Рифы в крови.

Выкрути комбик на полную. —Хан, прекращай уже выкручивать звук на полную, задрал! —проворчал Хёнджин, останавливая игру. —Тебе ли о громкости говорить, —пробурчал Джисон, но Хёнджин всё равно его услышал. —Опять женатики распоясались, —складывая барабанные палочки, проговорил Сынмин, обращаясь к клавишнику. —Да уж, —устало присел на пол Чонин, —годы идут, ничего не меняется. Эй, вы двое, вы точно встречаетесь, а не враждуете? Спорящие Джисон и Хёнджин обернулись на Чонина, всем видом показывая свой гнев. Ян понял, что зря быканул. —Мы в будущем поженимся! —выкрикнули оба и вновь обернулись друг на друга, продолжая спорить и обзываться. —Прочисть уши, глухопёр! —А ты звука прибавь, а то тебя никогда не слышно! Их группа была образована спонтанно. Год назад на одно из мероприятий был необходим номер от каждого класса. Никто не мог придумать ничего стоящего, пока в один из будних осенних дней Джисон с гнездом на голове вместо причёски, в помятой рубашке и в разных носках не ворвался в кабинет, с громким хлопком открывая выдвижную дверь в классических реалиях корейских школ. —Срочно нужен кто-то, кто умеет играть на бас-гитаре! —запыханно проговорил Джисон, только сейчас осознавая, что он учудил после того, как увидел ничего не понимающее лицо преподавателя иностранного языка. —Ой, извините, учитель. Мне срочно нужен кто-то, кто умеет играть на бас-гитаре. Учащиеся начали переглядываться между собой, как неожиданно из толпы появилась вытянутая наверх рука. Хван Хёнджин—один из красавчиков старших классов и талантливый парень. Его волосы были волнистыми, выкрашенными в угольно чёрный цвет. На губе было кольцо. —Я умею, —мягко проговорил Хёнджин, и Джисон, схватив его за руку, уволок из кабинета под возмущённые возгласы учителя, и обещания позже отчитаться на перемене, объяснив причину. —Извини, красавчик, что так вырвал с урока, —улыбнулся Джисон, глядя назад, —потом замолвлю перед преподом словечко. Хёнджин кивнул, следуя за невысоким, но гиперактивным парнем, который даже шёл практически вприпрыжку. Они прошли в актовый зал, где проходят все мероприятия и праздники. Там уже была собрана барабанная установка, за которой на сидении развалился парнишка из его класса по имени Ким Сынмин, которого до этого отпросил Чан. Из-за кулис выглядывал выпускник прошлого года Бан Чан, на полу что-то печатал на ноутбуке одноклассник Бана Со Чанбин. На раскладном стуле на сцене сидел Ян Чонин, который был на год младше Хёнджина. В зрительном зале сидели выпускник прошлого года Ли Минхо и его младший брат Феликс, который сидел и копался в своей коробке, до верху набитой медиаторами. —Ребята, я нашёл бас-гитариста! —выкрикнул Джисон, разгоняясь и потащив Хёнджина с собой. —Да ладно, Хёнджин, ты умеешь играть на бас-гитаре? В жизни не поверил бы, —удивился Чонин, который хвостиком ходил за Хваном в их общей компании. Хёнджин кивнул, запрыгивая на сцену и усаживаясь на самый край. —Так, Хён, давай расскажу для чего я тебя сюда позвал. Ты же знаешь, что у нас постоянно проводятся всякие мероприятия, которые никому неинтересны, но всех всё равно заставляют принимать в них участие, —прокручивая выбившуюся из хвоста прядь, Хёнджин внимательно слушал речь Джисона. —Так вот, мне пришла идея создать бэнд, но нам не хватало бас-гитариста. Ты не против вступить к нам в группу? Хёнджин призадумался, он, конечно, типичный популярный мальчик, коих часто показывают во всяких сериалах о подростках, но всё же учёба превыше всего. —Ох, не знаю, для репетиций нужно много свободного времени, а мы сейчас готовимся к экзаменам, —начал Хёнджин, но был тут же перебит. —Не переживай по этому поводу, я постараюсь договориться с учебным составом, язык у меня подвешен, поверь на слово, —подмигнул Джисон, вызвав улыбку на лице Хёнджина. Хёнджин оглядел ребят, кто-то улыбался, а кто-то кивал, мол, вступай, не пожалеешь. —Эх, ладно, я согласен, —театрально вздохнул Хёнджин, после чего Чонин встал со своего насиженного места. —Свою гитару сможешь приносить? Тут есть одна на первое время, —проговорил Чонин, кивая в сторону кулис. —К следующей репетиции постараюсь принести, —ответил Хёнджин, получая в руки гитару для временного пользования. —Неплохая. —Давай расскажем, кто кем является, —вышел из-за аппаратуры Чан, потирая ладони, будто готовясь сдать отчёт перед начальником. —Как ты понял, я звукарь и помощник Бина в плане продюсирования песен. Минхо-ваш стилист, он отвечает за весь ваш внешний вид, поверь, уж у него со вкусом всё прекрасно. Чанбин-композитор, он сочиняет музыку, текст и прочее. Ты у нас будешь басистом. Джисон ритм-гитарист и фронтмен, будет стоять за микрофоном и орать серенады Чанбина. Феликс стоит за соло-гитариста, может заменять бэк-вокалиста. Чонин-клавишник и вокалист. Ну и Сынмин основа всего ритма, наш барабанщик. —А лидер кто? —этот вопрос заставил остановиться печатать даже Чанбина, который наконец оторвал свой взгляд от монитора ноутбука. Ребята начали оглядываться друг с другом. —Мы ещё не решили, —прокашлялся Сынмин, —с названием группы и логотипом тоже пока что. Нам главное успеть что-то подготовить к празднику, а там уже дальше посмотрим. —Эй, ребят, я тут текст закончил, —окликнул всех Чанбин, радостно поднимаясь с пола. —Взгляните, если понравится, отправлю копии. Все, включая Хёнджина, собрались вокруг ноутбука, вчитываясь в текст новой песни. Смысл прекрасно просачивался сквозь строчки и проникал в самую душу. —Бинни-хён, ты превзошёл сам себя, —похлопывая Чанбина по спине, проговорил Сынмин, —на музыку прекрасно накладывается. —У вас уже есть мелодия? —спросил Хёнджин, на что ребята кивнули. —Можно прослушать? —Да, но мы записали её без бас-гитары, потому звучит пока что очень сыро, —Чанбин открыл папку на рабочем столе ноутбука, включая аудио запись одной из репетиций. Мелодия полилась из динамиков, растекаясь по сосудам, вызывая приятные мурашки по телу. Она была очень приятной, несмотря на «громкое», как любят говорить любители спокойных песен, звучание, она откликалась в самых укромных уголках сердца. —Это прекрасно, —восхищённо выдохнул Хёнджин, открывая вид на красивые предплечья, по которым пробежали мурашки. —Когда будут репетиции? Я уже готов начать. —Тихо-тихо, не спеши так, репетиции у нас будут около трёх раз в неделю по вечерам, длиной по 2 часа, чтоб отшлифовать звучание. Чан вышлет тебе твою партию на басу, —притормозил вспыхнувшего Хёнджина Джисон. —Надо будет спросить у преподавателей о точной дате праздника, чтоб не было никаких непредвиденных обстоятельств, что нам резко пришлось бы с ужасным звучанием выступать перед всеми. Я расспрошу у них, Минхо, уже придумал наш примерный вид? —Да, есть задумка в голове, —наконец подал голос самый тихий из их компании. —Хочу одеть вас как-то прилично, но со вкусом. Классика, короче. —Ну вот и ладушки, тогда репетиция будет завтра вечером в 5, постарайтесь не опаздывать, —хлопнул в ладоши Джисон, попав под раздавшийся звонок. —А теперь те, кого я вырвал с уроков, возвращайтесь обратно. А я пойду получать нагоняй от целых 3 преподавателей… Чан рассмеялся, пожелав удачи Джисону, на лице которого уже отразилась гримаса его приближающегося конца. Хёнджин, Джисон, Феликс, Сынмин и Чонин вышли из актового зала, направляясь к расписанию на сегодня, чтоб успеть занять свободный кабинет. —Так, Хёнджин, сколько лет ты примерно играешь на басу? —не унимался Джисон, расспрашивая парня на ходу. —Знаешь всякие выкрутасы? Как держаться на сцене? И… —Придержи коня, Джи, дай ему хоть слово вставить, —закатил глаза Сынмин, не переставая каждый раз удивляться гиперактивности щекастого. Хёнджин посмеялся, но не стал ругать Джисона, сказав, что всё в порядке. —Играю лет с 12, выкрутасы тоже умею, не переживай, и на сцене тоже могу держаться, —кивал Хёнджин, закидывая руку на плечо парню. —Да я золото урвал, —радовался Джисон, уже представляя как сильно будут верещать девочки, увидев своего любимчика на сцене, да ещё и с бассом. —А у тебя гитара какого цвета? —Завелась пластинка, сейчас начнёт расспрашивать вплоть до того, какой медиатор больше нравится и под каким углом удобнее держать инструмент, —пробурчал Чонин, закрывая уши ладонями, чтоб не слышать верещание вспыльчивого Джисона об уважении к старшим. —Не правда! Я не такой назойливый, как ты меня описываешь, да, Феликс? —Джисон обернулся к блондину, который просто улыбнулся, показывая крестик указательными пальцами. —Предатель! —Да обычная красная гитара, разве есть разница в том, какого цвета инструмент? —Хёнджин поднял бровь, тонкими пальцами захватывая в плен серебряную цепочку на шее Джисона со скрипичным ключом. —Конечно, есть, чем красивее гитара, тем эффектнее выглядит музыкант на сцене. К тому же девочки явно оценят, если наш принц будет выглядеть очень горячим, а гитара как дополнение к образу, —посмеялся Джисон, вспоминая, как часто девочки с его класса упоминают красоту Хёнджина. В особенности любят поговорить о его руках, что сейчас наглым образом прошмыгнула под его рубашку, ближе к ключицам, чтоб потеребить украшение. —Куда ещё больше? Они на каждом уроке на камень, ножницы, бумага спорят о том, кто сядет за соседние две парты рядом со мной, —вздохнул Хёнджин, когда они подошли к расписанию, чтобы сфотографировать его. —Особенно устаёшь, если они подвинут свои парты чуть ли не впритык ко мне и будут сверлить взглядом мои щёки. —Вот прикольно, если на совмещёнке я и Феликс сядем рядом с тобой, пока они там спорят. Уже представляю, как они грызут свои ногти от злости, —Феликс поймал взгляд Джисона, который не намекал, а кричал, чтобы парень согласился. А добродушный одноклассник не может отказать другу в его авантюре. —Ликс, ты согласен? —Если Хёнджин не против, то сяду, —напомнил о мнении Хвана Феликс, чем заставил Джисона покраснеть от неловкости, что он забыл спросить самого парня. —Хёнджин, ты не против? —большими и сверкающими глазами спросил щекастый, надеясь на положительный ответ. Хёнджин добродушно улыбнулся и кивнул: —Мне самому будет интересно, чем это для вас двоих обернётся, ребятки, девочки в гневе — это страшно, —предупредил двоицу Хёнджин, вспомнив, как они кидали злые взгляды на бедного одноклассника Хёнджина, который по незнанию занял одно свободное место рядом с брюнетом. На перемене его чуть не растерзали. —Особенно жалко будет ваши щёчки, за которые они могут потянуть в гневе. —Феликсу-то ладно, этот змей улыбнётся, и они полягут от солнечного удара, а вот мои щёки действительно будут в большой опасности, —погладив своё лицо, выдохнул Джисон, прежде чем поймал на себе гневный взгляд преподавателей. —Ой, мои хорошие, я пошёл огребать по полной, не поминайте лихом и поставьте свечки за упокой моего очка. Увидимся на репетиции все вместе!

♪♫♬

—Я больше не могу, давайте перекур, —вымученно проговорил Феликс, присаживаясь на пол студии, в которой они все вместе репетируют. Они репетировали целый час, постоянно останавливаясь, потому что перфекционист Бан замечал даже малейшие ошибки. Передышки ещё не было, потому после стойки в одной позе тело требовало отдых. —И как вы в будущем будете выступать, когда коллекция ваших песен сильно увеличится, и вы станете популярными? Тоже скажете в микрофон, что устали и нужен перекур? —источал тёмную ауру Бан Чан, который был недоволен несобранностью участников группы. Минхо, который привёз брата на своей машине, сидел на диванчике в углу, наблюдая за всем процессом репетиции. В его руках лежал открытый блокнот, в который он зарисовывал парней в их фирменных стойках, чтобы после придумать приблизительные образы. Так как мероприятие будет проходить в школе, то и вид так же должен быть соответствующим. Пиджаки, рубашки, брюки и т.д. Собрать волосы, кому-то заплести косички, а кому-то и вовсе спреем покрасить пару прядей. Ну и конечно же как можно больше украшений. Минхо был доволен собой, хоть и понимал, что образы получились отдалёнными от его изначальной задумки прилежных учеников, но что не поделаешь ради выступления, вот и учительский состав старой закалки потерпит. Осталось воплотить это в жизнь. Чанбин вновь валялся на полу со своим незаменимым ноутбуком, который он носит с собой повсюду, где бы он не был. Он снова в ускоренном режиме, пока идея не пропала, печатал текст, совсем забив на верность написания слов и ошибки. Ему важен был смысл, а ошибки и правильную формулировку он исправит после переноса вдохновения в текст. Бан Чан сидел в самом центре, прямо перед группой, которая взяла отдых. Джисон и Чонин иссушили по четыре бутылок воды, так как тянуть высокие ноты еле удавалось, учитывая, что им ещё нужно успевать играть на инструментах и не дай Бог сбиться с общего ритма. Их очень выручал их умелый барабанщик Сынмин, что поддерживал общий ритм, ни разу за их попытки не сбившись. Хёнджин сидел у стенки, разминая кисти рук, которые хрустели от постоянного нахождения в одном положения. Подушечки пальцев, несмотря на наработанные мозоли, всё равно болели. К нему подсел Джисон, рассматривая рисунки на левой руке. Там были нарисованы всякие жучки и бабочки, которых он с бережностью вывел ручкой, пока сидел на уроке скучной, по его мнению, всемирной истории. —Хёнджин, приветик, —улыбнулся щекастый, хлопая глазами и глядя на красивое лицо басиста, —давно не виделись. —Да, целый век прошёл, —усмехнулся Хёнджин, щёлкая по кончику носа Джисона, —по глазам вижу что-то задумал, вываливай. Джисон натянул улыбку пошире, пересаживаясь вплотную к парню, настолько, что их бёдра были прижаты друг к другу, а Джисон приблизил своё лицо к лицу Хёнджина, оставляя между ними сантиметров 5. Глаза Хёнджина перебегали с глаз на губы Джисона, не зная на чём будет приличнее остановиться, когда тебя прожигают взглядом. Губы бантиком открылись, и Хёнджин внимательно посмотрел на них, надеясь прочесть хотя бы по губам, что тот хочет сказать, как внезапно на полную громкость заиграл Феликс. Все закрыли уши, а Джисон от испуга свалился на колени Хёнджина, случайно встретившись носом с щекой Хвана. —Феликс, у тебя крыша поехала так пугать?! —начал ругаться старший брат, который выронил из рук карандаш. —Извини, хён! Я просто хотел сделать комбик погромче, но не ожидал, что перегруз будет звучать намного сильнее нормы, —извинялся Ли. Джисон схватился за свой нос, пытаясь как можно скорее выйти из этой неловкой ситуации, где он лежал на коленях Хёнджина задницей вверх. Он взглянул на старшего, который уже вовсю хохотал с Феликса, которого начал кусать Бан Чан. —Так что ты хотел сказать, Джи? —стирая с глаз слёзы от смеха, спросил Хёнджин. —Да я просто хотел предложить после репетиции сгонять вместе за чаем, а то у меня после этой неадекватной тональности горло першит. —А ты знал, что для таких просьб необязательно практически целовать согруппника? —шлёпнул своей большой рукой, которая явно могла снести Джисону лицо при желании, по ляшке щекастого Хёнджин, зевая от усталости. —Так будет неинтересно, а так хоть потренируемся создавать фансервис для будущих фанатов, —Хёнджин призадумался над словами Джисона, и он оказался прав. Без фансервиса внимания к ним будет намного меньше. —Ребята, поднимайте свои булки, нужно снова проработать некоторые моменты, —хлопая в ладоши, громко произнёс Чан, услышав единогласный вздох. —И не вздыхайте мне тут, страдальцы. Выйдя из студии, Джисон посмотрел на время, и его лицо озарилась шоком. Он напрочь забыл, что их занятия не будут совпадать с расписанием автобусов. Он в спешке начал осматриваться по сторонам в надежде, что кто-то сможет его подвезти, учитывая, что он вышел позже всех. К его счастью, Хёнджин ещё не уехал, подходя к своей машине, которую ему подарили его богатенькие родители в честь получения прав. —Хёнджин! —подбежал к нему парень, привлекая к себе внимание. —Хорошо, что ты ещё не уехал. Можешь, пожалуйста, подвезти? Я забыл, что график автобусов не совпадает с репетициями, а для такси денежек нет. —Садись, родимый, —кивнул в сторону пассажирского сидения спереди Хёнджин, —говори адрес. —Спасибо большое, Хёнджин, я у тебя в долгу, —плюхаясь на сидение, поблагодарил Джисон, вдыхая приятный запах салона. Пахло одеколоном и чем-то ещё. Что-то слишком приторное. —Спасибо в карман не положишь, хомячок, —заводя двигатель, посмеялся Хёнджин. —Мне тебе отсосать, что ли? —саркастично закатил глаза Джисон, уловив хитрый взгляд. —Только не говори, что… —Да не бойся ты, —успокоил его Хёнджин, —всего лишь будешь помогать прятать электронки. —Да ладно, в жизни бы не поверил, что ты из французов, —наконец понял, что за приторный запах в салоне. —Ой, да иди ты, —пробурчал Хёнджин. —Говори адрес давай, а то так и будем стоять на месте. Поездка оказалась максимально комфортной. Хёнджин включил свой плейлист, который на удивление попадал под вкус Джисона. Джисон, хоть и меломан, но к выбору песен на прослушивание выбирает тщательно. Он похвалил Хвана, на что тот заявил, что в таком случае они должны сходиться ещё в чём-то. Так и получилось. Оба любят чизкейк, айс американо и лиричные песни. Глубокий смысл, заставляющий задуматься и покопаться в себе. Чтоб до самых слёз на глазах и промокшей подушки. Оба не любят прибираться в комнате, обожают закупаться снеками в большом количестве просто, чтоб было чем перекусить, да повкуснее. —Хёнджин, сказать честно, изначально я думал, что ты будешь капризным, —признался Джисон, вызвав удивлённый взгляд Хёнджина, на секунду отвлёкшегося от дороги. —Ну знаешь, как это бывает обычно с не обделёнными вниманием людьми. А ты оказался очень милым парнем с глубокими мыслями. Хёнджин очень мягко улыбнулся, явно тронутый таким заявлением. —Мне это очень приятно слышать, —подъезжая к нужной многоэтажке, проговорил Хёнджин. —До завтра? —До вечера, я тебе ещё буду присылать смешные видео с хомячками, —попрощался Джисон, выходя из салона машины. —Значит до вечера, щекстик. На голову Джисона на следующий день у них был совмещённый урок биологии. Он уже предчувствовал, как сильно ему достанется от своих одноклассниц и одноклассниц Хёнджина, но что не сделаешь ради экшена. —Феликс~, у нас совмещёнка с Хёнджином, —Джисон подбежал к Феликсу, вешаясь ему на шею. Он смотрел на него таким хитрыми взглядом, что Ли уже почувствовал беду на их задницы. —И что ты этим хочешь сказать, преданный фанат Хёнджина, который мне вчера все уши прожжужал о вашей совместной свиданке? —зажал нос Джисону Феликс, который сразу же открыл рот, чтобы продолжить дышать. —Ты забыл о нашем плане по облому девчонкам? Мы же собирались окружить Хёнджина на совмещённом уроке, —Феликс вспомнил об этом и почувствовал леденящий холод по спине, представив, как их потом четвертуют. —Ты же со мной, да? Феликс пытался сдержаться, но под напором жалобного тона Джисона, который выпятил нижнюю губу и сложил брови домиком, это было невозможно. —Ладно, так уж и быть, я в деле, —Джисон начал прыгать от радости, чем привлёк внимание некоторого количества учеников в коридоре. —Только придётся бежать со всех ног, потому что места рядом с этим Аполлоном разлетаются так же быстро, как булочки с повидлом в пекарнях. —Дело говоришь, —загорелся Джисон, уже предчувствуя, какой марафон ему придётся пробежать, —файтин! «Ох уж этот жопоподжигатель», —подумал про себя Феликс, улыбнувшись от такого энтузиазма щекастого. Когда оставалось 5 минут до окончания урока математики, Джисон прислал сообщение Феликсу, чтоб тот уже собирал вещи. Он сидел прямо у выхода из кабинета, в отличие от Джисона, что сидел во втором ряду в самом конце. Когда раздался трезвон звонка, Феликс и Джисон сразу же накинули на плечи сумки, выбегая из кабинета самыми первыми. Они бежали сломя голову в сторону кабинета биологии, в котором до сих пор шёл урок. Они встали впритык к двери, ожидая пока остальные выйдут. К этому времени подтянулись остальные ученики. Каждый желал занять место повыгоднее. Кто-то рядом с Хваном, кто-то просто задние или хотя бы предпоследние парты. К этому времени подтянулся и класс Хёнджина, поднимаясь со второго этажа на третий. Хён шёл и о чём-то общался с Сынмином. Джисон, завидев парня, широко улыбнулся в ожидании самого интересного урока за всё время обучения. Ему очень хотелось поболтать с парнем. Дверь в кабинет открылась, потому пришлось протискиваться внутрь через толпу учеников средней школы. Они с Феликсом остановились в ожидании того, когда Хёнджин, что шёл чуть позади, сядет на своё место. Парень, завидев знакомые моськи, что были сосредоточены на нём, усмехнулся. Он сел на предпоследнюю парту во втором ряду. Джисон и Феликс тут же разбежались по сторонам, кидая свои сумки на соседние места. —Эй, ребята, эти места уже заняты, —раздался женский голос, который не внушал ничего хорошего. —Это наши места. Джисон развернулся, кидая взгляд на недовольное лицо одноклассницы Хёнджина. Кажется, её звали Арым, а со стороны Феликса стояла Ха Ын. Белокурая красавица стояла перед Джисоном, сдвинув тонкие брови ближе к переносице и расставив руки по бокам. Хёнджин, который разбирал свои вещи к предстоящему уроку, наблюдал за нарастающим напряжением между Джисоном и Арым, в то время как Ха Ын особо не горела желанием ссориться с Феликсом, потому те просто порубились в камень, ножницы, бумага, и Ли всё же остался на своём месте. Арым надвигалась на Джисона, который в это время пытался придумать отмазку. —А с чего это ваши места? На них не написано, —выдал Джисон, тут же жалея о содеянном, потому что в глазах блондинки загорелся бесноватый огонь. Она ему точно все волосы вырвет. —Давай я один урок посижу тут, а следующий сиди, где твоей душеньке угодно? —Ну уж нет, сегодня здесь сижу я, —командным голосом произнесла девушка, громко хлопая по поверхности стола. —Извини, Арым, но это я предложил Джисону сесть рядом со мной сегодня, —перебил девушку Хёнджин, вставая на защиту щекастого. —Давай на уроке истории сядем вместе? Сынмин, с которым Хёнджин соседствует на других уроках, хотел было вставить фразу и уже поднял указательный палец, но Феликс остановил его. Он взял в свои маленькие ладошки руки Сынмина, покачивая головой: —Сынмин, не надо, —шёпотом начал Феликс, —если она не сядет рядом с ним, Джисона мы увидим только на похоронах, и то на фотографии на надгробной плите. Ким закатил глаза, глубоко вдохнув воздух, но всё же промолчал. Арым согласилась на предложение Хёнджина, мило улыбнувшись брюнету. На Хана же она посмотрела, как на мешок с мусором, и удалилась в сторону передних парт. Джисон, когда она отвернулась, состроил такую же рожицу, намеренно передразнивая её, пока та не видит. Хёнджин же посмеялся с щекастого, который наконец смог сесть на стул. —Спасибо, ваше великодушие, за спасение моего зада от этой бестии, —поблагодарил Хёнджина Джисон, доставая книгу биологии из рюкзака. —Я уже думал придётся всё же устраивать битву. —Да какую битву, у тебя было лицо, будто ты сейчас в штаны навалишь, родимый, —прокомментировал Сынмин, подходя к партам этой двоицы. —Так, тихо, об этом никто не должен знать, договорились? —Договорились, —согласились ребята, уже представляя, как будут по полу кататься Чонин и Минхо, услышав эту историю. Звонок оповестил о начале урока, из-за чего всем пришлось рассесться на свои места. Джисон специально пододвинул свою парту чуть ближе к Хёнджину так, чтобы он мог спокойно достать до его ноги своей. На его телефон пришло сообщение: Хёнджин: Прекращай елозить своей ногой по моей, если препод увидит, нам влетит.

Джисон:

То есть тебя волнует только реакция препода?

А не то, что пацан водит своей ногой по твоей?

Хёнджин: Поверь, это последнее, о чём я переживаю. Ты на репетиции чуть не засосался со мной, так что мне уже ничего не страшно. Кстати, а ты теперь всегда будешь оттуда на такси добираться, получается? По времени ты не успеваешь на автобус.

Джисон:

Ну да, не буду же я тебя постоянно заставлять довозить меня до дома.

Но если ты так хочешь~

Шучу.

Хёнджин: Так я правда хотел предложить довозить тебя до дома. А ты меня взамен вкусняшками угощать будешь. За бензин брать деньги не буду, не боись.

Джисон:

Да ладно?!

АААА, Хёнджин, будь ты девушкой, я бы сделал тебе предложение.

Ты лучший!

Хёнджин: Как будто тебе что-то мешает сделать это, даже если я парень. Всегда пожалуйста, муженёк!

Джисон:

Ну всё, жди от меня теперь кольцо из фольги и прозвище жены.

Прям сегодня же сделаю тебе обручальное колечко.

Хёнджин: Смотри у меня, если забудешь-подам на развод. Хёнджин и Джисон общались на протяжении всего времени, пока преподаватель не заметил неладное. Он сказал, что если увидит у них в руках мобильные устройства, то заберёт их и отдаст классному руководителю. А там телефоны можно не увидеть до конца учебного дня. А это только 2 урок из 6. Хван и Хан тут же попрятали телефоны, переглядываясь между собой. Хёнджин прошептал, что ожидает кольцо в течении дня, потому Джисону придётся где бы то ни было достать фольгу. Пока щекастый раздумывал, Хёнджин пробежал глазами по параграфу, заметив очень красивую картинку строения скелетов. Он тут же схватился за карандаш, начиная накидывать наброски в тетради, что не осталось незамеченным со стороны Джисона, которому стало очень скучно. Он повернул голову, зацепившись за красивый рисунок плечевой, лучевой и локтевой костей; кости пясти и фаланги пальцев Хёнджин только начал выводить, стараясь не пропустить ничего. —Хёнджин, это великолепно, —шёпотом восхитился Джисон, стараясь максимально незаметно заглянуть в тетрадь Хвана. —Сколько учился так рисовать? Хёнджин мягко улыбнулся, покраснев от такого комплимента. Не часто он получал комплименты за свои наброски, которые показывает-то мало кому. —Честно, я уже не помню, с детства как-то тянуло к рисованию, а потом я уже ежедневно начал нарабатывать навык, —ответил Хван, видя, как Джисон с большими глазами, полными восхищения, заглядывает ему в тетрадь. —Вай, Хёнджин, у тебя высокий уровень, так красиво. Можно потом посмотреть на другие твои рисунки? —Хёнджин кивнул, чем вызвал радостные хлопки в ладошки от Джисона. —Встретимся на перемене, если ты не занят? —Да, хорошо, бурундучок. —«Бурундучок»? —Да, ты очень похож на милого бурундука, который ещё прячет орехи себе за щёчки.

♪♫♬

Хёнджин искал Хана глазами, переживая, как бы он не передумал выйти на сцену после стольких репетиций. Тут он заметил тёмно-синюю макушку, которая пряталась за углом. Несмотря на правила школы, они всё же решились покрасить волосы в бросающиеся в глаза цвета. Когда Минхо заявил им об идее с покраской волос, сначала они отказывались, прекрасно понимая, что одно дело забирать с уроков учеников, а другое полностью не соответствовать уставу школы, однако Минхо быстро напомнил им о том, что во времена его обучения, он покрасился в фиолетовый, но продолжал получать высокие оценки. Джисона быстро получилось уломать, Феликс с самого начала поддерживал идею брата, с Чонином возникли некоторые проблемы, а вот Хёнджина и Сынмина пришлось уговаривать несколько дней. —Я не буду краситься в кислотно-красный, Джисон, даже не уговаривай, —пролепетал возмущённый Хван, который был очень недоволен тем, что в сравнении с остальными он получил самый яркий цвет. —Главное Феликсу, Сынмину и Чонину более натуральные цвета, а как Хёнджин, так сразу давайте в помидор. —Хёнджин, я вообще синий, и в отличие от тебя, получу прозвище голубого и заднеприводного, так что ты ещё легко отделался, хочу тебе сказать, —пытался догнать друга Джисон, иногда припрыгивая, чтоб сократить дистанцию между ними. —Тем более, погляди сам, у тебя самый выделяющийся образ среди нас всех, все взгляды в первую очередь будут обращены на тебя. Представь, как твои фанатки будут верещать. —Как бы учителя не заверещали, они меня и так чуть не придушили за чёрные волосы, а тут вы предлагаете всю голову в красный, —остановился Хёнджин и резко обернулся на Джисона, который от неожиданности стукнулся лбом о грудь Хвана. Он поднял голову, чтобы взглянуть на складку меж густых бровей Хёнджина. —Мы зря рок-группой становимся, что ли? Мы свободные люди, которым меньше, чем через полгода, выпускаться, —Джисон постарался состроить максимально жалобное выражение лица, надув свои и так пухлые щёки. —Ну Хёнджин-хён. Хёнджин тяжело вздохнул, закатив глаза. —Вот вечно ты Хёнджин-хён только тогда, когда тебе что-то надо, —пробурчал Хёнджин, щёлкая Джисона по лбу. —Взамен купишь мне новую парилку. —Без проблем, Хёни! —обнял старшего обрадованный Джисон. Хван подошёл, выглядывая из-за угла. Джисон крепко держал себя за предплечья и чуть ли не плакал. —Джисон, что случилось? —удивился красноволосый, приближаясь к парню. Он заглянул ему в глаза, желая понять, что же заставило расстроиться такого смелого парня. Джисон перевёл взгляд на красивое лицо Хёнджина, черты которого уже были подчёркнуты искусным макияжом, сделанным Минхо. Он уже было открыл рот, чтоб что-то сказать, но так ничего и не произнёс, будто боялся чего-то. —Ничего, —прошептал Джисон, шмыгнув носом. Он увёл взгляд, чтобы Хёнджин не прочитал в его взгляде ничего. —Не лги мне, —Хёнджин нахмурил брови, явно недовольный тем, что Джисон не хотел делиться переживаниями. —Тогда давай по-другому. Хёнджин прижал парня к себе, заставляя положить голову на свою на грудь. Он мягко перебирал волосы, покрытые лаком с блёстками, чем слегка испортил ему причёску. Минхо точно его убьёт, если заметит, а он сто процентов увидит недочёт на его идеальной работе. Длинные узловатые пальцы в серебряных кольцах на указательном и безымянном перебирали тёмные волосы, что на свету отдавали ярким синим отблеском. Джисон неуверенно протянул руки, чтобы ответить на объятия красноволосого. —Бурундучок, что случилось? —укладывая подбородок на макушку младшего, спросил Хёнджин. —Ты не будешь смеяться? —он боялся, что причина покажется Хвану нелепой и тот засмеётся. Хёнджин свёл брови ближе к переносице: «Не буду». Джисон отстранился, укладывая руки на грудь Хёнджина и опуская взгляд к полу. Щёки с ушами покраснели, и он выдал: «Я боюсь выйти на сцену». Хван шокировано уставился на Джисона, который боялся поднять глаза на парня. Ему было неловко, стыдно и страшно одновременно. Он сам собрал эту группу, стал её лидером, договаривался с администрацией школы только ради того, чтобы сейчас бояться выйти на сцену. А их выход совсем скоро. —И-извини, —выдавил из себя Джисон, который уже собирался куда-то убежать, но был перехвачен сильными руками Хёнджина. Джисон зажмурился, ожидая любого исхода, но точно не тёплого дыхания совсем близко к своему лицу и прикосновения ко лбу. Синеволосый открыл глаза, увидев перед собой Хёнджина, что прижался к его лбу своим и внимательно смотрел ему в глаза. —Джи, скажи, чего именно ты боишься во время выступления? —тихо спросил Хёнджин, словно боясь спугнуть младшего. —Допустить ошибку и опозориться, насмешки со стороны учеников и преподавателей или… —Всё, —честно ответил щекастый, —я знаю, что глупо говорить подобное, когда собственноручно создал группу. —Совсем не глупо, —отрезал Хёнджин, мягко укладывая ладони на щёки Джисона. Большие пальцы нежно поглаживали кожу, чем щекотали её. —Джисони, не стоит бояться этого, на сцене ты не один. Забудешь слова, ну и плюнь ты на них, продолжай играть. Будут насмешки над тобой, нас семеро амбалов, выбьем зубы тому, кто будет тебя обижать. Тебе нужно знать одну важную вещь:ты всегда можешь обратиться к любому из нас, и мы обязательно тебе поможем. Главное, не держи в себе ничего. Со стороны сцены послышался голос Чанбина, который предупредил, чтобы все уже собирались. Следующие они. —Пошли? Хёнджин хотел было уже направиться в сторону входа на сцену, но его остановила лёгкая хватка на его руке. Джисон держал его ладонь своей маленькой и смотрел так жалобно, что сердце сжалось. —Можешь держать меня за руку, пока мы идём на сцену? —попросил Джисон, чем вызвал мягкую улыбку Хёнджина. Тот кивнул и крепко сжал руку в своей. Джисон шёл весь бледный, пытаясь унять бешено стучащее от страха сердце, которое всё не унималось. Рука Хёнджина ещё как-то спасала ситуацию, поэтому он шёл как можно ближе к нему. Ребята, увидев состояние парня, всполошились и подошли к синеволосому. Он пытался нормально объяснить всё, но получался несвязный бред, поэтому Хёнджин сам донёс всю суть проблемы до ребят. Джисон же отошёл чуть назад, прячась за широкую спину Хвана. —Джи, ну ты чего нам ничего не рассказал? —обнял его Феликс, прижимаясь своей веснушчатой щекой к его. —Ты уверен, что сможешь выйти? Может нам… —Да, —громче нужного ответил Джисон, тут же стушевавшись. —Ведь мы столько репетировали, это время не должно быть потрачено в пустую из-за моих тараканов в голове. —Ребята, пора, —сообщил им Чан, который на секунду вышел из-за аппаратуры. —Файтин, ребятки, —хватая инструменты, стукнулись кулаками подростки. Выйдя на сцену, Джисон мог разглядеть каждого, кто пришёл посмотреть на мероприятие. Зрителей в этот раз было больше обычного. Сначала было неловко и страшно, потому Джисон повернул голову на рядом стоящего Хёнджина во втором ряду их шахматного построения. От него исходила бешенная уверенность. На его лице озарилось нахальное выражение лица, и тот с неким превосходством оглядывал зрителей. Ученицы, некоторые ученики и даже учителя были в восторге от внешнего вида участников. Минхо постарался на славу. На них была школьная форма тёмно-серого цвета, рукава закатаны, открывая вид на предплечья ребят, на которых красиво паутинкой вились вены. У некоторых и вовсе пиджаки отсутствовали, они были в жилетках. Сынмин был просто в рубашке, чтобы не сковывать движения во время игры на барабанах. Хёнджин же и вовсе оказался в безрукавке, где его натренированные руки были оголены. Самым главным атрибутом каждого были галстуки, которые были слабо завязаны и свисали ниже ключиц. Рубашки были расстёгнуты на 2, а у кого-то и на 3 пуговицы. Волосы участников красиво переливались в свете софитов, выделяя каждого. Волосы Феликса переливались серебряным цветом, схожим с металлическим отблеском. Чонин внешне стал ещё больше походить на лиса за счёт огненно-рыжих волос, а Сынмин и вовсе покрасился в блонд. Тут зазвучала мелодия. Из приятной и мягкой она быстро перешла в более мощную и в некоторых моментах даже в агрессивную. Пальцы быстро перебегали по грифу, постоянно меняя положение. Слова сами вылетали изо рта; благодаря усердным тренировкам всё выполнялось на автомате, но от этого они получали не меньше удовольствия. Так вот каково быть музыкантом. На моменте соло Феликса зрители начали вовсю поддерживать новоиспечённых артистов. Минхо и Чанбин, сидевшие в зрительном зале, присвистывали. Кто-то вытянул руки наверх с включёнными фонариками вместо распространённых лайтстиков, кто-то хлопал. И тут музыка стихла. Они закончили. Зрители громко аплодировали, кто-то даже стоя. Джисон улыбался и даже смеялся от радости. Они поклонились и покинули сцену. В кабинете истории, который они забрали себе в качестве гримёрки, поднялся гул из голосов. Они громко и воодушевлённо рассказывали, кто где и как накосячил, радостно посмеиваясь, ещё не отойдя от полученных эмоций. Хёнджин распустил свои красные волосы из хвоста, хватая со стула за ранее приготовленное полотенце, чтобы стереть красные полосы пота, стекающие по шее. Из-за активного отыгрыша на сцене он вспотел, поэтому необходимо было срочно спасать одежду от надвигающейся угрозы в виде красных следов краски. Вот только он совсем не ожидал, что на него напрыгнут со спины. Он раздражённо повернулся, но злость быстро сошла на нет, когда он увидел вместо ожидаемой поклонницы, которая ворвалась бы в кабинет, Джисона. —Хёнджин, у меня получилось! —радостно лепетал парень, прижимаясь щекой к нагретой спине Хёнджина. Он не мог поверить в то, что у него в самом деле получилось всё идеально и без ошибок. Хёнджин развернулся и заключил младшего в медвежьи объятия, гладя его по макушке. Он тепло улыбался, радуясь за счастливого Джисона. —Ну я же говорил, —тихо ответил Хёнджин, накидывая на голову Джисона махровое полотенце, чтоб впитать влагу. —Хёнджин тебе никогда не соврёт. —Угу, —улыбался во все 32 парнишка, глядя на красноволосого сверкающими глазами.

♪♫♬

Со временем их группа начала набирать всё больше оборотов, за счёт чего они начали давать концерты, получили собственное название группы «Unravel» и логотип. Появилась и необходимость придумать сценические псевдонимы. Большинство предпочло остаться со своими именами, за исключением Джисона и Чонина, которые предпочли псевдонимы. Джисон взял свою фамилию, потому что «звучит прикольно, да и я буду единственным в своём роде, потому что единица», а Чонин взял псевдоним I.N. На групповых фотографиях они всегда фотографировались вместе с Чанбином, Минхо и Чаном, потому что они были важной частичкой группы, без которой её бы не существовало. Даже те, кто оставался «за кулисами», получили не меньшее внимание. В особенности Минхо, который с детства обладал природной красотой, которая могла бы посоперничать со многими фотомоделями корейских журналов. —И что это значит? —спросил Хёнджин, выгибая бровь в явно недовольном выражении лица и глядя сверху вниз на слегка пьяного Джисона, который затащил его в туалет. Хан внимательно смотрел Хвану в глаза, не зная, что сказать. Что это было? Почему он, увидев, как Хёнджин целуется с фанаткой после выступления, просто насильно утащил его сюда? Зависть? Точно нет. Или да, но скорее он завидовал этой длинноногой красавице с чёрными смоляными волосами ниже лопаток. Он тоже хотел бы прикоснуться к этим пухлым губам с кольцом, которые так и манили своим бордовым цветом от помады. —Если тебе нечего сказать, я пойду, —Хёнджин уже собирался обойти Джисона, чтобы выйти из уборной, но младший не дал ему этого сделать, перебегая вперёд и останавливаясь перед ним. —Просто хотел поговорить насчёт того поцелуя с девушкой, —начал Хан, опустив глаза к полу. —Погоди, если она твоя девушка или нравится тебе, то извини, не знал, —пожал плечами Хёнджин, закидывая красные мокрые волосы назад. Три песни подряд без продыху, где пришлось так же активно двигаться, заставили хорошенько так попотеть. —Нет, просто, —алкоголь в самом деле срывает все возможные тормоза и придаёт смелости, —мне неприятно видеть, как другие целуют тебя. Это не отвращение или зависть, скорее раздражение, что кто-то прикасается к тебе, за исключением участников нашей группы. Хан протараторил это очень быстро, после чего схватился за рот, испуганно глядя на красноволосого. Хёнджин шокировано смотрел на младшего, застыв в той же позе, в которой стоял. Джисон сильно покраснел то ли от алкоголя в крови, то ли от завуалированного признания в ревности. —То есть ты…ревнуешь? —Хёнджин не мог поверить собственным ушам, потому решил всё же уточнить. —Или я просто неправильно понял? Хан замялся, но отказываться от своих слов не стал. Ему определённо точно нравится Хёнджин, потому скрываться особо смысла не имело, рано или поздно всё равно узнал бы. —Ты всё правильно понял, —кивнул Джисон, боясь услышать ответ, да и не только его. Он боялся увидеть реакцию на его чувства, тем более от человека, которому стабильно продолжают признаваться в любви. Хан поднял глаза, встретившись с глазами Хёнджина. Его лицо перестало выражать хоть какие-то эмоции. Он бегал глазами по Джисону и раздумывал. —Извини, это скорее всего ошибка, прости ещё раз, что доставил проблемы, —начал тараторить Хан после долгого молчания Хёнджина. Он еле сдерживался, чтоб не расплакаться от несправедливости жизни и боли в груди. —Хани, погоди. Твои чувства не ошибка, всё в порядке. Влюбляться в норме вещей, —Хёнджин погладил Хана по голове, видя, как на его глаза наворачиваются слёзы. —Послушай, на данный момент я не думаю, что смогу ответить на твои чувства, давай немного повременим с этим? —То есть тебе не противно? —спросил Джисон, не ожидав того, что Хван не просто не вмазал ему по лицу, а наоборот попросил подождать. —Нет, не противно, —ладонь Хёнджин плавно перешла с макушки на пухлую щёчку, большим пальцем стирая слезу, всё же сорвавшуюся с покрашенных тушью ресниц. —Слушай, давай выйдем отсюда и поговорим в более презентабельном месте, хорошо? И только сейчас Джисон понял, как же он облажался с местом признания. В своих фантазиях он представлял этот момент в каком-нибудь парке, на фоне заката, с цветущими деревьями вокруг, впрочем, всё, как в романтических фильмах. Но точно не в каком-то грязном туалете клуба, где у него чуть не началась истерика, и не потекла тушь. Он сейчас похож на панду. А стоит он, между прочим, перед парнем мечты. Они сели за самый дальний столик, находящийся в углу, до куда не доходит свет. Джисон весь сжался под изучающим взглядом Хёнджина. Как же ему было стыдно за ту сцену, которую он закатил в туалете. —Как долго? —Что? —переспросил Джисон, не до конца понимая, о чём говорит красноволосый. —Как долго я тебе нравлюсь? —Думаю со времён зарождения группы? Когда мы с тобой ежедневно ездили до места репетиции, потом гуляли, бывало, оставались с ночёвками, —в груди Хана потеплело, когда он начал вспоминать все самые любимые моменты, которые он провёл с Хёнджином. Тот рассказывал это с таким теплом, что Хёнджин невольно заулыбался, спрятав улыбку за сложенными руками. —Понятно, а что именно тебе нравится во мне? —Всё? Ты ведь весь прекрасен: с головы до пят. Ты красив, целеустремлён, ты всегда движешься вперёд с гордо поднятой головой. Твои умения в рисовании, игра на басу, в том, как ты держишься на сцене, завораживают. Несмотря на популярность, ты остаёшься добрым и понимающим человеком, который поддержит, если что-то случится не так, —Джисон восхищённо лепетал, не упустив возможности похвалить Хёнджина даже за родинку на шее. Хёнджин внимательно слушал его, зацепившись взглядом за слегка потёкшую тушь. Все его мысли крутились вокруг того, как бы стереть следы, но из-за этого он не заметил, как синеволосый закончил свою речь. —А, ой, у меня тушь потекла, да? —засмущался Джисон, пытаясь придумать, чем бы стереть следы, пока Хёнджин сам не вложил ему в руку салфетку. —Откуда? —Всегда с собой таскаю, чтобы оттереть что-то. То макияж подправить надо, то обувь испачкаю после дождя. Ладно, пошли к остальным, пока нас не потеряли, —Хёнджин кивнул в сторону их компании друзей, которая устроилась около барной стойки. —Смотрю весь алкоголь из тебя уже выветрился, пошли исправлять ситуацию.

♪♫♬

Звук бьющих по ушам колонок в загородном доме заставлял тело пускаться в пляс, а рюмки выливать горячительную жидкость в рот. Светодиодные ленты погружали просторную комнату в тёмно-синий оттенок, из-за чего было не особо понятно, какую жидкость они в этот раз пьют. Вечеринка была объявлена в честь годовщины группы, которую не отпраздновать было бы большим грехом. Участники позвали всех своих друзей, аранжировщиков, продюсеров и тех, кто так или иначе помогал и поддерживал на тернистом пути музыкантов. Многие танцевали, кто-то пытался закрытыми глазами угадать, какой в этот раз напиток ему подсунут, а кто-то уже зажимался в затемнённых углах дома. Джисон лежал на широком диване, пытаясь привести себя в чувство. Он перебрал, потому чувствовал себя как никогда плохо, а тут ещё синий цвет мозолил глаза, а по голове отдавали басы. Хан бы с удовольствием сполз бы с дивана, если бы не был шанс того, что из него всё выйдет фонтаном. Он услышал, как кто-то подошёл к краю дивана и присел на корточки у его головы. Открывать глаза очень не хотелось, потому что чёртов неоновый свет делал только хуже. —Кто там сидит? —выдавил из себя Джисон, желая наконец узнать, кто этот незнакомец, который так настойчиво прожигает его взглядом. —Это я, Хани, —ответил знакомый и такой любимый голос. Его он узнает из тысячи. —Хёнджин, —улыбнулся Джисон, радуясь тому, что парень находится рядом с ним. Это хоть немного, но придавало ему сил. —Тебе сильно плохо? Может выйдем отсюда? —притрагиваясь к предплечью Джисона, спросил Хёнджин, который пытался под светом неона разглядеть оттенок кожи парня. —Если я встану, то скорее всего всё, что съел и выпил до, выйдет обратно, —ответил Хан, не ожидав того, что его поднимут на руки. Он резко открыл глаза, видя перед собой довольное лицо Хёнджина, который несёт его в сторону туалета. —Хочешь, чтоб я всё-таки вырвал? Какой ты жестокий, хён. —О как, вспомнил про хёна? Родимый, я просто не хочу, чтобы, когда я поставил тебя на ноги, ты вырвал на меня, —честно ответил Хёнджин. —Но готов любезно придержать твои волосы, чтоб не мешались. —Какой ты джентельмен, —закатил глаза Джисон, пожалев об этом, потому что боль в голове тут же отозвалась неприятным ощущением. —Воды хотя бы принесёшь? —Конечно, я же не оставлю тебя одного в беде, —открывая дверь в туалет, ответил Хёнджин, наконец ставя Джисона на ноги, которого тут же начало качать из стороны в сторону. —Твою мать! —высказался Джисон, чувствуя подступающую к горлу тошноту. Хёнджин присел рядом, действительно придерживая сожжённые постоянными осветлениями синие волосы, чтобы они не испачкались. Он тихонько поглаживал Хана по спине, чтоб хоть так поддержать его, потому что как не ему, который любит по выходным пригубить, знать это ощущение после того, как перебрал. Джисон наконец смог остановиться, попросив помочь Хёнджина дойти до умывальника, потому что тело тряслось и было ослабевшим. Хван перекинул руку щекастого себе на плечо, подхватывая того за талию, чтоб привести его к умывальнику. Сам он ушёл на кухню, чтоб набрать прохладной воды. Горло у Хана сейчас сто процентов болело, потому прохладная вода чуть облегчила бы страдания. —Спасибо большое, —поблагодарил старшего синеволосый, принимая из его рук стакан с водой и выпивая залпом. Во рту до сих пор был отвратительный вкус желчи, который придётся постоянно выплёвывать. —Пойдём на свежий воздух, там должно быть полегче, —предложил Хёнджин, забирая стакан обратно, чтоб снова набрать воды. Джисон несколько раз кивнул на предложение парня, желая оказаться в тёмном месте, где по глазам не будет бить свет, а по ушам громкая музыка. Свежий воздух приятно обволакивал тело, расслабляя его и заставляя разум начать работать более отчётливо. Они присели на качели, которые находились на территории этого дома, глядя на ночное небо. Там красиво сияла полная луна, и сверкали звёзды. Хёнджин тихонько раскачивался на качели, кидая взгляд в сторону Джисона. —Тебе полегчало? —спросил красноволосый, видя, что Джисон слегка поёжился от ночной прохлады, потому протянул ему свою кожанку, которую накинул перед выходом. —На, надень, а то простынешь. —А ты не простынешь? —принимая в руки куртку, получил в ответ жест окей. —Да, стало полегче, даже голова немного прояснилась. Спасибо, что помог. —Всегда пожалуйста, —кивнул Хёнджин, поглаживая не так давно набитую на левую руку татуировку. —Эй, Хани, можем серьёзно поговорить? —Да, конечно, что-то случилось? —Джисон перевёл обеспокоенный взгляд на старшего, который сжал губы в тонкую полоску и шоркал носом ботинка по земле. —Это насчёт твоего признания, —напомнил о случившемся Хёнджин, чем заставил Хана вцепиться рукой в куртку от волнения. —Джисон, начнём встречаться? —Погоди, что? —Хан удивлённо хлопал своими большими глазами, не до конца веря своим ушам. —Ты уверен? Джинни, если ты не уверен, не нужно себя заставлять… —Джи, я уверен, —перебил синеволосого Хёнджин, —твои чувства взаимны, честно. На лице Хана расцвела счастливая улыбка, и он сорвался со своего места, чтобы крепко обнять Хёнджина за шею. Он радостно смеялся, потираясь щекой о плечо Хвана. Хёнджин схватил Джисона за щёчки, отодвинув того от себя. Он смотрел на него с непониманием, пытаясь понять, что старший снова задумал. Хёнджин улыбнулся, быстро чмокнув Хана в его пухлые губы бантиком. Джисон тут же покраснел, слегка пропищав от смущения. —Хёнджин! Зачем так смущать?! —начал ругаться Джисон, хлопая себя по щекам, чтоб успокоиться. —А что такого? Мы в отношениях, привыкай, я постоянно буду тебя целовать, —от этих слов сердечко Джисона забилось ещё быстрее, заставив того спрятать лицо в своих ладонях, чем вызвал смех со стороны Хёнджина. —Да ладно тебе, не смущайся так, Хани. Кстати, приглашаю тебя завтра на свидание, послезавтра к себе домой на киноночь, затем можем вместе сгонять в парк аттракционов, а там дальше ещё что-нибудь придумаем. —Хёнджин, как же я тебя люблю, —выдохнул Джисон, подходя к Хёнджину и утыкаясь лбом ему в грудь. —Платим поровну. —В смысле поровну?! Я же пригласил, значит плачу я, —недовольно приподнял бровь Хёнджин, явно не согласный с заявлением Джисона. —Будешь моей принцесской, ничего не знаю. —Хёнджин, —злобно пробубнил Джисон, поднимая глаза на парня. —Так, единичка, тихо, —красноволосый снова поцеловал его в губы, заставив смущаться. В это время за этой сценой наблюдал Сынмин, который просто вышел перекурить. Правда у него это не получилось, потому что сигарета выпала из рук и её пришлось тут же потушить. Он с открытым ртом развернулся и вошёл обратно в дом, не зная нужно ли рассказывать об этом ребятам. Потому просто сел на диван, где прежде лежал Джисон, и выпил залпом соджу из горла бутылки под недоумённый взгляд Чонина, который знатно прифигел. Хёнджин и Джисон не стали держать в тайне их отношения, рассказав участникам всё как есть. Феликс радостно прыгал по комнате, радуясь за друзей. Минхо, который в это время пил воду, поперхнулся, и ему пытался помочь Чанбин, хлопающий его по спине. Чан сказал, что будет лучше первое время ничего не объявлять на широкую публику. Лучше объявить позже, когда отношения окрепнут, будет фундамент и прочее. Сынмин признался о том, что видел их на вечеринке, чем вызвал сильнейший смех Чонина. —А я думал, чего ты в тот день три бутылки в одну харю умял, а оно вот что было, —смеялся Чонин, получив подушкой по голове от красного, как рак, Сынмина. —Ну что я могу вам сказать, товарищи педики, любовь да счастье. Хан, береги зад. —Чонин, и в кого ты такой вредный? —пробурчал Джисон, пока Хёнджин показывал самому младшему большой палец вверх, пока Хан не видит.

♪♫♬

Огромная толпа, скандирующая название группы, когда песня уже заканчивается. В ярком свете софитов видно все восхищённые взгляды, руки, что пытаются дотянуться до своих кумиров, куча телефонов, снимающих выступление. Джисон протягивает ноту, и песня заканчивается. Ребята дышат в унисон, глядя на фанатов, которые громко кричат от восхищения. Хан облизывает свои губы, покрытые вишнёвым матовым тинтом, который слегка сушит кожу губ. Как внезапно чувствует крепкую хватку в своих волосах, а после чувствует горячие губы на своих. Он широко раскрывает подведённые подводкой глаза и тут же слышит визги девушек из толпы. Хёнджин поцеловал его на глазах у фанатов, и совсем скоро это разлетится повсюду. Как басист набирающей популярность группы поцеловал фронтмена. Наконец Хёнджин оторвался от него, глядя на него хитрыми глазами, в которых танцевали бесы. Они ввалились в раздевалку, тут же встретившись с Минхо, Чаном и Чанбином, которые тут же налетели на Хёнджина. Феликс обнимал брата сзади, пытаясь усмирить его. Сынмин и Чонин закрыли старшего своими телами, аргументируя это тем, что они станут ещё популярнее. Ведь всем известно, как девушки любят нетрадиционные парочки, тем более двух красивых парней-азиатов. Пока они отвлекали самых старших, Хёнджин схватил Хана за руку и улизнул из гримёрки. Он затащил его под какую-то лестницу, толкнув в стенку и подхватывая Джисона под бедра на руки. Джисон рефлекторно скрестил ноги за спиной Хёнджина, укладывая руки на подкаченные плечи. Хёнджин впился в его губы, остервенело кусая те. Он оттягивал нижнюю губу, проводя по той кончиком проколотого языка, а после отпускал. Он желал стереть этот чёртов тинт, который нанёс на губы младшего Минхо. Оттенок он выбрал сам, чтобы произвести впечатление не только своей харизмой, но и внешностью. В первую очередь на одного красноволосого беса, который заигрывал с толпой, как только можно. —Чего это ты так резко? —оторвался Джисон, останавливая Хёнджина ладонью, чтобы набрать в лёгкие побольше воздуха. —Обычно после концерта дожидался, пока приедем домой, а тут прям на сцене накинулся. —Скажи спасибо своей блядской помаде, Хан Джисон, —процедил Хёнджин, проводя пальцем по опухшей нижней губе Хана. Джисон ухмыльнулся, хватая в рот кончик пальца Хёнджина, облизывая тот языком. Хёнджин тяжело выдохнул, заведённый такой горячей картиной. —Ты сведёшь меня с ума такими выходками, Хани, —улыбнулся Хёнджин, целуя парня в щёку.