бортику. Но он не собирался отпускать ее просто так — пальцы Драко скользнули к краю ее купальника на пояснице, цепко ухватили ткань, буквально заставляя буксировать его и теперь каждый шаг вперед давался с усилием. С пьяным, улыбающимся балластом она все же добралась до цели, стряхнула пепел в импровизированную пепельницу — пустую бутылку из-под тоника — и, прихватив бокал, оттолкнулась от бортика, отпрыгав к остальным. — Мы тут спорим, как ты выбил нам выходной у Поттера, — ехидно вскинула бровь Пэнси. — Чем ты там расположил к себе грозного Командира? — Он на самом деле в восторге от нас, сам предложил, — лениво отмахнулся Драко, но в его взгляде на миг мелькнула тень серьёзности. — Пиздишь, — резюмировал Блейз. — Потомственное обаяние семьи Малфой, — усмехнулся Драко, сделав глоток виски из бутылки. — Тем более пиздишь, — прищурилась Пэнси. — Уверен, он заключил еще одну "выгодную" сделку с Гриффиндором, — Тео бросил окурок в бутылку, и тот затух с недовольным шипением. — Выгода на лицо, — Драко обвел рукой пространство, указывая на результат переговоров. — Главное, чтоб потом не пришлось разгребать последствия этой выгоды, — тихо, но четко проговорила Гермиона, встречаясь с ним взглядом. — Это не твое дело, детка, — мягко улыбнулся он и, не отводя глаз, провел пальцами по ее пояснице. Слова друзей растворились. Гермиона ощущала только то, как его ладонь под водой движется по телу: скользит вдоль ребер, обрисовывает линию под грудью, задерживается на животе, задевает край купальника. Все это время он говорил с остальными абсолютно спокойно, будто не вынуждал ее усиленно фокусировать поплывшее от его прикосновений сознание и лихорадочно держать контроль над собственным дыханием. Он вычерчивал каждый позвонок большим пальцем. Затем двинулся ниже и внезапно, почти больно, сжал ягодицу. Гермиона резко втянула воздух. В следующее мгновение он мягко погладил то же место, словно извиняясь за нерасчитанную силу, но не отступая. Драко продолжал обрисовывать ее силуэт, вступать в химическую реакцию с каждой частичкой, до которой дотягивался, по-прежнему увлеченно болтая с друзьями. Гермиона изо всех сил старалась подражать его легкости, вынырнуть, унять нарастающее возбуждение, сжала бедра и сделала от него полшага в сторону, чтобы хоть как-то выровнять дыхание. Наконец Драко перевел на нее горящий взгляд. — Один-один за танцы, — шепнул он, плавно отстраняясь и устремляясь к парням, устроившим водную дуэль. В лавине брызг было невозможно понять, чем они там занимались. Пэнси подплыла ближе, наблюдая этот хаос. — Ну так что там с названием твоего порнорассказа? — хохотнула она, сделав глоток алкоголя. — Ммм… "Она призналась ему в любви после того, как почти уничтожила морально, а он не попытался убить ее во сне". Нравится? — задумчиво протянула Гермиона, наблюдая, как Блейз и Драко сцепили предплечья в нечто, похожее на решетку, и с победным воем вытолкнули Тео высоко над водой. — Длинное и неправдоподобное, — комично нахмурилась подруга. — Другого пока нет. — Может, "Драко Малфой, не умеющий озвучивать чувства"? — У меня есть лучше: "Проебавшаяся по всем фронтам Гермиона Грейнджер", — слабо усмехнулась она, все еще пытаясь собрать себя в кучу после его прикосновений. — Не подходит. Один из главных героев носит ее на руках и заставляет разбить об пол лицо парня, который посмел ее тронуть, — фыркнула Пэнси. — Значит, пока без названия… — выдохнула Гермиона, чувствуя, как алкоголь, пар и вода делают мир мягким и размытым. Звуки будто начали тонуть под водой. Края предметов теряли очертания, а перед глазами поплыли темные мушки. Она слишком долго сидела в горячем бассейне — тело распарено, сердце билось чуть быстрее, чем надо. Поставив бокал на край, она оттолкнулась от дна и, словно медленно выныривая, уселась на бортик. Вода стекала по коже, холодный воздух щекотал плечи, но было приятно наконец прийти в себя. — Переварилась? — с ленивой усмешкой спросила Пэнси, подплывая ближе. Гермиона кивнула, сосредоточенно фокусируя поплывший взгляд. Пока безрезультатно. — Заморозишь свою задницу, это будет преступлением против человечества, — фыркнула подруга, облокотившись о край. — Человечество переживет, — выдохнула Гермиона, наконец отогнав морок. С другого конца бассейна Блейз что-то кричал и махал руками, призывая их присоединиться к очередной водной авантюре. — Иди, Пэнс, я пока просто посижу… остыну, — мягко отказалась Гермиона, опустив ступни в воду. Ее взгляд скользил по лицам друзей. Молодожены обнимались у дальнего края бассейна — Блейз с легкостью подкидывал Пэнси в воде, ловил, кружил, и их смех звучал в перерывах между поцелуями. Слизеринцы снова начали выбрасывать друг друга вверх, в брызги, в пар, в ночной воздух. Блейз сначала страховал жену, но в итоге все свелось к тому, что она, визжа от восторга, прыгала с его плеч. Гермиона неторопливо отжимала волосы, улыбаясь. Она не чувствовала себя лишней на этом празднике жизни — вопреки всему, что их окружало раньше. Она разделяла этот день с ними всей душой. С ними, что были почти семьей. Ее семьей. Да, не той, которую она потеряла с началом войны. Да, не родной и не Гриффиндорской. Но здесь, среди этих людей, где раньше было слишком много шипов, теперь, когда она могла видеть их настоящих, — здесь было ее место. Ее нетлеющий очаг — Пэнси и Блейз. Драко. Открытый, живой, он подпустил их близко, и это касалось не только ее — всех. И Тео... У них получалось быть рядом, видеть друг друга, а не концентрироваться на себе. Холод мягко укусил за лопатки. Мышцы вздрогнули, но Гермиона не торопилась возвращаться в обжигающую воду. Она ждала, пока тело чуть остынет. Несколько глотков джин-тоника и снова тот хмельной уют под кожей. И вдруг — всплеск. У самых ее ног вынырнул Драко, как дух из-под воды, окатив ее волной. Она вздрогнула, чуть не опрокинув бокал, и отпрянула, резко поджав ноги. — Охуел, Малфой! — выдохнула, вытирая лицо от брызг. Он ухмыльнулся и попытался схватить ее за ногу, чтобы стянуть обратно в бассейн. Но она с ходу впечатала пятку ему в грудь — не больно, но с характером. Он с легким смехом ушел под воду с характерным "бульк". — Хочешь подраться, детка? — снова всплыл, на этот раз ближе. Подплыл, положил подбородок на ее колено и посмотрел вверх, озорно, пьяно, почти нежно. «Или потрахаться...» — Будем считать, что это за все те разы, когда ты впечатывал меня в землю на тренировках, — ответила Гермиона, глядя на него сверху вниз, и сделала еще глоток. — Комод, кладовка и стол мне прощены? — он приподнял бровь, лукаво улыбаясь. — Так и быть. Ты там сразу загладил вину, — ее пальцы медленно зарылись в его мокрые волосы, лениво перебирая пряди. Глаза не отрывались от его лица. — Так мы больше не делаем вид перед ними, что… — А смысл? — он пожал плечами, смотря на нее из-под полуопущенных ресниц. — Или тебе нравится эта игра в таинственность? Будто мы прячемся по углам сраного Хогвартса, а потом врем соседям, что задержались в библиотеке. — Лучшее место для хорошего секса, библиотека, — хмыкнула Гермиона, не отводя взгляда. — Я в ахуе, Грейнджер. Это у всех заучек такие грязные мысли? — он склонился и легко прикусил кожу на ее бедре, достаточно нежно, чтобы пробежала дрожь. Она пожала плечами, как будто это не требует объяснений. — Я бы показал тебе библиотеку Мэнора, она такая же огромная, как мой... — Вот это самомнение! Учитывая, что ваша библиотека самая большая в Британии... потянешь? Он наигранно надулся, подул на пальцы, пытаясь их высушить, и потянулся за сигаретами. Пошарил рукой по бортику, нахмурившись. — Пэнс, где зажигалка?! — громко крикнул он в темноту. — Я ее утопила! — отозвалась Пэнси, балансируя на плечах Блейза и Тео, в каком-то идиотском подобии человеческой башни. — Моя проебалась... где-то в раздевалке! — и тут же с радостным визгом рухнула в воду. Гермиона громко выдохнула, отставила бокал и встала. Секунду постояла, раскинув руки, будто канатоходец — удерживая равновесие. Влажные следы за ней оставались на мраморе, когда она босиком направилась в сторону раздевалки. На полпути обернулась и поймала его взгляд. Малфой не отводил глаз. Она слегка мотнула головой: Идешь? Он вскинул бровь, как будто удивлен, тут же усмехнулся. Легкая ленца в движениях, но он поплыл к бортику. Не дожидаясь его, Гермиона начала поиски. Согнулась, вглядываясь в пол в полутьме, — ничего. Присела, опираясь на шкафчик, и заглянула под лавку. Пусто. Вздохнула, переползла на коленях к следующей. Пальцы соскользнули по прохладному кафелю. Сзади щелкнула дверь. — Шикарный вид, Грейнджер, — пьяно рассмеялся Малфой, замирая в дверях. — Так завелась от разговоров про библиотеку, что встречаешь меня сразу раком? Гермиона попыталась обернуться, но вместо этого со звоном приложилась затылком о нижнюю кромку лавки. — Новый уровень кайфа, возбуждаешься от членовредительства? — С иронией покачал головой. — Ага, уже кончила, десять раз, — пробурчала она, с трудом выползая из-под лавки. Колени скользили по мокрой плитке, волосы прилипли к щеке. — Но что поделать, нам все равно нужно потрахаться сегодня, — вернула ему гримасу Гермиона, вставая, цепляясь рукой за шкафчик. Тело качнуло, в голове шумело, но взгляд был удивительно прямой. — Нужно? — Малфой приподнял бровь, скрестив руки на груди. — У тебя, что ли, какое-то, ёбаное, расписание? — Ну, все сказали, что для закрепления обряда свидетели должны переспать, — она пожала плечами, чуть не потеряв равновесие. — Я просто решила не тянуть. — И кто эти все? — он шагнул ближе, голос опустился на полтона. — Пэнси сказала. Потом Блейз подтвердил… — Семейка Забини, блять, — Драко закатил глаза, качая головой. — Они просто прикололись. Это у них есть сутки с момента обряда для секса. Он замолчал, глядя на нее — волосы спутанные, губы влажные, дыхание все еще частое. Она выглядела как ведьма, вынырнувшая из сказки и слегка перепутавшая реальность. — Так… — он наклонился ближе, в его голосе внезапно появились металлические нотки, — ты меня только поэтому позвала? Она посмотрела на него, прищурившись, будто пыталась разглядеть, где здесь подвох. И вдруг — почти невесомая, почти трезвая улыбка. Драко медленно начал разворачиваться к выходу, движение ленивое, нарочито безразличное. Но Гермиона в два нетвердых шага догнала его, поймала за локоть — пальцы вцепились горячо, как раскаленное железо на влажной коже. Он резко обернулся, и она чуть не упала, пошатнувшись, как будто пол под ногами стал жидким. Он удержал ее — уверенно, без усилий. И замер. Раздевалка дышала прохладой и слабым светом, от которого его кожа казалась почти серебристой. Гермиона, едва дыша, провела подушечками пальцев по его скуле, смахивая капли воды. Большим пальцем очертила контур губ, задержалась, чуть оттянула нижнюю, чувствуя ее мягкость и тепло. Отстранилась на шаг, взгляд скользнул вниз: на его груди дрожали капли, разбиваясь, исчезая с каждым едва заметным движением. Она провела указательным пальцем от губ по шее, дальше — по ключице, по груди, по животу, пока не добралась до линии боксеров. Щелчок резинки. Но Малфой не шелохнулся. Каждое ее действие было словно осечка пистолета. Он смотрел на нее, усмехаясь — спокойно, играючи, как хищник, знающий, что добыча все равно никуда не денется. Эта игра в кто кого становилась их любимой. Она начала его изучать. Касаться. Проверять на прочность, на терпение. Поцелуй в шею — осечка.  Прижалась к нему всем телом, чувствуя, как сквозь ткань нарастает его возбуждение — осечка.  Провела ладонями по его груди, задержавшись на сосках, кожа дрогнула, но он не шевельнулся — осечка.  Ей нравилась, его мнимая недоступность. Будто не он предлагал ей секс на барной стойке, будто не его руки исследовали ее тело в бассейне.  Она обошла его по кругу, пальцами скользя по его телу.  Полупоцелуй-полуукус в плечо — осечка.  Царапнула спину — осечка.  Провела влажной дорожкой языка по ключице, прикусила сосок — осечка, но наконец-то тяжелый вздох.  «Ты проиграешь, Малфой.» Она вся пылала, между ног пульсировало желание, горячее и нетерпеливое. Она хотела его. Целиком. Без этих дурацких игр. Услышать, как он теряет контроль, как стонет ее имя, как выдыхает сквозь зубы: "Сука, Грейнджер…"  Провела ладонью по его члену, уже твердому под тканью — осечка.  Она фыркнула, раздраженная.  «Блять, я знаю, что ТЫ хочешь.»  Он молчал. Смотрел. Глаза стали темнее, зрачки расширились — он уже почти сорвался, и она это видела. Ее возбуждение било током. Если бы купальник был сухим, теперь он бы промок насквозь.  Она прижалась снова, на носочках потянулась, коснулась его губ. Едва. Теплом дыхания. Схватила его руку, положила себе на шею. Не отводя взгляд, не мигая.  Его пальцы обхватили ее горло. Сжали. Легко. Властно. В ее голове это прозвучало как выстрел.  «Я знаю, что тебе доставляет.»  Он набросился на нее, впился в ее рот с жадностью, что только копилась. Вторая рука легла на ее талию — что-то холодное скользнуло по коже. Гермиона ответила на поцелуй с той же страстью, чувствуя, как он улыбается, забирая инициативу. Их губы сливались в танце — то она втягивала его нижнюю губу, то вылизывала его рот, то прикусывала.  — Снимай эту херню, — выдохнул он, отрываясь и убирая руку с ее шеи. В другой ладони он держал флакон противозачаточного зелья. — Забыла захватить.  Гермиона быстро осушила склянку, и, глядя на него из-под ресниц, медленно-медленно потянула бретельку с плеча.  — Ну нахуй, — выругался Драко, срывая с нее топ одним резким движением.  Она охнула — от холода, от внезапности, от его рук, сжимающих грудь. Он приник губами к ее соску, втянул его, прикусил, заставляя ее выгнуться и застонать. Руки скользнули вниз, подцепили край ее купальника. Он потянул, и Гермиона хихикнула, теряя равновесие. Облокотилась на него и скинула ткань. Осталась голой.  Он снова поцеловал ее — жарко, с напором. Воздух вокруг был холодным, почти обжигающим на влажной коже, а он — горячий, настойчивый. Она лихорадочно попыталась стянуть с него боксеры, но он не дал ей.  Впечатал спиной в шкаф, с грохотом. Схватил за горло, сжал. Глаза Гермионы закатились от контраста, от дикости, от резкости.  — Прости. Сейчас сложно рассчитывать силу, — прошептал он, впиваясь зубами в ее ухо.  — Расслабься… — прошептала она, сжав его волосы.  И он расслабился.  Пальцы впились в ее ягодицу, алкоголь притуплял боль, но она знала — завтра будут синяки. Укус в ключицу. Поцелуй туда же. Огонь, где были его губы.  Гермиона поймала его губы в поцелуе, завела руку под резинку — пальцы обхватили его член, горячий, твердый. Он вздрогнул, толкнулся ей в ладонь, выдохнул со стоном.  Она сбивалась. То на поцелуях, то на ощущениях, на влажной коже, на биении сердца. Но каждый раз, когда она замедлялась, он снова двигался в ее хватке, напоминая, что игра еще не окончена.  — Малфой, ты уже трахнешь меня или нет? — ее голос дрожал, почти хрипевший от нетерпения и желания, когда она наконец стянула с него последнее белье.  Драко медленно сел на лавку, усмехнулся, опираясь спиной о шкаф, и дернул ее к себе на колени, как хозяин территории.  — Не думал, что ты уже готова, — усмехнулся он, игриво шевеля пальцами перед ее лицом, намекая на отсутствие долгой прелюдии.  — Да поебать, — выдохнула она с пьяной решимостью и забралась к нему на бедра, упираясь коленями в скамью по обе стороны от него.  Пальцы вцепились в его плечи, когда она с шипящим выдохом опустилась на его член, заполняя себя им до предела.  Он хотел что-то сказать, но она просто приложила ладонь к его губам, усмехнувшись.  — Я же говорил… — начал было он, но снова был прерван ее рукой. Губы под ее пальцами растянулись в знакомой ухмылке.  Ее глаза горели — не просто от возбуждения, но от внутреннего вызова. Она немного покачнула бедрами, двигаясь в своем ритме — осторожно вначале, но быстро набирая темп. Его ладони сомкнулись на ее талии, задавая движение — резкое, глубокое. Он впивался в ее кожу пальцами, сдерживая стоны, будто не хотел, чтобы она узнала, насколько сильно он сейчас теряет контроль.  — Сука, — прошипел он, мотая головой, пытаясь сбросить ее руку с лица. Но Гермиона замерла, плотно, уверенно схватила его подбородок, и, опустив лицо ближе, прошептала:  — Открой…  Драко улыбнулся, узнавая свою же фразу, но теперь в ее исполнении, не отрывая взгляда от ее глаз, втянул ее пальцы в рот, влажно и нарочито пошло. Она провела пальцами по его языку, а потом медленно убрала руку и скользнула пальцами, блестящими от его слюны, по собственной груди, очерчивая сосок, оставляя за собой дорожку из тепла и мурашек.  — Ты такая… черт, — прохрипел он, чуть подавшись вперед, прижавшись лбом к ее плечу.  Она снова взяла инициативу — освободив одну руку, опустила ее между собой и Драко, начала стимулировать клитор и двигаться в собственном ритме — глубоко, медленно, отмеряя каждое движение, как последний шаг перед взрывом.  Он чертовски старался держаться, но его руки вновь легли ей на талию, сжимая крепче, двигая ее навстречу. С каждым толчком — глубже, сильнее, быстрее. Поцелуи стали яростными, дыхание — горячим и влажным. Его ладонь легла на ее шею. Она откинула голову назад, позволяя ему взять больше, почувствовать ее полностью.  — Скажи, если что, — прошептал он, вжимаясь в нее сильнее.  — Не останавливайся, — выдохнула Гермиона.  Кислород перехватило, она открыла рот, словно пытаясь поймать воздух, чувствуя, как его движения внутри нее становятся волной, которая вот-вот накроет оргазмом.  Но внезапно его рука исчезла, она раздраженно толкнула его кулаком в грудь и вернула ладонь обратно, сдавив сильнее. Толчки стали бешенее, давление на шею росло, гул в ушах, дыхание сбивчивое.  Он снова попытался ослабить хватку, но Гермиона только прижала его руку плотнее, словно оберегая свою боль и наслаждение одновременно. Она замедлила ритм, сделала движения глубокими и тягучими, позволяя оргазму наконец захлестнуть ее.  Она прижалась к нему, дрожа, потеряв ритм, просто отдаваясь этому моменту.  — Шея будет в синяках, — выдохнул он, все еще двигаясь внутри нее, чуть медленнее, но не отпуская.  — Пппохуй, — простонала она, с закрытыми глазами, тяжело дыша, обмякая у него на коленях. На губах — мазохистская, удовлетворенная улыбка.  — Я тебе кое-что покажу, — выдохнул он низко, почти с угрозой, проведя ладонью от ее коленей вверх. Пальцы сжались на ягодицах, и он поднял ее без усилий.  Ее ноги инстинктивно обвились вокруг его талии, грудь прижалась к его груди, дыхание сбилось — не от напряжения, от предчувствия. От осознания, что он снова берет контроль. И она позволяла.  Он отнес ее к зеркалу над широкой столешницей из темного камня. Там было холодно, просторно. Усадил ее, как куклу, на край, и на секунду отступил, осматривая, будто любовался разрухой, которую уже успел сотворить.  — Ты себе все ноги разъебала, — его голос прозвучал неожиданно мягко, когда он заметил кровавые полосы на ее голенях от острого края скамьи.  Гермиона опустила мутный взгляд. Кровь тонкими, живыми струйками текла по коже от ссадин. Порезы. Воспаленные царапины. Она чувствовала только пульсацию возбуждения, только влажное напряжение, которое не отпускало с первой минуты.  — Мне не больно, — ответила она хрипло, ни на миг не отворачиваясь от его взгляда.  Он чуть склонил голову, мрачно усмехнулся.  — Какая же ты ебанутая, Грейнджер, — процедил он и сразу схватил ее за волосы на затылке, дернул резко, заставив развернуться к нему спиной, опершись руками о камень перед зеркалом. Уязвимая. Готовая.  Его рука грубо прижала ее спину вниз, выгибая так, как ему нужно. Он вошел медленно. Ужасающе медленно.  — Блять… — Гермиона не выдержала, рванулась назад, насаживаясь сама, и ее крик эхом разлетелся по плитке.  — Не спеши, — прошипел он, снова наматывая ее волосы на кулак, вытягивая вверх, заставляя смотреть на их отражение.  Она подняла глаза. И замерла.  Это было не просто возбуждение. Это была… одержимость. Он смотрел на нее, как будто был готов уничтожить. Как будто она была всем — врагом, любовницей, ответом и вопросом одновременно.  — Смотри, Грейнджер. Смотри на нас, — прошептал он с тихим стоном.  Она видела свою кожу — влажную, сияющую, покрытую мурашками. Щеки раскраснелись, губы искусаны до крови. По ключицам — свежие, темнеющие засосы, на шее темнеющие полосы. Он держал ее за бока, вцепившись так, что кожа под подушечками его пальцев наливалась красным. Он толкнулся в нее резко, глубоко, с глухим стоном, а затем снова сбавил темп — двигаясь мучительно медленно, игнорируя ее попытки ускориться. Каждое ее движение пресекал: рукой, хваткой, толчком бедер. Его пальцы впивались в ее талию, удерживая на месте, как в капкане.  Она скулила. Шептала его имя. Просила — без слов, голосом, дыханием, телом. Все в ней вибрировало от подступающего оргазма. Но он не спешил.  Он смотрел на нее в отражении как одержимый, словно не узнавая. И потом — сорвался.  Громкие шлепки. Толчки — быстрые, резкие, точные, как удары. Она уже не слышала себя, только ощущала, как все внизу становится слишком чувствительным, как ноги подгибаются, как в груди поднимается крик, которому некуда деться.  Гермиона зажала рот рукой, впилась в предплечье зубами. Но он выдернул ее руку за локоть, утащил за спину, сжал и наклонился к уху:  — Ни хрена ты не спрячешь.  Он дернул ее за волосы, выпрямляя, пока она почти не выгнулась назад, прижимаясь к его животу, чувствуя, как его тело бьется в ней. Он отпустил ее локоны, позволил им рассыпаться по их плечам. И тут же вцепился в грудь — грубо, резко, с силой, на грани боли.  Она дернула рукой — намекая, прося отпустить. Он понял, разжал пальцы. И она тут же потянулась назад, обвив его шею, утянула в поцелуй — сорванный, без воздуха, на изломе. Они ели друг друга губами, ударялись зубами, не разбирая, где дыхание, где стоны.  Он разорвал поцелуй рывком головы. Дыхание тяжелое. Глаза прикрыты. Лоб уткнулся в ее волосы, пальцы вонзились в бедра, толчки стали совсем дикими, потерянными.  Он застонал глухо. Гермиона снова подняла глаза.  Они встретились взглядом в зеркале. Она — вспыхнувшая, разметанная, в полубреду. Он — безумный, сжимающий ее так, будто она — последняя нить, удерживающая его от полного сумасшествия.  И тогда все разом накрыло.  Оргазм сорвал границы — голос, дыхание, мысли. Она закричала. Драко вдавился в нее до конца, застыл, дрожа. Она тряслась всем телом, ощущая, как он заполняет ее до последней капли, будто в этом был конец и начало всего. — Прости, я не планировал ТАК заканчивать, — тихо сказал он, отстраняясь. Гермиона почувствовала, как по внутренней стороне бедра медленно стекает его сперма. Она еще пыталась отдышаться, опираясь ладонями о холодную столешницу, словно держалась на последнем издыхании. Сердце колотилось, а мысли путались. — Ты в норме? — Его губы коснулись ее плеча, легкий поцелуй, резко контрастирующий с тем, что было несколько секунд назад. Она кивнула, не в силах произнести ни слова, только едва слышно выдохнула. Драко откинул волосы с ее шеи, внимательно осматривая "урон" — яркие алые засосы, словно огненные цветы, разбросанные по коже. Краснеющие отпечатки его пальцев на талии и бедрах. — Постоишь пару минут или сядешь? — он осторожно поддержал ее за талию, голос был мягким, заботливым. Гермиона шагнула к скамейке, неуверенно, чувствуя, как маленькая капля из ее промежности срывается вниз и падает на пол. — Теперь тут должны повесить табличку: "Это место окроплено самим Драко Малфоем", — с ехидцей улыбнулась она. Драко закатил глаза, помогая ей сесть. Он быстро привел себя в порядок у раковины, собрал их разбросанную одежду, натянул боксеры и вышел. Гермиона откинулась на шкаф, улыбаясь потолку. Все было грязно, грубо и дико — именно так, как она сейчас и хотела. Дверь снова щелкнула, Драко вернулся с палочкой в руках и совершенно трезвым взглядом. — Взял отрезвляющее у тебя в пиджаке, подумал, что ты не захочешь появляться перед ними в таком виде, — протянул он, уже накладывая на нее очищающее заклинание. Липкость между ног тут же исчезла. — Хотя зрелище... завораживающее. Он присел на корточки перед ней и мягко поцеловал каждый засос, тут же стирая его волшебством. Холодные прикосновения заставляли кожу поежиться, мурашки бежали по всему телу, разрывая остатки жара. Плавно он продолжил движение, стирая свои следы, пока не перешел к ссадинам на ее ногах — быстрое заживляющее заклинание, и на коже остались лишь яркие красные полосы свежезатянувшейся кожи. Драко поднялся, оглядывая результат своей работы. — Ну, как я выгляжу? — спросила Гермиона, начиная одеваться. — Как будто тебя только что выебали, — усмехнулся он, довольный. — Значит, отлично, — звонко хлопнула она бретелькой, поправляя купальник. Драко протянул руку, и она вложила в нее пальцы. Он потянул ее обратно к друзьям. Дверь распахнулась, впуская их в облако пара и пьяного гомона. Не успела она сделать и шага, как он подхватил ее на руки и под их общий смех швырнул в воду. — Ооо, а вот и наши искатели! — крикнул Блейз, развалившись на бортике с неприкуренной сигаретой в зубах. — Что, так долго искали? Или просто не могли найти нужную дырку? Малфой молча подкурил ему от палочки. — Как видишь, пришлось пойти на крайние меры, — пожала плечами Гермиона. — Мы тут сдыхали без курева, а вы там раздевалку разъебали, судя по звукам, — прищурился Тео. — Вот думаю продолжить тщательный досмотр, и начать с твое задницы, — резко бросил Драко, понимая, что пьяные друзья начинают переходить границы. — Ооо, злой! — засмеялся Тео. — Видимо, получилось хуёво? — Рекомендую. Если хочешь развернутый отзыв, заходи завтра. С пергаментом подлиннее твоего носа, Нотт. — Гермиона пнула в его сторону брызги. — Значит, в туалете грязно, а в раздевалке заебись? — Тео фальшиво ахнул. — Гермиона, ты лицемерка! — Зависит от того, с кем, — хмыкнул Драко, ныряя в воду. — Ну конееееечно, твой соперник только камасутра, — засмеялась Пэнси. — Такое название и оставим! — с улыбкой выкрикнула Гермиона, игнорируя недоуменные взгляды парней. Драко подошел и мягко обнял ее со спины. — Ты в порядке? — прошептал он ей на ухо. — С тобой... да...