Потерять и обрести

На самом деле он прекрасно себя чувствует и с таким мелким заданием справиться в состоянии. Всего-то нечисть которая не дотягивает даже до речного гуля. Но достаточно слишком много хлопот местным жителям деревни. Му Цин стягивает волосы на затылке, решительно кивает сам себе. Да. Если он почувствует себя плохо, то просто исчезнет. Му Цин внимательно осматривает место преступления. Деревня опустела, людей осталось совсем мало и те сидят по домам. Он всегда удивлялся тому, как быстро люди пугаются столь мелких демонов. Ну рушит крыши и жрет скот. Модно ведь, в конец концов обратиться к заклинателям, а не бросать дома. Ему говорили, что люди ушли. Рыба гибнет, птицы не летают, а ночью нечисть сжирает все, что шевелится. Он, конечно, знает, что сил у него на донышке, но… Легкая работенка. Нечисть разбушевалась, а у него зубы ломит уже от безделья. Му Цин считает, что справится с этим. Он видел женщин с большими животами, которые стирали, убирали, работали. А он мужчина. Точно справится. Ребенок дискомфорта вот уже несколько дней не доставляет. Му Цина не тошнит, у него не кружится голова и в целом все нормально. И он может всегда одолжить сил у принца. Это даже хорошо. Значит не придется искать придурка и тащить совершенствоваться. Больно надо вообще. Из воды показывается голова. Бог смотрит. Совсем еще мальчишка, хотя, облик может обманывать. Глаза, честно говоря, невероятно красивые, как расплавленное золото. Демон. Му Цин понимает что это демон, когда чувствует волнк темной энергии. Демон лишь следит за ними глазами. Не пытается нападать, лишь немного дёргается вперёд, когда Му Цин делает шаг навстречу. — Уходи отсюда, — говорит неизвестный демон. — Я почти выследил тварь, а ты нарисовался и спугнул. Му Цин дергает бровью. Выследил? — Это моя земля, — говорит он, — и помощь нечисти мне не нужна. Неизвестный вздыхает. Как будто ему действительно нужно дышать. Хотя, Хуа Чэн говорит, что от этой привычки даже после смерти не всегда избавляются. — Ну, как знаешь, Генерал. Му Цин только лишь постоял ещё, посмотрел на воду, а потом пошел прочь, надменно хмыкнув. Расспросы не дают ничего. Все как один, твердят, что тварь большая, выше человека, что глаза горят красным и видны белые длинные клыки. Сначала лишь скот погибал от лап твари, теперь, вот и на людей переключилась. Один покосившийся дом, стоящий на отшибе, почему-то показался генералу странным. Очень странным. Будто не из этого мира. Он, не долго раздумывая идёт к нему. Доски на крыше уже почти сгнили, крыльцо и вовсе развалилось. Генерал Сюаньчжень делает шаг назад, когда хлипкая дверь открывается и из дома выглядывает юноша. У него бледное лицо, глаза цвета меда и красивые длинные волосы. Му Цин сразу оценивает волосы. Они выглядят так, будто юноша пользуется дорогими средствами для ухода, но вот его одежда выглядит как тряпка, которой несколько раз мыли пол. — Линь Сунлинь. Юноша улыбается, а генерал хмурится. Что-то знакомое. — Никак не сидится на месте? И что вам, небожителям вечно надо везде лезть? Му Цин щурится, не совсем понимая в какие игры с ним играет этот демон. — Хм. Ладно, пойдем, может помогу чем? Му Цин замирает на месте. Паника медленно поднимается откуда-то и сжимает горло. — Нечисть мне в бою не товарищ. Кто ты? — Ладно, ладно, убери саблю. Черты лица меняются, лохмотья превращаются в богатую, расшитую золотом одежду. Глаза все так же мерцают золотом. Невероятные. — Ну вот, что ты наделал… Мужчина, а это именно мужчина, молодой и на самом деле очень красивый, втаскивает Му Цина в домик и генерал удивленно смотрит как этот… Демон? Да, определённо, рисует печать перемещения. И вот тут он понимает как сильно влип. Силы, что он одолжил у Владыки скоро иссякнут, а ему надо срочно что-то придумать. Знал ведь, что не стоит идти. Вдруг демоны хотят убить его ребенка? Му Цин упирается, расходует много силы на короткий бой и в конечном итоге его силой затаскивают в открывшуюся дверь. Сразу же в глаза бросается роскошный сад и большой дом. — Не бойся, Му Цин, — мужчина по-доброму улыбается. — Я тебе не враг. Больше того, я ждал нашу встречу много сотен лет. — К чему был маскарад и чего хочешь? — Маскарад… Хм. Признаться честно, просто не знал как лучше прилепиться к тебе. Речная нечисть тебе не понравилась, хотя я сам считаю, что этот облик достаточно милый. Юноша тоже улыбкой не завлек. — Чего ты хочешь? — Внутри тебя находится тот кто принадлежит мне. Все просто. У Му Цина внутри холодеет. Что? Как он… Как он мог быть таким идиотом? Что с ним сделала беременность? Последние мозги в жижу превратились. — Попробуй отнять. Но демон лишь смеётся. — Как бы там ни было но я… — Да знаю я кто ты, — Сунлинь улыбается. — Не пугайся так. Я не собираюсь твоего ребенка отнимать или еще что-то. Поверь, это мне без надобности. Более того, я хочу тебе помочь. Му Цин смотрит с сомнением. Помочь. Что-то он не помнит слишком много демонов желающих помогать небожителям. Черновод и Собиратель цветов вообще и пальцем не шевелтнут, если их супруги не попросят. — И с чего бы мне верить? — Ну, с того, что ты сидишь здесь целый и невредимый, любуешься садом. Му Цин крутит головой. Он и сам не заметил, как они дошли до большой беседки. — Хорошо. Тогда я послушаю, что ты хочешь мне сказать. Не просто так ведь притащил в свой дом. Демон сначала молчит некоторое время, а потом громко смеется. Му Цин с опаской смотрит на демона, но наливает из принесенного слугой чайника чай. Быстрые и тихие слуги тут же приносят закуски. Честно говоря, ничего есть не хочется. Демон же достает из рукава листок, что-то читает, а потом убирает обратно. — Знаешь ли ты кто занимал пост юго-западного владыки до тебя? — Разумеется. — Ну. Мужчина смотрит так будто чего-то ждет. Му Цин хмурится. — Линь Сунлинь. Совершенный владыка Тянь-цы, покровитель юго-западных земель. — Ну. Мужчина смотрит насмешливо, будто Му Цин еще ребёнок глупый. — Это не можешь быть ты. — Почему же? Очень даже могу. — Допустим это ты, тогда чего тебе надо от меня и моего ребёнка? Я тебя вижу впервые. Он сжимает руки в кулаки, а мужчина, этот демон, смотрит на него с ласковой улыбкой. — Как считаешь, можно ли поменять счастье на место на небесах? — Возможно. Знаю одного такого. — Хуа Чэн, да. Сам низверг себя с небес, хотя, я считаю, что он точно достоин быть в божественном пантеоне. Но да ладно. Не о нем речь. Речь о тебе. — Продолжай тогда. Му Цин, если честно, понятия не имеет как реагировать и что делать. — Много лет назад я имел наглость заглянуть в книгу судеб. Там было твоё имя. Имя твоего мужа и ребёнка. И вот тут самое интересное. Твой сын с самых первых страниц моей жизни предначертан мне судьбой. Я не знаю кем для него стану, увы, это не написано. Но я знаю что в нем мое счастье. Моя спокойная жизнь. Но для начала мне придётся за это счастье побороться. И тебя ждет много трудностей. — Каких трудностей. — Твой ребенок — источник очень большой силы, выпить его, все равно что пройти три небесные кары, понимаешь почему? Потому что ты сам необыкновенный. И женское и мужское начало есть в тебе и в нем, скорее всего тоже будет. Такие как ты уже не редкость, но все же. Дело в дне когда ты родился и когда родился ребенок. Ты родился просто в особый день и он тоже родился в особый день. Не как ты, когда пылали небеса, а когда гаснут звезды. В день когда гаснет тысячи мелких звезд он придет в мир, чтобы стать самой яркой из них. И тебя будут преследовать. Доверять ты можешь не многим, мне, принцу и его супругу. Демону Черных Вод и его ветреному мальчишке, Пей Мину, Фэн Синю, Мин И. Держись рядом с ними, если меня нет рядом и они тебе помогут. — Хорошо стелишь, да только… — Знаю, ты привык ждать подвоха отовсюду, но мне уж точно не выгодно, чтобы твой сын погиб. — Сын? — Му Цин вдруг смотрит на демона внимательно. — Значит у меня будет сын? — Определённо. Я знаю, я видел строки. — Почему я должен тебе верить? Если мой ребенок равен трем небесным карам, то где гарантия, что ты не хочешь его убить? — Я умер добровольно и стал демоном добровольно. Уступил тебе свое место на небесах, чтобы ты произвел на свет маленькое совершенство. Как считаешь, есть ли мне смысл убивать твоего ребенка? Выпив его силу я не стану богом. Стану сильнее, да, но уж точно не вернусь в обитель богов. — Допустим. Допустим. Тогда, одолжи мне силы? Му Цин протягивает руку и демон, не думая протягивает свою в ответ, делясь силой. — И я могу уйти? — Разумеется. Но для начала обменяемся паролями от канала связи, чтобы я мог связаться с тобой в любой момент. Му Цин хмурится, но все же кивает. Непросто доверять первому встречному, но он, вроде как не выглядит убийцей. Он за много лет хоть немного начал разбираться в людях. — Я нарисую печать перемещения. Градоначальник ждет тебя в своей резиденции. Вот уже пару минут настойчиво требует отправить тебя к нему. Может быть, если у него, у Му Цина есть защита от самого Непревзойдённого, то его не так легко будет убить? Когда он открывает дверь, то первое что он видит — злое лицо Хуа Чэна. Му Цин делает шаг вперед и демон тут же хватает его за локоть и тянет на себя. — В порядке? — Да, — неловко говорит он, — не стоит… — Чем ты думал? Силы нет, в любой момент может стать плохо, физическая нагрузка запрещена. Ты не можешь еще как минимум год махать саблей! Он оглядывается, но Се Ляня не видит. — Хорошо хоть в руки Сунлиню попался! Еще бы он мне попался в руки сам. А если бы это был кто-то другой? Гэгэ мне точно не простит если тебя сожрут демоны. Му Цин неловко жмет плечами. — Я прощу прощенья? — Ты у меня спрашиваешь или что? Ладно. Иди, садись, тебе надо поесть. Поддерживать энергию в организме. Или ты думаешь, что твой ребёнок питается только твоей силой? Му Цин переводит взгляд на стол. Да. На самом деле надо поесть. — Се Лянь знает что я тут? — Разумеется. Я уже оповестил. Иначе твой дворец перевернули бы вверх дном. Это было очень глупо. — Я бы справился. — На этот раз тебе просто повезло, Му Цин. — Ты знаешь его? Он правда был богом? — Сунлинь? Не встречались лично, так, мельком видел его. Но. Да. Правда. Сначала было смешно изучать историю демонов и небожителей. Он, судя по записям, был одержим идеей того что ты должен вознестись. А потом ты действительно вознёсся. И стало уже не так смешно, когда и твой муженек тоже. Хотя, я его. Понимаю. Будь я в такой ситуации, то поступил бы так же. Му Цин и не сомневается. На самом деле он никогда не оставался с Хуа Чэном вот так один на один. И от этого как-то неловко. Они не то чтобы друзья, но между ними образовалась какая-то связь. Будто бы есть шанс стать друзьями. У Му Цина никогда не было друзей, если так подумать. Он и не знает как эта дружба образовывается. — Итак. Гэгэ просил присмотреть за тобой. Я присматриваю, раз уж твой муж в этом плане абсолютно бесполезен. Что у вас там случилось? — Ничего, — неловко говорит генерал. — Ничего не поменялось на самом деле. Как кошка с собакой, только теперь он стал раздражать намного больше. Понятия не имею зачем я тебе это рассказываю. — Ну, кому-то надо говорить о своих переживаниях. Хоть бы и мне. Ты не думаешь, что надо рассказать ему о последствиях вашей провалившейся миссии? — Надо. Но как-то не время, и не то чтобы я вообще хотел всего этого. — Ложь. Я был там, я знаю как ты хотел его. Му Цин сначала не понимает о чем он говорит, но потом ухмыляется. Точно. Восстание, Сяньлэ. — Был. Пока Я тебя не выгнал. — Кстати. Почему? Хуа Чэн никогда не задавал этот вопрос. Но ему всегда было интересно. — Потому что ты был молод и глуп. Готов был отдать свою жизнь. И был одержим принцем. Я думал, что таким образом смогу продлить твою жизнь. Думал… Что тебе надо начать жить реальной жизнью, что у нас все получится. Я не одного тебя тогда выгнал из армии. Многих, кто не достиг совершеннолетия. Но… Я никогда не испытывал к тебе отвращения. Может быть, злость и раздражение. — Ха! Будто мне это было нужно. Ладно. Просто было интересно. Хотя и глупо. Я был силен. — Сильнее нас всех. В конечном итоге я так и не смог уберечь тебя от смерти, хотя, наверное, так даже лучше. Ты умер, когда взошла счастливая звезда. Му Цин кивает сам себе. Да. Его восхищает любовь Хуа Чена. Безоговорочная и беспощадная. Принцу действительно повезло. Зависть колет где-то в ребрах, но это не злая черная зависть. Он рад, что после стольких испытаний они пришли ко всему этому. — Так ты собираешься мириться с мужем? — Я? Из нас двоих не идиот я, так что подожду и все будет как обычно. Заключим временное перемирие и продолжим дальше заниматься каждый своими делами. — Пока ты не в состоянии защитить свои владения этим займусь я. Твоему Фэн Синю не разорваться, да и ты еще не готов сказать ему почему не можешь бегать с саблей наперевес. Му Цину искренне жаль, что он действительно сейчас бесполезен для своих верующих. — С чего такая щедрость? Се Лянь попросил? — Нет, — демон ухмыляется. — Моя инициатива. Вся эта твоя ситуация… Не могу остаться в стороне. Признаюсь честно, в прошлом я терпеть тебя не мог и был такого же мнения как и генерал-идиот. Но. Иногда ошибаюсь даже я. В конечном итоге мы все были людьми со своей болью, со своими переживаниями. Даже обретя могущество и власть никуда боль и переживания не делись, все так же с нами. Однажды, вместе мы победили Великое Бедствие, того кто создал Медную печь. Мы сильнее вместе. — Я и Его Высочество вразумили Черновода, — задумчиво говорит генерал. — История с Мин И оказалась неоднозначной. Да. С другой стороны если смотреть то и пионы цветут краше. Нам не стоит враждовать. Даже Ши Уду в конечном итоге готов был пожертвовать своей жизнью в битве с Небесными Императором. Вот уж от кого не ожидал… Говорить с демоном оказалось на удивление легко. И он действительно умен. Наверное, если бы родился под счастливой звездой то стал бы человеком чье имя вошло бы в историю.