Семейные узы

      Юля понятия не имеет, куда её ведут, но она просто идёт, не желая спорить. Руки всё ещё болят, без последствий не обошлось. Обидно и больно, хотя не то, чтобы в этом не было её вины. Сама и виновата. Да, конечно, их всех похитили, но и пальцем никого не тронули, а эта мадам решила, что может пытаться начинать драку. Особенно, с прокси.       Чем дольше и дальше они шли, тем меньше народу им встречалось по пути, а атмосфера становилась более напряжённой и давящей. В груди аж сдавливало всё, до невозможности нормально дышать. А вот что Тим, что Худи никак не реагировали. Возможно, они просто привыкли, а может такое на них не действует из-за статуса прокси, и воздействия Слендермена на них. Осматриваясь вокруг, девушка всё ещё подрагивала от холода. Пусть здесь и теплее, чем в подвале, но такое чувство, будто бы в главном крыле гораздо теплее, а здесь только монстры выжить могут.       Её проводники остановились около двери и встали с обеих сторон, молча указав на саму дверь и постучавшись. Юля неуверенно тоже постучалась, затем открыла дверь , проходя внутрь. Рабочий кабинет, на полках стоят книги, около окна письменный стол. И Галахад, стоящий у окна. Его голова была отвёрнута в сторону улицы, но, когда в комнате появилось ещё одно живое существо, помимо него самого, он всё же соизволил повернуться. — Проходи, – раздался голос безликого в голове у «гостя», пришедшего по приказу. — С вашим появлением работы прибавилось, но часть из неё я уже выполнил. Однако в процессе я увидел излишнюю привязанность одной особы к своим близким, особенно к семье. Питомцы с такой привязанностью склонны к побегу. Понимаешь, о чём я, питомец? – Ужас Леса медленно, плавно подходил к Юле, а на его слова она лишь слабо покачала головой, не до конца осознавая и понимая, чего ему вообще от неё надо. Хотя, может... Хоть бы нет. — Значит, не понимаешь. Хорошо.       Чёрные векторы быстро появились из-за спины Тонкого, а давление в комнате начинало достигать своего предела. Тентакли обвили тело дамы, сжимая руки, ноги и шею, слегка придушивая в качестве предупреждения. Насильно протянув её руку вперёд одним из щупалец, кончиком свободного безликий дотронулся до кисти протянутой руки, начиная выводить на ней свою метку. Кожу будто разрезали, засыпая солью и заливая спиртом для большей боли. Боль была настолько невыносимой, что мученица начала хрипло вскрикивать, однако её рот быстро заткнул один из векторов.       Ни один мускул на отсутствующем лице не дрогнул, пока велось наблюдение за страданиями во время получения метки. Попутно с этим, Слендермен пытался хотя бы частично воздействовать на разум, внедряя в него что-то определённое, что должно будет помочь ей в будущем устанавливать лучший контакт с остальными. — Во избежание твоего побега, ты станешь моим слугой, моим прокси. Будешь выполнять любое поручение без пререканий, – продолжил свой не столько диалог, сколько монолог, этот дьявол без лица, уже отпустив залитую слезами боли новоиспечённую прокси на пол, которая сразу же постаралась отползти, держась за руку. — А если попытаешься сбежать или навредить себе, то все твои близкие, включая твою драгоценную семью, умрут. Теперь о хороших новостях: ваши вещи и животных доставили сюда. Свободна.       Встав с пола, Юлия на дрожащих ногах вышла из кабинета, всё ещё сжимая руку, которая теперь просто огнём пылала, но хотя бы более терпимо. После неё в кабинет зашёл Худи, а Маски просто повёл новую коллегу обратно в комнату, не дожидаясь товарища. — Он не пропадёт, догонит, если понадобится, – сообщил Райт, но, кажется, его не особо слушали. Да и плевать, его дело сказать, а на наличие ответа дела не было. Однако осознание того, что она его понимает дошло только через время. Неужели, девушка была так зациклена на боли, что даже не почувствовала то, как у неё «чесался мозг»? Опять этот безликий начудил? Ну... Теперь хотя бы не придётся играть в угадайку.       Этой ночью больше ничего необычного не происходило. Всех развели по комнатам, кто-то просто спал, кто-то пол ночи пролежал, а кто-то и вовсе всё ещё был без сознания.       Зато следующим утром Люда проснулась достаточно рано, несмотря на то, как поздно легла спать. Чёрт, ну вы серьёзно? Голова весь день болеть опять будет, однако дальше девушка уже на уснёт. Спасибо, что их вещи перенесли, включая в себя мебель. Жаль, конечно, их арендодателей, у которых мебель внезапно исчезла, но, с большей вероятностью, они теперь даже не могут подумать, что у них была такая мебель. Подойдя к окну, рыжеволосая подвинула пыльную штору и посмотрела на улицу. Только рассвет. В голове все ещё не укладывались события с вечера прошлого дня, особенно, с внезапных заявлений Слендермена. — С какой стати они вообще это решили? Где я и где они? Ещё и остальных в это втянула, – с печальным и виноватым вздохом сказала она самой себе, подперев голову рукой и глядя на солнце. Она ведь ляпнула всё то от растерянности, а теперь, с большей вероятностью, обрекла тех, кто ей дорог, на страдания. — Простите, пожалуйста...       Стук в дверь. Кого принесло в такую рань к ней? Тихо проговорив «Открыто», Людмила повернулась в сторону двери. Это был один из семейства безликих, но, к счастью, именно тот, кто мог создать ощущения спокойствия среди всех остальных — Сплендормен. Чего ж он так рано не спит? Хотя ей и неизвестно о режиме дня всех в особняке, поэтому спрашивать нет смысла.       Пройдя в комнату, безликий улыбнулся потенциальной сестре, протянув красный воздушный шарик. Люда неуверенно протянула руку, взяв этот небольшой презент, как и лист бумаги, протянутый ей следом после этого. — Доброе утро. Услышал, что ты не спишь, и решил зайти. Сленди сегодня не будет, поэтому он сказал передать вот этот список правил, которые тебе следует соблюдать. Но не волнуйся, вред тебе в наказание никто не причинит, правда, – пытался успокоить девушку один из братьев, пока та убрала листок на комод, затем заправила кровать и указала своему утреннему гостю на неё, как бы приглашая присесть, сама же села на комод. Ну, зато рост почти сравняется. — Доброе... Всё... Всё нормально, – тихо отвечала она, сжимая одной рукой другую и опустив взгляд, чувствуя на себе любопытный взор спасителя заблудших в лес душ. — Познакомиться вот решил. Слышал от братьев, что ты должна быть нашей сестрой, но, честно, не очень похоже, – наклонив голову набок, говорил Спленди. — Сомневаюсь в этом... Я, вроде, всегда человеком была... Эм... Кхм... Меня Люда зовут, – голос не менял своего тихого звучания, но зато один из векторов безликого, на конце которого висел бубенчик, с забавным звоном приподнял голову собеседницы безликого, заставляя её смотреть ему в глаза. На самом деле, разрез его глаз и рта был довольно пугающим. — Зато какая хорошая и милая, – подбодрил её Мелиодас, а после его улыбка стала чуть шире. — Переодевайся, тут холодно, и я покажу тебе дом. Как отец освободится, он отправится к нам. Если произошла ошибка, то постараемся исправить без смертей. «— Какой жизнерадостный, аж больно,» – с лёгкой улыбкой подумала Людмила, а после указала в сторону двери, чтобы Ламорак вышел и дал ей возможность переодеться. — «Возможно, оно и к лучшему. Было бы страшно, будь он и внутри, и снаружи таким же безумцем, как и вся его семейка.» – с этими мыслями она начала переворачивать весь отправленный ей Слендерменом бардак в поиске чистых вещей. О, не дай Бог, чтобы она на «глаза» Трендермену ещё попалась. Или, скорее, на очки? Тот ведь и убить за безвкусицу может. Тут Мелиодасу доверять то опасно, а остальных так вообще и подавно стоит избегать. Ладно, будь что будет, сейчас осмотрит дом, а потом сядет заучивать то, что ей оставил Ужас Леса и, соответственно, её похититель.       Аня, в свою очередь, спала спокойно. В принципе ещё с прошлого вечера создавалось ощущение, что ей плевать на происходящее, даже если её убьют. Главное, что работать не надо. Но, говоря о работе, следует отметить, сейчас она просыпается как раз от разрывающегося звонками телефона, который Оффендермен забыл у неё забрать, да и Галахад ему ничего по поводу техники у их пленников не говорил, так что какое ему дело то, правда?       Устало разлепив глаза, девушка взяла телефон в руки и ответила на звонок, зевая и выслушивая, почему же она не явилась на работу. — Простите, меня просто вчера похитили, забыла вас предупредить. Но зарплату я всё ещё буду ждать, – довольно ответила медсестра и легла обратно спать, ведь разница часовых поясов играет роль. Однако по итогу она уснуть не смогла, лишь пролежала до утра, а потом встала с матраса, слегка потягиваясь. Да уж, холодно дома. Благо шуба тёплая и её можно в качестве одеяла использовать, да и так надеть, чтобы не смёрзнуть.       Укутавшись в шубу, девушка вышла из комнаты, отправляясь осматривать местность в поисках кухни. Желательно, без маньяков, но необязательно, ведь дом кишит ими. Но, судя по тишине вокруг, все либо спят, либо разошлись по своим делам. Не может же быть так, что особняк с психами будет тихим, что такого для этого должно случиться? Чёрт его знает. Но точно понятно то, что Анна со своих хождением и поисками заблудилась среди коридоров.       Выглянув в ближайшее окно, затем посмотрев на приоткрытую дверь комнаты, она поняла, что не то, что заблудилась, а походу, сделала круг и вернулась обратно на то же место. И сколько это всё будет продолжаться? Вздохнув, уставшая работяга просто направилась наугад, уже не питая надежд найти кухню. Дайте хотя бы просто выбраться с этого этажа. Но таким образом при одном из поворотов лишь столкнулась с уж больно довольным Ланселотом, который, судя по исходящему от него холоду, только вернулся с улицы. Вероятнее всего, с ночной охоты. — Я от бабушки ушёл, я от дедушки ушёл, и потерялся, колобок? – с усмешкой спросил он, решив немного поиздеваться и наклонившись ближе к той, кого вчера принёс в этот особняк. — А от тебя, кролик ебливый, и подавно уйду, – фыркнула Аня на эти уничижительные слова и обошла мужчину точно так же, как и вчера, после чего увидела лестницу и сразу воодушевилась, спускаясь вниз. Будет удачей, если она ещё ногу не подвернёт.       Спустившись вниз, она ещё немного побродила, однако, это оказалось гораздо проще, ведь комнаты там заметно отличаются от обычных гостевых, в которых все и обитают. Да и тем более, к огромнейшему счастью, на кухне сейчас Люда и Сплендормен, которые что-то готовят. Кажется, они более-менее поладили. Можно объедать их.       Обратим внимание теперь на нашего горе-страдальца, внезапно ставшего прокси. Обычно Ужас Леса берёт в такого рода подчинение проверенных людей, на разум которых оказал особо сильное воздействие, по типу Худи, Тима, Тоби. Тут же внезапно выбрал ту, у кого даже боевых навыков нет. Что она вот делать будет?       Юля не знает, сколько проспала с момента, как вчера вернулась в комнату после страданий в кабинете своего но нового Хозяина, но очнулась она только тогда, когда её начал будить Худи, на попечении которого она всё ещё находится. Наконец-то открыв веки, что далось с трудом из-за и моральной, и физической усталости, хотя, вроде, ничего такого и не делала, чтобы прям устать-устать, но как уж есть, девушка присела на матрасе, постеленным около столика, и посмотрела на своих соседей по комнате.       Брайан ничего не сказал, лишь молча указал на гору вещей, сложенных на пледе около шкафа. Это было за место «Собирайся». Даже в себя прийти не дают. Вот бы кофейку сейчас, чтоб взбодриться. Но от этих мыслей отвлекла боль на правой руке, именно на рабочей решили поставить метку, прекрасно. Хотя это не столько боль, сколько жжение. Неужели оно и должно так ощущаться? Какого же тем, кому эти метки ставят на лице или языке? Жуть какая-то. Парни молча, взяв каждый своё оружие и надев маски, вышли из комнаты, давая новой коллеге возможность переодеться. Неужели у них хоть какие-то рамки приличия остались? Удивительное явление природы. Интересно, а куда Слендермен доставил её мебель? По возможности надо будет ещё раз пошариться по подвалу. Скорее всего ведь где-то здесь, да? Дай Бог, дай Бог. Надев свои тёплые джинсы, свитер и зимние ботинки, Юлия вышла из комнаты и сонно последовала за прокси, зевая и пытаясь понять, какое сейчас время суток. И куда её опять ведут? Вновь от боли помирать? «— Убили бы уже, и дело с концом,» – недовольно подумала она, потирая глаза и причёсывая волосы руками. — «Позавтракать тоже не дадут ведь, да?»       Разумеется, позавтракать ей не дали, зато вывели на улицу. Неизвестно, в каком штате они вообще находятся, однако тут достаточно тепло, и даже нет снега, несмотря на зиму. Однако «достаточно тепло» — это не жарко, поэтому всё ещё прохладно для такого мерзляка, как новая прокси. Вывели её не через главный вход, а какой-то задний, так что и оказались они на заднем «дворе» особняка, где стоит сад Оффендермена и какой-то сарайчик. — Да начнётся твоя тренировка. Привыкай, здесь не будет поблажек, даже день отдыху тебе сразу никто не даст, а дальше уже исходя из твоих успехов, – с усмешкой сказал Маски, на что голубоглазая лишь обречённо вздохнула.       Не стоит забывать, что ребяток то здесь четыре. Даша, которую было поручено похитить Тоби, очнулась в комнате с розовыми немного обшарпанными обоями. Сразу видно, что прям девичье-девичье. Присев на кровати, шатенка осмотрелась вокруг и заметила девочку, играющую в чаепитие за маленьким столоком. Розовое платье, каштановые волосы, кровь на голове. Салли? Так значит, вчера не показалось, что поймал её никто иной, как Тикки Тоби? И счастье, и печаль. Страшное дело. Да и на реальность совершенно не похоже. Может, собаки всё же покусали, и теперь глюки на фоне бешенства пошли? К счастью или сожалению, это не так. Быстрее всё можно списать на галлюцинации на фоне удара по голове, отчего сейчас голова раскалывалась. И не только от удара. Такое ощущение, будто в её разуме кто-то успел побывать.       Заметив, что гостья этой комнаты не спит, девочка подошла к ней, улыбаясь и заинтересовано разглядывая. — Тоби сказал, что ты новенькая, это правда? – обнимая мишку, Салли села рядом с кареглазой на кровать. Похоже, это самое лучшее пробуждение и бытие из всех сегодня, потому что возиться с детьми, даже если это призрак, гораздо приятнее, чем бегать среди взрослых маньяков. — Наверное, я не знаю, – ответила собеседница, а призрак слезла с кровати и потянула её за руку к тому маленькому столику. — Немного поиграем, расскажешь о себе и потом пойдем играть на улицу. Там столько места, а дом такой большой! – с неподдельной детской беззаботностью говорила девочка, а студентка лишь последовала за ней, улыбнувшись и сев за этот столик. Однако, если верить истории того, как это маленькое чудо стало призраком, то на душе такая боль, так жалко ребёнка. — Можешь звать меня Дашей, – ответила шатенка, начав игру в чаепитие и умиляясь радости девочки, несмотря на головную боль.       И ведь они действительно спокойно поиграли, однако на улицу пойти не смогли, потому что в отличие от Люды и Юли, её вещи никто не приносил, а свою куртку она найти не смогла. Куда же её дели? В чём ходить теперь?       Из-за этого было решено сначала позавтракать, а потом поиграть где-нибудь в гостиной. Возможно, даже втянуть кого-то в игру. Пока они шли, держась за руки, на горизонте появился тот, на кого надеялись меньше всего — любимый фанатками знаменитый Джефф Убийца. Как же неприятно и жутко он выглядит в реальности. На артах гораздо лучше. Лучше бы ему было оставаться нарисованным.       Заметив новую личность в особняке, парень сразу же решил подойти и узнать, что тут к чему, однако в своей манере. Он был достаточно опытным убийцей, чтобы понять, эта юная девушка угрозы не представляет. Она просто слабая и беззащитная, так что же такая, как она, тут забыла? — Что за новый кусок мяса тут появился? Кто тебя привёл, овечка? – ухмыльнулся Вудс, играя с ножом в руках. Салли пыталась закрыть Дашу собой, но волнует ли оно убийцу? Вообще нисколько. — Овечка? Ты типо Эдвард что ли? Я Карлайла больше люблю, – напрягшись от оскала парня, шатенка прижалась к стене. То ли он слишком вспыльчивый, то ли просто на голову отбитый, но как же внезапно решил психопат накинуться на слабую девушку с ножом. Никакого достоинства в этом маньяке нет.       Зажмурившись, она обняла Салли, как бы инстинктивно защищая и без того мёртвого ребёнка собой, но удара не последовало.       Открыв глаза, её взору предвстала следующая картина: юноша, на вид чуть старше нападающего, с шрамами и зашитой улыбкой на лице в районе рта, зелёном шарфике, держит Джеффа за руку. Судя по всему, это был его брат. Как же вовремя он тут оказался, Слава Богу. Неуверенно выпрямившись, Даша смотрела то на одного, то на другого. — И чего ты тут устроил? Бойню посреди коридора затеял? Давно от Слендермена не получал? Он-то явно быстро всё узнает, – отчитывал Лью своего брата, как маленького ребёнка. — Не твоё собачье дело, наш святой защитник. И вообще, руку убрал, – хмыкнул The Killer и отдёрнул руку, однако направился куда-то дальше по коридору, бросив на студентку испепеляющий злобный взгляд. То ли это обещание мести, то ли просто ненависть, непонятно. — Прошу прощения за этого придурка, у него совсем с головой проблемы. Нарциссизм, синдром главного героя, психопатия. Всё в куче, – успокаивающим тоном извинился Лью и поправил свой шарф, после чего наклонился и взял Салли за руку. — Идёмте, пройдусь немного с вами. Мало ли, кого ещё встретим. С лёгкой улыбкой кивнув, девушка направилась с ребятами на кухню, держа Салли за руку с другой стороны. Кажется, девочку всё устраивало, а Лью и Даша пока завели свой разговор, хоть и немного неловкий. Удивительно, но несмотря на то, что Вудс-старший из себя представляет тоже вполне себе маньяка, с ним было спокойно. И, кажется, он сам по себе достаточно уравновешенный и вежливый.