Строгий урок

Дождь стучал по крыше квартиры Макса, создавая уютный полумрак в гостиной. Аня потягивала красное вино, развалившись на диване, ее взгляд скользнул по Максу, который возился с ноутбуком на столе. – Скучно, – протянула она, томно зевнув и нарочито выгнув спину. Макс поднял взгляд. В его глазах мелькнул знакомый Ане огонек – смесь азарта и предвкушения. – Ох уж эта молодежь. Совсем дисциплина рассыпалась, – пробормотал он, отодвигая ноутбук. Он встал, и его высокая фигура на мгновение перекрыла свет торшера. – Пора, кажется, взять ситуацию в руки. Аня почувствовала знакомый трепет где-то внизу живота. Игра началась. Она нарочно съежилась, придав лицу выражение виноватой школьницы. – Я... я просто устала, господин учитель. Домашка такая сложная была... Макс подошел вплотную. Его пальцы, сильные и теплые, легли ей под подбородок, заставляя поднять голову. – Усталость – не оправдание для разгильдяйства, Анна Петровна, – его голос стал низким, властным, совсем не таким, каким он обсуждал с ней ужин час назад. – Особенно когда дело касается... моей дисциплины. Его взгляд скользнул вниз, по ее расстегнутой на одну пуговицу блузке. – И что это за вид? Не по уставу. Аня сглотнула, играя в смущение. – Простите, господин учитель... Я не заметила... – Не заметила? – он резко отпустил ее подбородок и сделал шаг назад, принимая позу строгого наставника, руки за спиной. – Встать! Руки по швам! Смотреть на меня, когда я с тобой разговариваю! Аня вскочила, стараясь изобразить дрожь – отчасти наигранную, отчасти настоящую. Адреналин уже бежал по венам. Она сжала кулаки у бедер, уставившись ему в грудь. – В глаза, Анна! – рявкнул он. Она подняла взгляд. Его глаза горели. Власть, исходившая от него в этом образе, сводила ее с ума. – Твои последние работы, – начал он, медленно прохаживаясь перед ней, – оставляют желать лучшего. Небрежность. Рассеянность. И, как я вижу, – он резко остановился перед ней, – это отражается и на внешнем виде. Ты отвлекаешься, Анна. На что? Он наклонился так близко, что она почувствовала его дыхание на щеке. Его рука скользнула по ее боку, легким, едва ощутимым прикосновением, заставив ее вздрогнуть всем телом. – Может, на мальчиков? – прошептал он губами у самого ее уха. Его пальцы нашли застежку ее юбки. Щелчок. – Или на мысли о чем-то... совсем не школьном? Юбка упала к ногам, оставив ее в одном белье и блузке. Аня ахнула, играя в шок, но не сделала ни шагу назад. Ее сердце колотилось как бешеное. – Господин учитель! Это... это неправильно! – попыталась она протестовать, но голос звучал предательски слабо и возбужденно. – Неправильно? – он усмехнулся, низко и опасно. Его руки обхватили ее талию, резко прижав к себе. Она почувствовала его жесткое возбуждение сквозь ткань брюк. – Я здесь для того, чтобы научить тебя, что правильно, а что – нет. И сегодняшний урок будет... практическим. – Его губы нашли ее шею, горячие, влажные поцелуи перемежались с легкими укусами. Аня вскрикнула, запрокинув голову, ее руки вцепились в его плечи. – Пожалуйста... – прошептала она, уже не зная, просит ли она остановиться или продолжать. – Пожалуйста, что? – он оторвался, снова глядя ей в глаза. Его рука скользнула под резинку ее трусиков, пальцы нашли горячую, уже мокрую щель. – Пожалуйста, учитель, научи меня? Научи меня, как быть хорошей девочкой? – Д-да... – выдохнула Аня, когда его пальцы вошли в нее, сначала один, потом сразу два. Глубже. – Научи меня, господин учитель... пожалуйста! – Хорошая девочка слушается, – прошипел он, двигая пальцами внутри нее с нарастающей силой, его большой палец нашел клитор и начал давить, водить кругами. – Слушается и получает то, что заслуживает. – Его движения были уверенными, властными, лишающими воли. Аня застонала, ее бедра начали двигаться навстречу его руке. Все ее тело напряглось, как струна. – Кончай, Анна, – приказал он, и его голос, полный неоспоримой власти, стал последней каплей. Ее тело вздрогнуло, волны оргазма прокатились по ней с такой силой, что ноги подкосились. Макс удержал ее, не давая упасть, его пальцы продолжали мягко работать внутри, вытягивая последние судороги. Он вытащил пальцы, блестящие от ее соков, и медленно облизал их, не сводя с нее глаз. – Недурственно. Но это был только разминка, Анна Петровна. – Он резко развернул ее, пригнул к дивану. – Парта. Руками держись. Шире ноги. – Его голос не оставлял места для возражений. Аня послушно нагнулась, ухватившись за спинку дивана, широко расставив ноги. Она слышала, как он расстегивает ремень, ширинку. Ожидание было пыткой и блаженством. И вот он прижался к ней сзади, его жесткий член уперся в ее мокрую промежность. Он провел им несколько раз по ее щели, собирая влагу, дразня. – Господин учитель... прошу... – простонала она. – Просишь, чтобы твой строгий учитель трахнул тебя как следует? Наказал за твою нерадивость? – его голос был хриплым от желания. – Да! Да, накажи меня! Трахни свою плохую ученицу! – выкрикнула она, отбросив последние остатки стеснения. С низким рычанием он ввел себя в нее одним резким, глубоким толчком. Аня вскрикнула от смеси боли и невероятного удовольствия заполненности. Он начал двигаться – сначала медленно, глубоко, вытаскивая почти до конца и с силой вгоняя обратно, заставляя ее чувствовать каждый сантиметр. Потом темп ускорился. Его руки вцепились ей в бедра, пальцы впивались в плоть, помогая ему задавать жесткий, безжалостный ритм. Звук шлепков кожи о кожу, ее прерывистые стоны, его тяжелое дыхание и мат заполнили комнату. – Вот так, сучка... Вот так принимаешь свой урок? – рычал он, вгоняя в нее свой член с такой силой, что диван скрипел. – Будешь теперь слушаться? Будешь стараться? – Да! Да, господин учитель! Буду! Аааах! – ее крик слился с его низким стоном, когда он вогнал себя в нее до упора и замер, его тело напряглось в кульминации. Горячая волна наполнила ее изнутри. Ее собственное тело снова взорвалось оргазмом, сжимая его член в пульсирующих судорогах. Он рухнул на нее сверху, тяжелый и мокрый от пота. Они лежали так несколько минут, слушая только стук дождя и учащенные удары сердец. Потом Макс мягко выскользнул из нее и перевернул Аню на спину. Его лицо снова стало его лицом – заботливым, теплым, с легкой улыбкой в уголках губ. Он притянул ее к себе, укрыл пледом, который валялся рядом. – Ну что, плохая ученица? – спросил он уже своим, обычным голосом, целуя ее в макушку. – Ужасная, – прошептала Аня, прижимаясь к нему, чувствуя приятную слабость и полное удовлетворение. – Но урок усвоен на отлично. Надеюсь, завтра будет... контрольная? Макс рассмеялся, низко и грудью. – Обязательно. Будь готова. – Он обнял ее крепче. Роли были сброшены, остались только они – двое взрослых людей, нашедших свой способ зажечь страсть в дождливый вечер...