Понять себя

Дэвид затянул узел галстука, снова посмотрел в зеркало, но все равно остался недоволен. Он не знал, как повернется встреча, что правильно говорить, а главное, нужно ли это Дереку и Джейсону. Он слишком долго прятал голову в песок, не замечая очевидного. Слишком сильно был поглощен компанией, Джастином, Кристианом. Он ведь верил, что лечение Джоан дало свои плоды, он так хотел наверстать все то, что упустил по собственной глупости. И в этой гонке за своим счастьем позволил разрушить жизни тех, кого должен был оберегать. — Никогда бы не подумал, что ты боишься собственных сыновей, — рассмеялся Джастин и скептически оглядел Дэвида, — пиджак снять, рубашку поменять и вылези ты из этих брюк. Я купил тебе шикарные джинсы и кроссовки. Дэвид, ты больше не в доме Джоан и идешь к сыновьям, а не к партнерам по бизнесу. — Мне казалось, так им будет привычней. Джастин лишь закатил глаза и пошел в сторону гардероба. Дэвид проследил за ним взглядом и невольно улыбнулся. Он бы пропал без Джастина, однозначно. Тот всегда знал, как его успокоить и привести в чувство. Он оставался опорой даже тогда, когда Дэвид наделал глупостей. Если бы время можно было повернуть вспять, то Дэвид никогда бы не покинул их квартиру в Лос-Анджелесе. Не променял бы город Ангелов на Сиэтл, не бросил бы увлечение музыкой. Он все сделал бы иначе. Но слезы матери, ее причитания, что отец не переживет банкротства, что они всегда делали все, чтобы Дэвид жил в свое удовольствие, достигли тогда цели. А еще страх, что Джастину снова понадобится операция, а денег не будет. Джастин только встал на ноги, снова начал смеяться и строить планы. Если бы что-то пошло не так, то музыкой Дэвид точно не заработал бы достаточно. И Джастин тогда стал решающим аргументом. Если бы Дэвид только знал, что деньги больше не понадобятся! Но ради Джастина он всегда был готов на все. Он бы умер за него, если бы его попросили. Но все равно не проходило и дня, чтобы Дэвид не корил себя за слабохарактерность, что покорно согласился, не попытавшись даже найти другой способ решить проблему. Поискать инвесторов, партнеров, в конце концов, занять денег у кого-нибудь. Мог бы попытаться, хоть мать и причитала, что отец перепробовал все. Сегодня Дэвид знал, что в действительности так и было — отец и правда перепробовал все. Отец. Но не Дэвид. Поэтому даже спустя годы, спустя тысячи «прости», сказанных на разный лад, Дэвид Джефферсон ощущал себя предателем. И он до сих пор видел в глазах Джастина легкое недоверие, неуверенность в том, что в этот раз Дэвид решил остаться навсегда. Хотя Джастин тогда и поддержал решение Дэвида, но вот всего, что последовало за ним, не заслуживал точно. Дэвиду не стоило «отпускать» его, разрывать отношения, давая Джастину свободу, ведь в итоге они лишь потеряли время. — Я люблю тебя, Джас. Будто слова могли искупить его вину. Загладить ее перед Джастином, перед Джоан, перед детьми. При мысли о Дереке и Джейсоне стало особенно горько. Он старался разорваться между двумя семьями… Но не сумел. Он слишком многое не сумел. — Я тоже, Дэвид. — Джастин подошел к нему и провел пальцами по щеке. — Ты справишься. — Я уже не справился. Я наделал столько ошибок, а такое ощущение, что расплачиваются за них другие. Джоан, Дерек, Джейсон, Кристиан, ты. — Джоан не помогли даже толпы психотерапевтов, которых ты приводил. Ты пытался, сколько ты разговаривал с ней, объяснял, что ваш брак не может стать настоящим. Она знала, что ты гей, Дэвид. И она согласилась на фиктивный брак, никто не мешал и ей завести любовника. — Да, но я-то поверил, что она поправилась. Понимаешь? Поверил. А она изводила Дерека и Джейсона. А я просто этого не замечал. Слепой идиот. — Дэвид, все мы совершаем ошибки. Джоан не смогла принять реальность, которую выбрала сама. Она не смогла построить в ней свою жизнь, как попытался сделать ты. Мне жаль ее. Я понимаю ее, потому что точно так же ждал того, кого люблю. Точно так же делил тебя с ней. Да, меня ты любил в ответ, но знаешь, Дэвид, от этого не всегда легче. Давай не будем возвращаться к прошлому. Тебе нужно исправить настоящее. Замолкнув, Джастин протянул джинсы и белую футболку. Дэвид лишь согласно кивнул и взял одежду. Все-таки Джастин прав — хватит с них идеальности, которой так пыталась достичь Джоан. Джастин улыбнулся и, легко поцеловав Дэвида в губы, попытался сразу отстраниться. Но Дэвид не мог согласиться с этим, бросил вещи на пол, крепко прижал Джастина к себе и углубил поцелуй. Во всяком случае, у него еще оставалось немного времени, чтобы успеть в аэропорт, и он собирался провести его с толком.

***

Дерек старательно выводил на холсте линию за линией, хотя мысли его были очень далеко. Чарльз вел себя так, словно ничего не произошло, хотя поговорить с Дереком не стремился, отводил взгляд в сторону и вообще делал вид, что не замечает того, как друг пытается наладить контакт. Это расстраивало, но Дерек понимал, что Чарльзу нужно дать немного времени, хотя это растянулось немного дольше, чем он рассчитывал. Но, как сказала Кассандра, не все люди способны быстро отойти от потрясения. Пришлось с этим согласиться и застыть в ожидании, когда лучший друг снова начнет разговаривать. Радовало одно — вроде бы с Кайрой у них все налаживалось. Хотя они вели себя крайне странно: целовались без смущения, но говорить о чем-то серьезном не решались. В любом случае, именно так сказала Джессика. — Нервничаешь? Или переживаешь о чем-то? — Джейсон присел на корточки за спиной Дерека и, обняв его за талию, уткнулся лбом между лопаток. — А я думал, чем тебя не устраивал мой стул, раз ты подарил пуфик. Оказалось, чтобы обнимать меня? — улыбнулся Дерек и, развернувшись, поцеловал Джейсона. — Ты разгадал мой хитрый план. Так что не так? — кивнул на рисунок Джейсон. Штрихи были резкими, насыщено-черного цвета и совершенно не соответствовали тематике картины. Дерек собирался рисовать проект по теме «Свобода». Сказал, что это ему наиболее близко. И то, что сейчас было изображено на холсте, мало на эту свободу походило. Джейсон всегда безошибочно угадывал состояние брата, исходя из рисунков. Странно, что не сумел увидеть в них крик о помощи, не разглядел истинного монстра в хитросплетении линий. — Чарльз так и не разговаривает со мной. А как отреагирует Дэвид? Я боюсь. И что он скажет о моей матери? А если он не согласится помочь нам, не захочет врать? — Чарльз отойдет. Вы всегда были не разлей вода, — улыбнулся Джейсон. — А с отцом я решу все вопросы. Если он не захочет нам помочь, я его уговорю. Я больше никому не позволю причинить тебе вред. Дерек улыбнулся и крепче обнял Джейсона. Слишком много страхов оставалось в душе, раздрай мыслей пугал и настораживал. Но Дерек пытался не поддаваться им, во всяком случае не всем сразу. Джейсон оставался братом, хоть кровно это теперь было и не так. Но еще он стал любимым, что воспринималось не так легко, как хотелось. Мысли о ненужности родной и приемной матерям добавляли проблем. И Дерек не мог от этого избавиться. Он даже взял у Джейсона номер психотерапевта. Завтра должен был состояться первый сеанс. — Я знаю. Но все равно не могу перестать переживать. Знаешь, Дэвид же был не таким плохим отцом. Он старался, во всяком случае. — И у него даже получалось. Хотя эмоциональным его не назовешь. — Рядом с Джоан любой станет словно статуя. Мне кажется, что в том доме много кто боялся и слово лишнее сказать. — Но только не ты. Ты никогда не умел скрывать своих чувств. — Джейсон запустил пальцы в волосы Дерека и притянул его к себе. Дерек с удовольствием ответил на поцелуй. Он знал, что рядом с братом может ничего не бояться. С самого детства и до сегодняшнего дня Джейсон оставался его защитником, каменной стеной, за которой он прятался от реальности, ненависти Джоан и кошмаров. И Дерек с уверенностью мог сказать, что и в будущем ничего не изменится.

***

— Я не хотел скрывать этого, — сказал Дэвид и сделал глоток из стакана с виски. Идея пить чай или кофе отпала практически сразу. Дерек разлил кипяток, когда наливал чай, Дэвид нервно теребил край футболки, а Джейсон пытался глупо и неуместно шутить. Сейчас все они выглядели неуверенными школьниками на первом свидании, поэтому виски показался самым разумным выходом из положения. Им всем сейчас было сложно говорить друг с другом. — Я изначально вообще был против этой идеи, но Джоан так плакала. Она сказала, что ей нужен ребенок, что это склеит нашу семью. Я согласился. И я никогда не жалел, что у нас появился ты, Дерек, просто не всегда знал, как это показать, чтобы не вызвать раздражение Джоан. Она ревновала даже к Джейсону, а я разрывался между ней, вами и Джастином. Дэвид замолчал и сделал еще один глоток виски. Слова давались ему с трудом, да и вспоминать обезумевший от горя взгляд Джоан не хотелось. Она так верила, что именно новорожденный Дерек склеит их семью, станет тем якорем, который заставит Дэвида остаться дома. Она тогда еще не знала… — Но почему ты уехал? Два месяца, Дэвид, два! Я смутно помню это время, но Джоан не выходила из комнаты, а меня все время укладывала няня. Я просыпался, когда Дерек плакал в соседней комнате, и бежал к нему, смотрел, как его укачивает няня. Почему ты уехал? — Кристиан… Этого хотел Джастин. Он чувствовал себя одиноко. Сейчас, если есть деньги, возможно все. Тогда это было сложнее, Джастин даже оформил липовый брак. Сара стала суррогатной матерью. У тебя есть брат, Джейсон, его зовут Кристиан. Он родился на неделю позже Дерека. Дерек буквально сорвался с места и отошел к окну. Дэвид прекрасно понимал его состояние и опустил взгляд. Не так он хотел рассказать все детям, совершенно не так. Но он сам виноват в том, что все обернулось именно таким образом. Психологи, таблетки, разговоры по душам — ничто не могло вернуть Джоан к нормальной жизни. Потеря ребенка стала последней каплей, и когда она снова стала вести хозяйство, устраивать приемы и безразлично улыбаться, он поверил, что все в порядке. Просто решил, что прежнюю Джоан, ту, что еще во что-то верила, не вернуть. Решил, что она смирилась. На деле же трусливо не хотел видеть правду. Каждый синяк Дерека, его слезы, боль — это вина Дэвида и ничья больше. — Малыш. Из всей фразы, сказанной Джейсоном, Дэвид услышал только это. Слишком тихое, личное, нежное. Что-то было в том, как обнял Дерека Джейсон, как гладил по волосам и шептал слова утешения. Что-то, чего Дэвид раньше никогда не замечал. — Вы вместе? — вопрос сорвался невольно, Дэвид не успел обдумать его уместность. — Сейчас тебе лучше уйти, — Джейсон не повернул головы в его сторону, — и знай, что для меня ты всегда был хорошим отцом. Я надеюсь, что все наладится, но сейчас нам нужно остаться вдвоем. Дэвид кивнул и поднялся с кресла. Он ни за что не стал бы спорить с Джейсоном. Его сын вырос, и сейчас в его голосе звучали твердость и решительность. Наверное, именно этих качеств не хватило Дэвиду в свое время. Нам нужно остаться вдвоем. Дэвид снова и снова прокручивал эту фразу в голове. Как жаль, что он слишком поздно понял, что его сыновья всегда оставались только вдвоем. Хотелось надеяться, что еще хоть что-то можно спасти.