Забудь и не вспоминай

Чёрный кот и сам не понял, как успел вырасти Гав. Лапы вытянулись вместе с мордашкой, хвост стал длиннее, а осанка увереннее и грациознее... И бегать по крышам и другим поверхностям он мог уже сам, прыжки уже не составляли ему труда «И я больше уже не нужен, » — Быстро и на краю сознания пронеслась мысль в голове кота. Он сам такой мысли удивился, ибо никогда особо и не помогал Гаву... Но всё же тёплые чувства к малышу он чувствовал, может он слишком мало сделал, чтобы сиамский котёнок чувствовал его, в какой-то степени отцовскую, любовь — «Он вырос слишком быстро...» Он невольно вспомнил как сам был маленьким, в какой-то степени тоже неуклюжим, немного доверчивым и мало что понимающим... Можно сказать, в чём-то они были похожи от части. Только в отличие от Гава он провёл свою молодость на улице, слоняясь туда-сюда, ластясь к ногам прохожих и ища тепла. Быть котёнком уличной кошки что умерла при родах было нелегко, но он старался не жаловаться Приходилось спать либо на крышах, если удавалось забраться, либо в сырых и холодных подворотнях... И именно тогда он встретил его: промокшего с головы до лап, с свалявшейся шерстью и, возможно, не одним десятком блох... У обоих не было ни прошлого, ни будущего, ни кличек, ни дома На этом и приклеились друг другу и спасались. Причём во всех смыслах: иногда приходилась отстаивать друг друга физически от старших "сородичей", а иногда было просто приятно свернувшись калачиками друг на друге о чём-то поболтать. Так Чёрный и узнал что пёсика пытались утопить, как ни странно, там откуда он убежал топили не только неугодное потомство домашних кошек — Я прям из рук той женщины вырвался, укусил и убежал, — Произнёс он тогда тихо и сдавленно. На улице был приливной дождь, а они дрожа от холода и сырости скрывались под кем-то заботливо оставленным железным тазом, что держался "открытым убежищем" на кирпиче. Приходилось прижиматься друг к другу сильнее и ближе, чтобы хоть немного согреться — Она кричала что нужно вызывать отлов животных и что я болею бешенством... — Я очень рад, что ты смог убежать, — Произнёс тогда, ещё совсем котёнок, Чёрный и кладя свою морду к нему на грудь — Без тебя мне бы было гораздо хуже.. А так мы вместе и никакие беды нам не страшны И какое-то время так и было, держались вместе, переживали невзгоды, переживали аппетит то объедками с улицы, то заботливо оставленной добрыми бабулями едой в мисочках под балконами. И всё было не так ужасно, они даже смеялись и иногда вспоминали какие-то забавные случаи, бывало что кто-то из них вспоминал какую-то мелодию из гитарных мотивов с разных дворов. Тогда они её навывали и намуркивали... Но в какой-то момент всё изменилось. Резко. Его товарища забрали какие-то миловидные люди, поглаживали его и смеялись но его заливистый лай, который был попыткой протеста. Им обоим было страшно, чёрный со всей скорости пытался поспевать за ними и мяукал что-то, моля все небеса не оставлять его без единственного луча света жизни... Но это окончилось когда перед самым его носом захлопнулась подъездная дверь Скрести было бесполезно, поэтому он тихо плача уснул прямо там, свернувшись в дрожащий калачик. Он спал там каждую ночь, но пролезть в подъезд никак не удавалось. Но через неделю он увидел товарища гуляющим на поводке. Он шёл не смело, трусил и видя товарища радостно вилял хвостом, хозяева этого будто не видели и тянули дальше от котёнка... Им не удавалось поговорить, обрывки: Привет! - Привет!.. Но с каждым разом щенок выглядел счастливее, шёл на поводке увереннее и не пытался улизнуть. И на бедного Чёрного он кидал всё меньше взглядов. Каждый раз всё менее тёплые, понимающии и в какой-то степени извиняющиеся Шерсть у него больше не свисала колтунами, от него не пахло мокрой псиной... Он стал совсем другим. В какой-то момент он перестал к нему подходить, звать и приветствовать. Он будто совсем его забыл и превратился в абсолютно чужого пса. На, уже кота, он либо не обращал внимания, либо рычал... «Почему он рычит на меня?» — Подумал впервый раз услышав злой рык бывшего товарища Чёрный. Пёс встал в защитную позу, оскалился... И в глазах не читалось ничего того, что было раньше. Была только злость и непринятие — «Что я сделал не так?» В какой-то момент пёс попытался его уже по-настоящему укусить, в этот момент его спасли жильцы того же дома, только этажом выше. Они забрали его домой, приютили, приласкали... Но Чёрный не выделял их как кого-то особенного. Они были просто «люди», тёплые, добрые... Он был им благодарен, но особо он им ответить не мог. Изредка помуркивал, давал себя гладить, но не более Каждую ночь он выскальзывал в подъезд и тихо спускался по лестнице к нужной квартире. Он ничего не говорил, не царапался... Просто сидел и смотрел, будто надеясь, что сейчас оттуда выйдет его щенок. Его, мокрый, холодный, но его... Но больше "его щенка" не было. Он умер тогда, в тёплой квартире и в окружении с кучей игрушек Летом рыжего Пса вывозили из квартиры в небольшой загородный домик недалеко. Будка, цепь.. Пёс был не против, возможно, ему это даже в какой-то степени нравилось. Это не просто холодная улица без еды в желудке, это уже что-то. Кота он старался не замечать, просто раздражающий фактор на фоне, не более А Чёрный приходил, сидел подолгу на заборе и смотрел на будку. Смотрел печально, не понимающе, тоскливо... Он понял что окончательно потерял самое близкое когда-то существо. Иногда он даже заводил, замуркивал какую-то грустную мелодию, которую раньше они исполняли вместе... Спящий Пёс дёргался, поднимал ухо, иногда даже подвывал, но не просыпался. Он вообще ничего не помнил на утро... И тогда Чёрный стал котом. Противным, язвительным. Таким, какой он есть сейчас. Летом он всё также оставил привычку ошиваться у загородного дома, а с первыми холодами возвращался домой, на третий этаж к хозяевам. Те уже привыкли и были рады любимцу... От нахлынувших воспоминаний его оторвал лай Шарика. Тоже вырос малец, но их с Гавом дружбу они не прервали... Чёрный посмотрел на Пса в будке, он лежал и изредка поскуливал. Старость - не радость... Он подошёл тихо и спросил: — Мы были такими же, помнишь? В этот раз он не зарычал и не шуганул его. Лишь вздохнув ничего не ответил и посмотрел на молодёжь — Этого не вернуть. Забудь и не вспоминай