Сразимся в армрестлинге?

Учебный день Гию Томиоки, самого спокойного парня, обучающегося на втором году старшей школы, проходил очень тихо: никто не кружил возле его парты, не предлагал поучаствовать в соревновании, кто больше булочек съест, не надоедал с различными вопросами и не выпрашивал списать домашнее задание — ничего этого не было. Только тишина и покой, которые блаженством циркулировали в крови и давали полную раскрепощённость мысленных раздумий. Однако такой рай не мог продолжаться вечно, и уже на обеденном перерыве в середине дня к одиноко сидящему парню подошла Шинобу, хитренькая улыбка которой никогда не внушала ничего хорошего. Гию увидел фигуру девушки боковым зрением и не желал поднимать на неё взгляд, — может, так она поймёт, что лучше оставить его одного и не докапываться с очередными милыми глупыми идеями. Не получилось... Кочо с грацией бабочки опустилась на одинокую скамейку по правую сторону от Гию и ещё минуту всматривалась в сосредоточенное лицо Томиоки, ни одна мышца которого даже не дрогнула и отражала полную отрешённость, однако глаза выдавали с потрохами весь дискомфорт. Терпение иссякло на второй минуте пристального взгляда. Гию отложил бенто в сторону и глянул на Шинобу, которая теперь выглядела более довольной. Уголки её губ невольно поползли вверх от осознания того, что она смогла добиться должного внимания. – Что-то нужно? – ровно спросил Томиока, приподнимая бровь. Кочо улыбнулась ещё шире и гордо ответила: – Я хочу сразиться с тобой в армрестлинге. – какое глупое и опрометчивое предложение. Исход этой битвы был уже определён заранее. В честном бою Шинобу никогда не одолеть Гию, и она это прекрасно понимала. От этого резкого заявления Томиока опешил, осознавая абсурдность выкинутой идеи. Он понятия не имел, что отвечать и что думать, даже мыслей, как на зло, не было. По ощущениям его как будто только что ударили по голове металлической битой и выбили абсолютно всё, что только можно было выбить, включая и мозг, ведь Томиока спустя почти две минуты молчания выдал ответ, ни разу не успев подумать своей головой: – Хорошо. – Тогда пошли в класс. – Кочо подмигнула, и только на этом моменте в голове что-то щёлкнуло, мысли наконец пришли в нужное русло, а голова вновь начала нормально функционировать. Не успел парень понять, зачем вообще согласился, и построить хоть одну теорию о том, что значило это подмигивание и хитренькая ухмылка Шинобу, как его уже потянули за собой в кабинет. Сопротивляться Томиока не стал. Зайдя в класс, они устроились за партой Гию, сели друг напротив друга — Шинобу для этого пришлось развернуть стул — и, оперевшись локтями на столешницу, взялись за руки. Кочо перевела свой взгляд с их сомкнутых ладоней на лицо Гию, и сам парень поступил так же. Отчего-то никто из них не стал произносить обратный отсчёт, чтобы начать поединок, даже сама Шинобу, которая была инициатором сей спонтанной и странной идеи. Они просто сидели, держались за руки и смотрели друг другу в глаза. На тот момент в классе уже сидела почти половина всех учеников, четверть из которых внимательно наблюдала за разворачивающейся перед их глазами сценой. – Что вы делаете? – небрежно поинтересовался Игуро, подошедший к парте Томиоки. – Не мешай, мы сражаемся в армрестлинге. – бросила Кочо, не сводя своих глубоких фиалковых глаз с Гию. – Я думаю, у вас проблемы с понятиями. – не удержался от едкого комментария Обанай. – Вы просто держитесь за руки. – Ш-ш-ш... – Томиока приложил палец свободной руки к губам, как бы приказывая этим жестом замолчать и в ближайшее время вообще не открывать рот, а сам не переставал вглядываться в Шинобу, изменение улыбки которой означало одобрение и благодарность. Говорила ли она ему спасибо за то, что он заткнул Обаная, или в целом за то, что он дал своё согласие на странное предложение побороться на руках, Томиока не знал и не счёл важным обдумывать эту тему. Как мало, оказывается, нужно для счастья — просто сидеть друг напротив друга и держаться за руки, пусть даже под таким абсурдным предлогом. Кажется, Гию начал понимать. Игуро лишь обречённо вздохнул, в очередной раз осознавая, что находится в кругу идиотов, и поплёлся к своему месту за партой Митцури. Она же смотрела на Томиоку и Шинобу, сверкая глазками. Как только её сосед по парте опустился на стул, девушка с довольной улыбкой притянула его к себе за ворот рубашки и проговорила так тихо, как только могла: – Это любовь! Это определённо любовь!!! Игуро лишь поворотил носом, а Канроджи даже не поняла, что её слова услышал ещё кто-то, кроме соседа по парте, — Шинобу подавила в себе нервный смешок. Кажется, её план раскрыли. Девушке оставалось надеяться, что Гию окажется не таким догадливым. Шинобу улыбнулась своим же мыслям, в то время как Томиока пытался хоть куда-то деть свой взгляд, лишь бы не смотреть на это довольное лицо своей ходячей проблемы, в голову которой зачастую приходили самые странные и самые лучшие идеи. Конечно, Гию уже всё понял: и план Шинобу, и это молчание вместо привычного «три, два, один», и смысл слов Митцури. Однако говорить ни о чём не хотелось, ведь это можно сделать и потом. Сейчас Гию было достаточно того, что он просто сидел напротив Шинобу и держал её за руку.