Правда

Сентябрьское утро было тихим.Солнечный свет лениво скользил по мраморному полу, касаясь моего платья.Сидя возле чемодана, я с усилием давила на него правой рукой, левой стараясь дотянуться до молнии. -«Сколько уже раз я паковала его», -подумала я, туже застегивая молнию. -«Хотя этот год обещает быть интересным.» В газетах только и писали о сбежавшем Сириусе Блэке, и на первой странице Пророка расположилось его пугающее лицо в камере Азкабана. Меня передернуло.Тяжело чувствовать себя в безопасности, пока где то бродит убийца, а еще тяжелее, когда он — кузен твой матери, и следственно твой дядя. Моя мать,Кассиопея де Монтклер, а в девичестве Блэк, была 2 дочерью семьи Блэк,но, как ее сестры, не училась на Слизерине, а попала в Когтевран.Возможно поэтому она не выражалась открыто о чистоте крови и низости все маглов, отдавая предпочтение игре из тени и скрытым за светской улыбкой манипуляциям и являясь полной противоположностью своего мужа - Кристиана де Монтклера. Отец в свое время учился в Слизерине.Худощавый и с выразительной челюстью, он получил высокую должность в Министерстве Магии не только благодаря деньгам, но и своему характеру.Упорный перфекционист, он всегда стоял на своем, жестко отстаивая свое мнение.Непрогибаемый, он не позволял манипулировать собой — лишь договариваться. Отец обсуждал с управляющими поставки редкого чая для зимы-его приглушенный голос раздавался из кабинета. Мать, как всегда склонившись, читала газету у окна, и солнечные лучи подсвечивали ее лицо, и казалось, что волосы пшеничного окраса светились изнутри небесным светом. -«Только нимба не хватает», усмехнулась я про себя. В нашем доме все всегда жили по расписанию, четким правилам и приличиям.Не позволяли себе ничего, что бросило бы тень на их репутацию среди других Священных 29. Это вызывало во мне отторжение, нежелание мириться с тем, что я должна подражать им и строить образ счастливой семьи.Наш пряничный домик уже давно прогнил изнутри и покрылся плесенью. Внизу под лестницей меня ожидала эльф-домовик, держа в руках дорожную накидку.Ее большие синие глаза вопросительно уставились на меня. -Да, Тисс, я иду, -тихо произнесла я, пряча легкую дрожь.-Пора прощаться с домом до Рождества. *** Толпа.Гул.Запах дыма. Я привыкла держаться чуть в стороне, с ровной осанкой и чуть приподнятым подбородком. -«Гриффиндор., -пронеслось в моей голове.Как же много в нем шума и как мало порядка.» На минуту я погрузилась в воспоминания о том дне, когда на 1 курсе я приехала домой на зимние каникулы, и за ужином родители высказали, что думали о моем распределении. Отец сказал тогда: «Глупая бравада.Надеюсь, у тебя хватит ума понять, что львиное сердце без ума-путь в могилу.» Мать добавила с улыбкой: «Если уж ты выбрала красный цвет, ma petite, научись, как скрывать когти за бархатными перчатками.» Но выбора не было.Шляпа уже сделала свой выбор, два года назад, сказав «Ты сделаешь выбор тяжелый, неудобный.Но правильный» -«Трудный выбор? Похоже, старушка шляпа совсем стара, раз говорит такие глупости.Как бы себя не потерять в этом шуме», подумала я, проходя мимо учеников, которые возились с тележкой. -Аннали! Я обернулась, увидев Уизли и Поттера, которые махали мне и дружелюбно улыбались. -Привет, -негромко произнесла я, подняв свободную руку и помахав ею.Прошло пару секунд и я отвернулась, зашагав к Хогвартс-экспрессу. Мы с золотой троицей не были близки.Я считала правильным держаться от них подальше, чтобы не быть втянутой в какую-нибудь авантюру.Но ребята все равно относились ко мне тепло, не участвуя в слухах, которые мои сокурсники любили распускать.На 2 курсе одной из их любимых тем было то, что я Наследник Слизерина, потому что мне не повезло обговориться, что я владею парселтангом. В нашей семье не принято хвалить,но 12 летний ребенок искренне хотел восхищения окружающих,и подумав,что понимать змей это круто,проболтался о своем хобби,не учтя,что иногда лучше промолчать,если не уверен,что последствия вдруг не окажутся неблагоприятными. Я изучала его, хотя производить шипение змей лишь исходя из теории, которую я изучала из книги, которую нашла в нашей семейной библиотеке, было очень тяжело. Возможно,Поттер и сам понимал,что значит быть причиной слухов.Когда тебе приписывают то,чего ты не делал,и поэтому не верил им.Но что насчет Уизли и Грейнджер? Не успев подумать над ответом,я,проходя мимо стеклянных лавок на мгновение остановилась рядом, проверив свой внешний вид — темные волосы до поясницы с редкими каштановыми прядями, светлая кожа на которой кое где были видны голубые вены, светло зеленые глаза — от матери.Потрескавшиеся, но алые губы и родинка под левым глазом — от отца. Тряхнув головой, я пошла дальше.Впереди мелькнули силуэты родителей и я поспешила к ним. -«Если заставлю ждать, отец наверняка выскажет то, что думает о моей медлительности» Толпа людей сновала по платформе 9¾. Родители обнимали детей, давали последние наставления, смахивали слёзы. Но семья де Монтклер стояла чуть в стороне, как будто боялась испачкаться в этой общей сентиментальности. Отец, Кристиан де Монтклер, был в строгом тёмном костюме, будто собирался в парламент, а не провожать дочь в школу, его колючий холодный взгляд прошелся по толпе. Руки были сложены за спиной, спина выпрямлена. — Аннали, — он аккуратно поправил перчатку на её руке, словно это был повод задержать её взгляд, — в этом году в Хогвартсе будет много паники. Люди боятся сбежавшего преступника, начинают видеть врагов даже там, где их нет. Ты де Монтклер. Помни: честь — это не пустые речи и обещания, это когда ты умеешь держать себя в руках, пока остальные теряют голову. Не ввязывайся в глупости. И не позволяй себя втянуть. — Я не позволю, — отвечаю я и киваю головой. Он не обнял её, не погладил по голове. Лишь короткий кивок, будто они договаривались о сделке. — Будь осторожна, ma chérie, и учись прилежно. Если тебе понадобятся дополнительные краски или деньги, напиши об этом в следующем письме. На прощание мать поцеловала дочь в щеку, задержалась на 3 секунды, и они с отцом отошли на пару шагов. Я подняла чемодан, поправила дорожную мантию и шагнула вперёд, в гул толпы. За спиной осталась тишина — их семья не нуждалась в объятиях. И лишь эльфиха Тисс, смотрящая мне вслед, сжала лапки в тревоге.