После репетиции.

      Последний аккорд еще висел в воздухе музыкального класса, медленно растворяясь в теплых лучах закатного солнца. Репетиция закончилась. Рицу уже укладывала свои барабанные палочки, а Мио с облегчением отставляла бас-гитару. А Юи… Юи просто растеклась по столу, положив голову на скрещенные руки рядом со своей верной Гита.       — Уф-ф… — выдохнула она, не поднимая головы. — Я растаяла… Как мороженое на асфальте… Мои пальцы больше не чувствуют струн.       Цумуги Котобуки, с ее неизменной мягкой улыбкой, закончила протирать клавиши синтезатора и посмотрела на подругу. В ее глазах плескалась нежность и толика веселья. Она подошла к Юи и легонько коснулась ее плеча.       — Ты сегодня очень старалась, Юи-чан, — тихо сказала она. — Твое новое соло звучало почти идеально.       — Мм-м, Муги-чан… — промычала Юи, не открывая глаз. — Похвала от тебя — это как самый сладкий тортик. Муги хихикнула. Эта простая, искренняя реакция Юи всегда согревала ее сердце.       — Кстати, о тортиках, — продолжила она чуть заговорщицким тоном. — Я сегодня испекла кое-что новое. Клубничный мусс на очень-очень воздушном бисквите. Я подумала, что после такой усердной работы нам всем нужно подкрепиться, но… раз уж ты так устала, может, заглянешь ко мне в гости? Мы сможем спокойно попить чай только вдвоем.       Голова Юи мгновенно поднялась. Сонливость как рукой сняло. Ее глаза засияли, как два больших карих леденца.       — К Муги-чан домой? И там… тортик? Настоящий тортик от Муги-чан?!       — Конечно, — улыбнулась Цумуги еще шире, любуясь этой чистой, детской радостью.       — Самый настоящий. — Иду! — воскликнула Юи, вскакивая со стула с такой энергией, будто и не было часов изнурительной репетиции. — Ура! Приключение за тортиком!       Дорога до дома Муги всегда была для Юи маленьким приключением. Она болтала без умолку обо всем на свете: о новом брелоке для Гиты, который она увидела в витрине, о смешной кошке, спавшей на заборе, о том, как одна нота в ее соло никак не хотела звучать правильно. Муги шла рядом, внимательно слушая, кивая и заливаясь тихим, мелодичным смехом от особенно забавных комментариев Юи. Для Муги эта простая болтовня была дороже любой светской беседы.       Когда они подошли к высоким кованым воротам, Юи на секунду замерла, как и каждый раз.       — Ого-о… Все равно не могу привыкнуть, — прошептала она, задрав голову. — Твой дом похож на замок принцессы, Муги-чан.       — Ну что ты, — смущенно улыбнулась Муги, открывая калитку. — Проходи, Юи-чан.       Стоило им войти внутрь, как Юи повела носом, словно маленький щенок, и ее глаза снова округлились. Весь дом был пропитан волшебным, невероятно сладким ароматом. Это был запах ванили, свежих ягод и чего-то теплого, бисквитного. Он был таким густым и уютным, что его, казалось, можно было потрогать.       — Муги-ча-ан… — протянула Юи с придыханием. — У тебя пахнет, как в кондитерской моей мечты! Если бы у счастья был запах, он был бы именно таким.       Цумуги тихо рассмеялась, ее щеки слегка порозовели от такого искреннего комплимента. Она взяла Юи за руку, и ее прикосновение было таким же мягким, как и ее улыбка.       — Пойдем на веранду. Я подумала, что сегодня прекрасный вечер, чтобы пить чай на свежем воздухе. Все уже готово.       Она провела Юи через просторную гостиную к стеклянным дверям, выходящим в идеально ухоженный сад. На маленьком столике уже стоял красивый фарфоровый сервиз, а в центре… В центре ждал своего часа главный герой вечера.       И вот он, торт. Он был само совершенство. На тонкой тарелке из белоснежного фарфора покоился не просто десерт, а маленькое произведение искусства. Нежный, почти невесомый бисквит был покрыт толстым слоем бледно-розового клубничного мусса, воздушного, как облако. А сверху, словно драгоценные камни, были выложены половинки свежей, блестящей клубники, покрытые тончайшим слоем прозрачного желе.       У Юи перехватило дыхание.       — Ах… — это все, что она смогла выдохнуть, прежде чем с благоговением сесть за стол.       Муги с довольной улыбкой взяла серебряную лопаточку и осторожно, будто боясь нарушить эту красоту, отрезала щедрый кусок и положила его на тарелку Юи. Затем она налила в изящную чашку ароматный чай, от которого шел легкий пар.       Юи взяла вилочку, на мгновение замерла, а потом решительно погрузила ее в торт. Он поддался так легко, так нежно… Она отправила первый кусочек в рот и замерла. Ее глаза медленно закрылись, а на лице отразилось абсолютное, ничем не омраченное блаженство.       Прошла секунда. Две. А потом Юи распахнула глаза, в которых стояли слезы восторга.       — МУГИ-ЧААААН! — воскликнула она так громко, что в саду, кажется, вспорхнула какая-то птичка. — Э-это… это не просто торт! Это портал в рай! Он такой клубничный! Такой воздушный! Он тает во рту, как снежинка! Это самое вкусное, что я когда-либо ела в своей жизни!       Она восторженно замахала руками, чуть не уронив вилку, и принялась уплетать торт с такой скоростью и таким удовольствием, что смотреть на нее было отдельным счастьем.       Цумуги смотрела на подругу, и ее сердце наполнялось невероятной теплотой. Ей не нужны были никакие похвалы от знаменитых кондитеров или восторги гостей на приемах. Вот эта чистая, незамутненная радость в глазах Юи, ее искренние и немного смешные комплименты — вот что было для Муги высшей наградой. Она тихонько хихикнула и отпила немного чая, чувствуя себя самым счастливым человеком на свете.       Когда последняя крошка торта исчезла с тарелки, Юи откинулась на спинку стула с самым довольным вздохом на свете. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, окрасив небо в персиковые и лиловые тона. Мягкий, золотистый свет заливал веранду, делая все вокруг волшебным и немного сонным. Они сидели в тишине. Но это была не неловкая, а наоборот, очень уютная и полная тишина. Она была наполнена стрекотом сверчков в саду, тихим звоном чашек и ощущением полного умиротворения. Юи, сытая и расслабленная, смотрела на медленно темнеющий сад, и ее веки начали тяжелеть.       Она зевнула, прикрыв рот ладошкой, и, недолго думая, просто и естественно, как дышит, подвинулась чуть ближе и опустила голову на плечо Муги.       Цумуги на мгновение замерла. Она почувствовала, как по всему телу пробежала теплая волна, а сердце сделало маленький кульбит. Мягкие волосы Юи щекотали ей щеку, а ее доверчивая тяжесть на плече была самым приятным грузом на свете. Медленно, чтобы не спугнуть этот хрупкий момент, Муги слегка наклонила свою голову к голове Юи и осторожно, почти невесомо, начала перебирать ее каштановые пряди пальцами. Прошло несколько минут в этой блаженной неподвижности. — М-м-м… — сонно промычала Юи, устраиваясь удобнее. — Муги… ты такая теплая… И пахнешь чаем и счастьем. От этих простых, искренних слов на щеках Цумуги выступил легкий румянец. Она ничего не ответила, лишь продолжила нежно гладить Юи по волосам, и на ее губах играла тихая, очень счастливая улыбка. В этот момент ей хотелось, чтобы этот тихий, теплый вечер никогда не заканчивался.