Дети должны играть

- Персефона. Девушку опять окликнул громогласный и холодный голос Аида. Юная богиня играла с душами детей,которые попали на Асфодельские поля от того,что не сделали за свою жизнь ничего хорошего,но и плохо не совершали,умерев молодыми. Тени замерли при появлении царя подземного мира,а после разбежались кто куда. Аид вздохнул,поднимая взгляд чуть вверх – он всегда задирал голову,боясь,что люди увидят его страшные,мёртвые глаза – и проворчал: - Персефона,ты,кажется,уже не девочка,чтоб играть. Ты всё-таки царица мира мёртвых и... - ...И от меня требуется быть серьёзной и тому подобное! Аид,разве я,как царица,не могу поиграть с этими бедными душами и принести им хоть какое-то утешение в нашем мрачном царстве? - Нет. Не можешь. – ответил он строго. Аид взял её за руку и увёл обратно в свой дворец,где всегда было холодно,тихо и мрачно...до появления Персефоны,конечно. Поплакав о родной земле,весёлая богиня постаралась успокоиться и после этого дом Аида внезапно начал чем-то напоминать Элизиум. Конечно,розы и пионы на ледяной,затвердевшей земле не прорастали,но девушке нравились и белые цветы асфоделя,которыми она украшала комнаты,раставив вазы с ними почти в каждом углу. Дочь Деметры,привыкшая играть с нимфами,часто старалась развеселить новоприходящих детишек,что умерли от болезней,голода или жестокости взрослых. И надо сказать,маленьким душам вполне нравилось,когда царица вдруг начинала кружить их в хороводе или играть с ними в орехи – собирать кучки из плодов и круглым орехом сбивать их. Ещё от скуки девушка могла пуститься в пляс,распевая весёлые песенки и не обращая особого внимания на мрачную атмосферу вокруг. Она нахально врывалась в гнетущую тишину,бунтовала против тоски и успокаивалась лишь когда к ней прилетал Гипнос и заставлял её уснуть. "Что за веретёнце ты украл!" – говорила иногда Геката её похитителю. - Деметра воспитала из тебя вечного ребёнка,а не женщину. – опять занудничал Аид. - И что же в этом плохого? – она посмотрела ему в лицо. – Ну,скажи,Аид,разве ты никогда сам не играл? Помнишь,как это весело? Так зачем ты запрещаешь мне? Мужчина остановился. Потом задумался. И ответил: - Нет,я никогда не играл. Персефона закатила глаза: - Ну,ты наверняка преувеличиваешь,чтоб казаться более серьёзным. В детстве-то ты наверняка... - В желудке нет твёрдой поверхности для этого. Персефона замолчала. Её зелёные глаза округлились от таких слов. Она переспросила: - Что ты сказал? - У желудка слишком мягкие стенки,чтоб бегать по ним и прыгать. Там тесно. А ещё темно. И нет всяких орехов,кукол... - Почему ты говоришь о желудке,Аид?! Аид вздохнул. Деметра так сильно старалась уберечь дочь от жестокости мира,что даже не рассказала ей о своём прошлом. Бог начал рассказывать: - Когда мой отец Крон ещё правил миром,ему было предсказано,что один из его детей свергнет его. Тогда он решил съесть всех своих детей живьём и как только мы рождались,он пожирал нас. Но мы бессмертны и нам пришлось жить в его желудке,пока нас не спас Зевс. Он посмотрел,какое впечатление история произвела на Персефону. Девушка побледнела,а её руки подрагивали. Вот нежное создание. Впервые услышала что-то страшное. - К-как так...т-твой отец?..тебя...и... - Да. – Аид увидел,что богиня сейчас заплачет. Он взял платок и вытер ей солёные капли с веснушачтых щёк. Персефона не знала,что Аид,вообще-то,был её дядей,ведь Деметра старалась никогда не рассказывать ей о своих братьях и сёстрах,видя в них страшную силу,что может обидеть её милую дочку. Она растила её,как земную нимфу,а не богиню Олимпа,подальше от всех интриг и игр богов. Персефона даже не знала историю войны богов и титанов,а мать не хотела пугать девушку своим печальным прошлым,от того Персефона не знала,что страдали не только Аид,но и Деметра,Гестия,Гера и Посейдон. Сейчас она жалела только бога царства мёртвых. - Неужели тебя так не любили,что с-съели... - Не знаю,любили меня или нет,но когда мне на голову падали ошмётки еды,я в этом сильно сомневался. - И ты действительно никогда не играл? И тебе не рассказывали сказки?.. - Конечно,нет. Если собаку всю жизнь держать в клетке,она может слишком сильно привыкнуть к ней и возращаться в неё даже когда дверь будет открыта. Аид за годы,проведённые в желудке отца,привык к темноте и страху,тишине,прерываемой лишь редким шёпотом или горькими рыданиями. Мир мёртвых всё это ему обеспечивал. Иногда Аид садился на трон,закрывал глаза и слушал тихий плачь душ на Асфодельских полях,погружая себя в глубокие,но привычные и родные ужас с тоской. После их с Персефоной разговора прошёл небольшой отрезок времени,когда девушка снова была печальна. Но однажды,когда Аид слушал новости с Земли и Олимпа от Гекаты,дочь Деметры схватила его за руку и утащила на улицу. - Персефона,ты что делаешь?! - Аид,нам нужно тебе помочь. - Чего?..что ты имеешь в виду? - Нам нужно дать тебе то,чего у тебя не было в детстве! Аид вздохнул и потёр переносицу. - Персефона,это бесполезно. Я уже давно не ребёнок. Я не маленький мальчик,чтобы предаваться таким глупым занятиям. Девушка не слушала его. Она начертила палочкой на земле треугольник,а после поставила перед Аидом корзинку с орехами. - Аид,ты же хочешь,чтоб мне здесь нравилось? - Ну,я конечно хочу,но... - Тогда не спорь и играй! – она вручила ему орех. – Смотри,ты должен кинуть орех так,чтоб сбить больше орехов,чем я! Богиня лёгкой рукою бросила свой плод в треугольник,сбив около 6 "кеглей". Аид не понимал,в чём смысл этого занятия,но всё же повторил за женою. Он сбил 9 орешков. - О,неплохая работа! 1:0 в твою пользу! Они поиграли ещё немного. Пришедшая к ним Геката не могла не усмехнуться: - Хорошо проводишь время,друг? - Что ж,я,кажется,выигрываю,а значит,время идёт вполне неплохо,Геката. Персефона немножко смутилась,увидев,как у её похитителя легко получается. На его бледном лице появилась победная ухмылка. Девушка хмыкнула: - Думаю,нам стоит поиграть во что-то более подвижное! Она взяла подготовленный ею платок и жестом попросила Аида наклониться. Бог сильно удивился,когда жена завязала ему глаза. - А это для чего? - Это для жмурок! Ты должен найти меня с завязаными глазами. Я буду хлопать в ладоши,чтоб тебе было легче! Она схватила мужа за руки и прокрутила его на месте три раза. Аид почувствовал,что эта игра была уже по-интереснее предыдущей. Он сам не заметил,как расслабился и стал бегать за Персефоной,которая выдавала себя хихиканием и хлопками. Царь подземного мира даже не подумал о том,как забавно он выглядит сейчас. Вскоре он и сам стал смеяться вместе с женой. Веселье увеличилось в несколько раз,когда от скуки к супругам присоединились Геката и души маленьких детей,которые визжали от восторга и трепета,оказываясь поймаными. Впервые на Асфодельских полях звучало так много смеха и громких звуков. Догнав Персефону уже четвёртый раз,Аид наконец устал. Он снял повязку с глаз и улыбнулся. Мало кто видел такую улыбку на его лице. Богиня хитро спросила его: - Ну,весело? Аид кивнул. Но пора было возвращаться к делам,нужно было встретить новопришедших мертвецов...Супруги договорились,что завтра Персефона научит мужа играть в прятки. Ночью Аид и Персефона сидели в своих покоях и девушка рассказывала ему сказку,посчитав,что в детстве любой человек должен слушать сказки. При этом,богиня гладила его по голове,считая,что это тоже очень важно. Бог подземного царства слушал её с большим интересом,наслаждаясь нежным прикосновением её руки к его волосам. Голос жены убаюкивал его и вскоре он заснул. Эта игро-сказко-терапия проходила примерно неделю. Аид менялся на глазах,становясь всё менее мрачным и строгим. Он перестал мешать Персефоне весилиться и сам стал присоединяться к ней. Девушка,увидев то,что он стал другим,прониклась к нему симпатией. Однажды,когда она снова рассказывала ему сказку,на этот раз о девице,ушедшей на войну вместо отца,Персефона спросила его: - Аид,а может,ты бы отпустил меня к матери?.. - Нет! – мужчина ответил довольно резко и подскочил на кровати. – Я уже обсуждал с тобой это! Ты никуда не уйдёшь,понятно?! Богиня помолчала. Этот ответ её расстроил. Она надеялась,что Аид хоть немного смягчится и поймёт,что ей хочется обратно к матери,но,видимо,пока что он был довольно эгоистичен. Пока что. Персефона продолжила рассказывать ему сказку. Аид сжимал в своей ладони её руку,будто боясь,что пленница уйдёт. Он чувствовал,что действительно слишком сильно привязался к ней,особенно после всех этих сказок,игр... - Персефона,откуда ты знаешь все эти истории? - Мне рассказывали их нимфы. Когда я была маленькая,они играли со мной и приносили мне людские сказки. Люди такие выдумщики! Нимфы рассказывали мне их,а мать гладила меня по голове и так красиво улыбалась! В пещере было так тепло от очага,а в моей кроватке лежали цветы,которые так приятно пахли... Аид слушал её. Вдруг,его глаза наполнились слезами. Ему не рассказывали в детстве сказок. Рея никогда не гладила его по голове,он помнил,как мать отдала его отцу на съедение сразу после родов,даже не попытавшись спрятать его от Кроноса. Он никогда в детстве не видел цветов,не бродил по лесу,где нифмы играли и водили хороводы...Всю свою молодость он провёл в желудке отца,также,как и его брат с сёстрами. Они подвергались бесконечным мучениям в виде того,что их тела постоянно обваривало кислотой,из которой они не могли выбраться,в которой они плакали,в которой не было сил на крики и попытки спастись,в которой они не могли умереть,ведь были бессмертны. Не было сил даже на разговоры. Всегда вокруг было темно,не проникал в брюхо титана солнечный свет,постоянно вокруг было жарко,словно они сидели в котле,ещё и на голову падали мерзкие пережёванные ошмётки еды или лились напитки. А когда Зевс спас их,им сразу же пришлось идти на войну с титанами,где они с яростью мстили отцу,а после взрослая жизнь,в которую Аид попытался влиться,управление миром мёртвых,повторение той же темноты,страха и горя,изо дня в день... Вот к такой жизни он привык. А какую бы он мог иметь?.. Персефона заметила,как её муж прячет лицо в руках и не знала,что делать. Она старалась утешить его,просила не плакать,обнимала его,и даже поцеловала в щёки. Он обнял её в ответ,прижимая к себе. Аиду было ужасно жалко самого себя. Ещё ему было жалко своих родных,страдавших как он...Владыка подземного царства внезапно понял,отчего Деметра так горевала по Персефоне – а что,если девушка также помогала ей,как и ему? Тоже веселила её и принесла ей счастье? А он забрал её...но ведь и ему самому нужна его жена. Он отодвинул её от себя и вытер слёзы. А после тихо произнёс,стараясь вернуть строгость в голос: - Я бы...мог подумать над тем,чтоб вернуть тебя домой. Ненадолго...может быть. Но только если потом ты вернёшься ко мне...Я ведь без тебя совсем...переварюсь.