Сапфировый песок и тишина

Утро в Танагуре было холодным и безжизненным. Башня Рауля Ама издавала тихие звуки, запрограммированные для стимулирования концентрации. Но в тот день никакая концентрация не могла его спасти. На его мониторе без запроса появилось изображение пляжа: Коралис IV, архипелаг без политического значения, без лабораторий, без стратегических маршрутов. Побуждение было ясным. Ему нужно было наблюдать за жизнью, не анализируя её. Чувствовать, не оценивая. Протокол Юпитера разрешил ему отпуск, хотя это слово казалось ему вульгарным. «Запланированный отдых», — исправил он в записях. Он позвонил Ясону. — Я еду на Коралис IV. — На пляж? — Да. Без проводов и повестки дня. Поедешь со мной? — …Поеду, — Ясон повесил трубку без лишних слов. Рауль также связался с Катце. Звонок был коротким. — Пляж. Мы поедем в место без построек. Ясон захочет расслабиться, и помимо своего питомца, ему понадобится твоя близость, — он не спрашивал. — Ты знаешь, что неожиданные поездки меня не расслабляют. — Именно поэтому. Мне нужно то, что не расслабляет. Коммуникатор Катце завибрировал в кармане. В нем было одно сообщение: «Мы отправимся на Коралис IV». Первоклассный транспорт спустился на подвесные платформы, подготовленные на берегу пляжа. В собственном порту его частной виллы. Пляж Коралис IV оказался зеркалом звёзд, лежащим на сапфировом песке. Океан дышал мягкими волнами, освещёнными биолюминесценцией, мерцающей как воспоминания. Все было окутано древней тишиной, как будто планета вспоминала, не произнося ни слова. Рауль ступил на пляж в своих безупречных ботинках, глядя на море, как на уравнение, которое не поддаётся решению.Ясон появился в лёгкой тунике, его походка была идеальной, но брови слегка нахмурены: — Влажность новая для моих внутренних датчиков. Рауль улыбнулся впервые за несколько месяцев. — Тогда это подойдёт. Катце пришёл с поношенным рюкзаком, без протоколов и манер. Он шёл, не глядя на Рауля, но сел рядом, когда Ясон тоже сел. Достаточно далеко, чтобы не разговаривать. Достаточно близко, чтобы разделить то же молчание. Прошли часы без слов. Рики присоединился к молчанию позже, случайно или по судьбе, никто не объяснил. Раньше он плавал в своё удовольствие или играл на берегу, посыпая Ясона песком, похожим на звёздную пыль. Рауль наблюдал за ним, не вмешиваясь. Иногда внешний хаос успокаивал внутренние шумы. Ночью дул сильный ветер. Рядом плавало морское существо, прозрачное, как будто сделанное из невесомой воды. Рауль указал на него, чтобы привлечь внимание остальных. Катце без церемоний прочистил горло. — У него нет имени, — сказал он, не глядя на Рауля и спокойно куря. — Мне это нравится, — сказал Рауль, осмысливая странное ощущение, что он узнает что-то впервые. — Оно появляется только тогда, когда ты ничего не ищешь, — сказал Катце, не зная, почему он улыбается, почти с меланхолией. — Я здесь именно для того, чтобы не искать. Ясон сел рядом с ним, с абсурдной точностью скрестив ноги. Рики спал в импровизированной гамаке из ткани высшего качества. Рауль посмотрел на своих трёх спутников и ничего не сказал. Но его выражение лица было другим: ни высокомерным, ни отстранённым. Просто человеческим. Или чем-то очень близким к этому.