его последний звонок.

Они встречались около года и любили друг друга до безумства. Ермолаев дарил подарки и любимые цветы кареглазого, а Яцкевич мило смущался краснея до кончиков ушей. Счастье бывает в мелочах, как говорят, и все эти мелочи запоминал один Сашенька. Никто даже представить не мог, что какая-либо проблема может случится в их крепких отношениях. В последнее время что-то произошло. Их ежедневные поцелуи по утрам, совместное время провождение, обнимашки перед сном, взгляды полные привязанности, нежные прикосновения, и в общем их любовь, будто увяла. Илья перестал замечать былую искру из глаз Саши. Что-то точно случилось. Измена — жестокая вещь, которая одним своим названием вызывает мурашки по коже. Он изменил. Его Сашенька изменил. Нагло, по пьяни, так ещё и осмелился закатить скандал после этого. Это была ужасно болезненная ссора, после которой Илья не смог уйти без побоев и долгих слёз. Такое бывало впервые и вызывало ком в горле у обоих. Выяснения отношений закончились матами и решением разойтись. Мало кто знал об их особых отношениях, только самые близкие и самые родные, сквад хазяева, но странности в их «дружбе» заметили все. Отмена совместных стримов, меньше проведённых видео в компании друг друга, отдалённые взгляды, редкие разговоры, и то вне кадра, и только по работе. Это было так странно и не привычно. Такой близкий и родной человек за один вечер стал, тем из-за кого мир рушится с каждой секундой. Было принято решение не говорить друзьям об их расставании, ведь все и так уже давно поняли всё без слов.

***

Спустя полгода Саша смирился с их расставанием и разлюбил. Было у него достоинство или наоборот проклятие — быстро отпускать дорогих ему людей. Помучается, но после все же успокоится. Илья же только умирал с каждым днем все сильнее и сильнее. Он часто вредил себе: то погружался с головой в работу, в это время мог не спать сутками и питаться только горьким кофе, при всей ненависти к нему. То порезами на запястьях, которые сначала успокаивали, а после начали доставлять ещё больший дискомфорт. То подсаживался на голодовку, не специально, а потому что нету времени поесть. А чаще всего просто засыпал в обнимку с подушкой и со слезами. Его карие глаза потемнели и потеряли былой блеск, лучезарная улыбка с ямочками на щеках сама сходила все чаще с лица, а сердце и вовсе полностью заполнилось болью от глубокой незаживщей раны растования. Он очень сильно скучал. С Сашей они больше не пересекались, он принял решение уйти из Хазяевов, но никто так и не узнал настоящей причины, которая была в Илье. Ему стало очень сложно видеть каждый день любимого человека, и делать вид, что между ними ничего не треснуло. Голубоглазый обрубил все возможные способы связи с Яцкевичем. Возможно он пытался такими способами заглушить свою боль от расставания. Вскоре Саша смирился с новой жизнью, возобновил отношения с бывшей девушкой по имени Кира и переехал за город в частный дом. Илья наоборот почти каждый день искал способы связаться, но как всегда без успешно. Каждый день в нём жила надежда на то, что его любимый Сашенькая разблокировал его хотя бы не на долго. Кареглазый набрал звонок. В этот раз из трубки не послышалось слов «абонент недоступен», впервые за полгода. Пошли гудки. Шатен замер в ожидании, его сердце вот вот остановится от предвкушения. Все за чем он гонялся так долго, появится в такой неожиданный момент. Абонент принял звонок заставляя злосчастные гудки угомониться. Послышался до боли знакомый грубый голос. —Алло… — вроде обычный ответ на звонок, но по коже Ильи уже пробежало стадо мурашек. Такой нежный и одновременно родной голос. Он думал всем сердцем, что по ту сторону услышит только гудки сброшенного вызова и ничего более. —Саша… — обратился к собеседнику кареглазый — Сашенька… — повторяя его имя в более ласковой форме, до сих пор не веря в происходящее. — я…я люблю тебя… до сих пор... — слова давались болезненно сложно, но зато получались самыми искренними и желанными. Все о чем мечтал Яцкевич — произнести эти слова крутившиеся на языке около полугода прямо Саше. Не говорить это в пустоту всхлипывая от текущих по щекам слез, а именно ему. —Ты ошибся чертовым номером — сковь зубы прорычал Ермолаев — не звони сюда больше. —Я очень скучаю… Сашенька… — с щеки кареглазового самовольно скотилась одинокая слеза, за которой последовали еще. Саша сбросил вызов. Это конец. Илья быстро подхватил телефон и набрал все тот же злосчастный номер, который самовольно выучен наизусть, вьедаясь в память сильнее с каждым днем. Послышалось привычное "абонент недоступен или находится в не зоне доступа сети". Теперь это точно конец. Надежда хранившеяся в памяти Яцкевича последнии полгода ускользнула настолько быстро, насколько и появилась. Слезы катились быстрее и быстрее падая на холодный кафель. "Смысл жить?". Если бы этот вопрос Илье задали сейчас, он бы ответил: "его нет". Уже нет. Весь его смысл жизни был — Александр Ермолаев, самая яркая луна среди всех, обладатель красивых нежно-голубых глаз и очаровательной улыбки. Чтож... пора завершить неудачный опыт детства... Илья вытащил из шкафа верёвку купленную давно, на всякий случай. Закрепил в самом удобном и надежном месте в квартире и завязал узел. Оставалось только одно: затянуть на шее и сделать шаг вперёд. В черную бездну случаюшуюся после смерти. Что-то держало Илью, от одного простого шага. Возможно это были друзья, которые будут сильно скучать по нему, или родители, явно огорченные этим необдуманным поступком. Но Илюша не может жить по другому, им всегда правят эмоции. Возможно его держат подписчики и его канал, который нужно кому-то точно прожолжать вести. Вряд ли эти причины были позывом остаться. Вовсе нет. Илья понял что это. Он слез со стула и присел за стол. Письмо. Самому дорогому и близкому человеку. Илья достал первый попавшийся листок и начал писать. Неаккуратно, с ошибками, но зато со всеми чувствами копившиеся внутри уже давно. Последняя точка. Последнее предложение, в котором сказано что-то по типу прощания. В письме было все что так нужно было сказать. Уже пора. Яцкевич встал из-за стола и залез на стул. По нему явно будут скучать, но это не важно, если о нём и не впомнит сам Ермолаев. Илья затянул узел на шеи. Начали появляться самые ужасные мысли, заставляющие сомнематься: как же без него будут его лучшие друзья. Парадеев с Лешей явно будут плакать в объятиях друг друга. Костя точно вернется с заграницы посетить похороны. Влад отменит все предстоящие важные дела и конференции по проекту. Кокошка потеряет популярность и наверное любимого друга. Данила потеряет родного человека. А Сашенька... Шаг вперед. Его уже не спасти. У Ильи наверное уже поломался позвоночник мешающий дышать. Если помочь ему сейчас, то он с вероятностью 99% останется инвалидом. Но кому нужно приезжать к нему в два часа ночи без предупреждения? Правильно. Никому. Дышать становилось тяжелее с каждой секундой, а глаза закатывались. Последнии мысли были "это наверное было зря...", но уже поздно думать об этом. Живя эмоциями, а не рассудком делаешь хуже только себе. Дальше понеслись самые лучше моменты: их стримы, видео, отношения с Сашей. Илья будет скучать, если посли смерти вообще что-то есть. Теперь это точно конец, но уже его. Больше Илья ничего не чувствовал и не почувствует уже никогда. Все что осталось после него — это письмо, воспоминания и канал. Уже нет прежнего Илюши, самого светлого и веселого человека. Теперь есть только повешившийся Илья Яцкевич в собственной квартире, оставивший за собой самые теплые и светлые воспоминания...