Подари мне последний шанс. Пробуждение теней

Ночь медленно уступала утру, когда мы наконец добрались до окраин Ла-Иглесии — заброшенного города, покрытого пылью и паутиной забвения. Вся эта местность была обросла легендами, но особенно тревожила одна из них — о нагуали, оборотнях-ягуарах, которых считали древними стражами и охотниками, способными стирать грани между человеком и зверем. Внезапно мотор джипа издал тревожный стук и заглох. Мы все замерли. Скотт стоял рядом с джипом Стайлза, который вдруг, как по злому умыслу, застыл посреди пыльной дороги с хлопающим двигателем и дымком, вырывающимся из-под капота. — Чёрт, — пробормотал Стайлз, ударяя кулаком по приборной панели. — Кажется, у нас проблемы. Брейден быстро осмотрела машину, нахмурившись: — Это сцепление. Пока не починим, дальше не поедем. — Значит, нам придётся идти пешком, — вздохнул Скотт, вставая из-за руля. — Лив, Зейн, Эллисон, Айзек, Лидия, Малиа — оставайтесь здесь, — сказала Брейден твёрдо, поворачиваясь к нам. — Я и Скотт пойдём дальше, разведаем местность и постараемся найти Дерека. Лидия нахмурилась, явно не слишком довольная таким решением. — Ты останешься здесь со мной? — сказал Зейн и взглянул на меня. Его глаза были насторожены, но и полны заботы. Я вздохнула и кивнула. — Конечно. Но внутри меня ворочалась тревога — оставаться на месте, когда всё вокруг словно дышит опасностью, было невыносимо. — Будьте осторожны, — прошептала я, пытаясь сохранить спокойствие. — Вернёмся живыми, — ответила Брейден с лёгкой улыбкой, которая была скорее обещанием, чем надеждой. Пока они уходили по пустынной дороге, мы остались у джипа. Солнце медленно клонилось к закату, отбрасывая длинные тени на потрескавшийся асфальт и ржавые стены заброшенного города. — Это место словно дышит прошлым, — заметила Эллисон, поглядывая на разрушенные здания. — Я никогда не думала, что сюда когда-то вернусь. — Нам нужно быть начеку, — предупредил Айзек, сжимая рукоять ножа. — Нагуа́ли — не простые оборотни. Говорят, что они почти неуловимы и могут сливаться с тенями. — Мы справимся, — сказала Лидия, обнажая свой боевой взгляд. — У нас есть Лив, и у неё — сила, которой они не ожидают. Я улыбнулась, но внутри всё еще боролись сомнения и тревога. Мои тени тихо шептались рядом, как тёмный хор, не переставая обсуждать предстоящую битву и новые испытания. — Как думаешь, — спросила Малиа, — смогут Брейден и Скотт найти Дерека без проблем? — Надеюсь, — ответила я, — но я знаю одно: если они попадут в опасность, мы должны быть готовы к бою.

***

Время тянулось медленно. Мы пытались не показывать страх и усталость, но напряжение висело в воздухе, как густой туман. — А если это ловушка? — вдруг прошептал Айзек. — Если нагуа́ли знают, что мы идём сюда? — Тогда у нас будет повод показать им, с кем они связались, — ответила Лидия решительно. В этот момент я почувствовала лёгкое прикосновение Зейна. Он посмотрел мне в глаза, его взгляд был полон поддержки и понимания. — Мы вместе, — сказал он тихо. И в этом простом признании было больше силы, чем в любых словах. Вечером город превратился в тёмную, почти заброшенную тень самого себя. Ветер завывал между развалинами, словно предупреждая нас об опасности. Я смотрела на звёзды, пытаясь найти в них хоть каплю надежды. И хотя страх подступал всё ближе, я знала: мы не одни. У нас есть друг друга, есть сила, которая не сдаётся. И мы готовы идти до конца — ради Дерека, ради стаи, ради тех, кто нам дорог.

***

Мы только начали осваиваться в этом заброшенном городе — серые развалины, потрескавшаяся мостовая, обветшалые дома с выгоревшими стенами и разбитыми окнами. В воздухе висела зловещая тишина, которая давила на грудь, будто сама смерть решила устроить нам испытание. — Лив, ты чувствуешь это? — спросила Малиа, оглядываясь по сторонам и сжимая рюкзак чуть крепче. Она всегда была наготове, несмотря на спокойный голос. Я кивнула, но не могла сказать ни слова. Внутри меня зашевелились тени — что-то тревожное, злое и острое, словно они предчувствовали опасность. Из-за разрушенного угла медленно, словно призрак, вышло нечто, что заставило кровь застынуть в жилах. Высокое, огромных размеров, покрытое костяными доспехами, со шлемом, где узкие прорези для глаз светились холодным желтым светом. Его движения были плавными и одновременно грозными — как будто каждый шаг отдавался эхом в пустынных улицах. — Чёрт… — выдохнул Айзек, сжимая руку на рукояти меча. — Это — костяной воин. Легенды о них ходят уже сотни лет. Они охраняют это место, и мы явно здесь не желанные гости. — Что нам делать? — тихо спросила Эллисон, пряча взгляд в землю. Было видно, как ее лицо побледнело. Зейн, который обычно держался холодно и уверенно, напрягся. Он медленно снял пальто, обнажив руку с заметными татуировками, и взял в руки небольшой нож. — Они не понимают слов, — сказал он низко, глядя прямо в глаза тому, кто шел к нам. — Нужно готовиться к драке. Лидия, держа кинжал, шагнула вперед, бросая испепеляющий взгляд на воина. — Могли бы мы хотя бы поговорить? — попыталась она, но тон ее голоса был скорее вызовом, чем просьбой. Существо ответило низким, протяжным звуком, похожим на смешение рычания и шелеста ветра в сухих листьях. — Лив, — позвал меня Айзек, — они идут. Я почувствовала, как тени внутри меня встрепенулись, взметнулись и зашипели, как свирепые звери, готовые выпрыгнуть наружу. Я закрыла глаза на мгновение, пытаясь взять себя в руки. — Мы не уйдем без Дерека, — сказала я громко, обращаясь не только к костяному воину, но и к самому себе. — Выбирай: сражайся, или дай нам пройти. Существо двинулось вперед. Его щит из костей, похожий на череп огромного зверя, был поднят, а в другой руке сжат огромный костяной кулак. — Осторожно! — крикнул Зейн, бросаясь вперед. Первый удар обрушился на землю перед нами, вызвав взрыв пыли и обломков. Мы бросились в рассыпную, пытаясь уклониться от мощных, но медленных движений врага. — Лив! За мной! — позвала Малиа, и мы одновременно бросились в сторону разрушенного здания. — Они сильные! — кричала Эллисон, сражаясь с меньшим существом, которое вышло из тени за воином. — Но мы умнее! — выкрикнула Лидия, ловко уклоняясь от следующего удара и нанося ответный. Я стояла в центре, концентрируя силу теней, пытаясь направить их в атаку. Они, как вихрь, обвивали воина, но он был неуязвим, словно сделан из камня и древней магии. — Лив, нам нужна твоя сила! — крикнул Зейн, вырываясь из цепких рук другого охранника. — Я знаю! — ответила я, чувствуя, как внутри растет напряжение. — Тени, держитесь! Но они начали бунтовать, шипя мне в голову: — Мы не хотим больше страдать! Ты слишком слаба, мы хотим выйти и уничтожить! — Нет, — прошептала я, пытаясь удержать их. — Нам нужна осторожность. Вдруг существо нанесло мощный удар, отбросив меня назад. Малиа успела схватить меня за руку, но я почувствовала, как сердце бешено стучит в груди. — Мы должны объединиться, — сказала я, выпрямляясь и глядя прямо в глаза врагу. — В этом городе нет места для страха. Зейн подошел ко мне, держа руку на плече. — Мы не позволим им сломать тебя, — тихо сказал он. — Вместе мы сильнее. В этот момент я почувствовала, как тени замерли и замолчали. Их ярость уступила место спокойствию. Мы стояли плечом к плечу, готовые к дальнейшей битве — не только за Дерека, но и за себя. Темнота ночи сгущалась вокруг, когда таинственное существо в костяных доспехах вышло из тени, медленно приближаясь к ним. Его тяжелые шаги эхом отдавались по пустынным улицам заброшенного города. Сердце бешено колотилось у каждого из нас — мы чувствовали, что эта встреча не сулит ничего хорошего. — Лив, осторожно! — позвал Зейн, сжимая рукоять меча, глаза его сверкали напряжением и страхом одновременно. — Оно сильное, — пробормотала я, пытаясь удержать свой пульс в норме. Тени внутри меня шевелились, ощущая приближающуюся опасность, требуя освобождения. — Я чувствую… оно словно питается страхом. Внезапно существо бросилось вперед, громыхая костяными доспехами. Зейн резко шагнул вперёд, блокируя атаку своим мечом. Металл столкнулся с костями, раздался звонкий треск. — Держитесь! — крикнул Стайлз, выставляя руки вперед, готовясь к обороне. Я же стояла в стороне, ощущая, как в ней нарастает внутренний конфликт. Тени, которые я держала под контролем, начинали бороться за свободу. — К черту! — резко вырвалось у меня, голос дрожал от напряжения, но был полон решимости. — Делайте, как считаете нужным! Фиолетовые глаза вспыхнули, черные прожилки на лице словно заискрились в темноте, кожа побелела, а пальцы приобрели оттенок серо-синего. Я стала другой — сильнее, опаснее. — Властвуйте, мои тени! — приказала я, и как по взмаху руки, тени хлынули наружу, окутывая существо словно живой вихрь. — Не думай, что мы позволим кому-то угрожать ей! — прошипели голоса теней, сливаясь в единую волну ярости. Существо пыталось отбиться, но тени были быстрее, их движения — острыми, как клинки. Каждый удар заставлял существо отступать, не давая прийти в себя. — Лив, осторожно! — кричал Зейн, но она была уже далеко, поглощённая своей силой, без страха и сомнений. — Я с вами, — тихо проговорила Лидия, держа рядом пистолет, готовая поддержать. Внутри меня бушевали эмоции — страх, гнев, боль и невероятная сила. Я чувствовала, как наконец-то обрела власть над собой и моими тенями. Их голоса, обычно тревожные и мятежные, теперь были её союзниками. Существо упало на колени, не выдержав натиска, и тени плотно сомкнулись вокруг него, словно живые цепи. — Мы вместе, — прошептала я, чувствуя, как темная энергия утихает и становится под контролем. — Отлично, — сказал Зейн, подходя ко мне и бережно взяв за руку. — Ты была невероятна. Я посмотрела на него, в глазах светилась усталость, но и благодарность. — Спасибо, что верил в меня.

***

Ночь словно сжалась вокруг нас, когда из темноты появились Скотт, Брейден и… он. Подросток, которого я едва могла узнать, но в то же время не могла отвести глаз. Дерек. Но совсем не тот, которого я знала. Его лицо — знакомое, но взгляд — чужой, растерянный, испуганный. Глаза смотрели на нас с вопросом, на который у него не было ответа. Моё сердце сжалось в комок, и дыхание застыло. Он был здесь, рядом, но казался потерянным в пространстве и времени, словно заново родился и забыл, кем был раньше. — Дерек? — я произнесла почти шепотом, боясь нарушить хрупкое мгновение. Он медленно повернул голову, и в его глазах я не увидела ничего, что выдавало бы память, знакомство, доверие. Только пустота. — Кто вы? — спросил он, голос трясся, полон недоумения. — Я… я не знаю вас. Скотт, видя, что напряжение растет, сделал шаг вперед, пытаясь заговорить мягко и уверенно: — Мы друзья, Дерек. Мы знаем тебя. Мы пришли помочь. Но подросток отступил, будто готовясь к бою, словно мы были незнакомцами, угрозой. Его руки сжались в кулаки, губы напряглись, а в глазах — страх, который я могла почувствовать всем телом. — Я не понимаю, что происходит. Я… я не помню ничего. Кто я? — его голос звучал почти ломающе. Мои глаза наполнились слезами. Внутри всё горело и сжималось от боли. Этот человек — наш Дерек — словно полностью стертый с лица земли, потерянный во времени. И я ощущала, что в этот момент наша стая, наша семья, была разбита на части. — Мы расскажем тебе всё, — говорила я, стараясь сохранять спокойствие, протягивая руку. — Ты не один. Мы здесь, чтобы помочь тебе вспомнить. Он медленно протянул руку, и когда наши пальцы переплелись, я почувствовала слабое, но живое тепло — знак, что где-то глубоко внутри ещё осталась искра того, кто он есть. — Почему я такой? — он посмотрел на свои руки, словно увидел их впервые. — Почему я снова подросток? — Что-то изменилось, — ответил Скотт тихо. — Ты вернулся к нам в этой форме. Мы не знаем почему, но главное — вернуть тебе память. Я наблюдала, как его плечи дрожат, глаза полны неуверенности и боли. Это было не просто возвращение. Это было рождение заново. И в этом был страх — как будто он потерял всё, что когда-то было. — Я чувствую пустоту, — сказал он, и его голос едва удерживался от срыва. — Внутри темно. — Мы заполним её светом, — пообещала я, мягко сжимая его руку крепче. — Мы пройдем этот путь вместе. Ты не один. Брейден подошла ближе и уверенно сказала: — Ты сильнее, чем думаешь. И у нас есть план, как вернуть тебя к себе настоящему. Внутри меня разливалось столько чувств — радость от того, что он жив, боль от того, что он потерян, страх за его душу, любовь, что рвалась наружу и не давала упасть. Я посмотрела на него и прошептала, чувствуя, как слезы катятся по щекам: — Добро пожаловать обратно, Дерек. Мы с тобой, всегда. Он всмотрелся в меня и впервые чуть улыбнулся, слабой, но настоящей улыбкой — и в этот момент я поверила, что у нас ещё есть шанс.

***

Мы встретили их на окраине города, когда первые блики рассвета только начинали золотить крону деревьев. Джип Стайлза заехал на пустую стоянку мотеля, где мы ждали, затаив дыхание. В машине был Дерек. Но это уже не был тот уверенный, сильный мужчина, которого мы знали. Перед нами сидел подросток, потерянный и уязвимый, словно кто-то вырвал его из реальности и кинул в совершенно другой мир. Я стояла рядом с Лидией, и обе мы без слов понимали — это будет тяжёлый путь. Скотт вылез первым, он выглядел усталым, но глаза его горели решимостью. — Он всё ещё не совсем со мной, — сказал он, глядя в окно машины на сидящего внутри Дерека. — Нам нужно срочно показать его Дитону. Брейден вышла следом, усталая, но строгая. Она была как всегда готова к действию, но в её взгляде сквозила тревога. — Всё, что мы смогли выяснить в Ла-Иглесии, — начала она, — это то, что нагуали каким-то образом «сбросили» память Дерека. Он словно перезаписан. Это не просто регресс, это... почти как начало заново. Мы ничего не знаем о том, как вернуть его обратно. Мы шли к дому Дитона — месту, которое казалось единственным, где можно было найти ответы. Внутри меня всё болело от страха и надежды, одновременно. Когда дверь открылась, Дитон, крепкий и суровый, встретил нас взглядом, полный вопросов и сомнений. — Покажи мне, — сказал он, когда мы вошли, — что с ним. Дерек сидел на диване, смотря перед собой, словно пытаясь услышать откуда-то зов, которого больше не было. — Это его тело? — спросил Дитон, медленно ходя вокруг. — Да, — ответил Скотт, — но не его разум. Он... не помнит, кто он. Дитон присел рядом, положив руку на плечо Дерека. — Что ты чувствуешь? — спросил он мягко. Дерек не ответил. Его глаза оставались пустыми. — Это не просто потеря памяти, — сказал Дитон. — Это глубокий регресс. Его сознание словно разделено на части. Одна часть живёт в прошлом, другая — отсутствует. Я смотрела на Дерека и не могла удержаться от слёз. Он был здесь, но его не было. — Мы должны помочь ему вернуться, — сказала я, едва слышно. — И как? — спросил Дитон, глядя прямо на меня. Я не знала ответа, но чувствовала — он сможет помочь. Дитон встал и начал расставлять вокруг Дерека какие-то древние артефакты и символы, которые заставили комнату наполниться энергией. Свет ламп мягко замерцал, отражаясь в его глазах. — Это будет тяжёлый процесс, — предупредил он. — Но мы не можем терять время. Я подошла ближе, чувствуя, как тени внутри меня встрепенулись, словно понимая важность момента. — Ты сильный, Дерек, — прошептала я, — и мы вернём тебя. Мои руки слегка дрожали, когда я касалась его плеча, но я не могла отвести взгляда. — Лив, — тихо сказала Лидия, — мы должны быть готовы к любому исходу. — Я знаю, — ответила я, — но мы не можем сдаваться. Я почувствовала, как тени внутри меня тоже вздрогнули, поддерживая этот момент. Но одновременно тревога не покидала меня — я знала, что это только начало. Когда Дерек медленно открыл глаза, они встретились с моими — и в этот миг я поняла, что наша борьба только начинается.

***

Ночь была тяжелой, и тишина казалась давящей, словно кто-то сжал её в кулак. Мы только что вышли из дома Дитона, где казалось, что проблески Дерековой памяти начали пробиваться сквозь туман. Но я не могла избавиться от чувства, что что-то вот-вот пойдет не так. Дерек, словно потеряв контроль, резко вскочил, не выдержав давления, и направился в сторону выхода. Его глаза блестели, но не узнаваемым светом — там была злоба, страх и отчаяние. — Что происходит? — спросила Лидия, схватив меня за руку. — Я не знаю, — ответила я, сердце колотилось так громко, что, казалось, весь мир слышит. Дерек рявкнул, и ударил Дитона, который пытался его удержать. Секунда — и я увидела, как наш знакомый, наш наставник, оказался на полу. В глазах Дерека мелькнуло что-то чуждое, темное. — Дерек! — закричала я, бросаясь к нему. Но он уже исчез, как тень, бросившись в ночной мрак, в сторону того самого дома, который теперь напоминал руины былого мира. Мы все побежали за ним, но было слишком поздно. Его тело двигалось быстро и неукротимо, словно он не совсем понимал, что делает.

***

Когда мы добрались до разрушенного дома, он уже стоял у его порога, замерший, будто слушая эхо своих воспоминаний. — Это его дом, — сказала Лидия, — но он разрушен. Сломан. Как и он сам. Я подошла ближе, держа руку на груди, пытаясь успокоить бешеное сердце. — Дерек... — тихо позвала я. Он повернулся, и я увидела пустоту в его глазах, но одновременно и тень той силы, что когда-то была его сущностью. — Я не знаю, кто я, — сказал он, голос дрожал. — Мы поможем тебе, — твердо ответила я, стараясь скрыть дрожь в голосе. Но в этот момент из-за угла выскочили люди в форме — полицейские. Они сразу схватили Дерека, наложили наручники. — Вы не понимаете, — рявкнул я, пытаясь вмешаться, но меня оттолкнули. — Он представляет угрозу, — ответил офицер холодным голосом. Дерек сопротивлялся, его глаза метались, и в его голосе звучал страх. — Они не поймут, — сказала Лидия, сжав кулаки. — Мы должны найти другой способ, — вздохнула я, глядя на Дерека, который теперь был пленником, даже не понимая того. Кажется кому-то очень скоро предстоит объясняться перед папой и эта перспектива мне совершенно не нравилась...