Понять себя

Кафе возле колледжа всегда казалось Дереку оживленным муравейником. Весь Нью-Йорк был эпицентром жизни в сравнении с их тихим пригородом, но это кафе било все рекорды. Словно промедление даже на долю секунды могло начать локальный апокалипсис. Дерек и Кассандра сидели за столиком возле окна, ожидая Чарльза. Дереку нравилось наблюдать за людьми, пытаться понять, куда они спешат, какие эмоции испытывают. Вот девушка, что так резко выхватила кофе из рук бариста. Она выглядела взволнованной, но читалось в ней что-то радостное. Дерек был уверен, что торопится она по очень важным, но приятным для нее делам. Или парень, пьющий кофе в углу, неотрывно залипающий в телефоне. Ждал он кого-то или просто коротал время до следующей лекции? Дерек мог так сидеть часами, просто наблюдая, как вокруг кипит настоящая жизнь. И ему казалось, что с каждым днем она все больше наполняет и его самого. У Чарльза возникли небольшие проблемы с историей фотографии, поэтому преподаватель задержал его после занятий. Так Дерек с Кассандрой и оказались в кафе, чтобы подождать друга. Чарльз остался с огромной неохотой, бурчал, что эта история ему уж точно в жизни не пригодится. При мысли о дополнительном задании он стал мрачнее тучи. Только обещание Дерека помочь смогло несколько успокоить Чарльза и вернуть ему привычную улыбку и маску шутника-балагура, не переживающего ни по какому поводу. Но Дерек знал: успеваемость беспокоит Чарльза сильно. Он не хотел подвести родителей и разочаровать их. Они никогда чрезмерно не наседали, но Чарльз всегда высоко ценил их мнение, хоть и делал вид, что это не так. — Наш малыш совсем вырос и сходил на свидание, — оповестила Чарльза Кассандра, когда он наконец-то плюхнулся на стул за их столик в кофейне. Дереку осталось только закатить глаза, показывая, что от подколов Кассандры хотелось провалиться сквозь землю. В том, что Чарльз задержался, был огромный минус — Кассандра не собиралась отставать от Дерека с расспросами, пока он не рассказал все подробности уик-энда. — И купил мне вкусный молочный коктейль. Правда он просто душка? Не понимаю, как он может травить себя этим ужасным кофе без молока и сахара, — добавила она и слегка поморщилась. — Так, с момента про свидание поподробнее. Почему я не узнал ничего во время занятий? Боже, дети так быстро растут. Скоро поведем его под венец, — смахнув несуществующую слезу, поделился выводами Чарльз. Было заметно, что он слегка расстроен, но Дерек предпочел пока не лезть с вопросами. Чарльзу всегда нужно сперва остыть, если вдруг что-то шло вразрез с его планами. А дополнительное задание явно мешало каким-то важным делам вроде похода на очередное свидание или просто возможности залипнуть в новый сериал, проторчав за его просмотром целый вечер. При дикой любви к тусовками и компаниям одиночество Чарльз любил тоже. Порой ему было просто необходимо пару дней «перезаряжать батарейки». — Я всего лишь сходил с братом в кино, — сказал Дерек. Он прекрасно понимал: Кассандра умеет сделать событие из всего произошедшего с любым из них, но уж в походе с братом в кино он сам не видел ничего значимого. Хотя, на самом деле, для него это и было событием. Он чувствовал, как стены между ним и Джейсоном рушатся, а прежняя легкость возвращается. Они, как раньше, могли говорить практически обо всем, словно Джейсон и не бросал его на целых два года. И это было тем, чего Дереку действительно не хватало. Именно Джейсон возвращал самые яркие краски в жизнь Дерека. — И в парк аттракционов. А еще Джейсон купил ему сладкую вату. — И почти всю слопал сам, — пробурчал Дерек, но потом улыбнулся. Джейсон, перепачкавшийся в сладкой вате — презабавнейшее было зрелище. Дерек почти забыл, каким может быть брат, не скованный требовательным взглядом Джоан и правилами высшего общества. Не идеальный и вышколенный сын, а просто старший брат, умеющий дурачиться, веселиться и таскать сладости. Джоан сошла бы с ума, если бы узнала, что ее сыновья ели сладкую вату в парке аттракционов. Но Дерек отдал бы все на свете, чтобы увидеть ее реакцию. — Но! — Кассандра подняла указательный палец вверх. — Кино, парк аттракционов, вата. Они еще и уток булкой кормили. В современном мире это свидание! — Он мой брат! — возмутился Дерек. — А что, практиковаться в свиданиях на брате — не такая уж плохая идея, — развела руками Кассандра. — Я училась целоваться на пару с лучшей подружкой. И, кстати, твой брат очень даже ничего. Может, общение с ним подтолкнет тебя к тому, чтобы легче раскрываться другим людям. Практика никогда не повредит. — С каких пор ты обращаешь внимание на красоту тех, у кого нет сисек третьего размера? — удивился Чарльз. От его хмурого настроения не осталось и следа. Все-таки Дерек иногда завидовал способности Чарльза забывать о проблемах и переключаться на что-то позитивное. Чарльз умел жить здесь и сейчас, откладывая неприятности на потом. Дерек хотел бы научиться так же. А еще было бы неплохо уметь оставлять проблемы в прошлом, особенно те, что решить он никак не мог. Есть вещи, исправить которые невозможно, но Дерек все еще пытался. И в первую очередь это всегда касалось его самого. Только с помощью школьного психолога он понял, что никогда не сможет стать тем, кто понравится Джоан. Дело было не в нем, а в ней. Каким бы он ни был, Дерек оставался недостаточно хорош для фамилии Джефферсон. Даже в идеальном смокинге на очередном вечере с безупречным следованием этикету он всегда встречал надменный взгляд и поджатые губы Джоан. — Я разносторонняя личность и могу оценить даже такого самовлюбленного сноба, как ты. У тебя, к слову, неплохая задница, — подмигнула Кассандра, — а у Дерека красивые глаза и руки. — Про руки мне точно раньше не говорили, — усмехнулся Дерек. — Эй, у меня еще пресс классный. Я могу показать, — возмутился Чарльз. — Только давай в этот раз обойдемся без стриптиза. Воспоминания с последней вечеринки до сих пор живы в моей памяти, — замахала руками Кассандра, — но двигаешься классно, — чуть тише добавила она, и на лице Чарльза тут же расцвела довольная улыбка. — Мне казалось, что мы собрались здесь обсудить день рождения Джесс, а не задницу Чарльза, — попытался сменить тему Дерек. — Твоя тоже неплоха, хотя здесь природа больше одарила Джейсона, — задумчиво протянула Кассандра. — Ты видела его всего один раз, маловато, чтобы оценивать. — Почему-то разговоры о заднице Джейсона Дереку совершенно не нравились. — Но я же не закрывала глаза. Ладно, рассказывай, вы обсудили вопрос ваших предпочтений? — Я не стану говорить об этом с Джейсоном. Во всяком случае, пока. — Но вы хотя бы помирились? — жестом подзывая официантку, поинтересовался Чарльз. — Мы и не ссорились, но мы обсудили кое-какие моменты. И вроде все налаживается. Дерек замолчал, потому что к ним подошла официантка. Чарльз заказал капучино и молочный коктейль для Кассандры. — А дружить с парнями выгодно, — рассмеялась она. — Вы меня прямо балуете. Так о чем вы говорили? — О детстве, — уклончиво ответил Дерек. Он никогда не думал, что у него появится еще один настоящий друг. Джейсон и Чарльз всегда были единственными близкими людьми. Но Кассандра сумела стать частью жизни так легко, просто и ненавязчиво, что он уже не представлял дня без ее сумасшествия, идей и энергии. Но все равно доверить всего, что с ним происходило, он не мог ни ей, ни Чарльзу. Он даже Джейсону так долго не рассказывал многого, что сейчас даже не знал, с чего именно стоит начать. Каково это — раскрывать душу до конца, рассказывая обо всех страхах и переживаниях? О том, что так долго взращивала в нем Джоан. Сказать, что до сих пор не чувствует себя полноценным, боится людей, опасается встретить осуждение. Что каждый раз, показывая эскизы или фотографии кому-то кроме Чарльза и Джейсона, он боится, что его засмеют, назовут бездарностью. Что каждая похвала от профессоров воспринимается им с огромным удивлением, он еле подавляет желание обернуться, чтобы убедиться, что это говорят ему. Как рассказать о таком, если даже психологу он не смог выложить всего, ограничившись тем, что просто обрисовал ситуацию? Да и слова Джоан о том, что эмоции всегда нужно держать при себе, а не распускать нюни, тоже работали как сигнал «Стоп», стоило Дереку только раскрыть рот. — Тебе не кажется, что он что-то от нас скрывает? — Кассандра пихнула Чарльза в плечо. — Но, так и быть, пытки отложим на послезавтра. Сегодня нам и правда есть что обсудить. День рождения Джесс должен пройти идеально. — Я думал, это будет феерия, о которой колледж будет говорить годами. Разве самая прекрасная девушка во вселенной достойна не этого? — уточнил Дерек. — Конечно. И вы должны мне помочь. У каждого из вас будет задание. Дерек, на тебе фотограф, музыканты и торт. Я попросила бы фотографировать тебя, но, когда ты перепьешь пунша, вряд ли сможешь удержать в руках фотоаппарат. И, в конце концов, друзья должны веселиться, а не работать, — рассмеялась она. — Да он даже в стельку пьяный сможет фотографировать. Иногда мне кажется, что он родился с фотоаппаратом! И второй аргумент не про него. Для Дерека фотографировать равно веселиться. Дерек этим словам Чарльза лишь усмехнулся. — И первым словом вместо «мама» он, видимо, завопил «фотоаппарат», — предположила Кассандра. Дерек дернулся. Слово «мама» резануло слух. Он и не помнил, когда вообще в последний раз говорил «мама». Для него это стало синонимом слову «боль». Еще к нему примешивались оттенки отчаяния, одиночества, отчуждения, безумной тоски. Человек, который должен был его любить и защищать, на самом деле ненавидел. А вот место главного, важного и любимого человека занял Джейсон. И, как оказалось, заплатил за это очень дорого. Сейчас Дерек не мог себе простить, что был слеп и труслив. Если бы он раньше рассказал все Джейсону и Дэвиду, то все могло быть иначе. — Скорее «Джейсон», — пихнул его в плечо Чарльз, — во всяком случае, раньше он постоянно говорил о том, какой у него классный брат. — О, может, позовем Джейсона? У меня есть друг всего на год старше твоего брата… — Нет, — слишком резко оборвал ее Дерек, — не надо устраивать личную жизнь Джейсона. Он справится и сам. Почему-то сейчас мысли, что у Джейсона кто-то появится, неприятно резанули Дерека. Он хотел, чтобы брат был только с ним. Хотелось восполнить два года отчуждения, забыть об одиночестве, крепко поселившемся в сердце. Хотелось снова стать живым, нужным, любимым. И делить все это с кем-то другим Дерек был попросту не готов. Сейчас брат только его, и никак иначе. Он не мог позволить кому-то вновь встать между ними. — Ладно-ладно, — сразу сдалась Кассандра, — просто жаль, что такая за… Глаза такие пропадают. Дерек сделал глоток кофе. В чем-то Кассандра права. Глаза у Джейсона невероятные, словно излучают тепло и свет. Дереку всегда казалось, что Джейсон одним взглядом может сделать боль тише, успокоить и поддержать. Во всяком случае, на всех школьных выступлениях, когда Дерек ходил в театральный кружок, Джейсон сидел в зале. И Дерек искал его взглядом, чтобы не так нервничать. Порой, рассказывая какой-нибудь особенно трудный монолог, он представлял, что в зале только Джейсон и больше никого. Он играл для брата. Только для него. — Алло! Планета Земля вызывает Дерека. — Щелчок пальцев прямо возле носа вернул Дерека в реальность. — Так ты все сделаешь? — поинтересовалась Кассандра. — Или продолжишь витать в облаках? Это что, мое напоминание о стриптизе Чарльза так подействовало? Ребят, может, я чего не знаю? — Эй! Я, вообще-то, на все сто процентов гетеросексуален и, между прочим, в активном поиске, — возмутился Чарльз. — Насчет твоего активного поиска… Приедет сестра Джесс, и чтобы твои губы не приближались к ее! — заявила Кассандра. — Понял. Губы трогать не буду. Но заметь, про другие части тела разговора не было. — Чарльз! — Успокойся, Кэс, ты же знаешь, что он больше делает вид, что бабник, чем им является на самом деле, — вступился за друга Дерек. — На тебе выпивка, — примирительно сообщила Кассандра. — Как только вопрос касается алкоголя, то сразу Чарльз, — для вида побурчал он. — Мы любим тебя не только за это. У тебя масса других достоинств. — Кассандра потрепала его по волосам. Дерек улыбнулся. Он чувствовал себя счастливым и свободным. Их отношения с Джейсоном налаживались, а дружеские перепалки Кассандры и Чарльза поднимали настроение. А еще он второй день спокойно спал, и ему перестало казаться, что за ним следят. Видимо, обострение прошло. Но психолог говорил, что такое может происходить. Он не должен зацикливаться на этом. И сейчас Дерек думал, что действительно не собирается этого делать. Он больше не позволит Джоан Джефферсон влиять на его жизнь. Больше она ему не указ.