Разреши мне исчезнуть

I guess I don't know what to say .

you look like you feel the same way .

I feel like I could run away .

you'll find me here another day . . .

она была везде . везде , куда падал его усталый и , можно сказать , еле живой взгляд . в трещинах камней , где скапливалась вековая грязь Майншилда , чёрная , липкая , будто застывшая кровь . в искаженных отражениях грязных окон , где стёкла пучились волнами , будто плавились от внутреннего жара . в клубах сигаретного дыма , в который он так пристально вглядывался , склонившись над тлеющей сигаретой , пока пальцы не начинали жечь окурок . в эти моменты он пытался разглядеть знакомые черты лица , тот алый проблеск глаз . на секунду . на время между двумя ударами сердца . бывало , Санчезу стоило только пройти по знакомому месту , что хоть отдалённо напоминал ему те давние дни в Академии , как воздух вокруг начинал мерцать и предательски дрожать , словно воздух дрожит над раскалённым асфальтом , и в следующее мгновение где - то там , за кустами сирени , что пахли слишком сладко , почти гнилостно ; за точечным светом раскалённого солнца , заставляя задыхаться ; в толпе людей , чьи лица мигом становились чужими и безликими , мелькал знакомый силуэт . на один миг . на один предательский вздох . на время , которого хватало , чтобы сердце остановилось .   прекрасная . чуткая . с безупречным вкусом , который сводил с ума . она всегда знала , какое платье надеть , чтобы подчеркнуть  линию бедра . какие духи выбрать – лёгкие , с ноткой жасмина и и чего - то неуловимого , что оставляло после себя взгляд . каким взглядом пронзить мужчину иль женщину насквозь , чтобы оставить после себя некий огонёк . её тень следовала за ним по пятам упрямее любого врага , навязчивее самого стойкого запаха духов , который въелся в кожу и не выветривается даже после самых долгих ночей , даже после того , как тело уже забыло тепло её прикосновений . даже после того , как он пытался содрать с себя кожу , лишь бы не чувствовать этого призрачного касания .   а что если бы Саша тогда дотянулся до ладони ?  если бы его пальцы сомкнулись вокруг её тонкого запястья , а не повисли в воздухе , беспомощные и дрожащие ? если бы он успел ?  и теперь этот момент , этот единственный , проклятый миг , размножался в его памяти , как вирус , мутируя с каждым новым воспоминанием . он видел его во сне , когда сознание теряло бдительность и выпускало наружу всё самое страшное . наяву , в промежутках между вдохом и выдохом , когда мир на мгновение замирал . рука , вытянутая в пустоту . её пальцы , уже начинающие растворяться в воздухе , будто сделанные из дыма , будто от табака , в котором он так пристально пытался разглядеть искру её глаз . и этот взгляд ... не испуг , не гнев , а что - то невыразимо печальное , будто она знала , чем всё закончится , знала с самого начала , но всё равно шла навстречу своей гибели с той же грацией , с какой шла по жизни . однако он не хотел познавать ответ на этот вопрос . не хотел представлять альтернативную реальность , где всё могло сложиться иначе . он был другим человеком теперь . совершенно другим ... по крайней мере , днём , когда солнце освещало остров золотистым свечением , а не его душу , он мог в это поверить . когда вокруг были люди . живые , настоящие , с их заботами и смехом , когда Барси шутил шутки , а из открытых окон кафе доносились обрывки чужих разговоров , он почти чувствовал себя нормальным . почти . единственная нить , связывающая его с прошлым – Барси . верный Барси , который знал всё , а вроде и ничего . а , ну и эти проклятые видения , конечно . в первые месяцы на Майншилде они посещали его по несколько раз на дню . она появлялась в отражении реки , хрупком и дрожащем , стояла за спиной , положив руки ему на плечи , а когда он оборачивался и смотрел вновь на воду , отражение было пустым . она сидела на краю его кровати по ночам . шептала что - то на ухо , когда он пробирался сквозь шумную толпу , и он замирал , потому что среди сотен голосов чётко слышал именно её . потом приступы стали реже – ему на счастье . но где - то глубоко в душе , где и сидел образ той девушки , Санчез знал одно , она просто давала ему передохнуть . прямо как кошка , что играла с мышкой перед тем , как гибель настигнет её добычу ...  но разве всё так легко ?  ах , то времяпровождения в псих больнице . оно не исцелило , наоборот , оно добило , довершило его безумие . дни сливались в одно серое пятно … те стены , пахнущие хлоркой и отчаянием , приглушенные крики по ночам , ледяной воздух от путей побега . доктор думал , что выжигает его демонов , а на самом же деле методично добивал последние островки чего - то живого , что ещё теплилось в глубине . способность чувствовать что - то кроме боли , помнить что - то кроме ее лица в последний миг .  психушка не дала исцеления . она дала другое , окончательное понимание , что даже безумие может быть убежищем . и теперь , когда по ночам он просыпался с ее именем на губах , уже не мог сказать наверняка . это голос в его голове или она действительно где - то рядом , наблюдает , ждёт ...  последний кусочек здравомыслия растворился вместе с лекарствами в его крови . осталось только это тихое , методичное безумие , похожее на шёпот за спиной в пустой комнате . сны , в которых она приходила к нему , стали единственным утешением . её голос , мягкий и насмешливый одновременно , " ну что , Санч , сдаешься ? " . её очертания … такие чёткие по ночам , что он мог разглядеть каждую ресницу , каждую прядь ее болотных волос , тех самых , что так приятно было пропускать между пальцев , и такие размытые утром , будто смотришь сквозь мутное стекло . иногда , Санчез ловил себя на том , что тянется к этим видениям , как наркоман к траве . хотел забыть . отпустить . но как отпустить то , что стало частью тебя ? как вырезать из сердца то , что с ним уже срослось намертво , пустив корни в самую глубь ?  её невозможно было стереть из памяти . эта дьявольская элегантность , то , как она поправляла белоснежную прядь волос , обнажая тонкую шею по которой , так и хотелось провести губами . эти точные , уверенные движения , будто она репетировала каждый жест пред зеркалом , оттачивая до совершенства . и эти глаза ... алые , цвета крови , пронизывающие насквозь , видящие тебя насквозь , знающие все твои самые постыдные тайны . парень чувствовал их на себе даже сейчас , спустя год после окончания Академии , даже когда вокруг никого не было , даже когда он оставался один в четырёх стенах своей комнаты – они смотрели на него из темноты , не осуждая , не упрекая , просто ... наблюдая . но ведь этого не вернуть . это было давно и уже невозвратно . те дни канули в том разломе , растворились во тьме , как и она сама . сейчас у него есть Барси . есть это проклятое место – Майншилд с вечной суматохой и людьми , которые давно перестали бояться смерти .. наверное ... есть какая - никакая , а жизнь . к которой он так стремился , за которую так отчаянно цеплялся в самые тёмные времена , когда единственным светом в конце туннеля было обещание когда - нибудь снова увидеть её лицо . пусть даже в галлюцинациях , пусть даже ценой собственного рассудка ... но неужели он этого хотел ? неужели ради этого боролся ? ради этого боролся , вырываясь из цепких лап безумия ? в те дни на Академии , когда существовал Глаз бога … они добивались той цели , чтобы Санчез день за днём после хоронил себя заживо в этих воспоминаниях ? добивался быть забитым в угол этими воспоминаниями , что будто дурманили и так шатающийся разум парня ?  парню казалось , что можно было прийти к тому же результату куда более простым путём . без всей этой боли , без этого вечного чувства , будто кто - то методично выскабливает его изнутри тупым ножом . без этих ночей , когда он в ужасе просыпался с её именем на губах , говоря его на последнем вздохе , будто молитву . но нет , нельзя было . Санчез знал , что по - другому пути , он не был - бы прежним . он обязан был пройти через всё это . обязан был нести этот крест . даже если его плечи уже сгибались под тяжестью вины . и сколько бы раз Голд не простил его за ошибки прошлого , эта проклятая вина продолжала жить в нём , как паразит , вгрызающийся в самое нутро . она сидела глубоко , этот осколок стекла , он не просто в плоти , а где - то между рёбер , рядом с сердцем , а может и в нём , которое билось теперь неровно , с перебоями , будто механизм с поврежденной шестерёнкой . невидимый на рентгене , неосязаемый пальцами , но чувствительный к каждому движению , к каждому неосторожному вздоху .  почему Санчез будто сам хватается за эти воспоминания ?  почему , даже понимая , что они губят его , он продолжает возвращаться к этим воспоминаниям ? как к старой ране , покрытой тонкой коркой , которую нельзя трогать , но так хочется снова и снова ковырять пальцем , ощущая тупую боль , пока под ногтями не появляется ржавый цвет запекшейся крови ?   он не понимал . не хотел понимать . но когда в пятый раз за ночь просыпался с её именем на губах , стало яснее не куда , что это не просто тоска . это голод . он чувствовал потерю . пустота внутри него сжирала его изнутри , и Санчез , не осознавая сам , бежал к галлюцинациям , пытаясь заполнить ту пустоту , заткнуть ту дыру в душе чем угодно , даже призраками , даже болью , даже безумием . подобное поведение было отчаянным , казалось , он сам не понимал , отчего подобная тоска , он сам так считал ... но нет , он всё же знал ответ на сей вопрос , но прятал его от самого себя , закапывал глубоко , как закапывают трупы , которые не хотят , чтобы кто - то нашёл . тоска по возлюбленной дёргала Санчеза за ниточки , заставляя его исполнять этот жуткий , бесконечный танец с тенью . каждый шаг , каждое движение – всё было продиктовано памятью , пропитано памятью о ней , которая давно перестала быть простым воспоминанием , превратившись в живую , дышащую сущность .  особенно в эти долгие , бессонные часы , когда за окном выл ветер . в эти минуты Санчез замирал , прислушиваясь … сквозь вой стихии ему чудился лёгкий шелест её платья . тот самый . тот , что он слышал в тот день . в день их свадьбы . тогда этот звук заставлял его сердце биться чаще . а в этой реальности заставлял застывать на месте , боясь пошевелиться , боясь спугнуть призрака прошлого .   особенно сейчас , когда он стоял перед зеркалом и видел в отражении не только своё измождённое лицо с тёмными кругами под глазами – свидетельство бессонных ночей , проведённых в попытках убежать от собственных мыслей , но и её . стоящую за его спиной , с той самой улыбкой , которая не обещала ничего хорошего . её губы шевельнулись , произнося без звука , но он прекрасно знал , что они сказали . знал по памяти , по тысяче раз прокрученному в голове моменту …

" скучал ? "