Понять себя

Джейсон нервничал, периодически бросая взгляд на часы. Он пришел на целых сорок минут раньше, успел выпить несколько чашек кофе, но мысли в порядок так и не приходили. Он не знал, чего именно ожидает, не был даже уверен, что готов к правде. Но ради Дерека он обязан ее раскопать. В конце концов, он же журналист, так что нюх ищейки не должен его подвести. Кафе для встречи он специально выбрал как можно дальше от дома и колледжа Дерека. Не хотелось случайно встретиться с братом, тем более что разговор Джейсон собирался вести именно о нем. Приезд Джоан изменил слишком многое, заставил увидеть то, что раньше Джейсон не замечал или старался не замечать. Дерек был несчастен. Джейсон следовал всем указаниям Джоан, чтобы брат радовался, а в итоге не увидел очевидного. Его брат страдал, и не думать об этом не выходило. Он так сосредоточился на том, чтобы Джоан была довольна, так старательно играл роль, чтобы иметь шанс переиграть партию в свою пользу, что чуть не потерял того, ради кого все это было затеяно. Джейсон всегда понимал: силой ему у Джоан не выиграть. Тягаться авторитетом тоже не выходило, а значит, оставалась хитрость, и еще — маленькие, едва заметные шаги к свободе. И вот желанная цель в руках, но ощущения победы не было. Наоборот, казалось, мир вокруг рушился. Погруженный в мысли, Джейсон сидел за столиком, покручивая в пальцах зажигалку. В последнее время он слишком часто уходил глубоко в себя. Редактор даже предложил взять отпуск, когда еле достучался до него на летучке. Но работа хоть немного отвлекала от сумбура в голове. Истерика Дерека, слова Джоан, кошмары — все это никак не складывалось в целую картину, либо складывалось в слишком удручающую, допускать которую не хотелось даже в мыслях. Конечно, Дерек мог просто переживать из-за ориентации, но не до такой же степени. Джейсону казалось, что он упускает из вида очень важную деталь. Но какую? Дерек не шел на контакт, хотя видно, что ему хотелось чем-то поделиться. Джейсон подметил, что несколько раз Дерек пытался начать разговор, но почти сразу уводил в другое русло. А надавить на брата Джейсон боялся — опасался, что тот закроется от него окончательно. Но определенно что-то ускользало, и это что-то, связанное с Джоан. — Халявное пиво. — Чарльз приземлился напротив Джейсона. — Ты же знал, что от такого я не откажусь? — Твою компанию очень просто заполучить, — рассмеялся Джейсон и подвинул Чарльзу бокал с пивом. — Если честно, то от «не говори Дереку» я несколько напрягся. Мы с тобой играем в шпионов из-за того, что вы с ним — в молчанку? — Ты же знаешь, что приезжала Джоан, и мы несколько повздорили? Может, ты мне расскажешь, что происходило, пока меня не было дома? — Дерек, как я понимаю, делиться особо не хочет, но он всегда так. Я давно догадался, что Дерек — гей, но он, как обычно, упорно молчал. Ты сам знаешь, что мои отношения с родителями далеки от идеала, но Джоан… Дерек периодически пропадал — обычно, когда Дэвид уезжал в командировки. Не отвечал на звонки и СМС, а потом появлялся в школе, словно ничего не произошло. Я считаю, что он расскажет все только тебе, но Дерек — упертый баран, из него все нужно тащить клещами. И я уверен, что он боится, что ты отвернешься от него. — Раньше он все мне рассказывал. — Джейсон пожал плечами. Он был уверен, что между ним с Дереком секретов никогда не было, хотя сейчас эта уверенность здорово пошатнулась. Так ли он хорошо знал Дерека? А Джоан? С чего он так слепо верил, что пока он играет по ее правилам, то Дерек не пострадает? Слишком много вопросов вертелось в голове, а ответов взять было неоткуда. Но при Чарльзе неуверенности показывать не хотелось. Джейсон боялся, что если позволит себе слабость или сомнения, то никак не сможет помочь Дереку, а это сейчас было самым важным. — Ты в этом уверен? Я знаю, что Дерек ходил к школьному психологу, правда, судя по всему, ничего ему не рассказывал. А еще я пару раз видел у него синяки. А как-то Джоан вырвала пирсинг у него из брови. И, судя по твоему лицу, ты этого не знал. В этот раз Джейсон не смог скрыть удивления. Психолог, пирсинг, внезапные исчезновения. Он и сам долгое время боролся с неврозом, подаренным Джоан. Врач говорил: столь длительное психологическое воздействие не может пройти бесследно. Но неужели Джоан зашла еще дальше и перешла к физическому насилию? И вряд ли Дерек поделился бы этим со специалистом, если даже Джейсону не сказал. Сразу вспомнились рисунки, где Дерек изображал себя в роли эльфа, дерущегося со злом. А еще сам Джейсон не раз выступал в них рыцарем, защищающим слабых. Неужели в этих рисунках было куда больше смысла? — А как ты сам? Ты сказал, что у тебя непростые отношения с семьей. — Прости, Джейсон, но в мою мамочку играть точно не стоит, — усмехнулся Чарльз, — мне опека не нужна. Я как-то справлялся со всем без тебя. А вот Дерек к этому не привык. Просто подумай об этом. И спасибо за пиво. Мне пора — у нас сегодня фотосессия для Кассандры, — допив пиво одним глотком, пояснил Чарльз. — Увидимся еще. — Он вскочил с места и махнул на прощание. Джейсон посмотрел ему вслед. Когда Чарльз успел узнать больше о его брате, чем сам Джейсон? Когда стал Дереку ближе, чем он? Джейсон оплатил счет, вышел на улицу и достал из кармана брюк запечатанную пачку сигарет. Он знал, что однажды точно захочет закурить. Достал сигарету, зажигалку и подкурил. Сейчас дым, заполняющий легкие, слегка затуманивал разум. Подумать нужно о многом, но встречаться с прошлым не хотелось совершенно. Джейсон достал мобильный телефон, открыл список контактов и замер, принимая решение. Он все-таки нажал кнопку вызова. Оставалось надеяться, что на другом конце его не пошлют ко всем чертям.

***

Парк пестрел всевозможными цветами как уже опавших, так и еще держащихся на ветвях листьев. Дерек пытался сфокусироваться на Кассандре и Джессике, но выходило из рук вон плохо. Постоянное ощущение взгляда, вперившегося в спину, не покидало. Возвращало его в дни дурацких светских мероприятий, когда Джоан не сводила с него глаз, ожидая малейшей ошибки. Повода, чтобы потом сорваться на Дереке, обвинить во всех грехах и отправить в комнату. Как можно дальше от ее глаз, словно Дерек хотел чего-то другого. — Да на кого ты все время оглядываешься? — возмутился Чарльз, в очередной раз не сумев привлечь внимание Дерека. Дерек выпадал из реальности, все время оглядывался по сторонам и не мог сфокусироваться на веселящихся Кассандре и Джессике. Он запорол десять кадров из пятнадцати. — Прости. Я отвлекся, — вздохнул Дерек и удалил очередной испорченный кадр, — не годится. — Поцапался с Джейсоном? Или, может, ты влюбился? — закинув в рот мятную жвачку, поинтересовался Чарльз. — Я видел, как ты поглядывал на за… глаза Стивена. — Он пихнул друга в плечо. — Я слышал, что вы схожи в предпочтениях. — Сперва устроил бы свою личную жизнь, а затем лез к другим. А то я слышала, что Виктория распускает слухи, что ты хреново целуешься, — рассмеялась подошедшая к ним Кассандра. — Джесс пошла за мороженым. Я решила, что нам нужна пауза. — Главное, чтобы не с орехами. У меня аллергия, — тут же заявил Чарльз. — И Викторию бросил Дерек, а не я. — А ты бросил ее подружку. И никто не поверит в россказни про милашку Дерека, а вот ты лезешь почти к каждой первокурснице на всех вечеринках. — Я в поиске своей судьбы, — возмутился Чарльз. — Не всем везет влюбиться в соседку по комнате с первого взгляда. — Изначально это был коварный план, чтобы предки сняли нам дом, где мы могли бы устраивать вечеринки, — призналась Кассандра, — и развращать на них милых первокурсников. — А в прошлом году что, приглашали школьников? — Нет, ждали такого милашку, как ты. — Она растрепала Чарльзу волосы. — Ну, держись. — Чарльз схватил Кассандру за запястье, но она вывернулась и отбежала. — Сперва тебе придется меня поймать, — крикнула она. — Вызов принят, — с интонацией Барни Стинсона сказал Чарльз. Дерек наблюдал за ними со смесью счастья и легкой зависти, ведь не мог до конца отпустить самого себя. Здесь, вдали от дома, он должен был себе позволить, наконец, вести себя, как вздумается. Никто не станет читать нотации, повторяя, что он должен держать лицо. Что пора повзрослеть и стать серьезнее. Здесь можно было щекотать Кассандру, повалив ее на траву. Можно громко смеяться, не думая, что скажут соседи. Здесь не чувствовалось тягостное бремя сына богатой и уважаемой семьи. Как же Дереку хотелось наконец-то понять это окончательно, не закрываясь от собственных друзей. Здесь им больше никто не мог диктовать правила высокого светского общества. И Джоан никак не могла дотянуться из Сиэтла, тем более теперь, когда Джейсон дал ей отпор. Но Дерек никак не мог в это поверить до конца.

***

Дерек внимательно рассматривал фотографии, которые сегодня все-таки удалось сделать. Расслабиться получилось с трудом — не покидало ощущение постоянной слежки. Словно кто-то смотрел за ним из-за угла, но, каждый раз, оборачиваясь, он не мог найти таинственного преследователя. Дерек начал думать, что все это происходит лишь в воображении. Действительно, кому нужно следить за ним? Никому. А вот нервы сдавали, кошмары стали ярче, потребность поговорить с братом росла в геометрической прогрессии. Признание Джейсона никак не могло уйти из мыслей. Он сказал это так просто, спокойно, словно бросил между делом. Такое ощущение, что они говорили не о важных вещах, а о погоде или о том, что предстоит есть на ужин. Словно Джейсона это совершенно не трогало, не заботило и не беспокоило. Словно это нормально. Как будто это не делает их неправильными, грязными грешниками. Нет, в Бога Дерек не верил. Это он знал точно, на все сто процентов. Но победить панический страх перед наказанием, перед божьей карой, о которой так часто говорила Джоан, не мог. В последние годы, когда Джейсон уехал, а Дэвид стал чаще бывать в командировках, Джоан совсем слетела с катушек. Если она и раньше часто вела себя агрессивно, то теперь и вовсе срывалась на нем по любому поводу. Во время ссоры могла швырнуть в него тарелкой или подсвечником, что случалось и раньше, но намного реже. Удары ее стали сильнее и яростнее, а пару раз она запирала Дерека в подвале на несколько суток, хотя раньше ограничивалась парой часов. В такие моменты хрупкая с виду Джоан словно становилась в два раза сильнее. Дерек боялся ее, чаще всего впадал в ступор, не в состоянии ответить или постоять за себя. Он верил в то, что заслужил такое отношение, ведь именно это ему внушали с детства. Потому что он хуже Джейсона. Он — ошибка, он не достоин носить фамилию Джефферсон. Он ничего и никогда не мог сделать правильно, в отличии от Джейсона. С раннего детства при любом удобном случае Джоан повторяла это. А Дерек никогда не мог понять, почему мать его ненавидит. Лучше бы тебя и вовсе не было. Это моя ошибка, ты разрушил нашу семью. Из-за тебя Джейсон не возвращается домой. Это все только твоя вина. Дерек обхватил голову руками, пытаясь выгнать голос Джоан из головы, не желая слушать обвинения вновь и вновь. Он не хотел, у него не осталось сил бороться. Джоан побеждала. Всегда побеждала. Что бы Дерек ни делал, он оставался проигравшим.